Shoot it out

      Возвращаться ранним утром, вдыхая прохладный воздух и промочив ноги из-за образовавшихся луж, ощущалось совершенно иначе и ни капельки не раздражало. Жмурясь от солнца, эти оба кое-как доковыляли до станции, прыгая по сухим участкам, держась за руки, чтобы ненароком не поскользнуться. Оказавшись на остановке и не успев отдышаться, они запрыгнули в подоспевшую электричку и расположились на сиденьях, желая восполнить остаток сна. Без всяких сомнений Есан улегся на плечо Чонхо, прикрыв глаза. Дыхание постепенно пришло в норму, и теперь его грудная клетка не вздымалась так сильно. Младший молча позавидовал тому, как быстро тот уснул. Сам он такого не умел, потому что беспокоился пропустить остановку, ему было неудобно засыпать на твердой поверхности, так еще и солнце слепило в глаза. Конечно, он пробовал уснуть, но посидев с закрытыми глазами полчаса и не получив никакого отдыха, Чхве в итоге уставился в окно, наблюдая за меняющейся картинкой. – Есан-и, мы приехали, – прошептал младший спустя пару часов.       Есан отлепил свою щеку от плеча, чувствуя, насколько сильно ее отлежал, и размял затекшую шею. Поезд подъезжал к вокзалу, замедляясь с каждой минутой. Наконец выйдя на станцию, парни прошли к проезжей части, попутно заказав такси до общежития. Живот Чонхо начал неприятно урчать, требуя завтрака. – Блин, есть охота. – И не говори.       Доехав до дома, эти двое первым же делом направились на кухню на поиски чего-то съестного. Пока Чонхо заваривал чай, Есан просматривал холодильник вдоль и поперек, пытаясь вспомнить, что вообще из еды его, но нашел только старую добрую кастрюлю своего соседа с отваренными, скорее всего вчера, пельменями. – Как тебе идея поесть пельмени на завтрак? – Пойдет. Можно с яйцами подогреть. – Отлично-с, – парень вывалил содержимое в сковородку и поставил на огонь, попутно залив кастрюлю в раковине, а затем добавил четыре яйца.       Едва блюдо оказалось на тарелках, как было проглочено почти за пять минут вприкуску с хлебом. За такое время чай даже не успел остыть, из-за чего оба парня усердно дули на него, отпивая по глоточку. Есан так вообще делал это настолько смешно, что Чонхо не выдержал и рассмеялся, чуть было не расплескав напиток по столу. – Слушай, я вспомнил, что ты говорил про турнир по баскетболу в субботу, мне прийти тебя поддержать? – на приятной ноте предложил старший. – Ну, если ты свободен и хочешь, то приходи. – До следующей субботы у меня есть время подготовиться к экзамену и написать песню, так что я обязательно приду. – Хорошо, я буду тебя ждать, – произнес Чонхо, не до конца осознавая, насколько романтичны теперь эти слова и что он нравится Есану, и что вчера они поцеловались, и что… – Ну ладно, можем вечером погулять, а сейчас мне надо бы начать писать, так что пойду, чтобы нас пока что никто не увидел, – неловко поднявшись, Есан помахал парню, не осмелившись в мыслях назвать его своим, и вышел из кухни, снова не вписавшись в дверной проем.       «Про нас, правда, знают Уен и Сан, но это пустяк, не будут же они рассказывать всем остальным…» – неуверенно подумал Чонхо, допивая чай. Тихо войдя в свою комнату, чтобы не разбудить Сана, парень укутался в одеяло и задремал.       Проснулся он в три часа дня из-за громкого голоса, который упорно пытался что-то доказать и который мог принадлежать только одному человеку в этой комнате, что прописался здесь незаконно. Уен. – Да клянусь тебе так и было! О, он проснулся, щас спросим! – Уен, не мешай человеку спать! – Ну что, как все прошло? – спросил Чон, проигнорировав просьбу своего парня. – Хорошо, ему все понравилось. – Что вы делали? Вы держались за руки? А может вообще, поцел- – Чонхо, не слушай его, ты же знаешь, какой он любопытный, – перебил Сан, закрыв рот другому, чему тот был явно недоволен и пытался освободиться, пока не укусил за руку. – Ай, с ума сошел? – А ты не затыкай мою свободную душу! – Да, мы поцеловались. – признался Чхве, лишь бы прекратить это безумие. От последующих звуков ликования у него, правда, чуть не заложило уши. – А я говорил! Говорил! Он хорошо целуется? Как же замечательно! Давай сюда две тысячи вон, – Уен повернулся к парню, протянув руку. Закатив глаза, Сан все-таки достал из кармана купюру и отдал этому неугомонному созданию. – Вы что, ставили на меня? – опешил Чонхо. – Это все он, – Сан обиженно указал на парня, который не мог нарадоваться своей победе. – Да, Сан-и, я всегда прав, так что в следующий раз тебе стоит взять меня, когда будем покупать лотерейные билеты, я точно выберу выигрышный, – хихикнул Чон, запрятав поглубже в портфель награду.       Чонхо вспомнил про домашку, которую он благополучно оставил на самый последний день и, приказав эти двоим успокоиться или уйти, уселся за стол в окружении тетрадок и учебников. Уен и Сан предпочли оставить этого буку наедине и отправились гулять. Обещанная Есаном прогулка послужила отличной мотивацией управиться с заданиями как можно скорее, так что для этого парень приложил все усилия, воткнув наушники в уши, дабы его ничего не отвлекало.       Есан тем временем набрасывал аранжировку будущей песни, прослушивая разные варианты и оставляя самый лучший. С каждым часом мелодия обретала свою историю, свой неповторимый звук. Нужен был еще текст, которым он решил заняться в последнюю очередь. Хонджун пришел с пар раньше обычного и влетел в комнату, нараспев крикнув: – Ага-а, попался! Смотрел значит вчера на звездопад, а мне даже ничего не сказал! – Откуда ты знаешь? – Сан с Уеном сказали…Ой, а это секрет? – Уже не важно       «Главное, что он не знает про поцелуй и все такое…» – утешил себя парень, пытаясь не выдать свои краснеющие щеки. – А, ну ладно. Что делаешь? – поинтересовался Хонджун, прочитав название открытой вкладки «my story, my song». – Да пишу песню для экзамена, еще не готово. – Любопытно, ну ты дашь послушать потом, да? – Угу. Я еще часик посижу, а потом пойду гулять. – Ты точно мой сосед? Впервые слышу, что ты идёшь куда-то гулять. А с кем? – С Чонхо. – по лицу Есана скользнула улыбка. Хонджун сразу же все понял. – Что ж, удачи вам. – похлопав того по плечу, сосед уселся на кровать, чтобы восполнить необходимую дозу просмотра тиктока на сегодня.       Расслабиться от просмотра привычных видео не удалось, потому что приложение подкидывало ему каждые пять минут ролики с наивкуснейшей едой, рецептами и мукбангами. Прямо-таки издевательство! Обновив страничку несколько раз, чтобы поменять рекомендации, парень перевернулся на другой бок, надеясь, что теперь ему будут попадаться только мемы. Ожидания оправдались, но теперь он и правда захотел есть.       Хонджун вспомнил, что в холодильнике осталась огромная порция пельменей, которые он мечтал подогреть до золотистой корочки, находясь на парах весь день. Не желая больше ждать, он поднялся с кровати и вышел из комнаты вместе с Есаном. – А ты куда? – Захотел есть, пойду на кухню, а тебе хорошей прогулки! – с хорошим настроением сосед приспустил шагу, предвкушая ужин. – Джун, стой! Я съел твои пельмени…– но Хонджун уже не слышал Есана. Кан хотел было последовать за ним, чтобы тот не успел сильно разочароваться, как почувствовал, что его глаза кто-то закрыл. – Угадай, кто? – Слишком легко, Чонхо. – А ты молодец. – младший отвел руки за спину, не отрывая взгляда от возлюбленного. – Ну что, пойдём гулять? – Пошли, – согласился Есан, расплывшись в улыбке.       Получив одобрение, Чонхо взял парня за руку и повёл за собой. Все заботы и мысли улетучились и забылись в тот же миг. Держаться за руки не было чем-то необычным, но Есан не ощущал этого так давно, что счастье окутало его с головы до ног. Любовь меняет восприятие. Краски мира резко стали насыщеннее, все вокруг виделось прекрасным. Да, им ещё предстоит узнать друг друга. Они ещё не раз могут поссориться. Ну и пускай. В этот самый момент он знал, что все остальное не так уж и важно.       Хонджун с порога заметил, как красиво в кухне падал свет, пробравшийся сквозь шторы. Золотой час. Время, когда все, что попадает под солнечные лучи, начинает сверкать, как драгоценность. Дополняло картину журчание воды из-под крана и тихое насвистывание какой-то песенки Саном, который мыл посуду, слушая музыку в наушниках.       Сделав пару фото такой красоты, парень открыл дверцу холодильника и не обнаружил свою кастрюлю. – А где…– передвигая и открывая стоявшие контейнеры, кастрюльки, полки внизу, парень с каждой секундой терял терпение, не понимая, куда делась его еда.       Окончательно разозлившись, он выполз из холодильника, больно стукнувшись об открытую дверцу шкафа. Это стало чуть ли не последней каплей, потому что денег у него не было – стипендия должна была прийти завтра. Теперь же его ещё и лишили ужина! – Ты чего? – спросил Сан, заметив его терзания. – Да кто-то съел…Это же моя кастрюля! – обнаружив на сушилке вымытую кастрюлю, Хонджун опешил. – Ты что, съел мои пельмени? – Нужны они мне…Просто кастрюля грязная стояла, а я хотел приготовить ужин. – Тогда кто, если не ты? Кроме тебя здесь никого сегодня не было! Это шутка какая-то? – Что ты меня-то обвиняешь? Не ел я ничего, решил посуду помыть, хоть бы спасибо кто сказал! – Ну да, конечно, у тебя-то есть деньги, чтобы купить ужин, в отличие от некоторых! – Боже мой, если вся проблема в деньгах, я могу тебе их дать, только не надо мне настроение портить. – Надо же, как вы любезны! Легче деньгами отмахнуться, чем признать вину! – стоял на своём старший.       Сана задели эти слова. За его жизнь у него не было ни одного честного друга, за исключением Уена. Все его остальные, так называемые, друзья, общались с ним ради денег. Он понял это не сразу. Сан всегда выручал их, соглашался на прогулки, приглашал к себе, дарил щедрые подарки, но никто не делал этого взамен. И только Уен, что мог сделать или сказать что-то, совершенно не задумываясь, помог ему заново поверить в людей. Ему был нужен он сам. С самого первого дня. – Что ты щас сказал? – лёгок на помине, Уен. Парень пересек кухню за полсекунды и схватил Хонджуна за плечо. – Какие-то проблемы? – Он съел мой ужин и не хочет это признавать. – Это не правда, Уен. – Я тебе верю, Сан-и. Доказательства есть? – Доказательство он смыл, – шикнул Хонджун, выпутываясь из хватки. – Сука. – Следи за словами.       Завидев как Уен сжал кулаки, Сан встал между ними. – Да ладно вам, ребят. Хонджун, правда, давай я дам тебе денег. Уен, не надо, он просто голодный, поэтому и злой. – парень уже было потянулся в карман за деньгами, но Чон одернул его. – Не давай ничего ему. Вместо того, чтобы на нас огрызаться, давно бы у своего парня попросил, раз так нуждаешься! – крикнул Уен, теряя терпение.       Одновременно с этими словами он понял, что сказал лишнего. Хонджун взревел и замахнулся на Уена. Тот перехватил его руку и скрутил запястье, отчего Хон вскрикнул от боли. Но Ким не готов был так легко сдаться. Потирая ушибленную руку, он злобно посмотрел на парня, а затем с силой толкнул его. Уен потерял равновесие и упал на спину, чуть было не ударившись головой о кафель. Сан умолял остановиться и пытался оттащить Хонджуна, но тот вцепился в другого так сильно, что это было невозможно.       Не успел Уен приподняться, как Хонджун уже оказался сверху, одной рукой схватив того за волосы, а другой готовясь нанести удар по носу, пока ему кто-то не помешал.       Услышав крики, Сонхва оказался на месте, удивившись тому, что Хонджун ввязался в драку. – Эй, вы что с ума сошли? – от неожиданности и голоса Сонхва Джун растерялся, позволяя тому поднять себя за руку, которая все ещё ныла от вывиха. – Вы что тут устроили?       Сан метнулся к Уену, помогая встать и спрашивая, не ударился ли он слишком сильно. Под строгим взглядом высокого парня Хонджун не нашёлся, что ответить и опустил глаза. – Ну, мне кто-то расскажет? – Нас обвинили в том, чего не было! Сонхва, все нормально, просто небольшая ссора…– оба парня начали объясняться, перебивая друг друга. Уен всеми силами кричал о своей невиновности, тыкая в Хонджуна, в то время как Сан уверял в том, что ничего страшного не произошло. – Так, я понял, хватит. Что случилось, Хонджун-и? – Сонхва обратился к молчавшему парню, призвав остальных успокоиться. – Мне нечего есть на ужин…Кто-то его съел.       Услышав такой глупый ответ, Сонхва пришёл в замешательство. – Вы серьёзно поссорились из-за этого?       Теперь замолчали и Сан с Уеном. Сказать было нечего. Под взором старшего, все трое попросили друг у друга прощения, а после разошлись зализывать раны. Сонхва и Хонджун остались на кухне одни. Второму стало настолько стыдно, что он готов был расплакаться от сложившейся ситуации. Сонхва заметил это и обнял парня, погладив по спине. – Ну-ну, ты чего, с кем не бывает. Давай сходим до магазина и приготовим ужин вместе, м? – парень посмотрел на младшего, смахнув пальцами его подступившие слезинки. – Что-то я видимо совсем устал, – признался Хонджун. – Да, скоро сессия, как никак. Все устают. Если тебе вдруг станет грустно или тяжело, ты всегда можешь поговорить со мной, хорошо? А теперь пойдём в магазин. – Ты такой добрый, Сонхва… – Ой, да брось. Джун-и, да хватит уже плакать! Тут скоро море появится.       Как только Хонджун улыбнулся, все напряжение в теле ушло и он спокойно выдохнул.