Посмотри на меня так

      Мы приземлились, забрали багаж, и Кьяра ворчала по каждому поводу, то сидение неудобное, то спинка кривая, то вино отвратное, и я молчала, давая ей время, вопрос: что происходит сейчас всё равно остался бы без ответа. Она умудрилась даже не порадоваться кофе, который был потрясающий.              — Отвратный кофе, — поморщилась Кьяра, продолжая бубнить, я сделала глоток из её стакана, не согласившись с ней.              — Кофе идеальное, дело в тебе, — констатировала я, и увидев взгляд Кьяры, добавила: — И не надо на меня так смотреть, говорю как есть. Ты пила? Плакала? Не спала? Всё вместе? Какая причина делает всё отвратным?              — Лучше б пила, — посмотрев на меня, сообщила Кьяра, и с виноватым взглядом призналась: — Мы расстались, вот причина.              — И как она? — спросила я вздохнув, дать по щам своей сестре рука не поднималась, но хотелось.              — Лучше, чем я.              — Сомневаюсь. — подавив позывы злости, не согласилась я. — Как подруга той, с кем ты рассталась, мне хотелось бы тебе вмазать, — честно призналась я, привыкшая с сестрой говорить откровенно, да и не только с ней, — вот только рука не поднимается. Я не понимаю тебя ни как сестра, ни как подруга. — вздохнула я и мягко добавила: — Уж в ней то чего тебе не хватало? Чего ты боишься? В чём истинная причина, Кья?              — Я не забыла прошлое, да и не пыталась, потому что до сих пор люблю её, вот истинная причина. — призналась Кьяра, гнев, отчаяние, безысходность, разочарование, раскаяние, беспомощность, сожаления, принятие, любовь, восхищение, признание, ядерный коктейль эмоций, которые всегда выйдут «наружу», как бы не закупоривали выходы. — Она всегда было до, — подняв на меня взгляд полный боли, открывалась Кьяра, — и остается после. Я не могу даже попробовать строить что-то новое, зная, что сама же разрушу. Проблема во мне, полюбив однажды для меня это навсегда.              — Тогда почему не вернёшь её и не исправишь ошибки?              — Я не могу, она счастлива.              — Ты в этом так уверена? — спросила я, уж слишком непоколебим был её ответ.              — Я это видела, Вив. Дикая необузданная, своенравная, такая милая, добрая, сияющая рядом с ней. — с восхищением, проговорила Кьяра. — Я приехала к одной, а в итоге, встретилась с прошлым лицом к лицу! И чёрт бы побрал эти глаза, улыбку и голос, который напоминает, что я потеряла. — Кьяра на какое-то время задумалась, я обняла её, поглаживая по волосам, и она продолжила, делясь с паузами: — Такое чувство, что ты порезалась.., сильно, но пластыря вполне достаточно чтобы при соприкосновении с чем-то не было больно.., порез заживает.., а ты в один из дней беспечно забываешь наклеить пластырь. Ведь не беспокоит же? И вспоминаешь только тогда, когда соприкасаешься открытым порезом, тебе хочется кричать от боли, плакать, но ты стойко убираешь палец и смотришь на то как кровоточит та же рана, но с новой силой и тут уже бессильны даже два пластыря.                     — Ты сильная, тебе не нужны и три пластыря, пары глубоких вдохов вполне достаточно. Почему не рассказывала раньше?              — Я не привыкла говорить о чувствах, для меня это сложно.                     — Давай поставим наших призраков на паузу и оставим там откуда мы прилетели, — предложила я, в таком состоянии я её ещё точно не видела, не сломлена и даже не в шаге от падения в прошлое, а в одном дуновении ветра, — а когда вернёмся, будем думать как их вернуть или избавиться, нам нужен перерыв.              — Ты предлагаешь пол года без секса? — попыталась пошутить Кьяра.                     — Что-то мне подсказывает, что тебе его и не захочется, — вполне серьёзно предположила я. — Удовольствие мы будем получать от работы.              — Я предпочитаю нежный секс, — посмеялась Кьяра, — а то что предлагаешь ты слишком грубо для удовольствия.