Тело

Я мертва? Первая мысль после того, как сознание начало возвращаться, а мир наполнился былыми красками и запахами. Вторая была проще: Почему так мокро? Части тела по очереди сводило судорогой, и я почувствовала ноющую боль в области груди и холодный ветер, обдувающий мокрую кожу. И третья: Я так голодна. Распахнула глаза, ожидая увидеть свет в конце тоннеля или дьявольское поприще, но передо мной всё тот же лес. Занимался рассвет, солнце скромно выглядывало из-за плотного покрова ветвей, а воздух наполнялся запахами росы и свежести раннего утра. Я пролежала неподвижно около получаса, пытаясь осознать происходящее, но с каждой секундой голод становился всё невыносимее, заставляя отправиться на поиски еды. Каждая часть моего тела болела так сильно, что кружилась голова. Я осмотрела его на наличие видимых повреждений, но не нашла ничего, кроме пятен крови и влажного блеска воды. За спиной мерно шумел водопад. В нежно-голубом свете он выглядел совсем не так, как подобает месту с названием Дьявольский Котёл. Невинно, чисто. Как в Раю. Оказалось, что я лежала у кромки воды, обдаваемая её ласковыми касаниями. Меня что, сбросили в водопад? Я попыталась встать. Получилось не сразу, потому что ноги отказывались слушаться импульсы мозга, подкашиваясь от каждого неверного движения. Боль утихала, уступая место нарастающему чувству голода, поэтому я двинулась в сторону города, цепляясь за стволы деревьев, чтобы не упасть. Думать не хотелось. Строить гипотезы тоже. Но навязчивые мысли сами струились в потоке сознания, не давая вдохнуть. Он промахнулся? Тогда где рана от ножа? Сделал что-то неправильно? Зачем он вообще это делал? Я была жертвой? Неугодная жертва? Постепенно всплывали воспоминания о пережитом кошмаре. Где Ким? Она в порядке? Дома? Она волновалась обо мне? Хоть кто-то волновался? Выхожу на протоптанную дорогу, иду к городу, спотыкаясь о собственные кроссовки. Зачем он спросил про девственность? Им нужна была невинная жертва? А я не такая? Но ведь Ким тоже была не такой. Взбираюсь на крутой склон, откуда уже видны очертания города. Почему я так хочу есть? Здесь так приятно пахнет. Вздрагиваю, когда слышу шорох. Рот наполняется слюной, руки дрожат, и я прикладываю их к груди. - Девушка, у вас всё в порядке? Нужна помощь? Голос незнакомца отдаёт болью в висках. Я морщусь и пытаюсь натянуть наиболее дружелюбную из всех возможных улыбку. - Всё хорошо, спасибо. Мужчина подходит ближе и осматривает меня с ног до головы. Эмоции на его лице сменяются одна за другой: недоумение, испуг, любопытство, а затем губы расползаются в гадкой улыбке. До последнего я надеялась, что мне показалось. Не в моём положении обращать внимание на мелочи, вроде извращенцев. - Вы в крови, - сказал мужчина, и я не смогла понять, что это было: подкат, констатация факта или вопрос. - Спасибо, что заметили. Мне не нужна помощь. До свидания. Подавив новый приступ головокружения, я медленно двинулась вниз по склону, стараясь побыстрее отделаться от мерзкого незнакомца. - Может, я всё-таки могу помочь? - а вот это была угроза. Мужчина догнал меня и резко дёрнул за локоть, заставив посмотреть на него. - У нас с пацанами тут лагерь неподалеку. Решил пойти искупаться с утра пораньше. Не хочешь составить компанию? Я бы тебя отмыл. - Не хочу, - устало протянула я, и озарение ударной волной настигло сонное сознание. Так, как пахло от мужчины, ещё никогда не пахло ни от чего в моей памяти. Сладкий аромат цитруса и свежей выпечки смешался с запахом жареного мяса в такой неописуемой феерии, что меня бросило в жар. Какая же я голодная. Одного будет мало. - А от твоих друзей так же вкусно пахнет, как от тебя? - голос не мой. Не похож. Он стал ниже, тяжелее. Чарующий, словно музыка. - И даже лучше! - незнакомец явно не понял смысла моих слов, но с остервенением потянул на себя, уже не стесняясь раздевать меня глазами. - Превосходно. Уверена, нам будет очень весело вместе. Никого из них не осталось. Я не помню, как это было. Море крови, булькающие крики и сладкий непередаваемый аромат. Я вгрызалась в их кости и с упоением рвала мясо зубами. Они пытались сопротивляться. Зря. Всем было бы проще в смирении. Вот я смирилась. Осознание произошедшего пришло тогда, когда я сидела у горы костей и с аппетитом облизывала окровавленные пальцы. Эмоций не было. Ничего не было. Только приятное чувство сытости, растекающееся по телу тёплыми волнами. Что они со мной сделали?