очень нужен

За Олегом девочки бегали толпами. Особенно одноклассницы, особенно последние пару недель. Ещё бы они не бегали, ведь из мальчишки с вечно разбитыми коленками он вдруг стал чуть ли не самым прикольным парнем в их образцово-показательном детском доме № 5.К слову, Серёжу Разумовского страсти Олега не волновали. Да и с чего бы им волновать, если лучший друг, большую часть времени проводил с ним, а всё остальное — в спортивном зале на секции по борьбе.Всё изменилось в мае. Стояла такая жара, что казалось, лето наступило раньше времени, а значит, и зима придёт раньше обычного. Такой вывод сделал Серёжа, сидя на лавочке под большим дубом и дожидаясь Олега со школы. Сидеть было скучно, доставать принадлежности для рисования нецелесообразно, поэтому Разумовский от нечего делать начал считать ворон. В буквальном смысле сколько пролетит столько и желаний должен исполнить Олег, это было что-то вроде наказания за опоздание, на деле же желания были несерьёзные, да и забывались быстро.Олег опаздывал уже на пять ворон, некритично, но Разумовскому уже надоело ждать, он как раз обдумывал второе желание, когда на горизонте наконец замаячила знакомая фигура. Но стоило Серёже приглядеться как он понял, что друг не один. Олег стоял с девчонкой, что само по себе не было странным. но вот он как стоял Девчонка хватала его за руку, а спустя минуту неловко чмокнула в щёку. Даже на расстоянии Серёжа догадался, что Олег покраснел. Разумовскому вдруг стало так обидно, вот я жду тебя тут уже битый час, а ты с какими-то домашними барышнями обжимаешься. «Домашние» - термин который широко использовался в детдомовских кругах с долей презрения и с долей зависти. Презрения было чуть больше, зависти меньше. Сейчас же в голове Разумовского «домашняя» была пропитана одним лишь презрением, но и самую малость досадой. Позабыв и о воронах, Серёжа поплёлся в сторону дома, шёл обходными путями, чтобы Олег его не смог догнать. Как бы он не старался идти медленно, в их комнату всё равно пришёл первым. Олег явился через пять минут. Залетел в комнату, не забыв при этом аккуратно прикрыть дверь, в последнее время на любой подозрительный шум из их комнаты слетались воспитатели, им как будто нравилось читать морали именно комнате, где жили Разумовский с Волковым, хотя возможно дело было в Олеге, который одним своим неряшливым видом, разбитыми коленками и вечными ссадинами портил всю образцовость и показательность. - Серый! - Волков, запыхавшись бахнулся на кровать. Разумовский молчал, флегматично листал учебник по биологии, а на влетевшего друга старался не обращать внимание. - Сержа блин! - Ну чего тебе? - хотелось сказать что-нибудь гадко-обидное, слова уже готовились вырваться наружу, но Олег быстро перебил его. - Мы с Катей на свидание идём! - С кем? - С Катей. Девочка из параллели. - Зачем тебе это? – Разумовский всеми силами пытался сдержать раздражение, но получалось плохо – Хочешь показать всем какой ты классный, как на тебя липнут какие-то девочки из параллели? – Ничего я не хочу показывать - буркнул Олег. – Я просто… - мне плевать - перебил его Серёжа – делай что хочешь. С этими словами Разумовский отошёл к окну и стал так занят чтением биологии, что слышал каждый вздох Олега, он даже как будто то видел как друг растеряно приоткрывает рот, но тут же закрывает обратно, не находя новых слов. Спустя минуту дверь всё-таки хлопнула, Олег выбежал на улицу, а к ним в комнату уже спешила Клавдия Валерьевна проверить «не сломал ли чего опять этот Волков». Днём позже Волков Олег Давидович стал пациентом городской клинической больницы. Официальная версия была «упал». Не официальная: опять шлялся по крыше и таки грохнулся с неё. Виновник происшествия вот уже тридцать минут хранил молчание, а Серёжа стоял возле кровати и тоже молчал. - Ребят, скоро обход, давайте быстрее – взмолилась санитарка. Вообще - то посещения были запрещены, но малой рыжий был таким упрямым, что пришлось его пустить на пять минут в палату. - ну и чё ты? – наконец выдавил из себя Серёжа, осторожно косясь на дверь. - ничё - буркнул Олег - расстроился, что свиданка не получилась? - расстроился из-за твоих слов. С Олегом всегда так: честно и в лоб, честнее чем с кем либо, оттого признание и ударяет сильнее. - А, то есть это я виноват? - возмущённо спрашивает Разумовский. - Я такого не говорил- Олег не смотрит на него, Олег пялится на дверь - ты иди обход сейчас начнётся. Серёжа пулей вылетает из палаты, не забыв прикрыть осторожно дверь, Олеговская привычка. В книжках сказано, что любой конфликт нужно решать словами через рот, Серёжа за последние пару дней прочитал этих книжек немало. А всё для того, чтобы помирится с Олегом, да тот поступил плохо, что бросил его, точнее променял его на какую-то залётную девчонку, но всё-таки Олег друг, а с друзьями так нельзя. Вообщем совесть грызла Разумовского как никогда до этого момента. Совесть и отчаянное желание доказать, что всё с ним так. Что он может быть настоящим другом, что он нормальный, а ещё где-то в глубине зарождался страх того, что вот прямо сейчас Олег уйдёт. Выйдет из этой своей больницы, соберёт вещи и уйдёт. От этих мыслей начинали подрагивать пальцы, а слёзы наворачивались на глаза. Час икс настал спустя два дня. Олег вернулся с гипсом на правой руке и кислым выражением лица. Молча сел на кровать, молча уставился в пол, молча не стал смотреть в сторону Серёжи. - Олег, привет - попытался нарушить молчание Разумовский. - почему ты не навещал меня? - спросил Волков, всё так же не поднимая глаз. - я хотел, но воспитатели не пускали... - это не оправдание Серый! Когда меня на карантин закрыли ты умудрился пробраться туда, чтобы просто посидеть со мной, а сейчас? Неужели это из-за той глупой ссоры? Из-за Катьки или из-за чего вообще? Я теперь тебе не нужен? – как-то вмиг сдулся Олег. Я. Ты, — продолжил мямлить Серёжа. — Понятно всё. — Олег поднялся и уже направился к выходу, как громкое «СТОЙ» заглушило всё. Разумовский подошёл к Олегу, развернул его, взял за руку и негромко произнёс: — Очень нужен.