В зеркале

      Я жутко нервничала. Еще никогда я не меняла одежду перед выходом, потому что всегда была уверена в том, что мне подойдет. Но, естественно, когда я влюбилась или, скорее, впала в эйфорию от мужского внимания, то решила перемерить все, что было. Оказалось, что красных вещей в гардеробе немало, начиная от колготок и заканчивая резинкой. Мне хотелось, чтобы это всё-таки не выглядело так, как будто я старалась (почему все девушки так думают?). В итоге телефон завибрировал от звонка, высветилось его имя и сердце упало куда-то к соседям снизу. Я еще даже не собрала волосы, а он как всегда был пунктуален.       Привет, я уже подъехал, белая BWM. Модель тебе, наверное, ничего не скажет.       Думаешь, я глупая?       Нет?       На самом деле да, просто я тяну время, потому что не успела собраться.       Выходи так, ты все равно мне понравишься.       Я не понравлюсь себе.       Мне подняться?       Тогда мы не выйдем, жди, буду минут через 15.       Есть, мэм.       Я продолжала соображать что-то приличное на голове. Слава богине, существуют всеразличные ламинирования вместо косметики, осталось надеть обувь. Я немного поколебалась между каблуками и удобными босоножками, но он же не поведет меня гулять?       Его машина была огромной с красивым кожаным салоном, помыта и натерта. Выглядела немного лучше меня. Надеюсь, что это подготовило его к тому, сколько нужно вкладывать в девушку. Конечно, мне хватало и своих средств, но еще с детства мама привила мысль о том, как здорово выйти замуж за богатого мужчину и ничего не делать. Так сказать, недостижимая мечта стала почти реальностью.       Мне полагается тебя поцеловать или еще рано?       Я взглянула с укором, вспоминая прошлую встречу. Ну не знаю даже, я стесняюсь.       Хорошо, мадам, давайте познакомимся прилично. Позвольте. Он нежно поцеловал мою руку. По телу прошли мурашки от сухих губ, но больше от того, что он был рядом. Эта приятная тревожность, которую он вызывал, была пугающей, но такой манящей. Кстати, пока ждал, купил цветы. Они сзади.       Там лежал огромный монобукет эустом. От неожиданности я ахнула. Получается мы ужинаем в фастфуде?       Почему?       Как искренне удивился. Эустомы — безумно дорогие.       А, это. Он самодовольно улыбнулся. Да так мелочи. Я пихнула его в плечо.       Что, разбрасываешься деньгами? Богатенький сын или миллионер из трущоб?       Немного того, немного другого. У меня все стоматологи.       Боже, да тут можно себе хоть новую челюсть сделать.       Кстати, у тебя очень красивые ровные зубы. И милая щель.       Я надеюсь, ты про ту, что между зубами.       Мадам, как я могу думать о таких пошлостях в нашу первую встречу? Ох, уж эта его улыбка, как будто само солнце смеется.       Я погладила его по щетине. Мне нравится, когда ты такой.       Какой? Он положил руку на мою коленку.       Не знаю, такой простой, нет, скорее несложный. С тобой легко, можно шутить и говорить серьезно. Ты слушаешь, это сразу плюс сто.       Спасибо-спасибо, запишу в свой блокнотик комплиментов. Он поцеловал меня в ладонь, которой я держала его лицо. Сердце снова замерло.       Куда мы едем?       Увидишь.       Что? Ну нет. Я и так собиралась, не зная куда пойду, а теперь ехать с мужчиной, которого я видела два раза, непонятно куда?       Ты уже у меня в машине. Раздался звук щелчка замка дверей.       Блять, Максим. Скажи, что ты шутишь. Я вжалась в сидение, нервно дёргая ручку.       Ты чего? Конечно, шучу. Снова щелчок, но, слава богу, разблокировки дверей.       Пиздец. За такие шутки можно и в твой ровный нос получить.       Извини, я думал будет смешно. Мне не следовало так делать, я пойму, если ты уйдешь сейчас. Только букет забери.       Я никуда не уйду. Просто больше не шути так. У меня есть некоторые психологические травмы, из-за которых это воспринимается больнее.       Тогда вдвойне прости. Обещаю никогда так больше не делать и только оберегать тебя.       Спасибо, очень мило, что ты прислушался. Надеюсь, ты человек слова. Так куда мы едем?       А можно сказать за город? У меня сюрприз, хочу, чтобы это было неожиданностью.       Ладно, массовик-затейник, поехали.       Предзакатное солнце светило прямо в лицо, в машине несильно работал кондиционер, я рассказывала о том, чем занимаюсь, а он — различные истории с работы. Показал свою собаку, семью. Они все были рыжими и блондинами, мне в голову закралась глупая мысль о том, что если мы заведем детей, то они скорее будут темными, как и я. Не хотелось портить генофонд его семьи. Так, все, кыш-кыш, для этого ещё слишком рано.       Ему позвонили с работы, я смотрела в окно на хвойный лес, пальцами играя с подолом платья. Когда он закончил разговор, мы уже приехали. Он очень быстро выскочил, чтобы открыть мне дверь. Я склонилась в реверансе, снова поймав его солнечную улыбку. В полный рост было видно его безупречные серые брюки и белую рубашку с красивыми ботинками на шнурках. За время поездки он даже ничего не помял, чего не скажешь обо мне — прическа разъехалась, поэтому волосы были просто прямыми, а платье замялось сзади. В чем же он несовершенен?       Ну и где мы? Стоя напротив высоких ворот, он отомкнул калитку и пригласил меня войти.       Это моя, так сказать, дача. Ну я тут ничего не сажаю, кроме деревьев и цветов, просто приезжаю на выходные.       Мы приехали за ними ухаживать?       Нет, конечно. Внутри нас ждет ужин и библиотека фильмов, игр и всего, чего пожелаешь. Я решил, что будет правильно провести этот вечер дома, чтобы побольше друг о друге узнать.       Ну кроме того, что ты меня тут убьешь и закопаешь, а никто и не узнает, ничего плохого. А ужин ты заказал?       Ну все, я же извинился. Хочешь — скинь подружкам локацию, я не против. Нет, ужин уже готов и ждет нас.       Ладно, ладно. То есть он остыл? Мы ехали час.       Нет, все горячее. Магия и никакого мошенничества.       Боже, как же хочется пошутить про отравленную еду. Он слегка толкнул меня в плечо. Мы уже стояли в доме. Хорошо, что не придется ходить на этих каблуках. Внутри было по-богатому минималистично и довольно комфортно. Интересно, сколько стоило?       За ужином мы много болтали, он казался абсолютно беспечным, безупречным, без единого промаха. Я решилась спросить.       Максим, ты идеальный. В чем подвох?       Спасибо. Не знаю, а какой ты ждешь?       Ну не знаю, может ты мошенник или у тебя ЗППП или рак. О, или всё-таки серийный убийца. Ну хоть что-нибудь, что сделало бы тебя обычным человеком, Аполлон.       Все, что ты назвала, явно нет. Справку, кстати, ты видела. Я даже не знаю, что бы такого сказать. Мне наоборот кажется, что я такой скучный, абсолютно нормальный, без какого-то травмирующего прошлого, врожденных болезней и ужасных наклонностей. То, что я не читал, классику, подойдет?       Ну нет. Давай-давай. У всех есть что-то.       Может моя личная жизнь? Мне всегда как будто не везло, хотя на первый взгляд так не скажешь. Просто нравились плохие девочки, которых я не мог спасти, потому что они не хотели быть способными. А еще у меня дислексия, мне было жутко тяжело учиться.       Ну да, ну да, не ври про дислексию, я видела твой книжный шкаф. А про синдром спасателя интересно. У тебя что-то с родителями?       Скорее, с их отсутствием. Они много работали, а потом жутко уставали и я пытался как-то им помочь, делая все, что угодно, но этого никогда не было достаточно. Они расстраивались и злились, я не понимал, что делаю не так. Казалось, что мне нужно выпрыгнуть из себя, чтобы они действительно мной гордились.       Я погладила его по руке. Мне жаль, что так сложилось. Надеюсь, что сейчас ты знаешь, что заслуживаешь этого без доказательств. Тебе не нужно выпрыгивать из себя и кого-то спасать.       Спасибо. Мне важно это услышать. А что с тобой? Посвяти меня.       Я немного помялась и все выложила ему. Снова накатили слезы, я, конечно же, все размазала и выглядела как побитая. Дурацкие психические проблемы, когда же вы наконец-то закончитесь?       Он проводил меня до ванной, чтобы умыться. Холодная вода обдавала горящие щеки и опухшие глаза. Он погладил меня по спине сквозь шелковую ткань платья. Я мгновенно забыла обо всех проблемах, не впервой же рассказывать все сначала. Я брызнула на него холодной водой и вся белая рубашка была мокрой.       Ты что делаешь?       Хочу разрядить обстановку.       Это необязательно, я хочу тебя услышать.       Я не хочу, чтобы это был вечер обо мне. О нас.       Хорошо, тогда получай. Он схватил меня полотенцем, притянув к себе, и начал без разбора целовать лицо.       Ну все-все, хватит.       Что, уже не нравятся мои поцелуи?       Нравятся, конечно, просто не тогда, когда ты размазываешь остатки косметики по лицу.       А зачем ты вообще накрасилась? Думала, уйдешь отсюда целой?       Ой-ой. Давай, иди переоденься, а я смою остатки. Клянусь почкой, у тебя есть гель для умывания.       Так и быть, оставь свою почку себе. Здесь. Можешь брать, что хочешь.       Намазавшись всем, чем можно, я вышла в спальню с огромным панорамным окном с видом на красивые клумбы с цветами и кустами. Он стоял перед зеркалом, рядом со шкафом, натягивая футболку. Увидев меня в отражении, улыбнулся.       Я, кстати, ни разу не сказал, что ты просто очаровательна в этом платье.       Ой, а как я была хороша с косметикой.       Конечно, но без нее ты тоже прекрасна. Зато я смогу целовать тебя везде. Не хочешь переодеться во что-нибудь поудобнее?       Если ты хочешь меня раздеть, то можешь так и сказать. Или мы сегодня только разговариваем?       А ты как хочешь? С тобой я могу хоть молчать.       Ну какой ты красивый, когда так говоришь. Иди сюда. Я поцеловала его в губы, он спустил бретельки платья с плеч и начал шарить по телу, видимо, в поисках замка.       Рыжик, ты же знаешь, что оно без замка? Просто через верх. Его руки спустились к краю шелкового платья, губами целовал шею и декольте. Сняв с меня платья, он немного отошел и оценивающе взглянул.       Господи, какая ты красивая. В чулках, красном кружеве, с черными волосами и родными глазами. Как будто у меня в спальне стоит модель для каталога нижнего белья, только лучше.       Ой, ну красиво стелешь. А ты, похоже, зря оделся. Покажешь мне, что там ты наработал в спортзале?       Он мгновенно избавился от одежды и развернул меня спиной к зеркалу и страстно поцеловал, держа обеими руками лицо. Я гладила его спину, очерчивая каждую мышцу, показывая, что мне тоже ужасно нравится его тело. Мне надоело просто целоваться, и я полезла рукой в его трусы. Он громко простонал, чуть я коснулась члена. Оставив «на прощание» поцелуй, я максимально эротично опустилась на колени, помня, что он видит меня в зеркало.       Черт, ты это специально? Я не знаю, как уже терпеть.       Можешь взять меня за волосы и показать, как тебе хочется. Хитрая улыбка растворилась, когда я начала двигаться губами по влажному члену. Он осторожно собрал одной рукой волосы в хвост и стал подталкивать меня, чтобы заглатывать глубже. Бросая взгляд на его лицо, я замечала, что он смотрит то на меня, то в отражение, где было видно, как поднимается моя грудь от каждого вздоха, как глотаю слюну, как поглаживаю его бедра.       Солнце, я больше не могу. Иди сюда. Он погладил меня по голове, приглашая встать, но у меня был другой план. Я стала быстрее и глубже заглатывать, немного задыхаясь. Черт тебя подери, что ты делаешь? Конец фразы он почти кричал от удовольствия, рука сильно сжала волосы, почти больно. Рот заполнился теплой спермой, стекая по губам и подбородку. Я поднялась, вытирая все, что вытекло. Он немного дрожал, я поцеловала его в плечо.       Ты в порядке? Может ляжешь?       Нет, я в экстазе. Ты бесишь тем, что не делаешь так, как я хочу, но ты делаешь ещё лучше, чем я хотел. Не стыдно?       За что? Я поцеловала его в нос.       За то, что ты идеальная.       После того, что я тебе рассказала, это явно неправда.       Это не твои ошибки, ты просто попала под их влияние. В этом нет твоей вины, и ты прекрасно со всем справляешься. Я не знаю, как так сложилось, что ты оказалась в моей жизни.       Это просто случайность. Он обнял меня, я чувствовала, как бьется его сердце, все его влажное тело касалось моего. Мы были как два кусочка шоколада, которые слипались на солнце. Он поцеловал меня в макушку и развернул лицом к зеркалу.       Посмотри, какая ты красивая. Он проводил пальцами по каждой части тела, вырисовывал круги, целовал в шею. Я закрыла глаза от удовольствия, почти не обратив внимания на свое отражение. Нет, я серьезно. Посмотри на себя. Видишь, эти тонкие косточки, острые плечи, — все эти места он целовал. Ассиметричная грудь, каждое ребрышко, милый пупок, — он гладил большой и теплой рукой. Я хочу, чтобы ты увидела себя так, как я тебя вижу. Такую же красивую, очаровательную молодую девушку, которая справляется с трудностями непосильными любому другому. Понимаешь?       Накатили слезы. То ли от слов, то ли от радости. Я вытерла соленую воду из уголка глаза. Да, я понимаю.       Ну чего ты плачешь? Ты мне нравишься. Я буду оберегать тебя. Я буду идти в том же темпе, что и ты. Тебе не нужно торопиться.       Ты мне тоже нравишься. Я положила свою руку на его. Я тоже постараюсь оберегать тебя. В основном от себя самой, конечно. Тебе не нужно заслуживать мою любовь, потому что она есть пока ты существуешь. Да и когда тебя не станет, а я все еще буду здесь, я буду скучать по тебе. Я ценю тебя за тебя. Я нежно поцеловала его в щетину.       Он обнимал меня сзади, положив голову на мое плечо, я шептала ему на ухо то, какой он замечательный. В конце концов мы устали стоять и перешли на кровать. Лежали под одним одеялом голые, держались за руки, лениво целовались. Мне хотелось спросить будем ли мы продолжать, но у нас была впереди вся ночь, да и вся жизнь, что удовлетворять физические потребности. А такие моменты никогда больше не повторятся.