Давай встретимся как-нибудь еще?

Тяжело дыша, Дами откинулась на подушки и подтянула к себе свою рубашку, накрываясь по самые подмышки. Рядом рухнул изможденный Гук. Парень прерывисто дышал, откинув волосы с взмокшего лба, он блаженно прикрыл глаза, а на губах появилась удовлетворённая улыбка. В комнате было душно. Воздух был пропитан запахом пота и общими флюидами молодых людей. Гук повернулся к девушке корпусом и поверх рубашки обнял за талию, притягивая ближе к себе. Носом провел по голому плечу, следом оставляя нежный поцелуй. Дами продолжала просто лежать, пытаясь прийти в себя. — Тебе понравилось? Я очень пытался сделать все мягко и максимально комфортно, надеюсь у меня получилось. Парень доверчиво заглянул ей в глаза в ожидании ответа. Он и правда сделал все возможное, чтобы этот первый раз для нее не стал мучительным. Постоянно задавал вопросы о самочувствии и заботился на протяжении всего процесса. Дами ценила его чуткость и нежность. — Да, понравилось, просто… — вновь тяжелый вдох, — просто не думала, что это настолько выматывающе будет. Кажется я не готова к подобным свершениям на постоянной основе. — легкий смех. Парень ответил улыбкой и стискивая в руках ее чуть сильнее, мазнул еще одним поцелуем, в этот раз в скулу. — Ничего, это только вначале сложно, потом ты приспособишься и сможем заниматься этим по два раза в день, а то и три. Я буду направлять. Вместе мы справимся. Дами в ответ кивнула. Они сейчас потные, вымотанные и с едва слушающимися конечностями, валяются на кровати, а по всей комнате наведенный ими в спешке бардак. Идиллия. — Я тебе верю, как только появится навык, думаю, для меня это станет проще. — дыхание постепенно выравнивается, — но, черт, никогда бы не подумала, что делать отжимания так сложно! Честно, больше не буду дразнить тебя во время тренировок доходягой, теперь я понимаю какой это труд. Только ты тоже не вздумай надо мной смеяться! Чонгук от души рассмеялся и поднявшись на локте слегка навис над девушкой разглядывая с этого ракурса. Как же он бессовестно влюблен. — Обещаю, дразнить не буду. Насчет отжиманий точно, но про планку можешь забыть. Я буду стебать тебя твоей выдержкой до самой смерти, — и уходя от праведнего гнева своей девушки, встает с кровати, не переставая при этом громко хохотать, — ну, серьезно, свалиться на пятнадцатой секунде это позорно даже для старушки. Хотя, наверное, ты потому и грохнулась на бок, постоянно забываю, что ты уже не в том возрасте для подобных подвигов. Парень откровенно потешался над несчастной неспортивной Дами, которая если бы позволяли почти онемевшие руки и ноги, прибила бы наглеца на месте. — Чон Чонгук, имей совесть! Я только начала заниматься силовыми тренировками, а ты уже лет десять железо тягаешь. Мы были не на равных. Собрав все свои силы, она швырнула в него мягкую игрушку, что лежала под рукой, но из-за слабости запуска, снаряд упал в ноги парня, так его и не задев. Дами сокрушенно поджала губы и фыркнула, скидывая с лица прядь упавших волос. Потом опомнившись, схватилась за сползшую рубашку и подтянула ее повыше, снова укрываясь. Парень наблюдающий за ней, хмыкнул на эти потуги и хамовато произнес. — Да ладно тебе, нуна, зачем ты прикрываешься так, будто голая там лежишь. К тому же мне вск очень даже нравится, — многозначительное поигрывание бровями и пошленькая улыбочка. Дами зарделась и плотнее прижимая несчастную ткань к груди, буркнула. — Извращенец! Чонгук разразился раскатистым смехом и на ходу подцепив футболку, начал ее стягивать. Показались сильные мышцы спины. Дами опять залипла. Возмущения возмущениями, а тут такие кадры, грешно упускать. Парень тем временем подошел к шкафу, достал оттуда комплект сменной одежды и полотенце. Движения были размашистыми, будто специально призванные продемонстрировать всю красоту молодого тела. Впрочем, Дами не сомневалась в показушности данного действа. — Знаешь, нуна, ты называешь извращенцем меня, но ты не упускаешь ни одной возможности посмотреть на меня без одежды. Даже ночью смотришь и улыбаешься. Мне аж становится страшно с тобой жить в одном доме. Нарочито драматично содрогнулся плечами. — Я не улыбалась! С победной улыбкой. — Значит признаешь, что смотрела? Девушка открыла рот и зависла, пытаясь понять последние слова. С осознанием вместе из нее вырвался громкий крик. — Нет! Не было такого, — запротестовала она, — Иди лучше в душ, воняешь как рыбный завод в жару. Дышать из-за тебя в комнате нечем. — Мы то с тобой знаем, что ты слюни на меня и на потного, и на грязного пускаешь, извращеночка моя ненаглядная. Тоном взрослого сюсюкающего маленького ребенка. Дами начинала закипать. Почувствовав это, Гук счел за лучшее ретироваться из комнаты, да побыстрее. Но от финальной шпильки не удержался, и уже на выходе небрежно обронил. — Нуна, а вместе душ принять не хочешь? Ты же сейчас без сил совсем. Я бы помог тебе помыться, спинку бы потер или еще чего, — рожа хитрющая. Дами зарычала, а следом в стену полетели часы с прикроватной тумбочки и разбились ровнехенько напротив головы парня. Гук поняв, что пора делать ноги, бегом припустил к ванне. — Чон Чонгук, ты покойник! Я до тебя доберусь, мелочь пакостливая. В конце коридора хлопнула дверь. На сегодня Гук спасся. Девушка опять улеглась на подушки, морщась от прострелившей мышцы боли. Резкие движения пока лучше не совершать. Выдохнув, прикрыла глаза. Черт, а идея совместного душа была идеальной, но в таком состоянии она не хочет его принимать. Она же даже пощупать Гука как следует не сможет. Нет, вместе они помоются потом, когда силы вернутся и Дами будет во всеоружии. Вот тогда она отыграется за все. Гук из этих водных процедур живым не вылезет. Ну, или нетронутым. Посмотрим на его поведение и ее настроение.