Сорванное с языка

       — Солнце, что ты снова тут готовишь?       Рампо только проснулся. Он обнимает стоящего у плиты Чую со спины и пытается доспать у него на плече, однако чувствует, что тот замирает, и потому пытается заглянуть ему в глаза.        — Чуя, что-то не так?        — Все в порядке. Доброе утро, — Накахара выдыхает и расслабляется, спиной чуть сильнее прижимаясь к чужой груди и переворачивая лопаткой блинчик на сковороде. — У нас будут на завтрак блины. Вчера я купил шоколадную пасту. Можешь уже достать ее из холодильника и заодно включить кофемашину.        Рампо все ещё сонно стонет, зарывается носом в рыжие волосы, пахнущие его шампунем, и только после этого делает все, о чем его попросили.        Когда кофе уже стоит на столе, Чуя ставит тарелку с блинчиками, и они завтракают в уютной тишине, а после — все же собираются и едут на работу. И встречаются только вечером, когда Рампо садится в машину и понимает, что его муж слишком за день устал и уже чуть ли не засыпает.        — Слушай, дорогой, может, давай я поведу? — спрашивает Рампо. — У меня есть водительские права, между прочим, — он с небольшим возмущением поджимает губы, принимая вид обиженного ребенка, когда видит, что Накахара напрягается, крепче вцепляясь в руль.        — Нет, все в порядке. Я не настолько сонный. Просто меня сегодня окончательно достали с отчётами и кучей проблем. Откуда только оно все взялось?! — Накахара вздыхает и заводит машину.        Через полчаса они заваливаются в квартиру, и, быстро пообедав и переодевшись, размещаются на диване перед телевизором. Рампо включает его и находит какой-то только начинающийся фильм, а затем ложится на спину и притягивает Чую к себе, одной рукой обнимая за спину, а другой — зарываясь в рыжие волосы, начиная делать массаж и получая благодарный стон в ответ.        — Расскажешь? Что у вас там сегодня произошло? Это как-то связано с Акутагавой? — интересуется Эдогава, оставляя быстрый поцелуй на чужом лбу.        — Ага, — Чуя упирается подбородком в грудь мужа. — Ваш Тигр, должно быть, все уши вам прожужжал про их стычку. И что им спокойно не сидится? Так, главное, Акутагава херни натворил, а разгребать все равно мне! Где в этом мире справедливость?!        — Отибозе, — вдруг просюсюкал Рампо, кладя руки на щеки мафиози. — Мой бедный маленький мальчик. Все его обижают. Как так можно? Расстроили такую прелесть, — каждое слово детектив сопровождал быстрым поцелуем и тщетно пытался сдержать рвущийся наружу смех.        И, когда все же замолчал, в удивлении поднял брови, глядя на залитое красной краской лицо Накахары и словно светящиеся в лучах закатного солнца рыжие волосы.        — О Боги, ты прекрасен, — с обожанием выдохнул гений.       И тут Чуя вдруг убито застонал, утыкаясь лбом в чужую грудь.        — Нет, хватит, прекрати. Это слишком, — чуть ли не пропищал мафиози, прекрасно зная, что смущение краской растекается не только по лицу, но уже переходит на уши, шею и, возможно, даже грудь.        — Ты…смущён? — Эдогава немного помедлил перед вопросом. — Чуя? — позвал он мужа не получив ответа.        — Да! Да, я смущён! Доволен?! — Накахара резко вскинул голову, гневно глядя на парня под собой, но все равно будучи не в силах совладать с багрянцем.        Рампо усмехнулся и сел, притягивая Чую к себе на колени и крепко обнимая за спину, чтобы тот не смог сбежать. Накахара внимательно наблюдал за его действиями, упираясь ладонями в его грудь и напрягаясь, когда детектив наклонился к его уху.        — Прекрасен, — прошептал Эдогава, сильнее прижимая мафиози к себе, ведь тот попытался вырваться. — Невероятен. Восхитителен. Божественен. Любимый. Хороший. Незаменимый. Самый лучший… Я буду задаривать тебя комплиментами до тех пор, пока ты не станешь воспринимать их нормально, мой хороший.        Рампо снова собирался продолжить, но, так как до этого Чуя прекратил вырываться, а сам он все же ослабил хватку на его спине, то сейчас Накахара этим и воспользовался. Резко отодвинув Эдогаву от себя, мафиози припал к его губам, понимая, что это был единственный способ заставить его замолчать.        Детектив хихикнул в поцелуй, сразу же отвечая и продолжая поглаживать мужа по спине. Это был не первый раз, когда Чуя так реагировал на комплименты, но в этот раз Рампо, кажется, и правда немного перестарался, раз Накахара чуть ли не терял сознание от смущения.        — Послушай, Чуя, ты прекрасен. Ты заслуживаешь всех комплиментов мира.        — Просто заткнись.        Чуя лежал у него на плече, обнимая за спину и прикрыв глаза, в которые лезли черные волосы. На губах мафиози играла любящая улыбка.