Interceptor: After. The last choice

— Проклятье!!! Резко подрезавший BMW вынуждает Джей Джей вдавить тормоз. Range Rover дёргается; рычит на заднем сидении Смирнов. — Ты не могла бы аккуратнее? Вместо того, чтобы сделать шов, я ему иголку в кость воткнул, — Кессель хмурится, но продолжает приводить руку “Дэнни" в порядок. При этом сидит главный медик, он же ядерный террорист, скрючившись и вытянув больное колено. Его колено стоически выдержало ночную прогулку, но при попытке встать с лавочки после утреннего отдыха напомнило о себе болью настолько сильной, что Джей Джей увидела слёзы прежде, чем Кессель их смахнул. Джей Джей молчит. Объезжает выбоину в асфальте, пока в голове крутится мысль о том, насколько иронично их положение. Едва способный идти профессиональный палач — единственный, кто может хоть что-то сделать с прорезанной насквозь ладонью, ибо в больницу ехать опасно: Громов прекрасно понимает, что Смирнов отчаянно нуждается в помощи врача. А если у него есть доступ к камерам наблюдения медучреждений… Какие вообще ресурсы у него есть? На светофоре загорается красный, и Джей Джей достаёт мобильник. В Интернете тишина. Никаких новостей о нападении на капитана атомной подводной лодки или перестрелке на подземной парковке. Всё зачищено или она слишком рано полезла в сеть? Тихо стонет на заднем сидении Смирнов. Зевает, не прекращая шить Кессель. Снова ёрзает в попытке устроить больную ногу. — Если повезёт, косточки срастутся нормально. Нет — навсегда останешься неспособным шевелить ладонью калекой. А если ты всё же решил сохранить верность тем, кто тебя покалечил, и там, куда мы едем, ждёт засада, то эта травма покажется сущим пустяком. Закончив со швами, Кессель перерезает нитку. Подняв иголку на уровне глаз Смирнова, он усмехается: — Есть более десятка способов убийства этой штукой, и в случае твоего предательства я выберу самый болезненный из них. Будет весело. Но только не тебе. Джей Джей слышит, как медленно выдыхает Смирнов. Видит в зеркало заднего вида, как выразительно он закатывает глаза. Возможно, мысленно считая при этом до десяти. — Я с ними не работаю. Сказал же. — А представь, что было бы, впусти ты Кесселя на борт подводной лодки? Пришлось бы слушать его до самого Северодвинска, —Джей Джей улыбается. Кессель серьезнеет. — Уверен, что место безопасно? — Абсолютно, — Смирнов кивает, — это дачный участок моего давнего приятеля. Его пожилые родители едва ходят и в прошлом году перестали выбираться за город, а сам он покинул Россию сразу после февральских новостей. Крупная развязка — выезд на так называемый МКАД — остаётся позади. Огромные торговые центры и приземистые автосалоны сменяются огромными яркими многоэтажками, а те — лесным массивом. Пропадает мобильная связь. — Там есть выход в Интернет? — Джей Джей думает в первую очередь о папе, и только потом — о деле и стыдится собственных неозвученых мыслей. — Только мобильная связь. Была вроде как, — Смирнов наблюдает, как Кессель заканчивает накладывать импровизированную шину. Поблагодарив, тут же — одной рукой — достаёт сигарету, затем зажигалку. — Это дачный кооператив? Насколько у твоего знакомого любопытные соседи? — скользнув по Смирнову равнодушным взглядом, Кессель утыкается в смартфон. Недовольно хмурится. Включает радио и находит — судя по интонациям дикторши — новости. — Во-первых, это деревня, где живут такие же сезонные приезжие и почти не осталось любопытных местных. Во-вторых, это вам не США, тут у многих высоченные заборы, и у нас тоже будет такой… — В криминальной сводке ничего о нападении на твою квартиру, — перебивает Кессель. — На пистолетах были глушители. А квартира… — Видимо, квартиру оперативно привели в порядок, — и вновь Кессель не утруждается дослушать то, что ему явно не интересно. — Что бы ни задумал Симонов, лишнее внимание ему не нужно. — Придётся лезть в его поместье. Или офисы. Сколько их, кстати? — Джей Джей безуспешно пытается понять, что говорит дикторша, но улавливает только отдельные слова. — Поместий или офисов? В любом случае ответ один: я не знаю. И налоговая, сдаётся мне, тоже. Информацию можно найти, но понадобится время. Опять же, я понятия не имею, на каком из объектов Симонов хранит что-то полезное для нас. Зато будь уверена, каждый объект его недвижимости охраняется получше нашей многострадальной SBX-1. Такие как Симонов крайне щепетильно относятся к защите своей собственности. Джей Джей обессиленного откидывается на спинку. Высунув локоть в открытое окно, сосредотачивается на дороге: вождение хоть как-то-то отвлекает от попытки спланировать следующий шаг при критической нехватке данных. — Когда приедем, попробуй что-нибудь накопать. А сейчас я сворачиваю к вон тому кафе и покупаю нам обед. Пожелания, возражения, предложения? — Кофе и обезболивающие: там за соседней дверью аптека. И что-то, чем мы не отравимся, — Кессель откладывает бесполезный сейчас смартфон и скрещивает руки на груди. Смирнов кивает. Он всю дорогу практически не разговаривает, но, учитывая его ночные приключения, это не удивляет. А в кафе продают плов навынос. И кофе. И обезболивающие уже лежат в кармане. В общем, жить можно: осталось только очередь отстоять, но с этим Джей Джей Коллинз уж как-нибудь справится. По крайней мере она побудет в относительной тишине хотя бы пятнадцать минут.