часть единственная.
25 мая 2024 г., 20:14
— Ты вновь здесь.
Мягкая понимающая улыбка трогает губы, и сердце начинает трепетать. Эльза кутается в плащ, стоя на пороге и не решаясь зайти внутрь.
— Зябко на улице, проходи скорее. Простудишься ещё.
Это даже смешно. Эльза поджимает губы в улыбке и заходит внутрь. Пахнет домом. Её домом. Кедр, дым и мускус. Ядрёная смесь, но такая родная. Драгоценная.
В её объятиях тепло — отпускать не хочется. Эльза с тоской проводит кончиками пальцев по её руке, пересчитывая костяшки, и подносит кисть к губам. Оставляя невесомые поцелуи.
— Дай я накормлю тебя хоть, а то в вашем королевстве совсем исхудала ты. Рассказывай, как всё прошло. Как Анна? А дитя её?
И Эльза рассказывает. Говорит без умолку обо всём, докладывает обо всех новостях, грея вечно ледяные ладони о кружку и поправляя спадающую шаль на плечах.
— Да ты что! Быть не может, чтобы она так сказала! Погоди, у тебя коса растрепалась, давай расплету. Так, продолжай. И что, и что?
Эльза жмурится, когда локоны перетягивают, но послушно сидит на месте и не дёргается, получая смазанные нежные поцелуи в макушку. Сердце трепещет, разгоняя кровь по телу. Щёки алеют, когда поцелуй остаётся за ухом.
Хочется остаться в этом моменте навсегда. Хочется, чтобы так оставалось всегда.
Грубая шершавая рука массирующими движениями проходит по коже головы, снимая напряжение. А потом Эльза чувствует дыхание на своём лице.
— Оставайся, — тихо просит, прислоняясь своим лбом к другому, и носом потирается о нос. — Эльза, прошу сердечно, не мучай. Оставайся со мной.
Будь моей. Между строк. Любовь витает в воздухе невысказанными словами, нежным взглядом и заботой. Проникает в самую душу, греет как второе Солнце.
Личное Солнце.
— Я уже твоя, Ханимарен, — смеётся девушка, касаясь своим носом кончика чужого. — Давно и безвозвратно. Знаешь?
— Теперь да.
Ночь долгих разговоров. Следовало устроить её ещё тогда, когда Эльза в первый раз согласилась прокатиться на оленях вместе с ней.
Сейчас девушка нежно следует кончиками пальцев за замысловатыми узорами, повторяя каждый завиток. Тёплый приглушённый свет от горящей свечи создаёт приятный констраст с её ледяной натурой. А под пальцами бегает мороз, создавая точную копию узорчатой шали.
На пне, служившем тумбой, стояли две кружки горячего ягодного чая. Эльзе казалось красивым то, как выходит пар, отбрасывая красивые тени в свете свечей.
— И всё-таки это необычайно.
Эльза прекращает колдовать и поворачивает голову на голос. Восхищённое лицо, которое ласкает тёплый свет, очерчивая каждый изгиб. Эльза думает, что необычайна здесь только она.
— Нам нужно поговорить, я думаю.
Голос как не свой. Чужой. Хрипловатый. Эльза никогда не слышала свой голос таким. Ханимарен улыбается, и в её глазах сверкают звёзды.
На кровать приземляются две бордовые шали. Без узоров.
— Двигайся, сейчас будем вышивать.
Ханимарен похлопывает по одеялу напротив себя, и Эльза послушно двигается. Она берёт одну ткань, но чувствует на руке тяжесть другой ладони. По очереди.
— Знаешь, мне было больно, — начинает Ханимарен, делая первую петлю. — Страшно. За тебя. Я боялась, что ты не вернёшься.
Эльза затаивает дыхание, но сердито выдыхает, когда ей молча передают ткань. Её тоже страшило путешествие, но выхода не было — Эльза была королевой. Она должна была.
— Мне было тяжело принять решение остаться здесь. Там, в Эренделле, моя семья. Анна. Кристоф. Олаф. Королевство.
— И всё же ты здесь.
— Здесь, — Эльза улыбается и передаёт ткань. Фырканье Ханимарен она предпочитает проигнорировать.
Петля за петлёй, узор за узором, тайна за тайной. Эльзе хорошо, когда Ханимарен нежно разминает её кисти, оставляя поцелуй на каждой костяшке.
— Я не думала, что привяжусь к тебе, что ты станешь моим маяком. Моим якорем здесь.
— Ты стала моим Солнцем, — Ханимарен озвучивает недавние мысли Эльзы, затягивая петлю. — Когда я впервые увидела тебя, твоё волшебство, то подумала, что ты очень сильная женщина. Это было сказочно. Я, кажется, впервые испытала такие сильные эмоции.
Это была не любовь и не влюблённость даже — восхищение. Эльза понимала её. Сама точно то же испытывала.
— Помнишь нашу первую ссору на пастбище? — Эльза усмехается, провязывая завиток. — Всю ночь я не спала, думая о том, как сильно я тебя обидела. Мне жаль. Я до сих пор так и не извинилась.
Ханимарен мягко улыбается и отбирает шаль, затягивая последнюю петлю и укрывая ей плечи Эльзы. Произнесённое одними губами заставило сердце сделать кульбит. «Королева».
— Уже нет, — Эльза аккуратно берёт в свои руки её ладони и бережно выводит круги большими пальцами. — Мне спокойно с тобой. Так хорошо. Тепло.
Ханимарен прикладывает губы к её виску, оставляя бархатный поцелуй. Мимолётный. Эльза притягивает девушку к себе и дышит ядрёной смесью кедра, дыма и мускуса. Дом — не место, дом — Ханимарен.
— У нас ещё одна шаль, — шёпот в шею щекотным дыханием. Эльза отодвигается и видит в тёмных глазах напротив любовь.
Нежность. Тепло. Звёзды.
В её глазах, она уверена, видят то же самое.
