крестики

сантос, — богом клянётся, что не грешил настолько сильно, — аккуратненько держит своё попугаячье сердечко в ладонях когда два пугала вваливаются в этот клятый магазинчик. ну, всё. за ним пришла смерть налоговая. сейчас будут шманать по кассам и ящичкам, выискивать дебеты, а его, бедненького, дрючить за негашеные кредиты. мама, прости что он так редко говорил, как тебя любит. жесть высокий — с шляпой до носа, — кашляет. ещё раз. толкает другую амбалину в спину. и сантос чувствует как каждый сосочек на его языке засох. пугала начинают детскую потасовку, шипя друг на друга то и дело "ты иди" "блять, нет, ты иди" цапаются за волосы. сантос шагает в пропасть. — добрый день, — и голос даёт жёсткого петуха. — вам чем-то помочь? он засунул руки в кассу. и переплёл пальцы так, чтобы осталось только пять синих крестов. ради всего святого. амбалина — с огромным шнобелем за козырьком кепки — шмыгает. кашляет. и говорит. что-то. — прошу прощения, я не расслышал. можете повторить? шнобель вздыхает. делает глубокий вдох и, будто по мензуркам разливает яд, медленно выдавливает слова: — нам вас порекомендовали. пизда. всё. сантос на конечной. вонючая улыбка на лице только тянется, и он на кой-то хрен всё усугубляет. — очень приятно! с чем могу вам помочь? — кресты. мама не плачь на его могилке. их будет много. мамочка, его похоронят, выкопают, расчленят и потом каждую частичку отдельно похоронят. — маленькие. даже член не пожалеют. — много. эксель грузится, сантос клацает по ноуту и выдаёт: — вам крестики для плиток? — и вытаскивает один из шкафчика. пугала переглядываются. и радостно гигикают вертя плиточный крестик. — мать его, они. — нам таких несколько пакетов. — а свечек, случаем, махоньких таких, — пальцы сводит так близко, что сантос туда бы и зерно не просунул, — не найдётся? сантос звучно сглатывает. — боюсь, в нашем строительном магазинчике такого не найти. но, если что, я могу уточнить! — ну, на нет и суда нет. они расплачиваются. они хихикают. они уходят. сантос мнётся. его не вздёрнули. это будто бы… он не знает. — извините! шнобель поправляет кепку и поворачивается. шляпошный втюкивается в него. тоже тормозит, выходит. — извините, ещё раз. очень уж любопытство давит: это какие же огромные площади вы будете отделывать плиткой? пугала переглядываются. насколько это возможно, когда у одного глаза глубоко под чёрной шляпой. и ржут. — у модди, ну, он как бы нам не друг, но мы дружим лет семь, наверное. — он лох! — во, точно! у него пчёлы зиму не пережили. — приходите на похороны тринадцати ульев и королевской семьи! завтра в полночь! — за городским кладбищем! — нам вас дети посоветовали. они тоже будут. — приходите ещё! сантос скатывается на пол. пчёлы.