Юный Титан: Человек-паук

Глава 14: Холодный расчёт

      Признаки близости Фриза и Тарантулы начались со взглядов, с женских комплиментов и восторженного выслушивания научных россказней профессора. Что было удивительно и одновременно мерзко, но Тарантула умело поддерживала беседу, от чего Фриз просто не мог к ней подкопаться. “Моя мать ещё и манипулятивная сука высшего разряда...” — от чего моё сознание так и ломилось от гне-гордости.       Дальше начались касания, да взгляды с понятными мотивами со стороны Каталины. Когда же инициатором касаний стал Виктор, стало понятно, что они переспали, и что пытаться в чем-либо переубедить учёного стало окончательно безнадёжной затеей.       Оставалось только наблюдать, что... Говоря откровенно было нелегко. В конце концов, в редкие моменты, когда Тарантула выпускала из своих клещей профессора, то с улыбкой пыталась контактировать со мной.       И здесь речь начинала заходить уже не о вылете из лаборатории из-за залезания в личные дела Фриза; а об аресте за нападение... Сколько бы я вдохов не делал или до скольки не считал, а сука продолжает иметь на меня такой эффект.       Все же попытки Донны и Карен проследить за ней, после окончания работы в лаборатории оканчивались неудачей — Тарантула просто смешивалась с толпой и в миг исчезала, почти как я мечтаю, чтобы она исчезла из моей жизни, не оставляя за собой ни следа.       Так подошёл день, когда Фриз решился испытать метод по выходу из криосна на дочери.       Началось всё с того, что тело покрыли специальным раствором, похожим чем-то на желатин. Следом тело Кэтлин прокололи специальными иглами, чтобы не нанести увечья. Ну а дальше, температуру в особой комнате начали осторожно повышать.       Как младший научный сотрудник, я наблюдал за всем со стороны, да передавал иглы для установки их в машину, или же переносил капсулы с раствором для геля. Но даже так, я чувствовал себя причастным к чему-то великому и был благодарен возможности.       Что же касается самого Фриза, то...       Он одновременно замер подобно статуи изо льда, но вместе с тем его глаза пытались уследить одновременно за всем: за показателями приборов, видом его дочери через окно, изображением с камер внутри, да поймать любую оплошность.       Закусив палец, Виктор, впрочем как и все собравшиеся, не глядели в сторону равнодушно наблюдающей за происходящим сукой. — Ч-что ты задумала? — посему проглатывая целый ворох эмоций, я заговорил с мразью, что породила меня на свет. — Так мило, что ты всё запинаешься при разговоре со мной... — и вот на лице Тарантулы зажглась улыбка, всё ещё скользкая, мерзкая, выжидающая. — Правда она красивая? — Чего? Не уходи от темы- — Когда мы были в твоём возрасте, мы с отцом уже имели тебя, Питер. Я искренне за тебя переживаю.       Сдержав плевок, лишь сжав руки в кулаки, я развернулся отойти от Тарантулы, прежде чем устроить сцену. — Тебе нужно научиться полагаться на взрослых, Питер. Иначе можешь пожалеть. — как Тарантула бросила своё предупреждение.       И пока ледяная корка медленно сходит с Кейтлин, воздух внутри расширяется узорами на смотровом окне. Я не мог отвести взгляда от Тарантулы, готовясь, даже поставить свою геройскую личность под угрозу, броситься на неё. — Ч-что-то не так!.. Отменяйте! Что-то не так!       Однако тем, кто разрушил изначальный план стал сам Виктор. Буквально, как потерявший рассудок, он бросился к пульту управления, и принялся возвращать процесс разморозки вспять. — Хаа-аааа... — что у него получилось, и от чего Фриз чуть не упал от бессилия в теле. К несчастью, его подхватила Тарантула. — Ты была права, я ещё не готов... Не готов взглянуть в глаза, если... — Ничего, милый. Не переживай. Инвестор же тебя не торопит, у нас есть всё время мир-А? — Что такое мил-Почему не начался процесс обратной заморозки?!       Ожидаемо возникла проблема. И когда старшие сотрудники очистили ледяное тело Кэтлин от геля, температура вместо того, чтобы опуститься, осталась на месте.       Весьма быстро стало понятно, что проблема кроется в системе подачи охладительного элемента. Почти весь научный персонал разошёлся искать повреждения, как можно скорее. Оставив Тарантулу с... — Выйди. — учёным, который ничего не понял, но ноги сами двинулись под тяжестью купюр.       Когда же Тарантула открыла дверь в специальную комнату Кэтлин, да начала осматривать распылители подачи заморозки... — Как же низко ты можешь пасть? — уже переоделся в костюм Человека-паука, и оказался позади Тарантулы, что... *Взмах*       Без секундной задержки вынула лезвие, и махнула в попытке вспороть мой живот. — ...       Хотя и не должно было, но выпад Тарантулы шокировал меня до кажется давно замёрзших участков души, и на мгновение я просто замер на месте. — Да ладно тебе, мы же оба знаем про твоё паучье чутьё.       Когда же на лице суки возникла улыбка, то сердце вновь забилось и я, наконец, позволил рукам броситься в нападение. — Я предупреждаю, что ты пожалеешь! Тот, кто придёт после меня, не будет столь же мил-Кгха!..       И отдавая должное тесному пространству, и отсутствию у Тарантулы сверхсил, я быстро разобрался с ней. Пускай и не так быстро, как можно было ожидать, ибо до потери сознания от удара в солнечное сплетение она смогла бросить свою пустую чушь. — Кто бы не пришёл, и он закончит проигравшим. — произнёс я лежащему на моём кулаке телу, чтобы справиться с по наследству передавшимся желанием продолжить насилие.

.....

— Какой же ты дурак... — такими стали первые слова Тарантулы, после того как я доставил её на базу Юных Титанов. — Что вы сделали с Харли?! — а вот первые слова Хелены сочились во всю угрозой. — Я не пон-! *Хруст*       И сочились отнюдь не просто так. Подобая отцу, Бэтгёрл без толики сомнения сломала палец заключённой, стоило Тарантуле лишь предпринять попытку увильнуть.       Не знаю, что именно говорит во мне, но... Даже с мразью, как моя мать, подобный метод допроса вызвал неприятие. — Сук-Девочка, ты даже не понимаешь, на что напрашивае-! *Хруст*       Вслед за соседним, безымянный палец оказался задран неестественно вверх, в этот раз из-за угрозы. — Поймав меня, Уоллер прибегнет к плану “Б”, идиоты мелкие! — Что за план “Б”? — Не “что”, а “кто”! И ты знаешь его очень хорошо девочка.       По одному остекленевшему взгляду Хелены стало понятно, что речь идёт ни о ком-нибудь, а о мрази, что ещё похуже моих родителей, гораздо хуже... Речь идёт о Джокере.

.....

      Что же не удивляло совершено, так это полное отсутствие лояльности у Тарантулы в отношении Уоллер. Она многое выложила на стол, в том числе и способ контроля над худшими из людей...       Например, выяснилось, что у АРГУСа есть свой вариант препарата улучшающего физические способности, по типу того, что сделал меня Пауком, вот только помимо того, что он имеет временный эффект, другая его сторона в наркотической зависимости, которая вырабатывается при его использовании.       При этом, со слов Тарантулы, Уоллер дала им чётко понять, что ломка от него не переживается. — И что будем делать? — и так мы предстали перед выбором. — Мы же не убийцы... — как-то нерешительно начала Рэйчел. — Но верим ли мы ей — это основной вопрос. — что заставило Хелену прояснить о чём идёт речь. — И что, даже если да? — стоя в стороне, поинтересовалась Памела. — Вы же не планируете её отпустить, героичики?       Полная ядовитого сарказма фраза Плюща заставила нас всех задуматься о том, какой на самом деле у нас есть выбор. — Медицинский детокс? — предложил я. — Рискованно, учитывая, что мы не знаем, как препарат отреагирует на попытку вывода, переживёт ли это... Ну, твоя мать. — произнесла Барбара очевидную вещь, что стала для меня таковой, ещё до того как закончил излагать идею. — Ну... Она не так уж прям ужасно опасна, чтобы отпустить её было так уж плохо... — пожала плечами Донна, в надежде получить поддержку, хоть от кого-нибудь. — Ха!.. — но услышала лишь смешок Памелы, да увидела мой холодный взгляд. — Тварь до сих пор жива, лишь потому, что её недооценивают. — взгляд, что не остался без столь же холодной реплики.       Карен попыталась взять меня за руку, но я её отдёрнул, ибо мне было не до её игр в парочку. — Может, стоит прибегнуть к магии? — скорее в попытку опустить градус напряжения, чем с серьёзным предложением выступила Рэйвен. — Хмм... Может, нам стоит создать свой наркотик? — и лишь после секунды, заговорила Барбара. — Ты о чём?! — что заставило Хелену переполошиться. — Конечно, это отвлечёт нас от другого проекта...       Дальше Барбара детально объяснила над чем мы работаем в лаборатории, и когда же Хелена узнала причину: — Он и в самом деле может помочь Харли? — это стало единственным, на чем она могла сконцентрироваться. — Ну надежда есть, но... — Тогда я хочу, чтобы вы- — Хелена, думай головой! — кажется впервые строгой в их паре выступила Барбара. — Нам нужно чётко распределить приоритеты!

.....

      И хотя слова Барбары имели смысл, однако ровно до происшествия с Харли. Нет, девушка не вышла из комы. Она продолжает в ней находиться, вот только теперь на её лице почти гримасой застыла улыбка. Образовавшаяся, после того как понятно кто проник в больницу, убив всех кто встал на его пути... Включая встреченного старика в лифте.       И хотя токсин Джокера был хорошо знаком Бэтмену. Тот вступил в неконтролируемую реакцию с оригинальным препаратом, и мозговые клетки Харли начали буквально отмирать.       Теперь неизвестно, какая часть человека будет на месте в случае пробуждения. Да и будет ли это человек способный на полноценную жизнь.       Итак, препарат стал нашей единственной надеждой...