Спаситель миров.(1)

***

Каждый раз, оканчивая учебное заведение, под названием — Хогвартс, Гарри судорожно задумывался, а для чего вообще он из раза в раз соглашается на сделку со смертью — Хель, и стремя голову бросается на спасение очередных вселенных, которые за всё время не принесли ему ничего, кроме разочарования и головной боли? Ну правда, хоть бы кто ему помог хоть раз, хоть бы в любви признался, а не сопел в ухо каждое утро и вообще... Этих «вообще» — Гарри мог бы насчитать сотни тысяч. Именно столько, сколько он спасал чужие задницы от апокалипсиса, в какой превратили его собственные обитатели. Он, ещё в первое свое перерождение поклялся смерти, в том, что будет служить ей верно и преданно до скончания его безжизненных похождений. А, что толку, что поклялся? Жизнь она ему даровала, советами одаривала, но никаких человеческих проявлений эмоций он чувствовать не мог и не хотел. Нет, конечно, напускная радость и горькое уныние у него ещё имелись в арсенале. Но ничего более страшного, чем потеря чувств за свой мало-мальский прокол — он и думать то не мог. А казалось бы, всё было так радужно...

***

— Гарри! — противный визг зрелой женщины раздался над ухом и он поспешил поморщиться от собственного бессилия. — Я ведь тебе указала, как нужно делать, а ты... — Хель, не кричите пожалуйста, иначе я точно уже концы с концами сведу. И будьте добра, объясните, в чём я провинился. — Ах, ты даже не знаешь? — черноволосая женщина зло сощурилась и обвиняюще ткнула в него пальцем с длинными, такими же черными, как и она сама, ногтями, — ты, Поттер, потерял сильнейший артефакт, который мог сделать твое нахождение в этом мире, в один момент - более чем бесполезным. Отдал бы его Тому, он бы разобрался, сделал всё сам и вуаля, мир живёт и радуется. Но нет, теперь тебе придётся либо искать его по всем уголкам нашего скромного мира, и это я говорила не про Британию, а про всю планету в принципе, либо лишаться самого ценного, что тебе даровала матушка природа — чувств и эмоций. С каждым её словом, голос становился всё холоднее и холоднее, а аура, обвивающая темным коконом её — всё горячее и горячее, обдавая всё помещение одновременно то загробным холодом, то внеземной жарой. — Стоп, стоп, стоп. Объясните для начала, какой артефакт и где я его посеял, — спросил Гарри, испуганно косясь на черноволосую женщину. — Часики, которыми одаривала тебя сама судьба, ни о чём тебе не говорят? — Говорят, и причём, очень даже... Но мне всегда казалось, что эта милая безделушка не способна на спасение мира... Только вот... — «Только вот» у него! «Не способна на спасение мира»! — передразнивая Гарри, говорила она, — подумать только, сколько вселенных остались живы благодаря тебе, сколько Малфоев и Ноттов умножило своё состояние, опять-таки, благодаря тебе, а сколько Дамблдоров погибло мучительной смертью... Конечно же, под моим четким руководством, — поспешила похвалиться Хель, — но стоило мне оставить тебя на пару минут одного, как всё... Всё пошло крахом! Выплюнула та, и магия, что до этого лишь вихрилась вокруг смерти, устремилась прямо на юношу, сбивая того с ног. Гарри в удивлении распахнул глаза и мгновенно приготовился к боли, которой, к его счастью, не было. — Ты всё ещё меня боишься, мой маленький повелитель смерти... — горестно вздохнула Хель, — я понимаю, что отправить тебя в путешествие, дабы ты попытался отыскать артефакт — глупо. Поэтому, у меня не остаётся другого выбора, — она сделала шаг вперед и сделала неопределённый пас рукой, — сейчас ты потеряешь чувства, но потеряешь ты их до тех пор, пока не найдёшь свою истинную пару. При перемещении в другую вселенную у тебя будет ровно год, чтобы справить своё одиночество и забыться в нежных объятиях любимого человека. Если найдешь — не велика потеря, ты вернешь все чувства, и даже, возможно, обретешь новые. Если не найдешь, ну что же, будешь мириться с тем, что ты станешь черствым как сухарь палачом. А теперь, спи. На последок сказала она и Гарри мгновенно почувствовал, как его веки тяжелеют, а мозг отключается.

***

Проснулся Гарри ранним утром, укрытый по самую голову одеялом, весь потный и мокрый от слёз. Неудивительно, ведь его шестой курс не был самым радужным и счастливым. Подняв ещё тяжелую голову с мягкой подушки, он огляделся и заметил, что половина кроватей в Гриффиндорской спальне совершенно пустует. Недоумевая, куда могли пропасть верные товарищи, он с ужасом представил, что какой-нибудь Волдеморт мог устроить ночной геноцид и повырезать половину факультетов Хогвартса. Хотя, скорее это сделает Дамблдор. Но представление в его голове уходить не хотело, ровно так же, как и вызывать в нём какие-либо эмоции. Плюнув на всё, он мысленно пообещал себе расспросить об этом за завтраком у Рона, который, на удивление ещё сладко сопел, и встав с кровати, отправился принимать холодный душ. Нужно было избавиться от разных мыслей и заодно хорошенько вымыться.

***