Kingdom of the Seven Dales

              Грязь на одежде эльфийки, немного испачкавшая ее лицо, быстро раздувающиеся ноздри и отражение разгневанного леса в глазах девушки толковали магу о случившемся. Таверну заполнили недовольные голоса и сплетнические разговоры. Азалия не спешила опускать лук даже тогда, когда маг направился к ней, попутно избавившись от осколков бокала. Его лицо нагло было исписано влиянием алкоголя, что только больше провоцировало Азу выстрелить второй раз. Она застыла, ощущая режущую боль в сердце и пришла в себя, когда пальцы мага крепко сжали рукоять лука, волоча за него Лию за пределы таверны. Владелица напоследок успела крикнуть стоимость бокала, на что Лорейн грозно хлопнул скрипучими дверьми.              Уже на улице девушка смогла вырвать свое оружие из рук колдуна, который знал весть о наступлении Древнего Зла, но при этом спокойно распивал элитный алкоголь в развратной, воняющей пьяницами, дешёвыми папиросами и быстрым сексом таверне. Она тут же накинулась на него, будучи остановленной его быстрыми руками, сжавшими ее плечи.        - Что сталось с эльфами? Где... - её напуганный, хриплый голос был прерван всхлипом и хлынувшими слезами. Она обозлилась на себя, выхватывая из рукава кинжал, тот остался незамеченным магом. Сквозь тысячи женских слёз эти заставили его чувствовать искреннюю жалость. А может это потому, что он сам ощущал эту боль, связывающую их ритуалом. Тем не менее её чувства притупили его бдительность. Он крепко держал её руки, не давая приблизиться ближе. Маг не собирался говорить ей слова, которые сломили бы ее еще больше. "И кто в итоге оказался прав?", "Нужно было мне поверить". Вместо этого он заглянул в ее глаза, тряхнув за плечи.               - Тише... - нежный, успокаивающий голос, воспринятый Азой как издевка. Страх и жалость сменились жгучей яростью, затянувшейся на шее канатной веревкой только туже под натиском рук и глаз Лорейна.              Она перестала слышать его следующие слова, когда ярость образовала всплеск ненависти. Ненависти не только на мага, но и на себя. Даже после столкновения с вендиго она отказывалась верить в произошедшее. Кончина деревни упала на её плечи тяжелой виной. Маг заставил взять ее эту ношу и нести бремя в одиночку, вопреки тому, что они оба знали о скорой опасности. Тем не менее его предостережения не внушали доверия, поэтому винить она могла еще и его. Как же можно винить исключительно себя, когда в случившемся есть и вина другого. Это второй раз, когда девушка решилась напасть на него. Выхваченный кинжал хотел было примкнуть к шее мага, но задержался в десяти сантиметрах. Эльфийка озадаченно глянула на свою руку, что словно была обхвачена чьими-то пальцами. Невидимые силы не давали острию приблизиться к мужчине, не давали его ранить. Лорейн мягко перехватил её руку, ожидая такой реакции и принимая ее чувства. Грустно глянул на кинжал, и она злобно засунула его обратно в ножны.        - Послушай меня... - замер на месте, не желая отходить. - Эльфы еще живы. - фраза, вселяющая огромную надежду и возвращающая жизнь в глаза Азы, что отозвалась трепетом и в сердце мага.        - Что с ними? Где они? - нетерпеливость в голосе и смелый шаг вперед, все же побудивший брюнета отступить.              Он втянул щеки, нахмурил брови, отводя лицо. Помедлил, обдумывая формулировку, а затем изрёк. - Нужно вернуться в лес.                     Отсутствие аргументированности и ответов, изводило Азу на обратном пути в лес, ставшим для нее настоящим ужасом. Она держалась стойко, идя рядом с магом. Желание правды превзошло страх перед чудовищами. Эльфийка вела его в свою деревню, что постепенно покрывалась огнем, становясь огромным факелом от жутких ночных тварей. Вероятно, все вендиго, что были в округе, давно покинули эту часть леса, стоило им увидеть свечение огня. Именно этими мыслями успокаивала себя Лия, идя недалеко от придерживающегося тишины мужчины. Наверняка на возникший огонь сбегутся горожане. Что же они подумают, увидев деревню эльфов сожженной? - “Главное, чтобы потушили лес…” – Аза старалась отвлечься от постоянной тревожности об исчезновении своей семьи второстепенными по важности мыслями. Она то ускоряла шаг, то наоборот замедлялась, ожидая мага. - Прошу… - не выдержав, заговорила девушка. – Скажи, что с ними случилось?       Свет от огня уже освещал их лица, Лорейн перевел ни о чем не говорящий взгляд на Азалию, задумался, облизывая пересохшие из-за дыма губы. – Раднар… - задумчиво произнес чье-то имя, мыслив о курительной трубке, что была бы крайне актуальна в данный момент. Девушка не поняла его и издала вопросительный звук, прищурившись. Он продолжал задумчиво молчать и тогда у хранительницы сдали нервы. Не ведая что делает, она подошла к уцелевшему дереву и приложила к сухой коре ладонь. До этого момента она никогда не решалась на практику полного единения с природой, ведь была убеждена, что на такое способны лишь достойные и могучие эльфы. Сейчас же вариантов было не так много, маг продолжал общаться загадками, что становилось невыносимым. На самом же деле он до сих пор не мог поверить, что обещанное случилось так скоро. Он ощущал колющую вину за то, что не смог уберечь первую долину, но ведь и он до конца не был уверен в решимости Раднара и Древнего, поистине пугающего Зла. Значит ли это что Зло теперь доберется и до других долин? Нет не так… Значит ли это, что оно это сделает быстрее него? Ведь теперь у него есть мудрость, отвага и зрячесть эльфов. Маг проследил за тем, как Лия касается дерева и его пронзительные, сливающиеся с темнотой глаза опустились на ее плечо. Кровавый след, смешанный с грязью, впитался в ее мятную блузу страшным цветом, демонстрируя опасность ее ранения. Он невольно начал размышлять над этим, мысленно взяв свои слова о неумении девушки защитить себя назад. Она выжила при встрече с вендиго. Это уже говорило о многом. И как показалось магу, о правильном выборе кандидата.                Стоило тьме опуститься на лес, как в деревне эльфов сразу начался Праздник Урожая. И если у людей он завершался фейерверками, так у эльфов он таким образом начинался. Ночь у эльфов, от природы, не то время, чтобы спать. Безусловно, сон им необходим, но не так часто, как людям. Без сна представители данного вида могут находиться довольно долго. Им требуется очень мало времени, чтобы восстановить свои силы. Они могут это делать даже стоя и в полудреме. Потому празднество ночью – это отличное время для веселья. День закончен, работа выполнена, можно отдыхать.                 Светлячки мерцали в густой листве, освещая путь к той деревне, которую помнила Аза еще утром. Деревья, оплетенные гирляндами фей, создавали купол, под которым собрался весь народ. Там стояли длинные столы с множеством серебристых тарелок. В них лежали фрукты необычных форм и цветов, сочные ягоды, диковинные орехи и хлеб из нежного теста с пряными травами. В воздухе витали ароматы варенных похлебок и свежих трав. Эльфы, облаченные в яркие наряды, расшитые золотыми нитями, двигались в танце под мелодии, исполняемые на древних инструментах. Лиры и арфы, флейты и барабаны сливались в завораживающий ритм, заставляя сердца биться в такт музыке. Лайя среди них была просто прекрасна, но на ее лице все еще отражалось волнение за отсутствие подруги.                Старейшины, седовласые и мудрые, сидели чуть в стороне, наблюдая за молодыми, их глаза светились добротой и спокойствием. Они рассказывали истории о старых временах, когда лес был еще юн, а звезды на небе — ярче. Вокруг них собрались юные эльфы, слушая каждый их рассказ с затаенным дыханием. На возвышении стоял трон, на котором восседал Трандуил. Его длинные, светлые волосы спадали на плечи, а глаза, подобные лазуриту, сияли радостью. Он поднял кубок, наполненный муровором, и произнес речь, полную мудрости и благодарности за еще один год в мире и гармонии с природой. Как только его слова стихли, ночное небо в миг покрылось страшной черной тучей, отрезающей лес от сверкающих звезд. Ветер тотчас затих, словно затаил дыхание, предчувствуя грядущую беду. Деревня эльфов даже не подозревала об угрозе, что нависла над ними.                Темные силы, подобно теням, беззвучно скользили сквозь густую листву. Их глаза сверкали жутким красным светом, а дыхание оставляло холодный след в ночном воздухе. На переднем крае армии шли вендиго. Их уродливые лица были искажены злобой и жаждой крови. Ночная идиллия вдруг была разорвана пронзительными криками мракоборцев на краю деревни. Лес ожил звуками битвы — звон металла, вопли боли и приказов. Воины-эльфы, вооруженные длинными мечами и изящными луками, выскочили из своих домов, готовые защитить лес. Но Древнее Зло жадно поглощало все на своем пути.                  Среди хаоса сражения выделялась фигура в черном, покрытая таинственными рунами, он шел позади своей армии, нашептывая заклинания на древнем языке. Земля дрожала под его ногами, а воздух наполнился запахом серы и гари. В грубых мужских руках была раскрыта зловещая книга, из которой шел наводящий страх красный свет. Он всматривался в битву, охотно расставляя свою книгу для того, чтобы поглотить души детей Света. С каждым ринувшимся к нему храбрецом, он забирал их эльфийские души, как будто они были всего лишь тенями. Когда он добрался до Правителя, тот ответил ему своим могуществом. Однако сил Природы было недостаточно, чтобы одолеть Тьму книги. После исчезновения Трандуила эльфы не сдавались. Они сражались с отвагой и решимостью, до последнего защищая каждую пядь своей земли, что однажды защитили их родители. Так продолжалось до последнего эльфа… Эрагон смело выпустил стрелу в колдуна, которых он всегда ненавидел и считал угрозой. Мужчина и самый настоящий мракоборец не отступил, даже зная, что остался совсем один. Поглощенный яростью, с боевым кличем, он отправил свою стрелу прямиком в Темного Мага. И она угодила прямо в цель, однако темная фигура стояла, будто, насмехаясь. Он не ощутил боли, не умер, не шелохнулся. То, как он лихо вытащил из себя стрелу стало для эльфа последним зрелищем перед тем, как быть заточенным в книгу раз и навсегда.                Из-под ряда воспоминаний древа Азалию вытащили руки Лорейна и точно вовремя, эльфийка хотела от себя намного больше, чем могла. Из её носа хлынула кровь во время процесса, собираясь на подбородке. И все же узнать, что случилось, у нее удалось. Запомнить лицо Темного Волшебника тоже. Она мотнула головой, высвобождаясь из рук Лорейна. Слёзы от увиденного лились сразу куда-то в горло, оставляя щеки сухими.        - Что такое? - промолвил и предложил свой платок мужчина, Лия благодарно выхватила его, прижимая к лицу.        - Темный Маг... - вышло тихо, - ... и какая-то книга. Она всасывала в себя их души. – перед глазами все еще стояла эта страшная картина оборванного праздника. - Вобрала в себя всех до последнего...              Мужчина был немного удивлен услышанным, все это время он составлял логическую цепочку, чтобы объяснить девушке как все было, но она и сама смогла это узнать. Лорейн не стал спрашивать каким образом, сумел предположить, глянув на ствол сосны.        - Не до последнего... - обсидиановые глаза пёстрым взглядом очертили лицо Азалии, и он вдруг задумался о ее имени, которое еще не знал.  – “Смелая… Смелая и красивая…”                Аза приподняла брови, отрывая его платок от своего носа. Взгляд мага снова выглядел издевающимся. – Чего глаза выпучил? – командирский тон мигом прервал все хорошие мысли в его голове о ней, он закатил глаза в пренебрежении, а красавица продолжила. – Что это был за колдун?         - Не здесь… Пошли. – кивнул в сторону тропинки. – Нужно торопиться…   - Хорошо… Только… схожу в свой дом… в последний раз… - осадок грусти просочился в Лорейна через ее слова, он проследил ее взгляду, увидев еще не сгоревший домик. Наверняка здесь она родилась, выросла, отсюда были ее родители, которые тоже исчезли… Он хотя и был бесчестным распутником, но на сочувствие еще был способен. Особенно он мог понять утрату семьи… Проводил ее неспешными шагами до домика и начал осматривать местность. Гарь проникала в легкие, намекая поторапливаться. Азалия стянула с себя грязную кровавую одежду и кинула ее на кровать, услышав странный, но до боли знакомый писк. Эльфийка прильнула к простыням, увидев красный комочек. Ласка, свернувшаяся от страха в постели хозяйки, увидев ее, поднялась даже сквозь боль. Лия подхватила Альбу, прижимая ее к себе, горько расплакавшись. – Альба! – зверек ласково обтерся своей кровавой мордой и тогда девушка оторвала ее от себя, разглядывая раненую головку… - Альба, ты жива… – бережно провела пальцем по порезу на мордочке, что мог бы стать шрамом, и он тут же затянулся, возвращая на место даже шерстку. Нервное постукивание ботинка на крыльце заставили девушку скорее одеться. Она догадывалась, что теперь их путь с магом связан, а впереди ждет долгое и крайне опасное приключение, но ради спасения эльфов она готова пойти на все. Эльфийка, поглощенная тьмой страха сумела разглядеть проблески света, стоило ей обнаружить свою ласку живой… Времени на счастье не было, потому быстро облачившись в мужские штаны, которые Аза стыдливо прятала на дальней полке в своем шкафу для различных маленьких приключений, широкий тугой пояс, белую рубаху с черным корсетом и удобные сапоги, она выскочила из дома. Альба привычно расположилась на ее плечах, становясь крошечным спокойствием для своей подруги.          - Хорек уцелел… Вот так удача… - подметил волшебник, когда девушка гордо прошла мимо в мужских брюках. Она решила оставить его комментарий без внимания, по крайней мере сейчас. Сейчас их ждал долгий и напряженный путь.