Мой милый младший брат

— Тшшш... Джон начал осыпать лицо Лололошки короткими поцелуями. — Просто расслабься, — прошептал он в губы, после чего завлек младшего в поцелуй. Как это все произошло? Ответ прост: Джон все таки не смог сдержаться, когда увидел своего брата, вышедшего с ванной, обнаженного. Только полотенце было завязан вокруг поясницы, чтобы скрыть свое имущество. Джон, словно голодный пес, что сорвался с цепи, подошел к Лололошке и прижал того к стене, жадно целуя губы. Ло, конечно, был в шоке, попытался отстраниться, но ничего не вышло, поэтому перестал сопротивляться, ведь... Когда его старший брат хоть раз причинял ему боль? Правильно, никогда. Сейчас, находясь на диване, оба были голые. Лололошка лежал на диване с завязанными руками, что были заломлены над головой, и с раздвинутыми ногами. Он был весь красный от смущения и от стыда одновременно, тяжело дышал. Тем временем как Джон, что навис над ним, жадно рассматривал каждую частичку тела, оставляя где-то укусы, где-то засосы. Его длинные и тонкие пальцы находились около самого анального отверстия Ло. Джон начал медленно и аккуратно вводить один палец, из-за чего младший шикнул от боли. — Тише, мой дорогой, тише, — шептал Джон, целуя лицо, чтобы хоть как-то отвлечь от боли. — Просто расслабься. Лололошка выполнил его просьбу. Спустя три минуты Джон начал двигать одним пальцем. Были слышны всхлипы, но Ло старался не сильно напрягаться. Когда двигать пальцем было легче, а сам Лололошка уже не так чувствовал боль, Джон ввел сразу два пальца, из-за чего в отверстии медленно двигались три пальца. Ло крикнул, прогнувшись в спине и сжимая ладони. — Д-джон! Ост-тановись, п-пожалуйста, — сквозь слезы проговорил младший. — Ты должен расслабиться, — ответил Джон, целуя Лололошку в губы. Ло-шка постарался расслабиться и вроде уже получилось, но новая волна боли заставила вновь напрячься. Джон старался делать все аккуратно и медленно, так как не хотел причинить боль своему сокровищу. Спустя пять минут растягивания боль перестала быть такой острой, был лишь дискомфорт. Джон вынул пальцы из дырочки Лололошки, разместив руки на бедрах парня. — Д-джон? — спросил Лололошка, не понимающе посмотрев на Джона, который лишь улыбнулся милой улыбкой. Приставив свой член ко входу, Джон медленными движения зашел сначало головкой своего полового органа, из-за чего послышалось шипения от Лололошки. Подождав, пока младший привыкнет, Джон вошел наполовину, из-за чего Ло вскрикнул, прогибаясь в спине, в надежде, что сможет избежать боли. Чтобы отвлечь младшего брата от боли, Харрис начал целовать его бедра, оставляя на них багровые засосы. Ох, как же Джону нравилось видеть эти пятна на теле своего солнца. Видеть и осознавать, что он всецело принадлежит ему и только ему. От такой мысли сносило крышу. Джон и не заметил как вошел на всю длину члена, наслаждаясь своими мыслями. Он осознал это, когда услышал новый вскрик от Лололошки. — П-поаккуратнее нельзя?! — спросил Лололошка, делая глубокие вдох и выдох, пытаясь успокоиться. — Прости, красотка, — ответил Джон, наклоняясь к лицу брата и целуя его в губы. Когда Лололошка кивнул, давая знак на то, что можно двигаться, Харрис начал медленно и аккуратно делать маленькие движения. Спустя время, когда Ло-шка привык, Джон начал делать толчки чуть быстрее и глубже. Боли, к счастью, не было. Был лишь дискомфорт, перемешанный с наслаждениям. Ло прикрыл глаза и приоткрыл рот, с которого выходили полу-стоны полу-вздохи. Увидев, что младший привык окончательно, Джон стал наращивать темп. Толчки становились быстрее и глубже, из-за чего со рта Лололошки выходили негромкие стоны, которые тот пытался заглушить, кусая свои губы. — Красотка, не сдерживайся, — сказал Джон и сделал грубый и глубокий толчок, из-за чего младший громко простонал и прогнулся в спине. На такую реакцию Харрис лишь гордо улыбнулся, осознавая, что нашел то, что так упорно искал. Он стал делать грубые толчки, попадая по простате, из-за чего были слышны громкие стоны, что явно были слышны на весь дом. Джон потянулся к рукам Лололошки, что все это время были завязаны, и снял с них свой шарф. После чего быстрым рывком перевернул младшего, поставив его на четвереньки. Одна рука находилась на пояснице, а другая зарылась в волосы Лололошки, сжимая их и оттягивая. Толчки возобновились. Были быстрыми и грубыми. Вот Джон чуть ли не выходит из отверстия Ло, как резко входит обратно по самое основания. Лололошка закатил глаза, прогнулся в спине. Руки и ноги дрожали, намекая на то, что не смогут долго удержать своего хозяина, но даже если бы Лололошка и хотел бы упасть сейчас лицом в подушку, рука Джона, что все также находилась в его волосах, не позволила бы этого сделать. Все, я устала это писать. Дальше думайте сами.