Try to Resist Me

      Ночная городская жизнь — это то, что манит не только молодёжь, освободившуюся из-под родительского крыла, но и остальных молодых людей, любящих посорить деньгами направо и налево и пуститься во все тяжкие. Ночь срывает все маски, обнажая потаенные желания, которые при свете дня многие скрывают, пытаясь казаться правильными до последнего. Но все мы знаем, что находится на обратной стороне медали.       Ночные клубы собирают всех вместе, не редко становясь местом, где происходит то, что у некоторых не укладывается в голове. Алкоголь, сигаретный дым, деньги и похоть — четыре всадника апокалипсиса, которые ежедневно соединяются там, срывая башни особо бесхребетным и падким посетителям. Или же лучше сказать — падшим? Потому что за свои поступки их вряд ли встретят в раю с распростёртыми объятиями.        Признаться честно, на это и был расчет…       Грязные потерянные души ощущались приятнее всего, оставляя после себя особенное послевкусие, которое сложно с чем-то сравнить. Таких намного легче заманить. Они податливые. Буквально каждый готов сделать всё, что угодно ради временного удовольствия в толпе таких же отбросов, и это отвратительно прекрасно. Ради этого всё и затевалось.       И всё по его вине.       Он вальяжно восседал на кожаном диване, сканируя каждого своим внимательным, но безразличным взглядом. Лёгкая насмешка всегда красовалась на его лице, и не было никаких сомнений, кому именно здесь принадлежит заведение. Сам дьявол во плоти. И рога его лишь иногда мелькают в отбрасываемой им же тени.        Он упивался людской слабостью. Наслаждался, когда очередная жалкая душонка разбивалась вдребезги, не оставляя после себя ничего. Обожал пробовать грехи на вкус, когда в неком забытье, в которое тот вводил специально, люди рассказывали ему всё, совсем не понимая, с кем ведут беседу, а потом отправлялись на все четыре стороны, не помня ни себя, ни сам разговор. Жалкие людишки со сломанными душонками, которые не стоили и гроша, чтобы их покупать… ••• — Вы хотите сказать, что появилось ещё несколько «жертв» с такими признаками?       За последние несколько месяцев число молодых людей с сильными провалами в памяти значительно выросло, и ни полиция, ни медики не могут понять, с чем это связано. Пострадавшие поступают в больницы в сомнительно адекватном состоянии, иногда с обезвоживанием, но все поначалу несут какой-то неразборчивый бред. Всё хотели списать на алкогольное или же наркотическое опьянение, однако на следующие сутки пациенты приходили в себя, иногда испытывая проблемы с тем, чтобы сразу вспомнить собственное имя и адрес проживания, не говоря уже о том, чем занимались прошлой ночью. Они убеждены, что никуда не выходили из дома и не собирались вообще.       Знакомые некоторых пострадавших говорили о неком ночном заведении под названием «Infernus ignis», в которое, предположительно, они и ходили. Сколько бы полиция ни прочёсывала его, никаких зацепок не находила. Клуб ничем не отличался от других довольно дорогих заведений, все документы были в порядке, только вот что-то, да выбивалось. Например, его владелец.       Довольно молодой парень до тридцати лет с пепельными волосами и несвойственными корейцам голубыми, как небо, глазами. Он был уж слишком спокоен при обыске помещений, а в разговоре с ответственным по делу или же детективом вроде и отвечал на поставленные вопросы, однако создавалось стойкое ощущение, будто владелец издевается. Еще и эта игривая и абсолютно беззаботная манера общения в совокупности с неисчезающей с лица ухмылкой…в общем, вопросов достаточно. — Хорошо, я наведаюсь тогда через пару часов. Да, на связи, если что.       Чонсон сбросил вызов и отложил мобильный в сторону, сводя брови на переносице. Сегодняшней ночью он ничем не планировал заниматься, проводя время дома, однако это странное дело с молодыми людьми, при загадочных обстоятельствах теряющими память, просто не давало расслабиться. Различные мысли не выходили из головы, накапливаясь и накапливаясь, пока не слипались в один большой ком, отчего она начинала болеть.       Пак потянулся к личной карточке владельца того самого сомнительного клуба, открывая её. На глаза сразу же попалась его фотография, которую мужчина взял в руки, задумчиво оглядывая в очередной раз. Чонсон понятия не имел, к чему приведет их возможный сегодняшний разговор, ведь внутри появлялось странное чувство от одной только мысли об этом. Некомфортно. — Что же ты скрываешь, Шим Джеюн? •••       Громкая музыка сразу же ударила в уши, заставляя поморщиться. Детектив вошёл в здание без каких-либо проблем и теперь протискивался сквозь толпу пьяных людей в сторону бара, находящегося в самом центре. Мужчина присел на свободное место и огляделся, сканируя всё происходящее. Если бы было что-то не так, оно бы вряд ли скрылось от зорких глаз Пака, однако пока всё, как обычно.  — Вам что-нибудь предложить? — поспешил поинтересоваться бармен, оказавшись рядом через несколько секунд. Чонсон повернулся в его сторону, тут же мазнув взглядом по незнакомцу, и коротко ответил. — Воды с лимоном. — Как пожелаете.       Мужчина хоть и любил изредка выпить, но сейчас даже не собирался. Учитывая обстоятельства, кто знает, что они могут добавлять в алкоголь, зато воду, судя по нетрезвым лицам посетителей, вряд ли кто заказывает. Конечно, риск оставался в любом случае, но ничего не заказать тоже было бы странно.       Когда напиток с несколькими кусочками льда оказался у Чонсона в руках, он поднес стакан к губам, отпивая немного, и совершенно случайно заметил кое-что. Точнее, кое-кого, внимательно смотрящего со второго этажа заведения. Взгляд владельца было довольно сложно не заметить на себе, и детектив отметил это ещё в первый день их знакомства. Шим Джеюн открыто и совершенно беспардонно изучал его каждую секунду, пока находился рядом.  — Доброй ночи, — к мужчине подошла незнакомая девушка с широкой улыбкой на лице, моментально привлекая к себе внимание, — Господин Шим сказал проводить вас в его кабинет. — Хорошо, — Чонсон оставил стакан на барной стойке и последовал за незнакомкой.       Лестница, один длинный коридор, и они уже возле нужной двери, которую аккуратно открыли, впуская детектива внутрь. Девушка моментально скрылась из виду, а Пак огляделся, отмечая, что в кабинете уж слишком мало света, да и обстановка мало похожа на рабочую, больше напоминая интимную. Данный факт заставил мужчину нахмуриться. — Вы снова решили наведаться ко мне, господин детектив? — нарушил тишину слегка хриплый голос владельца, который всё это время восседал на кресле, покуривая сигарету и наслаждаясь присутствием гостя, который изначально выглядел уже очень заманчиво. — Что-то случилось или вы просто искали встречи?       Джеюн провёл языком по пухлым губам, ожидая ответа, который и так прекрасно знал, однако слышать голос детектива было одним из его наслаждений. Даже в полумраке он прекрасно видел, как тот хмурил брови, будучи напряженным, и не сводил пристального взгляда с владельца заведения. Светлая рубашка, расстегнутая на несколько верхних пуговиц, жутко мозолила глаза, и Шим на несколько секунд подумал, как хотел бы избавиться и от неё, и от классических брюк, прекрасно сидящих на бёдрах, чтобы лицезреть гостя во всей красе.       Хотелось самолично приблизиться к Чонсону настолько, насколько это только возможно, лишь бы между ними не оставалось ни сантиметра, и попробовать эти манящие губы на вкус, дотронуться до крепких плеч и оставить собственные следы на медовой коже. Хотелось почувствовать эти крепкие руки на своих бёдрах, талии и везде, где только можно, ощутить его в себе. Пак Чонсон — единственный, кому бы подчинился сам Дьявол.       Мужчина взял стул и, поставив его напротив собеседника, присел, подавшись чуть вперёд, чтобы лучше видеть бесстыжие голубые глаза, которые так выбивались из общей картины. Джеюн на всё это лишь довольно ухмыльнулся, ведь положение дел устраивало его. — Я предлагаю вам сдаться и выложить всё, как есть, потому что с этим местом точно что-то нечисто, — серьёзно произнёс детектив, сканируя реакцию владельца, у которого даже бровь не дрогнула. Тот не спеша потушил сигарету и вновь облизнул губы, тоже подаваясь вперед, оказываясь уж слишком близко к чужому лицу. Шим как бы невзначай поправил воротник белоснежной рубашки, задевая манящую кожу шеи пальцами, чем заставил собеседника напрячься ещё больше и отодвинуться. — Хорошо, я расскажу вам, но боюсь, что никто в это просто не поверит, — усмехнулся блондин и поправил волосы, откидываясь обратно на спинку кресла и хищно оглядывая Пака. Брови того скептично поползли вверх, и он скрестил руки на груди. — Почему же? — А вы так и не поняли, кто я, господин детектив? — именно в этот момент Чонсон заметил, что некогда голубые глаза стали бордовыми, а в тени, которую отбрасывал Шим, показался силуэт рогов, и мужчина нахмурился, мотнув головой. Он думал, что ему мерещится, но ни через несколько секунд, ни через минуту ничего не исчезло, — Вам не кажется, не беспокойтесь. — И что же ты делаешь со всеми теми людьми? — поверить во всё происходящее трудно, но мужчина пытался продолжать допрос, несмотря на когнитивный диссонанс. Джеюн пожал плечами. — По-разному, — игриво ответил он, вспоминая все свои шалости, — Знаете, иногда приятно поиграть с людскими слабостями, пока они не начинают сходить с ума. Ох, как же некоторые мучаются…правда, им повезло, что никто ничего потом не помнит, а то отпуск в лечебнице для душевнобольных обеспечен каждому. — Что за бред ты несешь, Шим Джеюн? — Ну, не обижайте так, господин детектив, — состроил расстроенный вид парень, выпятив нижнюю губу, — У всех свои способы развлекаться.       Уже через несколько секунд блондин оказался на бёдрах собеседника и прошептал: — Только вот с вашей душой играть совсем не хочется… — он приблизился к уху мужчины, шепча, — Хочется, чтобы вы сами взяли меня прямо здесь и делали со мной всё, что вздумается. Я знаю, что очень нравлюсь тебе, господин детектив. — Чтобы ты сделал со мной то же самое, что и с остальными? — так же тихо поинтересовался Чонсон, прекрасно чувствуя, как возбуждение накатывает на него из-за действий Шима. Он не хотел оказаться очередной игрушкой в руках дьявола, да и предложение его звучало уж очень подозрительно. Пак желал быть уверенным, что им не воспользуются. — Нет, — на удивление, в бордовых глазах напротив читалась серьезность, которой раньше мужчина не замечал, — Если понадобится, я хоть весь мир сожгу ради вас.       Пак ещё долго вглядывался в лицо Шима, который продолжал удобно сидеть на его бёдрах и проворными пальцами играть с волосами на затылке, пока не вцепился в губы парня своими, моментально углубляя поцелуй. Сильные ладони легли на ягодицы, прижимая блондина к себе и заставляя его издать сдавленный стон, который растворился в воздухе тихого кабинета. Тонкие пальцы Джеюна ловко справлялись с пуговицами на рубашке, и уже через несколько секунд он блуждал по разгорячённому телу детектива, наслаждаясь мягкой медовой кожей, к которой так хотелось дотронуться. — Так сильно хочу попробовать тебя, — произнёс дьявол, когда Чонсон ловко оставлял красные отметины на его шее, периодически сжимая бёдра и притягивая к себе, заставляя чувствовать не только своё возбуждение, но и чужое. Мужчина тут же отстранился, ослабляя хватку, и принялся неотрывно наблюдать за сползающим вниз Шимом. То, как он расстегивал ширинку и проводил языком по опухшим губам, казалось таким до безумия пошлым и заманчивым, что Пак чувствовал, как поднимается температура в его теле. — Пиздец…       Вырвалось из уст детектива, когда блондин дотронулся до члена и в следующую секунду слизал с головки предэякулят, хитро улыбаясь. Хотелось немного подразнить мужчину, поэтому Джеюн стал водить языком в разных направлениях, лишь больше раздраконивая его. Такой возбужденным и нетерпеливый Чонсон выглядел умопомрачительно, отчего сознание самого дьявола плыло куда-то не туда, но он совсем не жалел, что решил подчиниться именно ему, ведь только детектив заставлял чувствовать его то, что никогда раньше не испытывал. Быть подобным человеку — позор, только если рядом с тобой не он. — Хватит издеваться надо мной, Джеюн, — рвано произнёс Пак, впервые называя владельца клуба только по имени, — Иначе я… — Что вы сделаете, мистер детектив? — поинтересовался тот и всё же захватил половину члена губами, чуть втягивая щёки в себя, отчего мужчина простонал, моментально кладя руку на затылок блондина и чуть надавливая на него. Шим расслабил горло, позволяя войти глубже, пока рвотный рефлекс всё же не настиг его, заставляя закашляться. — Хороший мальчик… — выпалил Чонсон, пропуская прошлый вопрос мимо ушей, а потом взял парня за руку и поднялся, — Вставай.       Пак подвёл его к столу и, развернув к себе спиной, попросил наклониться. Джеюн беспрекословно повиновался, ведь давно представлял что-то подобное у себя в голове и не хотел мешать этому происходить в реальной жизни. Брюки его тут же слетели вниз, и парень почувствовал чужой язык между своих ягодиц, отчего уткнулся лбом в собственные руки, желая большего. Круговые движения становились всё более пошлыми, а хватка на бёдрах — сильнее, и дьявол был уверен, что красные следы потом обязательно останутся, как трофеи от близости с Чонсоном.        Детектив старательно вылизывал узкую дырочку, наслаждаясь голосом Шима, который тихонько постанывал куда-то в стол, ожидая продолжения. Мысль, что у него точно где-то должен быть лубрикант, побудила мужчину отвлечься от дела и начать рыскать в ящиках стола в поисках нужной бутылочки. Когда он всё же нашел её, налил немного на руку, распределяя по пальцам и следом вводя один полностью, заметив, как ноги Джеюна подкосились. Детектив чувствовал, насколько внутри тесно даже так, и это лишь больше возбуждало его, заставив добавить второй палец и задвигаться чуть быстрее, растягивая блондина, как следует.       Парень находился уже где-то на грани между реальностью и грёзами, лишь сильнее насаживаясь и громче выстанывая имя Пака. Тело било мелкой дрожью от удовольствия и количества возбуждения, а разум совсем отключился, ведь мужчина творил с ним что-то невообразимое. Хотелось уже почувствовать его габариты в себе, но он почему-то медлил, продолжая растягивать лишь пальцами. — Пожалуйста, Чонсон, — произнёс Шим, чувствуя чужую руку на своём члене, — Сделай уже что-нибудь! — Я смотрю, даже у самого Сатаны кончается терпение, — хрипло произнёс мужчина и выпрямился, подойдя так близко, что его возбужденная плоть чувствовалась прямо между ягодиц. Наклонился прямо к чужому уху и прошептал, — Не терпится почувствовать, как я буду втрахивать тебя прямо в этот чертов стол, Джеюн-а? — Лучше бы ты уже взял и сделал это, детектив, — прошипел блондин, услышав в ответ довольный смешок.        Его два раза просить не нужно. Налив побольше смазки, Пак моментально вошёл в Шима, что у того аж звезды в глазах появились. Громкий стон сорвался с его губ, доходя до чуткого уха мужчины, а чувствительные стенки стали часто пульсировать, привыкая к размеру. Чонсон чертыхнулся, как бы это не было иронично, и впился пальцами в уже без того покрасневшие бёдра. — Как же в тебе узко… — Не сдерживайся, прошу, — подал голос блондин и прислонился ягодицами еще ближе к Паку, заставляя его, тем самым, войти ещё глубже и рвано вздохнуть. Слова податливого парня всё больше разжигали внутри огонь, и Чонсон понял, что не зря он является самим Сатаной. — И не буду.       Кабинет, до этого пребывающий в тишине, нарушаемой только стонами и громким дыханием, заполнился теперь и пошлыми хлопками, ведь  детектив начал двигаться резко, будто пытаясь вдолбиться в блондина. Чонсон мало контролировал частоту движений и их скорость, силу хватки или собственные вздохи. Втрахивать в рабочий стол самого Сатану было настолько приятно и крышесносно, что мужчина вряд ли бы мог подумать о чём-то подобном в своей жизни. Просто невероятно.       Джеюн же, изнемогающий от дикого желания кончить и от ещё большей напористости Пака, лишь подавался навстречу, принимая в себя упругий член, который без остановки скользил между чувствительных и уже слегка раздраженных стенок. Он был без ума от всего происходящего, мысленно благодаря самого себя за правильный выбор. Секс с детективом оказался намного горячее и пошлее в реальной жизни, и Шиму даже не приходилось прибегать к собственным способностям, чтобы заставить Чонсона овладеть им. Тот согласился по собственной воле, и это намного более интересно, чем податливые куклы без собственного мнения.       Забывшись, блондин и не заметил, как его уже развернули и усадили на стол, впиваясь в розоватые губы. Полностью обнаженные тела теперь слились друг с другом, ведь Пак крепко придерживал его за талию, расцеловывая уже помеченную им же шею и вдыхая до безумия приятный аромат. Джеюн же жался поближе, царапая крепкую спину мужчины и буквально выстанывая чужое имя на ухо, не собираясь сдерживаться. Шим взял оба члена в руку, заставив детектива чуть сильнее прикусить нежную кожу, и начал ласкать их, понимая, что вот-вот кончит.        Судя по всему Чонсон тоже находился на грани, поскольку он довольно скоро отстранился, лишая парня своих губ, и положил его на стол, устраиваясь поудобнее между ног Джеюна. На этот раз член вошёл гладко, как к себе домой, ведь не зря же мужчина до этого старался, и Пак притянул блондина к себе за бёдра, укладывая одну руку на его член. — Давай кончим вместе, Джеюн-а.       Получив еле заметный кивок, детектив задвигался, во всю длину заполняя Шима, который лишь уцепился в чужую руку мёртвой хваткой, не зная, куда себя уже приткнуть. Крепкая ладонь умело скользила по венистому члену блондина, заставляя его буквально разрываться от количества чувств, ведь он не знал, на чем сконцентрироваться, пока Чонсон вбивал его в деревянную поверхность стола. Джеюн без остановки глотал воздух, которого катастрофически не хватало, и практически терял сознание, не понимая, почему вдруг стал таким хиленьким, словно сравнялся с настоящим человеком. Пак Чонсон оказывал на него особенный эффект, и создавалось ощущение, что это он здесь Сатана, а не Шим. — Быстрее-быстрее!       Джеюн будто переходил на крик, чувствуя внутри резкие толчки, которые становились всё агрессивнее, как и взгляд детектива, который находился на грани. Тот хотел кончить вместе — так и произошло. Теплота заполнила Шима ровно в тот момент, как он излился на свой собственный живот и пальцы Чонсона, который провел ими по губам парня, заставляя облизать часть.       Тяжело дыша, мужчина навис над Джеюном, заглядывая в бордовые глаза и рассматривая поближе довольное лицо, отмечая, как пошло тот опять проводит языком по губам. Дьявол приподнял голову и, положив ладони на чужие щёки, сладко поцеловал Чонсона, чему тот совершенно не сопротивлялся, ведь отрицать, насколько приятна близость с Шимом, совершенно глупо и бессмысленно. — Как ты смотришь на то, чтобы никуда не уходить от меня, господин детектив? — игриво поинтересовался блондин, запустив руку в слегка намокшие волосы собеседника, который тут же ухмыльнулся. — Заманиваешь меня в свои сети? — Ну, а что, тебе можно, а мне нельзя? — улыбнулся Джеюн, свободной рукой спускаясь вниз к паховой зоне, где Пак благополучно перехватил её. — И как тебе тогда переспектива быть ручным Сатаной? — задал интересующий его вопрос мужчина, внимательно смотря в глаза напротив. Тот хитро ухмыльнулся. — Если для тебя, то очень даже заманчиво, господин детектив…