Никто, ставший кем-то

Оливия низко склонилась над блокнотом, когда заметила, что мы вошли в столовую… вместе с Незером. Птеродактиль тоже заметил барионикса, и его золотистые глаза расширились, дав нам понять, что он узнал Оливию, с которой столкнулся на днях. Немного поколебавшись, он направился к столику, сев рядом с ней, и тем самым ещё сильнее смутив бедную девушку. К слову, это была не моя идея – посадить этих двоих рядом, просто так уж получилось, что к моменту прихода Незера это было единственное свободное место, на всех остальных стульях лежали наши рюкзаки и личные вещи. Вот почему птеродактиль, сложив своё целое крыло, уселся прямо возле Оливии, которая старательно делала вид, что увлечённо рисует. На некоторое время между нашей группой воцарилась мёртвая тишина, которую вскоре нарушил Уорден: – Итак, как тебя зовут? Незер был застигнут врасплох этим, казалось бы, безобидным вопросом. – О, я? – произнёс он с нервной улыбкой, но, тут же собравшись с духом, назвал нам своё имя, которое я и так уже знал: – Меня зовут Незер Аарон, приятно познакомиться. И, сказав это, он протянул в нашу сторону дрожащую руку. Этот жест показался мне немного формальным для такого случая, но я не мог винить Незера за то, что он слегка нервничает. Конечно, он был популярным парнем в школе Вулкано-Хай, но за пределами своей зоны комфорта и уж тем более собственной школы он был малость растерян и чувствовал себя не в своей тарелке. – Ясно, – сказал аллозавр, приподнимаясь, чтобы пожать ему руку. – Ну а я Уорден Джек. После того, как они обменялись рукопожатием, Доу положила руку на грудь и сказала: – А я Доу Маретт! Приятно познакомиться, Незер. Птеродактиль кивнул, повернувшись ко мне с вытянутой рукой. Я на секунду застыл, но после взял себя в руки и, мысленно сказав «А, к чёрту всё!», решил ответить на его пусть и неловкое, но всё же приветствие. И потом, как бы я не волновался, мне действительно было очень приятно вновь встретиться с Незером после столь долгого перерыва. Я крепко пожал руку птеродактиля, одарив его уверенной улыбкой. – Анон Агос. Рад видеть тебя за нашим столиком, брат. Незер, похоже, был слегка удивлён моим искренним дружелюбием (надеюсь, он не подумал, что я чудак), но после медленно улыбнулся мне в ответ, пожимая руку. – Спасибо, – сказал он после чего отпустил её и повернулся к Оливии. – А ты? Я осторожно выглянул у него из-за плеча, чтобы ободряюще улыбнуться Оливии, но она этого даже не заметила. Вместо этого барионикс ещё сильнее наклонилась к своему блокноту, прежде чем дрожащей рукой потянуться к фляге с водой и сделать большой, нервный глоток. Она и так была довольно отстранённой при знакомстве с новыми людьми и динозаврами, но встреча со своим возлюбленным в первый раз стала для неё настоящим испытанием. Хорошее крыло Незера медленно опустилось, и он, печально склонив голову, отвернулся от неё, видимо, решив, что Оливия не хочет с ним разговаривать. – Я… э-э-э… я… – внезапно заговорила барионикс, и её серебристые глаза посмотрели прямо на птеродактиля, который вновь повернулся к ней. Девушка поняла, что должна что-то сказать, и в ту же секунду… Неожиданно вскочила со своего места, да так резко, что её хвост опрокинул стул на пол и он с грохотом перевернулся, испугав Незера и остальных, после чего громко произнесла: – Оливия! Незер растерянно вздрогнул. – Меня зовут Оливия, и я… я… – нервно продолжила она, после чего, сделав глубокий вдох, наконец взяла себя в руки и более спокойно произнесла следующую часть предложения: – Я больше не сержусь на тебя за тот случай, когда ты врезался в меня. Это было настолько нелепое и не по делу сказанное заявление (особенно если учесть, что это случилось несколько дней назад), что я печально прижал руку к глазам. «Ох, сестрёнка», – подумал я. Но, по иронии судьбы… Оливия попала точно в цель. Незер испустил вздох облегчения, а его здоровое крыло вновь приняло нормальное положение. – Слава Богу. Я уж подумал, что ты всё ещё сердишься на меня, – сказал он, после чего неуверенно захихикал, возможно, осознав, что сказал слишком много лишнего, и просто улыбнулся. – Рад наконец узнать твоё имя, Оливия. Барионикс сделала паузу. Её глаза на мгновение заглянули в мои, ища поддержку, и, увидев мою довольную ухмылку, вернулись обратно. На её мордочке появилась слабая улыбка. – Да, мне тоже, Незер, – сказала она, после чего попыталась сесть обратно на стул, совершенно забыв, что он упал на пол. Глаза Оливии удивлённо округлились, когда она не почувствовала позади себя опоры и с криком рухнула на пол, где теперь лежала на спине, безучастно уставившись в потолок. Незер испуганно ахнул. – Ой, ты в порядке?! – Ага, вроде бы, – с грустной улыбкой ответила барионикс. Незер, как и положено хорошему парню, тут же помог ей подняться, а я поставил её стул так, чтобы она могла сесть на него. Оливия поблагодарила нас двоих и вновь вернулась к своему блокноту, чтобы отвлечься от неловкого падения. Уорден выждал некоторое время и опять заговорил, переведя внимание птеродактиля на себя: – Так из какой ты школы, Незер? Меловой Общественной? – Нет, я из Вулкано-Хай, что в Волкалдера-Блаффс, – покачав головой, ответил тот. – Я так и знала! – улыбнулась Доу. – Ещё когда увидела твою футболку. Кстати, почему ты всё время тренируешься один? Большинство учеников, приезжающих из других школ в Янога-Парк, обычно собираются в большие группы, и я удивлена, что ты ни с кем не тусуешься. Где другие ученики из твоей школы? – Их нет, – ответил Незер, нервно почесав когтём затылок. – Изначально я должен был приехать сюда ещё с одним учеником из Вулкано-Хай, мегалодоном по имени Чет, но потом… он в последнюю секунду отказался от участия, чтобы уладить кое-какие семейные дела. – Значит, ты здесь совсем один? – удивлённо спросила Оливия, ненадолго прекратив рисовать. Я заметил, как Незер медленно опустил взгляд, слегка нахмурившись. Я хорошо его знал, чтобы понять, что его что-то гложет. Поэтому я решил вмешаться, чтобы разбавить напряжение, но при этом не давить на него слишком сильно. По крайней мере, пока. – Что ж, тогда хорошо, что мы тебя нашли, чтобы составить компанию, – сказал я с улыбкой на морде. – Ты уже поел? Незер поднял на меня взгляд. – Ещё нет. Обычно я не ем, пока не закончу тренировку. Стоило ему это сказать, как его желудок тут же заурчал. – А она уже завершилась. Так что я могу и пообедать. Что вы посоветуете мне из здешнего меню? – Стейк, – тут же заявил Уорден. – Он у нас вполне неплох, хоть и бывает немного жестковат, но если ты не против пару минут поработать челюстями, он тебе точно понравится. – Хорошо, тогда я… – он потянулся к своему карману, но тут же замер и полез в другой карман, после чего его глаза округлились. «О, мне хорошо знаком этот взгляд», – мысленно сказал я, понимая, что это значит. – Ну вот, я оставил свой бумажник в общежитии, – приподнявшись, чтобы ощупать свои штаны, сказал Незер и опустился на стул с грустным выражением на лице. – Да, не повезло, – понимающе пожал я плечами, доставая свой собственный упакованный в пакет ланч. – Ну раз так, можешь взять половинку моего сэндвича. Незер шокировано на меня посмотрел, и его глаза вновь расширились. – Что? Ты уверен? Я коротко усмехнулся, вспоминая свой первый день в Вулкано-Хай, когда он отважно пожертвовал мне часть своего сэндвича (пусть и по просьбе Наоми). Похоже, что вселенная наконец-то расставила всё на свои места и я могу отплатить ему за его доброту. – Конечно, приятель, ты, наверное, проголодался после целого дня беготни, – утвердительно кивнул я, передавая ему половину сэндвича с ветчиной и сыром. – Спасибо, я… Внезапно на столе послышался громкий шорох: Оливия молча достала из своего рюкзака пакетик с дино-наггетсами и протянула ему. Незер ошеломлённо открыл рот. – Ой, подожди, Оливия, тебе вовсе не нужно… – попытался возразить он, но тут в дело вступила Доу. – О! О! Возьми ещё мой напиток! – сказала она, доставая банку с газировкой, которую едва не выронила из рук, но Незер ловко поймал её, прежде чем она свалилась на пол. – Да, спасибо, но я и правда… – покраснев, вновь попытался произнести он. – А у меня есть мороженое. Вот, держи, – вмешался Уорден таким тоном, словно произносил волшебное заклинание и, взмахнув рукой, поставил на стол закрытую пластиковую чашку с ванильным мороженым. – Ох, ну что вы. Я же теперь не смогу с вами расплатиться, – пробормотал Незер, глядя на появившуюся перед ним гору угощений. Мы трое тут же разразились весёлым хохотом, а Оливия ненадолго посмотрела на него с небольшой улыбкой на лице, окончательно сбив бедолагу с толку. – Да ладно, это просто подарок. Нам не нужно ничего взамен, – утешительно похлопав его по плечу, сказал я. – Вы, ребята, всегда такие щедрые? – рассеянно спросил птеродактиль, и в его тоне прозвучала искренняя благодарность. – Если честно, нет. Я просто решил присоединиться к остальным, – со смешком признался Уорден. – Однако совсем не жалею об этом. Ведь у нас сегодня тренировка в боксёрском клубе. И есть жирное мороженое будет не самым мудрым решением. – Боксёрский клуб? В этой школе есть боксёрский клуб? – спросил Незер с ноткой удивления в голосе. Уорден утвердительно кивнул. – Ага, и мы с Аноном состоим в нём с четвёртого класса. – С четвёртого класса? Чёрт! – Незер с уважением посмотрел на меня. – Это объясняет твою крепкую хватку. На секунду мне даже показалось, что меня держит за руку отец. Он коротко усмехнулся, не понимая, что только что сказал мне один из самых больших комплиментов, которые я когда-либо получал в обеих своих жизнях. «Ну дела! Неужели он не шутит? Моя хватка такая же сильная, как у мистера Рипли?» – удивлённо подумал я, ненадолго впав в экзистенциальное внетелесное состояние, поглядывая на свою чешуйчатую пятерню, пока Незер повернулся к Уордену, откусывая подаренный мною сэндвич. – Подождите, так… – он проглотил кусок у себя во рту, – …все, кто сидит за этим столом, тоже состоят в спортивном клубе? Доу кивнула. – Ну да, хоть и не в том же, что и парни. Лично я занимаюсь бадминтоном. – А я хожу на плавание, – скромно прибавила Оливия, отводя от птеродактиля взгляд. – Ого, не знал, что вы, ребята, такие… спортивные. Это круто, – похвалил нас Незер, отправляя в рот пару дино-наггетсов. Я потёр ладонью затылок. – Ага, спасибо. Но если честно, нам вроде как пришлось заниматься спортом после школы, когда мы пошли в четвёртый класс, – сказал я. – Мезозойская Частная – одна из тех школ, которая славится своими спортивными секциями, и практически каждый ученик здесь член того или иного клуба. Незер покачал головой, делая глоток из банки с газировкой, что подарила ему Доу. – Понятно. Ну, а у нас в Вулкано-Хай нет ничего подобного, хотя у нас много клубов, но ни один из них не является обязательным. Он сделал паузу. – Ну, кроме одного, который технически обязателен. Это наш клуб садоводства, да и то лишь потому, что его посещение – это одна из форм наказания для провинившихся. «Ха, уж я-то это знаю», – мысленно улыбнулся я, вспоминая те дни, которые провёл там, после чего повернулся посмотреть на остальных, чтобы убедиться, не пробормотал ли я это вслух, но нет. Похоже, что на этот раз мои мысли остались там, где и должны – в голове. Хорошо, что за годы новой жизни я научился сдерживать своё бормотание куда лучше, чем когда был человеком. Закончив свою внутреннюю оценку, я продолжил слушать Незера, который в этот момент рассказывал о своей школе: – Но благодаря этому Вулкано-Хай имеет награду как лучшая школа с естественной красотой. Оливия прекратила рисовать и с интересом посмотрела на него. – Надо же, звучит очень мило. У вас там наверняка красиво. – Ага, Мезозойская Частная никогда не удостаивалась подобной награды, – фыркнул Уорден. – Можно подумать, раз её построили в 20-х годах, значит, всё должно быть красиво и старинно, но нет. Некоторые классы выглядят так, словно в них не заходили с тех пор, как они были построены. Настолько сильно они обветшали. – Думаю, у всех школ есть свои плюсы и минусы, – с улыбкой сказал Незер, зачерпывая мороженое маленькой пластиковой ложечкой, которая шла в комплекте с упаковкой, а затем погрузил её к себе в клюв. Проглотив мороженое, он заметил рисунок Оливии и его глаза удивлённо заморгали. Он вынул ложку изо рта и спросил: – Ты рисуешь? Оливия от этого вопроса слабо вздрогнула. – Ну… д-да… вроде бы! – затем она сделала паузу и быстро поправилась: – То есть… да, конечно. И неожиданно прибавила: – Хочешь посмотреть, что я… я… нарисовала? «Ого, ну ты даёшь, сестрёнка! Я знал, что ты окажешься достаточно храброй, чтобы сделать это», – одобрительно улыбнулся я. Хотя она наверняка не была бы такой смелой, если бы взяла с собой блокнот, где у неё были рисунки самого Незера. Тот же, что был у неё сейчас, девушка обычно использовала чисто для разминки, чтобы в свободное время рисовать всё, что приходит ей на ум, особенно когда мы сидели за обеденным столом. Ох, как бы сильно она раскраснелась, если бы Незер увидел свои портреты. Но поскольку тот блокнот был сейчас далеко, этого не произошло… ну, в некотором роде. Стоило птеродактилю посмотреть на рисунок, его щёки тут же надулись, а клюв открылся, прежде чем издать весёлый смех. – Ха! Это что… я?! – спросил он, указывая на рисунок. Я заглянул ему за плечо, заметив, что Оливия нарисовала очень качественный набросок, где он, словно Форест Гамп, бежит, спасаясь от толпы учеников, одетых в цветочные костюмы и кричащих ему: «Ты слишком медленный!». Его здоровое крыло было нарисовано как парус, который раздувался и подгонял его. Рядом были и другие рисунки: Уорден в костюме волшебника, вызывающий своей магией рожок мороженого, Доу, с силой бросающая банку, в образе одного из анимешных персонажей сёнэна из серии «Невероятные приключения ДжоДжо». А немного левее был я, лежащий на полу в синяках и похожий на неодушевлённую куклу. Надо мной распростёрся оживший сэндвич в боксёрских перчатках, поглядывая на который я говорил: «Как же так? Меня побил мой собственный ланч». – Эй! Это ложь! Ни одному сэндвичу меня не побить! – притворно возмутился я, скрестив руки. – Ложь – это устная речь. В печатном же виде – это клевета, – заметила Оливия с самодовольной ухмылкой, прежде чем показать Доу и Уордену свой блокнот. – Ой, а почему я выгляжу такой страшной? – прищурилась девушка. – Хех, мне бы такую же бороду отрастить, когда я вырасту, – усмехнулся аллозавр. Оливия положила блокнот на стол и вновь посмотрела на Незера. – Ну как… тебе… понравилось то, что я нарисовала? – Ты шутишь? – воскликнул Незер. – Понравилось и даже очень! Его клюв растянулся в восторженной улыбке. – И ты… нарисовала всё это за каких-то… – он посмотрел на телефон. – Пять минут?! Да ещё так красиво и качественно! Птеродактиль наклонил голову в бок. – Выходит, что ты профессиональная художница, я прав? Барионикс сделала паузу, явно ошеломлённая таким комплиментом от своего тайного объекта воздыхания. На её щеках появился яркий румянец, когда она опустила взгляд вниз. – Вроде того, – тихо ответила она, прежде чем вырвать листок с рисунком из блокнота. – Вот… можешь оставить его себе. – Что? Серьёзно? – удивился Незер, осторожно взяв бумагу кончиками пальцев, после чего широко улыбнулся и сказал: – Спасибо. Я обязательно сфотографирую его и покажу своим родителям сегодня вечером. А может быть, и Лю… Тут Незер прервался на полуслове. Его золотистые глаза моргнули и опустились вниз. Под моей чешуей пронёсся знакомый холодок, и я закрыл глаза, борясь с желанием испустить глубокий вздох. Казалось, чем больше я стремился сделать так, чтобы всё изменилось, тем сильнее всё оставалось как прежде. Потому что по этим двум буквам я сразу понял, о ком именно сейчас думает Незер. О своей сестре. О Фэнг. Или… правильнее сказать, Люси, чьё имя я прочитал на её собственном надгробии. Люси. Я успокоил себя и медленно открыл глаза, чтобы увидеть Незера, который молча разглядывал стол. Оливия легонько потрясла его за руку. – Эй, ты в порядке? Он растерянно посмотрел на неё. – Д-да, я в норме, – кивнул он, сделав паузу. Его клюв то открывался, то закрывался, словно он хотел что-то сказать Оливии, а потом внезапно осознал, что мы все тоже его слушаем. – А впрочем, неважно… всё хорошо. Затем птеродактиль посмотрел на телефон. – Что ж, мне, наверное, уже пора вернуться к учёбе. И, встав, он искренне всех нас поблагодарил: – Большое спасибо за обед, ребята. Я найду способ отплатить вам всем за то, что вы для меня сделали. – Не стоит. Однако если ты станешь заглядывать к нам время от времени, когда у тебя появится свободное время, этого будет вполне достаточно, – произнёс я с ухмылкой на лице. – Всё-таки не так часто нам удаётся пообщаться с учеником из другой школы. Незер сделал паузу, прежде чем кивнуть. – Конечно. Буду рад с вами поболтать. Затем он улыбнулся и, отвернувшись, стал что-то проверять в своём телефоне, быстро направившись к выходу из столовой, бережно держа рисунок Оливии в когтях. По тишине за нашим столом стало очевидно, что мы все поняли, что что-то здесь было не так, и, похоже, что Оливия была задета этим больше всех, положив мордочку на руки и уставившись туда, куда только что ушёл Незер. Но прежде чем мы успели произнести хоть слово… Прозвенел звонок. А наша еда так и осталась недоеденной. Наши глаза одновременно расширились. – Твою мать! – выругался я, и мы стремительно стали набивать свои рты едой. Похоже, что доедать обед в последнюю секунду уже стало нашей маленькой традицией.

***

– Силой любви я одолею тебя, злобный владыка демонов! – раздался немного гнусавый одноголосый перевод из аниме, которое мы с Оливией смотрели, улёгшись по краям дивана, ногами друг к другу. «Да, это точно понравилось бы Стелле», – мысленно хмыкнул я, наблюдая за тем, как героиня с мечом в три раза больше её самой нападает на опасного монстра высотой с десятиэтажное здание. Папа должен был вернуться домой поздно, а мама, поставив в духовку щедрую порцию пирожков, отправилась отдохнуть у себя в комнате, и мы с Оливией решили провести вечер за просмотром телевизора, где шло какое-то дрянное аниме в стиле сёдзё, которое никто из нас никогда прежде не видел и даже не знал, как оно называется. Просто так получилось, что мы включили телевизор, а там уже было оно. Думаю, было совершенно очевидно, что несчастье Незера сказалось на нас двоих. И хотя любой нормальный человек или динозавр, скорее всего, не стал бы беспокоиться о проблемах других… к нам это не относилось. У нас с Оливией была глубокая связь с серо-оранжевым птеродактилем. У меня, потому что я "знал" Незера в прошлой жизни, а у Оливии, потому что он был её тайной любовью. В общем, мы попали в очень странную и тревожную ситуацию. Я мог бы попытаться надавить на него, используя свои знания о его жизни, чтобы разгадать, что именно его беспокоит. Но мне это показалось немного… неправильным, если не сказать абсолютно неверным и ужасным решением. Проблемы Незера касались только его, и, если я что-то и усвоил из своей прошлой жизни, попытка использовать их в своих интересах, чтобы контролировать его жизнь, было верным рецептом катастрофы. К тому же он всё ещё не выглядел готовым к подобному разговору. По крайней мере, для меня. Я слегка приподнял голову и посмотрел на Оливию, которая медленно рисовала эскиз, никак не связанный с аниме. Вместо этого она работала над очередным рисунком Незера. Однако на этот раз он был нарисован не с каким-то благоговейным почтением к его атлетизму или красивой внешности, а скорее как… кто-то очень грустный и разбитый. На рисунке он сидел за столом и хмурился, а в окне сбоку шёл сильный дождь. – Вижу, ты тоже заметила, что он был чем-то расстроен? – решил обратиться я к сестре. Оливия сделала небольшую паузу, прежде чем продолжить рисовать. – Ага. Я ненадолго умолк, прежде чем сесть ровно и спросить: – Кстати, ты с ним наконец-то полноценно познакомилась. И… что ты теперь о нём думаешь? Барионикс подняла блокнот, и некоторое время смотрела на свой рисунок, после чего произнесла: – Незер не идеален… – начала Оливия и тут же медленно улыбнулась: – …но он хороший. Не думаю, что кто-нибудь мог сформулировать эту мысль лучше. Да, Незер был далеко не идеален для птеродактиля, который чувствовал необходимость быть идеальным, но он действительно был хорошим парнем. Во всём его теле не было ни одной плохой кости. Он был из тех, кто всегда придёт на помощь и кому в случае нужды захочется помочь. Но в то же время он был очень наивен и мог ненароком сказать или сделать что-нибудь неуместное в самый неподходящий момент. – А потому я очень хочу ему помочь, но… – она опустила вниз блокнот, – …не знаю как. – Ничего, это совершенно нормально, – сказал я с ободряющей улыбкой, садясь возле неё. – Если бы мы все могли решать проблемы друг друга, то у нас бы их попросту не было. Но тут моя улыбка медленно исчезла. – И пусть у Незера есть свои проблемы, Оливия, ты всё равно можешь… ну… Я пожал плечами. – Быть рядом с ним и поддерживать, когда ему это нужно. – Да, ты прав, – медленно согласилась Оливия. «Тем более Незер пока не был готов делиться своими проблемами с нашей группой», – подумал я. Но, возможно, с Оливией он согласится это сделать. Если, конечно, я правильно понял его выражение лица. Что касается причины, то ответ на этот вопрос я узнал от своих родителей, когда барионикс только переехала к нам. Я просто был рядом с ней и этим помогал преодолеть все трудности. Теперь же пришёл её черёд побыть рядом с Незером. Кроме того, она ясно дала понять, что птеродактиль ей небезразличен. А этого более чем достаточно.

***

– Ух ты, это место, Скин Роу, похоже, чертовски крутое! – воскликнул Билли. Рядом с карнотавром сидел ботаник-троодон и, поправив очки, согласно кивнул. – О да. Одно его название звучит так, словно там находится боевая зона третьего класса, где всё время происходят случайные встречи с монстрами! Я закатил глаза и сделал глоток из банки с содовой, слушая разговор и с трудом сдерживая себя от желания отпустить какой-нибудь язвительный комментарий, в то время как Оливия тихо рисовала в своём блокноте. Незер смущенно почесал затылок. – Ну… если честно, я просто рассказываю вам то, что слышал от других или видел в новостях, – признался он. – Сам я там никогда не был. – Тем не менее, это безумие, что такой район вообще существует, – сказал карнотавр, пытаясь засунуть коготь под морду, но быстро отказался от этой затеи, поняв, что его рука слишком уж короткая. – Я имею в виду, что у нас в Янога-Парке ничего подобного нет. – Да, но я бы не отказался, чтобы у нас были такие районы, потому что… – хотел прибавить троодон, пока мимо него не прошла его подружка, что внезапно схватила его руками за плечи. Ботаник на мгновение испугался, издав прерывистый крик. – А-а-а! – Айзек К. Клейнер, – сказала она с хихиканьем и, улыбнувшись, продемонстрировала нам острые зубы, на которых были надеты брекеты. – Ох, чёрт возьми, ну что теперь? – шутливо спросил троодон по имени Айзек, сжимая её руки. – В продаже появилось мороженое с новым вкусом… не хочешь ли разделить со мной один рожок? – Конечно, Стейси, – согласился он и, встав, помахал Незеру на прощание. – Что ж, было приятно познакомиться с тобой, Незер из Вулкано-Хай, но мне уже пора идти. Как только они ушли, Билли снова повернулся к птеродактилю. – Да, было здорово познакомиться с тобой, чувак, – сказал он. – Но мне тоже придётся ненадолго вас оставить. И с этими словами он встал. – Потому что я только что узнал, что у нас в столовой появился новый сорт мороженого. Билли тоже ушёл, и за столом остались только я, Оливия и Незер. Что напомнило мне один животрепещущий вопрос: где, чёрт возьми, были Доу и Уорден? Я не видел их уже целый день. Интересно, куда они пропали? Но тут меня отвлёк от моих размышлений Незер. – Должен сказать, что я удивлён, как много учеников зашли со мной поздороваться, – признался он. – Не знал, что за этим столом собираются любители поболтать. – Ты это о чём? – спросил я, приняв серьёзный вид, отчего птеродактиль тут же запаниковал. – Ох, прости, я… я не хотел… Но тут я рассмеялся, перестав валять дурака. – Расслабься. Я просто прикалываюсь над тобой, брат. Незер облегчённо вздохнул. – Однако ты прав. Мы в каком-то смысле и правда популярны. Не как какой-то престижный молодёжный клуб или что-то в этом духе. Мы больше похожи на… – Группу Д, – ответила вместо меня Оливия. Незер бросил на неё короткий взгляд, а затем снова повернулся ко мне. – Группу Д? – спросил он, и я утвердительно кивнул. – Ну да, мы все тут "друзья", – объяснил я, – которые вместе тусуются и расслабляются, ну и дают другим какие-нибудь советы. Вот почему к нам многие приходят поболтать. Мы ни с кем не ссоримся и не сплетничаем и всегда помогаем тем, кто в этом нуждается. «Или, как сказал бы Рид, у нас тут всегда позитивные вибрации», – мысленно прибавил я. – Что ж, это… звучит довольно мило, – улыбнулся Незер. – Не могу вспомнить ни одной подобной группы в Вулкано-Хай, которая была бы так же популярна и любима. Тут он нахмурился. – У нас обычно всё ровно наоборот и все друг друга ненавидят и презирают. Я тихо выругался, понимая, о чём он говорит. И первое, что пришло мне на ум, был тот самый злополучный концерт, на котором Фэнг и её группа «VVORM DRAMA» выступали перед другими учениками. И пусть их музыка была не очень хорошей, но ненависть и презрение, с которыми они столкнулись, были поистине ошеломляющими. Особенно от меня, который смеялся над ними вместе с остальными. Ещё до того, как я узнал Фэнг. Я закрыл глаза, борясь с желанием вздохнуть, а когда снова открыл их, Оливия сказала: – Вот как? Ты говоришь о своей школе, как о каком-то куске дерьма. Незер на секунду запнулся. – Да нет же… я имею в виду… – птеродактиль опустил глаза. – Возможно, я слегка преувеличил. Она не такая уж и плохая, но должен признаться, что у вас здесь намного лучше, особенно в том, что касается популярности и дружбы. – Ну, если честно, всего этого мы добились не просто так, – Оливия кивнула в мою сторону: – Фильм, который мы сняли в пятом классе, дал нам большой толчок, особенно когда пошли титры, где Анон играл на гитаре. – Вы, ребята, сняли фильм? – ошеломлённо спросил Незер и повернулся ко мне, его золотистые глаза расширились. – А ты умеешь играть на гитаре?! – Ну, я… – теперь настал мой черёд смущаться и заикаться. Я не был одним из тех парней, кто любит сильно хвастаться или нахваливать себя, если только в шутку. И уж точно не считал себя настолько интересным, чтобы получать в свой адрес похвалы и комплименты, несмотря на то, что буквально на днях Доу проболталась мне, что некоторые девушки находят меня довольно привлекательным, особенно после того, как услышали, как я играю в титрах нашего фильма. Это было настоящее откровение, которое буквально повергло меня в шок, поскольку в прошлой жизни я не нравился ни одному динозавру или, чёрт возьми, человеку. – Ну да. В детстве я брал пару уроков и всё такое, а потому умею неплохо играть, – наконец сказал я, и Незер восторженно кивнул. – Это круто! Знаешь, моя сестрёнка тоже… – начал он и тут же прервался. Слова словно застряли у него в горле. – В смысле… она… или лучше сказать… О боже! Мне было предельно ясно, что его проблема как-то связана с Фэнг… или Люси, а потому я решил помочь ему отвлечься и сказал: – Ну, если говорить о популярности, то ты должен знать, что другие ученики платят Оливии за то, чтобы она что-нибудь нарисовала им. Барионикс посмотрела на меня с лёгким шоком, как будто не веря, что я сделал ей такой комплимент, несмотря на то, что она только что заставила меня смутиться. Незер повернулся к ней с улыбкой на лице. – Да, я могу в это поверить. Я посмотрел на Оливию, хитро ухмыльнувшись. – Кстати, может, у тебя есть какие-нибудь работы, которые ты хочешь показать Незеру? И девушка, сообразив, о чём я, неловко опустила карандаш, прежде чем кивнуть. – Да, у меня есть пара… рисунков, – Оливия оглянулась и перевернула страницу, чтобы показать птеродактилю несколько своих набросков. Незер стал внимательно следить за ней, просматривая страницу за страницей и слушая её объяснения. Возможно, мне стоит воспользоваться этим моментом и попытаться выудить что-нибудь у Незера касательно Фэнг, потому что их отношения, похоже, именно в это время и начали портиться. «Да, я обязательно это сделаю! – твердо решил я. – Но сперва схожу в туалет». И, поставив банку с газировкой на стол, я молча удалился, идя к выходу из столовой. Мой тонкий хвост лениво покачивался позади меня. Я уже почти добрался до места назначения, но тут почувствовал, как чьи-то когти вцепились в мою камуфляжную куртку. – Эй, что за… Меня тут же оттащили в сторону, в отдельный коридор, и мои глаза расширились, когда я увидел, что это был мой знакомый аллозавр – Уорден, который жестом показал мне, чтобы я молчал. Доу стояла возле него. – Уорден, Доу? Что вы… – Ш-ш-ш! – шикнул он, закрыв мою морду рукой. Я утвердительно кивнул и, убрав его ладонь, тихо спросил: – Где вы были, ребята, ведь сейчас обед? – Стояли тут, – коротко ответил он. – Что? Почему?! – громко прошептал я, и Доу, оглянувшись, сказала мне: – Потому что хотели дать Оливии и Незеру побыть наедине. Вот дерьмо! – Так вы, ребята, всё знали?! – воскликнув, спросил я, и Уорден вновь закрыл мой рот рукой. – Ну конечно. Это же так очевидно, – утвердительно кивнул аллозавр. Доу выглянула из-за угла. – Смотрите, они разговаривают! Уорден тут же отпустил меня и, присоединившись к Доу, заглянул за угол. – Что они говорят? Я их не слышу, – пробормотал он. Блин, это было так низко. Вторгаться в личную жизнь Оливии и Незера и пытаться их подслушать. Но, что ещё хуже, я тоже стал делать это вместе с ними. Встав рядом с Доу и Уорденом, я пролез снизу (так как ничего не видел за их спинами) и начал подглядывать за своей сестрой. Оливия что-то рассказывала птеродактилю. Я тут же сфокусировал свой взгляд и начал внимательно прислушиваться к их разговору, ведь, как известно, все компсогнаты обладают острыми чувствами и при желании могут видеть и улавливать малейшие звуки на большом расстоянии. – …знаешь, когда Анон споткнулся, было очень забавно, – сказал Незер. – Да, с него едва не свалились штаны, – хихикнула Оливия. Я нахмурился, на мгновение пожалев, что у меня такие острые чувства, но затем, пересилив себя, продолжил их слушать. Я услышал, как Незер хихикнул, после чего Оливия спросила: – А что твои родители думают о моих рисунках? – Папа ничего не понял, а вот маме они понравились, – ответил птеродактиль. – Но я бы очень хотел, чтобы… Но прежде чем он успел договорить, его что-то отвлекло. Он внимательно присмотрелся к одному из рисунков Оливии. – Эй, а это что? – А? Просто цветы, растущие из тротуара, – объяснила барионикс. – Обычное домашнее задание с урока рисования, которое учительница заставила нас сделать, отправив на почту фотографию. Ничего особенного. – А по-моему, они очень красивые. А ещё… – сказал Незер, задумчиво наклонив голову в бок. – Волкалдера-Блаффс построен на плодородной вулканической почве, и у нас повсюду растут дикие цветы, причём иногда прямо из трещин в тротуаре. – Серьёзно? – удивилась Оливия. – Значит фотография, по которой мы выполняли это задание, могла быть сделана в вашем городе? – Хм, возможно, – утвердительно кивнул птеродактиль. Повисла небольшая пауза, прежде чем Оливия спросила: – Ты тоскуешь по дому, Незер? Чёрт! Оливия порой бывает очень быстра и точна в своих высказываниях. Настолько, что Незер даже начал заикаться. – Н-нет, я просто… Наступила очередная пауза, прежде чем я услышал его глубокий вздох. – У тебя есть братья или сёстры, Оливия? Мои глаза расширились, Оливия ненадолго замолчала, прежде чем ответить: – Вроде как, да. – Вроде? – Анон вроде как мой брат. Я моргнул, услышав это, и на моём лице появилась небольшая улыбка. Жаль, что Незер, похоже, не понял, о чём она, и покачал головой. – Нет, я имею в виду, настоящего брата или сестру, которые живут с тобой под одной крышей. – Эм, ну так и я о том, – сказала она, и Незер непонимающе наклонил голову. – Я живу с ним в одном доме, его родители заботятся обо мне и всё такое. – Что… почему? – растерянно спросил птеродактиль. К счастью, Доу и Уорден не слышали этого разговора, иначе бы их мнение о нём точно бы упало. «О мой грёбаный Бог, Незер, ну что ж ты такой недогадливый?» – прижав ладонь к глазам, подумал я. – Потому что мистер и миссис Агос мои крёстные родители, а я его приёмная сестра. И, чтобы не вызвать у Незера новое недопонимание, Оливия прибавила: – Видишь ли, мои мама и папа погибли в автокатастрофе. Трудно даже представить, сколько всего пронеслось в этот момент в голове у Незера. Его клюв сжался от ужаса, а золотистые глаза расширились. – Ох, я… – он виновато почесал рукой гребень на голове, поглядев на стол, который внезапно стал для него дико интересным. – Мне так жаль… Оливия, я не хотел… – Всё нормально, Незер, – сказала барионикс, утешительно похлопав его по руке. – Я имею в виду, это было ужасно, да, но что случилось, то случилось, и нужно просто жить дальше, понимаешь? Незер утвердительно кивнул, всё ещё поглядывая на стол. – В общем, что ты собирался мне сказать? – немного подождав, спросила Оливия. – Ну, я… – он сделал короткую паузу. – Наверное, я просто хотел спросить, случалось ли, чтобы Анон… ну… вёл себя с тобой так, словно тебя не существует? О боже! В моей голове тут же возникла картина, навевающая воспоминания о скандальных отношениях Незера и Фэнг, которые я отчётливо помню, когда учился с ними в школе. Интересно, что же происходило в семье Ааронов? Что за неприятность случилась между Незером и его сестрой? – Нет. Никогда, – тем временем спокойно ответила Оливия. – Анон всегда и во всём меня поддерживает. Он очень заботливый брат. Она тихо усмехнулась: – Иногда, даже слишком. – И… ты никогда не вела себя так, словно его не существует? – Незер, – она жестом указала на свой блокнот, – ты видел, сколько у меня рисунков Анона? Он для меня бесконечный источник комедийного вдохновения. «Что ж, буду считать это комплиментом», – подумал я, в то время как Незер на мгновение задумался над её ответом и отвёл взгляд. Оливия заметила это и решила спросить: – А что? Это то, что твой брат или сестра делают с тобой? Полностью игнорирует тебя? Незер снова сделал паузу. – Это… сложно объяснить. – Насколько сложно? Птеродактиль повернулся к Оливии. – Я имею в виду… – он глубоко вздохнул. – Я просто не знаю, с чего мне начать. – Просто начни с самого начала, – подсказала Оливия. Ну и дела! Прямой подход моей сестры творил настоящие чудеса, и Незер, уставившись вперёд, решительно нахмурился, после чего сказал: – Хорошо, думаю, всё началось с тех пор, когда мы были детьми. Люси… – Это твоя сестра? – Да, её зовут Люси. Так вот, однажды мы с ней стояли на вершине обрыва, которыми славится Волкалдера-Блаффс. Это был очень резкий склон, а внизу большое озеро… и я в какой-то момент спросил у неё, могу ли я летать? – Незер сделал паузу. – Но наши крылья не способны выдержать вес нашего тела, особенно с большой высоты… и поскольку она этого не знала, то просто пожала плечами и сказала: «Конечно». Я был ошеломлён. Я никогда не слышал полную версию этой истории (из-за собственного эгоизма) и не знал причину, по которой у Незера было сломано крыло… но теперь я знал. Знал, что на самом деле случилось. И мне стало интересно, почему он рассказал об этом Оливии. Барионикс расширила глаза, глядя на его сломанное крыло. – Так вот как… – Да, – медленно кивнул Незер. – Но меня это почти не волнует… то, что произошло потом, вот что было по-настоящему отстойно. Он вздохнул. – Не знаю почему, но Люси стала… отдаляться от меня после моего возвращения из больницы. То есть меня расстраивало, что она никогда не навещала меня с мамой и папой, но… – Она не навещала тебя, пока ты выздоравливал? – спросила Оливия. – Нет, но это неважно. Важно то, что… – Незер вздохнул: – …я не виню Люси, даже за отказ посещать больницу. Однако теперь она редко разговаривает со мной, а я просто… Птеродактиль сделал долгую паузу. – Я просто хочу, чтобы она вновь заговорила со мной. Оливия уставилась на него, её серебристые глаза несколько раз моргнули. Незер покачал головой и опустил веки. – Прости, что вываливаю всё это на тебя, Оливия. Я… я просто… – он на пару секунд замолчал. – Наверное, я так долго хранил это в себе, не имея возможности ни с кем обсудить, вроде друзей, родителей или… Люси, что мне стало тяжело сдерживать свои эмоции. Птеродактиль поднял голову и посмотрел в потолок. – Даже сейчас, каждый раз, когда я звоню маме с папой и спрашиваю, не хочет ли Люси поговорить со мной… она никогда этого не делает. Вот почему мне так тяжело находиться здесь, вдали от дома. Тут я вновь почувствовал себя как в тот раз в больнице… Он с силой стиснул зубы. – По-настоящему одиноким, – наконец закончил он. Полагаю, это была полная картина проблем Незера, позволяющая понять, насколько далеко зашли их с Люси неприятности, задолго до моего появления в Вулкано-Хай. И в каком-то смысле это было… весьма познавательно. Признаться, на мгновение мне показалось, что мой разум пытается понять, какое из двух решений он должен сейчас принять, пока я наблюдаю за происходящим… словно я попал в дурацкую визуальную новеллу: «Перестать подслушивать» «Не переставать» И я… Я решил остаться. На моём лице застыла улыбка. Я верил в Оливию. Но я определенно не ожидал того, что она сделала. Она вдруг встала и крепко обняла Незера. Доу испустила взволнованный вздох, а Уорден растерялся, но оба, к счастью, не поняли, почему это произошло. Я смотрел на сестру, удивлённо моргая. Что касается самого птеродактиля… Незер выглядел совершенно ошеломлённым, его золотистые глаза расширились, а руки были раскинуты в стороны. Оливия быстро отстранилась, неловко глянув вниз и нежно положив руку ему на плечо. – Прости. Просто мне показалось, что тебе это нужно, – покраснев, прошептала она, а затем подняла голову. – Честно говоря, я не знаю, что тебе сказать. Я недостаточно знаю о вашей семье, о Люси… и, возможно, даже о тебе в какой-то степени, Незер. Я просто не знаю всей картины… а даже если бы и знала, не думаю, что я могу говорить тебе, что именно ты должен чувствовать, потому что всё, что ты сказал, действительно ужасно… и даже очень. Незер моргнул, а Оливия продолжила: – Но… несмотря на всё это… Барионикс улыбнулась ему самой тёплой и нежной улыбкой, которую я когда-либо видел на её лице. – Я очень рада, что ты мне обо всём рассказал. Затем она кивнула, в её глазах появилась решимость. – Что же касается одиночества, то пока ты здесь у тебя будут Анон, Доу, Уорден и… я, чтобы составить тебе компанию, так что… эм… Она сделала паузу. – С нами ты никогда не будешь чувствовать себя одиноким. Незер улыбнулся в ответ, его золотые глаза заглянули в её серебристые, когда он осторожно положил свою руку поверх её. – Да, ты права. Не буду. – Круто, – кивнула Оливия, и на щеках её появился румянец. Она скромно улыбнулась, глядя вдаль. – Хочу спросить, почему ты рассказал мне это? Почему из всех динозавров ты выбрал именно меня? Птеродактиль, казалось, был застигнут врасплох этим вопросом. – Почему я рассказал тебе? – он сделал короткую паузу. – А почему бы и нет? – спросил он в ответ. – Ведь ты, кажется, сразу поняла, что я всё ещё испытываю чувство вины за то, что врезался в тебя, когда мы впервые встретились, и ты дала мне понять, что я не должен об этом переживать. Птеродактиль почесал затылок. – А это… было очень важно. Не думаю, что другие динозавры сделали бы для меня что-то подобное… Оливия на мгновение замолчала, после чего начала смеяться, к нашему общему недоумению, а Незер удивлённо открыл клюв. – Ох, чувак, – она опустила глаза и ухмыльнулась. – Какие же низкие у тебя стандарты. – Ну… – Незер выглядел слегка оскорблённым. – Я вовсе не считаю, что ты "низкий стандарт", Оливия. Теперь настала очередь барионикса ошеломлённо смотреть на Незера, её широко раскрытые глаза растерянно заморгали. – Ты сдержанная, проницательная, добрая… – говорил он, и я невольно кивал в знак согласия. «Смотри-ка. А Незер, оказывается, умеет отпускать весьма неплохие комплименты», – думал я. – А ещё у тебя красивые… серебряные глаза. Я вновь кивнул и тут же охнул. «Стоп, что?» *БУМ!* Хвост Оливии ударил по полу, заставив всех подпрыгнуть, включая учеников, сидевших за дальними столами. Все они на мгновение переключили своё внимание, а затем медленно обернулись к Незеру и Оливии. Незер застыл на месте, его золотистые глаза моргнули, а на щеках появилась краснота, что стала бесконтрольно расползаться по всему его лицу, почти так же, как это было однажды у Фэнг. Похоже, птеродактиль понял, что он только что сказал. Или, возможно, даже частично признался в том, что он на самом деле думает. – Я имею в виду… – его глаза нервно забегали по сторонам, а рука выхватила из кармана телефон. – Я хотел сказать… о боже, обед уже давно закончился и мне нужно идти тренироваться! Последнюю фразу он проговорил чуть ли не со скоростью света и, встав на ноги, уже хотел было стремительно уйти, но в этот момент Оливия тоже встала. – Подожди, прежде чем ты уйдёшь… Незер посмотрел на неё, не решаясь до конца встретиться с ней взглядом из-за того, что был сильно взволнован. Румянец на его щеках усилился в десять раз, когда барионикс снова обняла птеродактиля. – Небольшие обнимашки в дорогу, – тоже отчаянно краснея, сказала Оливия. – Которые мне захотелось тебе сделать. Птеродактиль на мгновение остолбенел, а затем медленно ответил ей взаимностью, нежно обхватив руками её спину. Барионикс напряглась от его прикосновения, но тут же быстро расслабилась, инстинктивно положив голову ему на плечо. – Ах, – тихо выдохнула Доу. Наконец Оливия и Незер медленно отстранились друг от друга, и птеродактиль, похоже, снова успокоился, искренне улыбнувшись. – Спасибо, Оливия. – Без проблем. Если захочешь поговорить о чём-то ещё, можешь обращаться ко мне в любое время. Она ухмыльнулась. – И для протокола, чувак… Её острый коготок поднялся и коснулся края его щеки, прямо под его расширившимися золотистыми глазами. Её мордочка медленно приблизилась к нему. – Твои глаза гораздо красивее моих. Святые угодники! Как же у них гладко всё получилось! К сожалению, это превратило Незера в очень стеснительного птеродактиля (состоящего из желе). Его ноги подкосились. Всё тело задрожало, а его хорошее крыло тут же расправилось, плотно закрыв его с одной стороны. – Ага, ну пока, – смущённо пробормотал он и тут же развернулся, чтобы быстро уйти прочь. Его хвост яростно вилял из стороны в сторону, а маленькое крыло хлопало, словно пытаясь улететь подальше от всей этой ситуации. Как только он ушёл, Доу положила тыльную сторону ладони себе на лоб. – О, держи меня, Уорден, у меня сейчас будет передозировка! – восторженно сказала она, демонстративно падая в его объятия. Аллозавр растерянно наклонил голову. – Передозировка? От чего? Наркотиков? – спросил Уорден, поставив её ровно. – Нет, глупенький, от умиления, – ответила девушка, весело хихикнув. – Что? Почему? Мы ведь даже не слышали, что они сказали друг другу. – Ну и что? Зато они обнимались! А это так… так… Но я не обращал на них внимания. Всё это время я наблюдал за тем, как Оливия спокойно усаживается на своё место, с улыбкой на мордочке возвращаясь к рисованию, явно получив новое, более яркое вдохновение, которое, я надеюсь, будет не слишком… откровенным. А ещё меня порадовало то, что Незеру наконец-то удалось сбросить со своих плеч часть проблем, что его преследовали. И я очень гордился Оливией, которая помогла ему с этим. У меня появилось хорошее предчувствие, что, до того как начнётся Кубок Метеора, нас ждут и другие не менее радостные события. Которые произойдут сразу после того, как я схожу наконец в туалет. Ведь это именно та причина, по которой я вообще встал из-за стола. Я вздохнул и медленно заковылял прочь, пока мой мочевой пузырь сжимался, угрожая мне совершить жестокое преступление на почве ненависти к моим штанам.