Никто, ставший кем-то

Как только мы вошли в дверь, кое-что показалось мне… странным. Во-первых, Наоми куда-то исчезла, несмотря на то, что я чётко видел, как она вошла в школу буквально пару секунд назад. Даже Незер и тот это заметил и сказал вслух: – Ого, а где Наоми? Я же только что разговаривал с ней. Он оглянулся по сторонам, пытаясь найти её. – Но теперь её нет. Я повернулся к птеродактилю и спросил у него: – Вот как? И о чём же вы разговаривали? Незер пожал плечами. – Да так, я просто сказал ей, что мы проведём наше занятие в другое время, а не в воскресенье. Что ж, это многое объясняет. Иногда я задумываюсь, а знаю ли я настоящую Наоми за множеством фальшивых слоёв, что окружают её со всех сторон? И хотя я могу понять её чувства, особенно когда она увидела, как мы "уводим" у неё Незера, я всё же не могу перестать относиться к ней с подозрением, зная её хитрый манипулятивный характер. Хотя кто знает, не является ли эта драма тоже обычным притворством? И всё же одно я знаю точно: в отличие от моей прошлой жизни, Незер никогда не будет принадлежать Наоми. Решив оставить этот запутанный клубок на потом, я перешёл ко второму странному событию этого дня. А точнее, к тому, как окружающие нас ученики с интересом смотрели, но не на Оливию и даже не на Незера, а… на меня! – Эй, Анон! – помахал мне рукой какой-то динозавр, которого я мельком заметил на одном из своих занятий. – О, эм, привет, – неловко ответил я, когда он прошёл мимо. Я не придал этому особого значения, продолжая идти рядом с Оливией, но практически сразу же произошла другая аномалия. Несколько незнакомых мне девушек смущённо захихикали, когда заметили моё приближение. Одна из них прикусила край губы, в то время как другая, откинув в сторону прядь рыжих волос, убрала обе руки за спину и дружелюбно произнесла: – Привет… Анон, верно? … Нда… может это моя паранойя, но что-то здесь чертовски не так. – Да, – незамысловато ответил я, теперь уже по-настоящему насторожившись. Они выглядели так, словно хотели завязать со мной беседу, но я решил не отставать от Оливии и Незера и прошёл мимо, так как услышал ещё несколько голосов, которые открыто обсуждали меня, пока мы трое шли по коридору. Не стану врать, я уже давно привык к дружеским приветствиям в Мезозойской Частной Школе, вот только… все тамошние ученики меня знали или как минимум часто со мной общались, а сейчас… мне было немного не по себе от этой неестественной дружелюбности в Вулкано-Хай. Откуда она взялась? Почему я вдруг стал настолько всем интересен? И почти сразу же, как только этот вопрос прозвучал у меня в голове, я понял почему. – Эй, это же тот парень – Анон, верно? – Да. Я слышал, что он в одиночку сразился со всей спортивной командой и победил. – Ого! И в чём же они соревновались? – Не знаю, да и какая разница? Кроме того, он тусуется с Незером, а значит, очень крут. … Ах, так вот в чём дело! Они все узнали о вчерашнем уроке физкультуры. Оливия тоже это заметила, глядя на нескольких перешептывающихся между собой девушек. – Наверное, они услышали про вчерашнюю игру в вышибалу, – предположила она. – Похоже на то, – согласился Незер, почёсывая гребень. – Должно быть, Чет и его команда рассказали об этом нескольким ученикам после уроков. Я повернулся к Незеру. – Нескольким? – повторил я, глядя на большую группу динозавров, которые смотрели на меня. Некоторые из них делали это с дружелюбным видом, а другие, скорее, с ожиданием, словно надеясь, что я вот-вот сделаю что-то крутое… или ужасно облажаюсь. Это было странно и не очень приятно, как будто я стоял на каком-то высоком пьедестале, который легко можно покачнуть и сбросить меня вниз. – У меня такое чувство, будто все в этой школе меня знают или, по крайней мере, делают вид, что это так, – растерянно произнёс я. – Ага, уж я-то знаю, каково это, – усмехнулся Незер, явно намекая на свой статус, который приходит ко всем ученикам, когда они становятся… Популярными! Возможно, какой-нибудь другой динозавр на моём месте почувствовал бы в этот момент искренний восторг, но не я. Для меня, с моим опытом неудачника в прошлой жизни, "популярность" не имела какой-либо ценности и лишь вызывала острую неприязнь, поскольку я видел в ней только отрицательные моменты, а не положительные. – Кстати, Анон, я решил последовать твоему совету, – в этот момент отвлёк меня от размышлений голос птеродактиля. Я моргнул, осознав, что мы остановились и Оливия, схватившись за колёса, развернулась в нашу с Незером сторону. – И… кажется, это сработало, – улыбнулся птеродактиль. – Оу? – протянул я. – И что же ты сделал? Но прежде чем он успел ответить, прозвучал звонок, как всегда выбрав самое неподходящее время. А значит, мне придётся ждать начало перемены, чтобы узнать все подробности. Незер поднял голову и снова опустил вниз. – Я расскажу тебе об этом позже, – ответил он, после чего повернулся и, на прощание помахав мне рукой, прибавил: – Увидимся на обеде, Анон. – Ага, – небрежно ответил я, когда птеродактиль остановился, чтобы посмотреть на барионикса рядом со мной. – И… с тобой тоже, Оливия. Ты же не против? Моя сестра удивлённо моргнула, услышав этот вопрос. – Да, конечно, – ответила она. Он кивнул, и на его клюве появилась небольшая улыбка, в то время как Оливия сильно раскраснелась. Птеродактиль развернулся и побежал в свой класс. Я знаю, что Незер всё ещё испытывает чувства к Оливии, причём весьма запутанные. И при этом по-прежнему боится всё испортить, несмотря на наш вчерашний разговор. «Ох, приятель, что же ты такой паникёр?» – мысленно вздохнул я, и мы с сестрой продолжили свой путь к лифту, который, к счастью, оказался на первом этаже, так как двери мгновенно открылись, как только Оливия поднесла к сканеру карточку-ключ. Мы вошли в лифт и поехали на своё первое занятие в этот день. На английский язык. … А точнее, на нечто отдалённо на него похожее, учитывая талант мистера Цуки коверкать этот самый язык.

***

Урок проходил как обычно. Мистер Цуки опять нёс какую-то чушь, а мы с Оливией с трудом пытались его понять. Впрочем, мне было совершенно не интересно то, что он говорил, поскольку я полностью сосредоточился на затылке Наоми и её коротких волосах. Мы с сестрой пришли в класс самыми последними, и она уже была тут. Интересно, не направилась ли она сюда сразу после того, как вошла в школу? «Да, судьба странная штука, – подумал я. – В прошлой жизни я дико презирал Наоми за то, что она всеми силами пыталась влезть в мою жизнь. Теперь же я хочу сделать это сам». Но почему? Возможно, по понятным причинам, я опасаюсь, что история из моей прошлой жизни может повториться, или просто надеюсь, что смогу разглядеть настоящую Наоми под всеми этими слоями тошнотворного лицемерия и притворства, особенно после того, как заметил на них несколько трещин. Но, несмотря на всё это, я понимаю, что в какой-то момент мне придётся встретиться с ней лицом к лицу и рассказать обо всём, что она задумала, пока это не переросло в нечто нехорошее. Пока я думал об этом, урок постепенно начал подходить к концу и, за десять минут до звонка, мистер Цуки вышел в туалет. Как только учитель покинул класс, ученики тут же оживились и завязали между собой разговор, Оливия от скуки начала рисовать у себя в блокноте, а у меня возникло жгучее желание встать со своего места и подойти прямо к Наоми, но тут чей-то голос отвлёк меня от этой безумной затеи. – Пс-с-с… эй! Я повернулся и заметил Стеллу, которая пыталась привлечь моё внимание, перетасовывая карты в руках и бросая на меня хитрые расчётливые взгляды. – О, вижу, ты наконец-то обратил на меня внимание, сенпай, – весело сказала она. Услышав это, я тут же глубоко вздохнул и, сунув руку в карман, достал оттуда купюру в десять долларов и протянул ей. – Стелла, я дам тебе десять баксов, если ты пообещаешь, что больше никогда не будешь называть меня так, по рукам? Девушка на секунду задумалась, оглянувшись по сторонам, чтобы убедиться, что никто на нас не смотрит, а затем кивнула мне и со словами «По рукам» выхватила деньги из моих когтей, убрав их в карман вместе с картами Таро. – Итак, Анон-кун, – с улыбкой начала она, заставив меня пожалеть о потраченных деньгах, ведь у неё в арсенале, похоже, было припасено немало других японских словечек, которыми она могла меня назвать, – до меня дошёл слух, что ты на днях произвёл яркое, можно сказать, незабываемое впечатление на других учеников. Я наклонил голову, и Стелла сделала то же самое. – Другими словами, ты стал самым популярным динозавром в нашей школе, – торжественно закончила она. – Да, стал, – пробормотал я, покачав головой. – Прошу, не напоминай мне об этом. Её улыбка исчезла. – Почему? Большинство учеников, которых я знаю, были бы счастливы услышать это, – удивлённо спросила она. – Не обижайся, Стелла, но… – начал я и произнёс чуть тише: – …скольких учеников ты вообще знаешь? Она сделала небольшую паузу, прежде чем ответить: – Э-э-э… где-то около семи, – пробормотала она. Её голос прозвучал крайне неуверенно. – Но это не важно. Ведь по слухам, ты был популярным и в своей прежней школе, верно? А потому наверняка должен этому радоваться, – прибавила она, посмотрев на меня. – Ну, я бы не сказал, что был "популярным" в Мезозойской Частной Школе, – пожал я плечами и ненадолго задумался, прежде чем сказать: – Просто меня все там знали благодаря тому, что я делал. Можно сказать, я им нравился. А тут… Я нахмурился. – Большинство учеников лишь притворяются, что знают меня. – Я… – Стелла сделала паузу. – Да, кажется, я понимаю, к чему ты клонишь. – Но я не стану жаловаться, пусть будет, что будет, – прибавил я и жестом указал на неё. – Ну а что у тебя было интересного в эти дни? Стелла на мгновение задумалась, прежде чем ответить: – О! Моя лучшая подруга наконец-то приехала из-за границы и вернулась в школу! Я разговаривала с ней этим утром. Должно быть, она имела в виду Розу, что подтвердилось, когда она произнесла следующие слова: – Между прочим, она возглавляет школьный клуб садоводов, в котором я тоже состою… Затем она наклонилась и произнесла шёпотом: – Кстати, ты уже решил, в какой клуб хочешь вступить? – Ах, так вот в чём дело, – покачал я головой в ответ. – Нет, пока нет. Но полагаю, что ты собираешься пригласить меня вступить в свой? – Эм, да, – призналась Стелла. – Но ты не подумай, обычно я не делаю это так настойчиво, просто… из-за недавнего потепления нам стало намного сложнее ухаживать за цветами и растениями, и я… Я сделал паузу, обдумывая её предложение. В школе было не так уж много клубов и программ после школы, которые могли бы заинтересовать меня. Единственным видом спорта, которым я интересовался, был бокс, но в школе Вулкано-Хай он отсутствовал и все спортсмены играли в футбол, а ещё у них была лёгкая атлетика и плавание. Но, думаю, если бы я захотел выбрать клуб для занятий тяжёлым физическим трудом, то по иронии судьбы садоводство было не таким уж плохим вариантом, учитывая, насколько интенсивной бывает работа в саду. К тому же… Фэнг тоже будет появляться там. Конечно, не как член клуба, а провинившаяся ученица, чтобы отбывать наказания, которые вскоре начнёт получать. И тогда я смогу быть рядом с ней и… как-нибудь попытаться восстановить наши отношения. – Хорошо, я присоединюсь к вам, – коротко кивнул я. Стелла удивлённо округлила глаза, услышав эти слова. – Правда? В смысле, ты уверен? Я внимательно проследил за выражением лица Стеллы, видя, как на её мордочке медленно расцвела взволнованная улыбка… и, понял, что забыл добавить ещё одну причину, по которой хочу присоединиться к клубу садоводов: Роза и Стелла были очень хорошей компанией. – Да, конечно, – с улыбкой ответил я. – Единственная проблема в том, что я не думаю, что смогу работать по выходным, так как буду помогать Оливии, которая должна ездить на процедуры в «InGen». – О, не беспокойся об этом! У нас очень гибкое расписание! Мы занимаемся в саду лишь два раза в неделю, в остальное же время директор Спирс проводит "внеплановое благоустройство школы", или, проще говоря, отправляет учеников отбывать наказание, которым является… Она сделала паузу. – Но, я лучше не буду тебе об этом рассказывать, пока окончательно не отпугнула. – Да уж, – согласился я. – Но пока ко мне там не относятся как к заключённому, я буду рад помогать вам. Мордочку Стеллы озарила хитрая улыбка. – Ничего не обещаю, – хихикнула она. Я посмотрел на её лукавую ухмылку и нервно усмехнулся.

***

Закончив обсуждать своё будущее в клубе садоводов со Стеллой, я уже хотел было переключиться на Наоми, но, к сожалению, в этот момент прозвучал звонок и паразавр, быстро упаковав свой огромный ассортимент книг в портфель, покинула класс, не дав мне возможности поговорить с ней. Нда, повезло мне… К тому времени, как я вышел за дверь, Наоми уже была на другом конце коридора и спускалась вниз по лестнице, явно не желая, чтобы с ней кто-нибудь разговаривал. – Так… – начал я, собираясь разработать новый план, и, повернув голову, увидел вышедшую вместе со мной Стеллу, которая на прощание помахала рукой. – Увидимся в саду после школы, Анон, – сказала она. – Ага, до встречи, – кивнул я. Стегозавр улыбнулась и пошла на следующий урок, пока я остался стоять в коридоре, дожидаясь Оливию. Барионикс потратила ещё несколько секунд на то, чтобы собрать свой рюкзак, и мы вдвоём направились по коридору, не обращая внимания на взгляды других учеников, пока не заметили знакомого нам раптора, выходящего из ближайшего класса. – Эй, Рид! – громко позвал я его, и раптор посмотрел на меня с глуповатой улыбкой на лице. – Анон, как дела, братан? – затем он повернулся к моей сестре. – Привет, Оливия, что новенького? – Да так, ничего особенного, – пожала она плечами. Я выставил вперёд кулак и он, стукнув по нему, протянул руку к Оливии, которая с готовностью ответила на этот дружеский жест. Рядом тут же раздалось несколько тихих голосов: – Похоже, Анон и Оливия тусуются с Ридом. – Ха, не думал, что они тоже торчки. Я слегка повернул голову, желая найти тех, кто это сказал и, стараясь при этом не нахмуриться. – Чувак, некоторые мои покупатели говорили о тебе этим утром, – в этот момент сказал Рид и пару раз мне подмигнул. – Это правда, что ты вышел один против всей спортивной команды и раскидал их? «О нет, и ты, Рид!» – мысленно произнёс я бессмертную классику древних римлян, которую повторяли все кому не лень, а значит, чем я хуже? Оливия моргнула и посмотрела на меня. – Он ведь имеет в виду игру в вышибалу, правда? – Надеюсь, – со вздохом покачал я головой и обратился к раптору: – Просто чтобы уточнить, это было во время игры в вышибалу, речь шла об этом, а не о каком-нибудь матче или… школьной драке. Такого я бы точно не сделал. – Да? А я бы в это поверил, учитывая то, как вы с Оливией лихо разделались с Брайсом на днях, – пожал плечами Рид. На мгновение остановившись, я положил руку ему на плечо. – Рид, мне льстит, что ты так думаешь, но, поверь, мне не под силу раскидать такое количество динозавров. Затем я опустил руку и прибавил: – К тому же, технически, в этой игре победил Шалфей, а не я. – Ха, понятно, – улыбнулся Рид. – Я всегда знал, что этот малый рано или поздно себя покажет, но чтобы так. – Ну да. Хотя он просто выбил Незера мячом. Кстати, а как дела у… – начал я, но тут же замолчал, не уверенный стоит ли мне расспрашивать его о Фэнг. Оливия, похоже, это заметила и, осторожно коснувшись меня рукой, сказала: – Эй, Анон, наш класс в конце коридора, верно? – Да, – кивнул я, и барионикс покатилась дальше одна. – В таком случае я пока оставлю вас одних, чтобы кое-что подготовить перед началом занятия. – Ага, увидимся в классе, – ответил я, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что никто из учеников не пытается нас подслушать. – Рид… – вновь начал я, почувствовал внезапный дискомфорт, и моя рука невольно почесала затылок, – …вчера после обеда у вас там… всё было в порядке? Рид сделал паузу, и на лице у него появилось грустное выражение. – Не совсем, чувак, – честно признался он. – Фэнг была сильно расстроена. Очень сильно. Раптор посмотрел себе под ноги. – Настолько, что ушла из школы, как только закончился обед и, судя по тем сообщениям, что прислала мне Триш, не думаю, что Фэнг придёт сегодня в школу. Чёрт. Услышать о том, что у Фэнг проблемы, было всё равно, что получить удар ножом в грудь. Как бы я хотел сейчас быть рядом и поддержать её. Но при этом понимал, что в данный момент это невозможно, и так я лишь сильнее оттолкну её от себя. Рид, должно быть, заметил, как я напрягся, и попытался успокоить меня. – Не переживай. Всё утрясётся. Пусть некоторые из нас вчера немного погорячились, никто в этом не был виноват, – непривычно было видеть Рида таким сосредоточенным и серьёзным. – Но было бы лучше, если бы такое больше не повторялось, понимаешь? Я посмотрел вниз себе на кроссовки и медленно кивнул в знак согласия. – Ага. Затем я сделал паузу, понимая, что хотя Фэнг и не желает видеть меня сейчас, у неё по-прежнему есть Рид, и как бы неприятно мне ни было это признавать, Триш тоже. Они всегда были рядом с ней и поддерживали, как и положено настоящим друзьям. – Сходи потом к Фэнг, когда будет возможность. Чтобы она не была одна со своими проблемами, – посоветовал я раптору. Рид с улыбкой кивнул. – Конечно, чувак. Затем он на мгновение задумался и сказал: – Кстати, хочу у тебя кое-что спросить, Анон. Я понимаю, почему Незер так заботится о Фэнг, но… Его взгляд стал невероятно острым и проницательным, показывая ту скрытую сторону Рида, которую я замечал лишь пару раз в прошлой жизни. – Почему это делаешь ты? Не хочу показаться грубым или что-то в этом роде. Мне известно, что вы с Незером друзья, но Фэнг… ты же её почти не знаешь. Так почему же ты так волнуешься о ней? Это был хороший вопрос, на который я, очевидно, не мог дать правдивого ответа. Я не мог сказать ему, что делаю это из-за того дерьма, которое произошло в моей прошлой жизни, что Фэнг и я были парой и что именно из-за моего эгоизма и равнодушия она сорвалась и устроила в школе массовую бойню, а после покончила с собой. Я просто не мог сказать ему правду. Но я знал одну вескую причину, и она была совсем свежей, о чём я вспомнил с тяжёлым вздохом. – Может, я покажусь тебе странным, Рид, но… когда я услышал, как Фэнг играет на уроке музыки в понедельник… Я посмотрел на раптора. – То невольно почувствовал, что она нуждается в этом. Понимаешь? Раптор сделал небольшую паузу, и в его фиолетовых глазах мелькнуло чувство вины. – Да, понимаю, что ты имеешь в виду. Затем он кивнул. – Фэнг любит играть на гитаре, и у неё это очень хорошо получается, даже когда ей плохо, – сказал он. – В её музыке порой чувствуется то, что она не может или не хочет передать словами. Используя свои знания, я решил поинтересоваться. – Кстати, а почему Фэнг играет на басу в вашей группе, а не на гитаре, если она, кажется, предпочитает именно последнюю? Я увидел, как Рид на мгновение растерялся и его фиолетовые глаза пару раз моргнули. – Ну, как я уже говорил за столом, потому что это уникально и… как там… монетизируемо, а ещё… Было видно, что он просто повторяет то, что сказала ему Триш, после чего раптор неловко потёр шею и прибавил: – Думаю, я не против этого, потому что… ну, ты знаешь, так мы хотя бы держимся вместе, а не скатываемся в очередную драму. Лучше быть рядом, а не порознь. Он посмотрел на меня. – Верно? … Почему он спрашивал об этом меня? Это был своего рода шок – видеть, как Рид выглядит… настолько неуверенным или, по крайней мере, сомневающимся в том, что говорить, когда речь заходит о чём-то по-настоящему важном и не связанным с галлюцинациями, вызванными карфом. Полагаю, в этом и заключалась проблема. Мы с Ридом имели представление о том, что происходит, но не могли ничего с этим поделать. Я мог, но не был способен подступиться к Фэнг, он хотел, но боялся испортить отношения с Триш. Ясного ответа ни у кого из нас не было, и я не думаю, что в ближайшее время он появится. Но, по крайней мере, я мог утешить себя тем, что я не такой социальный макиавеллист, как Наоми, и не хочу никому ничего навязывать, как это делает Триш. Всё что я знал, так это то, что Фэнг хотела играть на гитаре, и я… тоже этого хотел. Прозвенел звонок, означающий, что скоро начнётся следующий урок, и мы с Ридом на мгновение подняли, а затем снова опустили глаза. – Ну ладно, тогда увидимся с тобой завтра на математике, – сказал Рид и на мгновение задумался, после чего на его лице появилась улыбка. – О, и на музыке в пятницу, если Фэнг станет легче. Я на мгновение задумался, вспомнив, что Рид был в моём музыкальном классе. Так почему же, чёрт возьми, я не видел его в понедельник? Рид, похоже, прочитал мои мысли. – Меня не было на последнем занятии в понедельник, потому что пришлось встретиться с несколькими покупателями, – сказал он, пожимая плечами. – Но мистер Джинго не особо возражает. К тому же он иногда и сам покупает у меня разные штучки, чтобы уходить в нирвану. – О-о-о, – я кивнул в знак понимания, а затем наморщил лоб, услышав последнее предложение. – Ясно. – Да, это круто, – не заметив этого, улыбнулся Рид. – В общем, дай мне знать, если захочешь как-нибудь потусоваться вместе. Я только за. – Конечно. После этого мы разошлись в разные стороны. Я старался не замечать взглядов других учеников, которые следили за мной из-за моей свежеприобретённой "популярности". Я даже засомневался, что это лучше, чем быть полностью невидимым. Наконец я пришёл в класс на занятие по науке. Доктор Фернсворт как раз проверял один из шкафов и вслух удивлялся тому, что его "шкаф возле раковины" доверху забит горелками Бунзена. Я, как обычно, сел рядом с Оливией, стараясь отвлечься от пустого места, где должна была находиться Фэнг. Но меня по-прежнему беспокоила мысль о том, что она не появилась. Я не знал, почему, пока не задумался о прошлом… о том, что не придал особого значения её отсутствию, когда пришёл к себе в квартиру и не застал её там. А после узнал, что она взяла отцовский пистолет и… Я остановил себя, стиснув зубы. Нет. Я веду себя неразумно, и знаю это. Изо всех сил стараясь подавить нарастающее беспокойство, роящееся у меня под чешуёй, я сосредоточился на уроке, как раз в тот момент, когда наш преподаватель (который казалось окаменел от долгого стояния на месте) наконец-то отвернулся от шкафа и посмотрел на нас. – Хорошие новости, ученики! – громко объявил доктор Фернсворт. – Сегодня у нас будет лабораторная по плазме. Найдите себе партнёра и приготовьтесь. Забавно, что наш престарелый учитель всегда говорит одно и то же, когда занятия официально начинаются. Но лабораторная звучит довольно интересно. И даже если мы с Оливией не будем сильно вникать в это, я совсем не против немного отвлечься от мрачных мыслей. Благо наука никогда не была для меня проблемой, а значит, я быстро со всем справлюсь и, если надо, помогу сестре. Я в последний раз взглянул на пустой стул Фэнг, и тут понял, что Шалфей всё ещё был на своём месте. Тревожно оглядываясь по сторонам, он явно не знал, что ему делать, оставшись одному. А вот я-то знал, как это неприятно, и посмотрел на Оливию. Она заметила мой взгляд и, поняв, что я хочу, утвердительно кивнула головой в сторону одиноко стоящего худенького раптора. – Эй, Шалфей, – сказал я, и тот вздрогнул. – Хочешь поработать вместе с нами? – О, я… я даже не знаю, – нервно произнёс Шалфей. – Вдруг доктор Фернсворт будет против. Сделав паузу, я посмотрел на учителя. Доктор Фернсворт в этот момент осматривал бутылку с азотной кислотой, бормоча себе под нос: – Хм, какое странное место для яблочного уксуса… ну да ладно. Затем он начал откручивать крышку под давлением, а я, оглянувшись, торжественно кивнул и с явным сарказмом ответил: – О да, судя по всему, он будет в ярости. Оливия вздохнула и легонько хлопнула меня по плечу своим хвостом, в ответ на это я хихикнул и стукнул её пальцем по носу. – Ох, братец, нарываешься на очередной укус? – угрожающе произнесла она. – Ха, вот ещё! Тебе больше не удастся зажать мне нос, – парировал я. Пока мы вели свою игривую борьбу, Шалфей непонимающе наблюдал за нами. – Ах да, уверен, он будет не против, – заметив это, сказал я. Лицо раптора засветилось от восторга, и он быстро присоединился к нам. Я наконец-то смог хорошенько его рассмотреть и… невольно удивился, как вообще мог считать себя мелким в прошлой жизни, глядя на этого миниатюрного паренька, который наверняка оторвался бы от земли, если бы сейчас подул лёгкий порыв ветра. Придвинув к нашему столу стул, он положил на него обе руки и слегка подпрыгнул, чтобы сесть. – Привет, эм… Анон? Тебя ведь так зовут, верно? – спросил Шалфей, на что я кивнул, и миниатюрный раптор продолжил: – Я знаю тебя, но у нас никогда не было возможности официально встретиться, особенно после вчерашней безумной игры в вышибалу! – Да, безумной, но очень весёлой, – сказал я с улыбкой на лице. – Особенно после того, как ты обеспечил нам победу. Шалфей тут же смутился и потупил взор. – О, я ничего такого не сделал, я просто вмешался в последний момент, в то время как ты сделал всю основную работу. Затем он сделала паузу, и на его мордочке появилась улыбка. – Но не буду врать, это было круто, и… – Шалфей взглянул на меня. – Ты заслуженно получил признание за это, раз уж все в нашей школе о тебе говорят. Разумеется у меня слегка испортилось настроение, когда он сказал об этом, но я постарался скрыть свои эмоции. – Ну да, верно, – коряво улыбнувшись, кивнул я. Оливия посмотрела на пустой стул Фэнг и, оглянувшись на раптора, спросила: – Обычно ты работаешь в паре с Фэнг, верно? – О, всё время, – начал Шалфей, но тут же почувствовал неловкость и отвернулся от моей сестры. – И… просто хочу сказать, что Фэнг… ну… не такая уж и плохая… эм… плохие, если узнать их получше. Барионикс мгновенно всё поняла и опустила голову вниз. – Думаю, ты уже слышал о нашем вчерашнем споре? – Я… – раптор сделал паузу и медленно кивнул в знак согласия: – Да, слышал. Затем он поднял глаза и прибавил: – Но я не буду никого ни в чём обвинять, Оливия. Разногласия бывают у всех. – Да, спасибо. Мне просто не понравилось, как Фэнг говорила о Незере, своём родном брате, – пробормотала Оливия, покачав головой. – Но… я постараюсь быть более терпимой в будущем. – Что ж, приятно слышать! – улыбнулся Шалфей. – Возможно, я сейчас чересчур оптимистичен, но, быть может, если Фэнг узнает тебя, а ты узнаешь их, я уверен, что вы обе можете стать хорошими друзьями. Заметив на лице Оливии сомнение, я утвердительно кивнул: – Да, уверен, что так и будет. – Может, это не моё дело, – тем временем продолжил раптор. – Но вы с Аноном, похоже, хорошие друзья Незера, раз решили за него заступиться. Я оживился. – Ну да, мы с Оливией знаем Незера ещё со времен Кубка Метеора в Мезозойской Частной Школе, задолго до прихода в Вулкано-Хай. – А ещё в седьмом классе… – прибавила Оливия и тут же нерешительно замолчала, прежде чем наконец признаться (что указывало на то, как она доверяет Шалфею, раз готова посвятить его в эту тайну). – Незер был моим… Она снова сделала паузу, пробормотав следующую часть. – Моим парнем. Глаза Шалфея расширились, как блюдца, а узенькая мордочка растянулась в улыбке. – Ого! – затем он провёл двумя маленькими коготками по лицу, стараясь скрыть улыбку. После чего произнёс тихим шёпотом: – Не волнуйся, я никому об этом не скажу. Но это так романтично! Затем в его глазах появился понимающий взгляд. – Теперь понятно, почему у Незера никогда не было девушки, несмотря на то, что он самый популярный ученик в нашей школе. Держу пари, он до сих пор неравнодушен к тебе, верно? А ты? Оливия закатила глаза, но я заметил едва заметные следы румянца на её щеках. – Ну я… не знаю, возможно… Она снова посмотрела вниз, и я увидел, как раскраснелась её мордочка. – Незер… – она покачала головой. – Он… неважно. Я поднял глаза, стараясь не расхохотаться над тем, как смутилась Оливия, когда доктор Фернсворт вновь заговорил, к счастью, убрав азотную кислоту в сторону. – Итак, класс, я хочу, чтобы вы все взглянули на это! Он показал нам на гигантский объект в центре класса, которого, клянусь, до этого момента там не было. Прямо перед ним стоял стеклянный купол размером с крупного динозавра, соединённый с потолком и с одним из этих причудливых плазменных шаров, расположенных на самом верху внутри него. – Плазма способна на множество фантастических вещей! Узрите одно из моих последних изобретений, которое я назвал «Купол раздумий»! Наступила пауза, прежде чем Шалфей задал вопрос: – А что он делает, доктор? – Что он делает? – доктор Фернсворт сделал паузу. – Это… ну… видите ли… – пробормотал он про себя и в глубоких раздумьях медленно вошёл внутрь. Плазменный шар над ним активировался, пока он стоял внутри и размышлял в успокаивающем фиолетовом свете. … Что ж, думаю, это и был ответ на вопрос раптора.

***

Пришло время обеда. Наконец-то. С очередными подносами, полными бесплатной еды, покоящимися на подлокотниках кресла Оливии, мы направились к столу, где уже сидели Незер и… Наоми. Причём последняя, на этот раз, принесла свою еду, достав её из аккуратной коробки для ланча, что было странно. Не думаю, что я когда-нибудь видел, чтобы Наоми сама покупала себе обед, особенно в прошлой жизни. Я перевёл взгляд на Незера, и птеродактиль, заметив нас, сразу оживился. – Эй, Анон, Оли… – Незер, думай быстрее! – воскликнул я и, схватив завернутый в упаковку сэндвич "Филадельфия", бросил ему. Птеродактиль растерялся и первые несколько секунд быстро жонглировал им, испуганно охая, пока наконец не схватил его. На лице у него появилась довольная улыбка, когда он поднял вверх голову. – Ха, я его поймал, и ты… – Не зевай, лови сок! – внезапно крикнула ему Оливия. И он получил по лбу быстро движущимся пакетом с соком, отчего его голова откинулась назад, а напиток упал ему на колени. Наоми вздрогнула, а Оливия разразилась весёлым приступом смеха, и Незер, покачав головой, поднял сок, после чего тоже не смог сдержаться и начал смеяться вместе с моей сестрой, прямо как в старые добрые времена в Мезозойской Частной Школе. Однако, к сожалению, на этот раз рядом с нами были не наши старые друзья, а недовольно нахмурившаяся Наоми, которая думала, что я её не вижу, после чего тут же изящно улыбнулась, повернувшись ко мне. Это явно предвещало беду, но я не стал сильно переживать и просто сел за стол. Как только ко мне присоединилась Оливия, мы вдвоем принялись за еду. Барионикс обратила внимание на уже готовый обед Наоми. Это была вегетарианская запеканка, похожая на ту, что мы ей уже покупали. – Наоми, если хочешь, я могу угостить тебя… – попыталась сказать сестра, кивая на один из подносов. – Нет, спасибо! – резко произнесла Наоми с зубодробительной улыбкой. – Я не нуждаюсь в твоей… в смысле… тебе не стоит тратить на меня школьные ресурсы. Несмотря на то, как весело это было сказано… я без сомнения заметил за этой фразой скрытый подтекст (особенно понимая, с кем именно разговаривает Оливия). Барионикс растерянно кивнула и посмотрела на Незера. – Так… что ты хотел сказать нам с Аноном в коридоре? Наоми моргнула, опустив вилку вниз и приняв участие в разговоре. – Что? Затем она слегка кашлянула, сменив свой подозрительный тон на более радостный и непринуждённый. – В смысле вы что-то обсуждали? – Ну… – Незер сделал паузу, и его улыбка исчезла. – Вчера Фэнг была… расстроена и отказывалась выходить из своей комнаты. Папа несколько раз угрожал выбить дверь, чтобы заставить её спуститься поесть, но потом сдался. Пока птеродактиль продолжал рассказывать, Оливия ненадолго отвела взгляд в сторону, плотно закрыв свою пасть и понимая, что, вероятно, она сыграла свою роль в таком поведении. – И я… – попытался сказать Незер, но тут его перебила Наоми, с грустным выражением лица осторожно положив руку на плечо птеродактиля. – Всё в порядке, Незер, ты сделал для неё всё, что мог, а потому… Однако Незер вновь заговорил, не дав ей закончить. – Подобные вещи случались и раньше. И мама в такие дни обычно ставила ужин возле её двери, но в этот раз я сказал ей, что приготовлю для Фэнг что-нибудь сам. Он широко улыбнулся. – И принёс ей полную тарелку дино-наггетсов, потому что знаю, как она их любит, и… Он придвинулся ближе, не в силах сдержать взволнованной радости в своём голосе. – Фэнг, когда открыла дверь, чтобы забрать их, попросила у меня прощения и спросила, не обижаюсь ли я на неё за то, что она называет меня дебилом? Я увидел, как на долю секунды расширились глаза Наоми, которая, похоже, была искренне удивлена тому, что Незер попытался наладить отношения с Фэнг… и у него всё получилось. И, честно говоря, я не мог отделаться от ощущения, что в кои-то веки дело сдвинулось с мёртвой точки, из-за чего на моём лице появилась улыбка. А значит, я просто обязан был спросить: – И что же ты ей сказал? Незер сделал паузу, и его улыбка медленно исчезла. – Ну… я… я ничего не сказал. … «Ох, Незер, ну ты даёшь, – подумал я. – Упустил такой момент». Птеродактиль моргнул, словно услышав, о чём я сейчас думаю, или и сам осознав, какую глупость он совершил. – Да, это было не совсем правильно, но я был так потрясён тем, что Фэнг действительно сказала мне что-то хорошее, а не накричала или оскорбила, и я… просто ушёл. А потом… Его когти в этот момент вонзились в поверхность стола и оставили на нём глубокие царапины. – Ох, Раптор Иисус, я что, опять облажался, да? – в привычной ему манере запаниковал он. – Наверное, из-за этого мы и не смогли убедить её пойти сегодня в школу! У меня был такой шанс поговорить с сестрой по-настоящему, а я всё испортил! Ну я и идиот! Какой же я… – НЕЗЕР! – прервал его громкий голос. Но это был не я, а Оливия. – Всё в порядке! – решительно заявила она. – Да, ты мог использовать эту возможность и поговорить с ней, но ты и так совершил немало, просто проявив о ней заботу. Барионикс сделала паузу, пытаясь подобрать нужные слова. – И только это имеет значение. Неважно разговаривали вы или нет. Кроме того, я… – Оливия виновато потупилась. – Я и сама отчасти виновата во всём этом. Я не должна была ссориться с Фэнг и… – Оливия, – пробормотал Незер и медленно улыбнулся. – Всё хорошо. Я… – он неуверенно кивнул, – …я счастлив, что всё сложилось именно так. Ведь тебе было не всё равно. И даже если это привело к разрыву между тобой и Фэнг, я всё равно рад этому. В смысле… Он вновь начал паниковать. – Я не имел в виду, что рад вашей ссоре или что мне приятно от того, что вы обе расстроены! Просто… – Незер, расслабься. Я поняла, что ты хочешь сказать, – поспешно вставила Оливия, чтобы его успокоить, и кивнула, прежде чем её серебряные глаза посмотрели вниз. – И я думаю… что тоже постараюсь наладить отношения с Фэнг, когда у меня появится такая возможность. Затем она пробормотала: – По крайней мере, попробую. Услышав это, Незер радостно улыбнулся. – Рад это слышать, Оливия! Затем он посмотрел на меня. – А ещё я хотел сказать спасибо, Анон, за то, что ты дал мне тот совет. Я даже не успел ответить на эту благодарность… как Наоми резко встала. Её очки ненадолго скрыли глаза. А потом она заговорила, обращаясь прямо ко мне. – Анон, я только что вспомнила! – я проследил за её взглядом. И хотя её мордочка была изогнута в улыбке, я заметил, как её глаза сузились от еле сдерживаемого недовольства. – У меня есть кое-какие важные бумаги, которые ты должен подписать! … Я сразу догадался, что Наоми несёт полную чушь, а также, что она пытается увести меня, чтобы мы могли поговорить наедине. – Конечно, – не подавая вида, что я всё понял, пожал я плечами и, встав, посмотрел на Оливию и Незера. Барионикс моргнула, а птеродактиль наклонил голову вперёд. – О, правда? А какие бумаги нужно подписать Анону, Нао… – попытался спросить он, но Оливия стремительно положила свою руку поверх его и легонько её сжала. Незер уставился на неё непонимающим взглядом. – Ну, это… просто… – Наоми сделала паузу, и я увидел на её лице опечаленное выражение, которое означало, что она спешно придумывает ответ, которого у неё не было. – Да так, был у меня там один документ, который я обещал ей подписать. Не волнуйся, братан, мы мигом вернёмся, – весело ответил я вместо неё. Незер, казалось, ещё сильнее удивился, но потом просто пожал плечами и кивнул: – Эм… ну ладно. Затем Наоми снова повернулась ко мне, изобразив свою лучшую… и одновременную фальшивую улыбку с нотками яда. … Ну дела. Всегда поражался, как она умудряется быть одновременно такой жизнерадостной и… жуткой.

***

Мы с Наоми шли в полной тишине, если не считать цокота её туфель, который раздавался в полупустом коридоре, где почти не было учеников, ведь сейчас было время обеда, а значит… мы могли поговорить с ней без помех. Дойдя до лестницы, девушка наконец-то повернулась ко мне лицом, скрестив руки на груди и оставив тот идеально чопорный фасад президента школы, который я слишком хорошо знал. И, что удивительно, она начала нашу беседу с вопроса. – Как? Мне показалось, что я снова оказался на кухне в доме Фэнг, в тот злополучный вечер во время выпускного бала, когда она задала мне точно такой же вопрос. Правда теперь в нём не было той же ярости, что и раньше. Однако в этот раз я почувствовал куда больше напряжения, когда она потребовала от меня ответ на едва ли не самый сложный вопрос. Наоми, вечная перфекционистка, явно была в шоке и пыталась понять нечто важное для неё, сузив глаза за очками в розовой оправе. – Как ты заставил Незера поговорить с Фэнг? – спросила она с нотками недовольства. – Что ты ему сказал? Я моргнул, осознав, что в моей прошлой жизни ей потребовалось полгода, чтобы полностью сбросить свой фасад передо мной и задать столь открытый и, если хотите, честный вопрос. В этот раз на это ушло всего несколько дней. Неужели я сделал что-то не так? Или же… как раз сделал всё правильно? Однако это не имело никакого значения. Потому что я не собирался ходить вокруг да около и решил рассказать ей всё, как есть. – Я не заставлял Незера ничего делать, Наоми, – сказал я, поглядев ей прямо в глаза. – Я просто выслушал всё, что у него накипело за долгое время, когда мы оба были на уроке физкультуры. А потом дал ему небольшой совет, и он им воспользовался, – прибавил я с улыбкой, решив, что это тоже не стоит скрывать. – И мне приятно осознавать, что он им воспользовался и это сделало его счастливее. Моя улыбка исчезла, и я спросил: – А тебе разве нет? Мой вопрос, казалось, ошеломил её, или, может быть, это случилось из-за моего прямого ответа. Паразавр ненадолго растерялась, после чего, заикаясь, произнесла: – Ну я… я… – она сделала паузу. – Конечно, я рада за него. – Тогда в чём же дело? – спросил я и, нахмурившись, посмотрел на Наоми. Девушка несколько секунд молчала, словно пытаясь найти подходящее оправдание. – Проблема в том, что он… – она внезапно оживилась. – Иногда прогуливает учёбу, чтобы потусоваться с вами двумя! А у него впереди потрясающее будущее. Разве не лучше было бы оставить его в покое, чтобы он мог посвятить себя урокам? – То есть ты думаешь, что если Незер будет избегать своих знакомых, чтобы сосредоточиться на учёбе, то это ему поможет? – резко возразил я. – Вспомни, что совсем недавно он избегал не только нас, но и тебя, Наоми. Удивлённое и… виноватое выражение её лица сказало мне всё, что нужно было знать: мой искренний ответ пробил брешь в её безупречных аргументах, и я решил сказать ещё одну вещь, которая должна была поставить всё на свои места: – И да, можешь больше не притворяться. Я знаю, что ты планируешь. … Я не был уверен, какой именно взгляд бросила на меня Наоми, но решил, что это была смесь всего и сразу. Удивления, шока, гнева, неверия, а ещё… намёка на вину, но всё это быстро исчезло за её стоическим выражением лица, когда она напряглась. – Я не понимаю, о чём ты говоришь. Выдержав паузу, я вздохнул. – Я знаю, что Незер тебе нравится, Наоми, но ты не должна относиться к нему как к какому-то призу или трофею. Он самостоятельный динозавр со своими мечтами и целями. А пытаться манипулировать миром вокруг него, чтобы он соответствовал чьим-то желаниям… – я покачал головой, – …это совсем не то, что должен делать тот, кто его любит. – Вот как? – вдруг агрессивно усмехнулась Наоми. – Ты действительно думаешь, что знаешь всё лучше меня? Я тихо вздохнул. Если подумать, она права. Отношения между Незером и Наоми в моей прошлой жизни и впрямь были вполне удачными… по крайней мере та их часть, которую я видел. – Может, и нет, – честно признался я, вспоминая, как плохо всё сложилось между мной и Фэнг в тот вечер после выпускного. Даже если Наоми и была частично виновата в случившейся трагедии, она определенно не была её причиной. Нет. Это я стал катализатором тех ужасных событий, когда сказал Фэнг после её срыва, что она нуждается в исправлении. Боже, как я мог так жестоко с ней поступить? Это не она, а я нуждался в исправлении. Я, который сказал что-то настолько подлое своей девушке, которую любил. Это мне, а не ей нужно было вправить чёртовы мозги. А потому я был последним динозавром на этой планете, кто мог говорить Наоми о том, что должен делать партнёр. И на протяжении всей своей новой жизни меня не раз посещала мысль, что я не заслуживаю второго шанса и до сих пор не изменился в лучшую сторону. Но в этот момент я понял, что делаю это не ради себя, а ради Незера, Оливии… и… чёрт побери… во многом ради Наоми. – Но я знаю одну вещь, – произнёс я с решительным видом. – А именно, что ты не сможешь разлучить Оливию и Незера, Наоми. Так что тебе стоит прекратить мешать им, потому что иначе, если ты и дальше продолжишь идти по этому пути, то рано или поздно кто-нибудь обязательно пострадает. – Ты мне угрожаешь? – спросила она. – Нет, – покачал я головой. – Просто не хочу, чтобы из-за твоих манипулятивных штучек случилось что-нибудь плохое. Мой взгляд переместился на её плечо… и на мгновение в моей голове всплыли жуткие воспоминания о том дне, о мёртвых, разбросанных по коридору телах, о Незере, лежащем у лестницы и Наоми… чьи волосы, густо залитые кровью, я отчетливо различил за дверным проёмом в классе. Я закрыл глаза и встряхнул головой, чтобы прогнать это страшное видение. – Но, несмотря на всё это… я не осуждаю тебя и не хочу зла. Потому что отчасти понимаю, что ты чувствуешь, – прибавил я уже более дружелюбным голосом. – В конце концов каждый из нас ведёт свою битву. Я улыбнулся. – Поэтому я бы хотел не враждовать, а познакомиться с тобой поближе. Не как с президентом школы Вулкано-Хай, а как с Наоми, настоящей и искренней. Я снова открыл глаза и, заметив её выражение, понял… что мой дар красноречия оказался не настолько эффективным, как мне хотелось бы. Если бы существовало олицетворение не убежденного и раздраженного взгляда, то Наоми в данный момент определённо достигла его апогея, издав недовольное: – Да ну? Ты действительно думаешь, что я так легко сдамся? Или что если ты будешь говорить со мной как директор Спирс, то мы станем лучшими друзьями? Или что… что я… Она покачала головой. – Ты просто не понимаешь, о чём меня просишь. Не знаешь, как долго и тяжело я для этого работала. Она стиснула зубы. – Ты меня совсем не знаешь. Наоми зло улыбнулась, спрятав глаза за очками и вновь придав своему лицу фальшивую дружелюбность. – Думаю, мы закончили, – сказала она. Я медленно кивнул. – Да… наверное, ты права. Мои зелёные глаза сузились. – Но это ещё не конец. – Верно, это только начало, – утвердительно кивнула Наоми, и мы молча уставились друг на друга. Что ж, по крайней мере, мы нашли то, с чем оба согласны. Пока что. Затем она решительно выпрямилась и направилась в сторону столовой. Через несколько секунд я медленно последовал за ней, размышляя о том, что собираюсь делать. Когда мы вернулись в столовую, я услышал громкий смех, доносящийся из-за нашего столика. Наоми остановилась, уставившись вперёд, и я едва в неё не врезался. Незер пододвинул стул, чтобы сесть рядом с Оливией, а последняя что-то с энтузиазмом рисовала, пока первый весело хохотал, опёршись кулаком о стол. На мордочке барионикса сияла широкая ухмылка. Приглядевшись, я заметил знакомый мне рисунок – тот самый, над которым она работала во время физкультуры, когда мы с Незером угрожающе приближались друг к другу. «Ну, по крайней мере, им весело», – мысленно улыбнулся я, шагнув вперёд, и тут же остановился, осознав, что Наоми даже не шелохнулась. Я повернулся и увидел, что она стоит на месте… Не хмурится. Не злится. Ей просто… стало грустно. Как будто она внезапно оказалась на заднем плане, и это было намного хуже того неприкрытого гнева, который она проявляла раньше. Может, я и не знаю её настоящую, может, целой жизни окажется недостаточно, чтобы понять, что за хрень творится в голове у этой розовой катастрофы, но я знаю, каково это – чувствовать себя невидимым… никому не нужным, когда единственную компанию тебе составляют твои собственные мысли, и наблюдать, как твои надежды рушатся в этом несовершенном мире. Поэтому, несмотря ни на что… я остановился, чтобы подождать её. Потому что именно таким я был в прошлой жизни. – Наоми, – сказал я. – Обед скоро закончится. Не хочешь присесть и доесть свою запеканку? Она повернула ко мне мордочку и попыталась нахмуриться. Но какой бы возмущённый вид она ни хотела ей придать, он получился очень шатким и неустойчивым. В конце концов, ей удалось лишь слабо кивнуть и, проскользнув мимо меня, сесть за наш стол. Это заставило меня задуматься, не была ли та конфронтация, которая произошла между нами, очередным притворством. Через несколько секунд я присоединился к ней, чтобы осмотреть произведение искусства моей сестры. Оливия и Незер радостно поприветствовали меня, а Наоми молча продолжила есть свой обед.

***

Если что и оставалось неизменным… так это потрясающая красота школьного сада. Я стоял и с восторгом разглядывал его цветущие клумбы и ухоженные деревья, размышляя о сегодняшнем дне. Оливия сказала, что хочет записаться на плаванье. Незер отправился на поиски Фэнг, чтобы попытаться поговорить с ней. Ну а Наоми… … Я понятия не имел, куда ушла Наоми. Оторвавшись от любования садом, я заметил идущую в мою сторону по бетонной дорожке Стеллу. Увидев меня, она тут же ускорилась, расширив от удивления глаза. – Привет! Вау, ты и вправду пришёл! – Ну да, – весело фыркнул я, пожимая плечами. – Разве я не сказал, что присоединюсь к вам? – Сказал, но… – кивнула стегозавр, подняв на меня глаза. – Другие тоже это говорили, а потом… ну… просто не приходили сюда. – Ясно. Что ж, в таком случае очень хорошо, что я не один из них, – улыбнулся я. – Это верно, – хихикнула девушка. – О, так вот о ком ты мне рассказывала, Стелла, – внезапно раздался голос за моей спиной, но к своей чести должен сказать, что на этот раз я не испугался (хоть и немного вздрогнул). Повернувшись, я увидел оранжевого анкилозавра в платье с цветочным узором и волнистыми каштановыми волосами, которая была такая же высокая и крепкая, как и в моих воспоминаниях. Роза. Как же я рад снова видеть тебя после стольких лет. Я широко улыбнулся и кивнул. – Да, это я. А ты, должно быть, глава клуба садоводов? – ¡Sí! (Да!) – она протянула мне руку. – Меня зовут Роза, а тебя? – Анон, – ответил я на её рукопожатие, внезапно осознав, что Стелла смотрит на меня с каким-то подозрительным и… слегка шизофреническим взглядом. – Забавно, что ты сходу угадал, что Роза – глава клуба садоводов, – задумчиво пробормотала она. – Это так странно… словно… Её глаза широко раскрылись. Ох! Если бы только Стелла наконец выбросила из головы эту безумную мысль о том, что я воскресшая душа, которая проживает жизнь второй раз. … И да, конечно же, она была права, но всё же… На мгновение приостановившись, я посмотрел на Стеллу и жестом указал в сторону Розы. – А что тут удивительного? Ведь ты сама сказала мне, что твоя подруга его глава, а она здесь единственный динозавр, да ещё и одета в платье с цветочным узором. Это простая дедукция, не больше. – Ну да, ну да, дедукция, – недоверчиво хмыкнула стегозавр, хитро прищурившись. – Я так и поняла, Анон-кун. Роза хихикнула, наблюдая за нашим полуспором. – Вижу, вы уже стали хорошими друзьями. Стелла столько всего о тебе рассказывала до того как ты пришёл! – сказала она. Я моргнул вместе со Стеллой, которая вдруг стала выглядеть так, словно хотела слиться с цветами позади неё, а точнее, с розами, которые были такого же ярко-красного цвета, как и её щёки. Интересно, что её так смутило? Роза тем временем продолжила: – Ну да ладно. Хочу сказать, что я очень рада, что в нашем клубе появился ещё один член. Она слегка наклонила голову. – А теперь скажи мне, какой грех ты совершил, чтобы оказаться здесь? Похоже, Роза решила, что меня отправили сюда отбывать наказание. – Никакого. Я здесь по собственному желанию, – ответил я. – ¿Qué? (Что?) – недоверчиво отозвалась Роза, поворачиваясь к Стелле за подтверждением, и стегозавр кивнула с улыбкой на лице. – Всё верно. Я пригласила Анона вступить к нам, и он согласился стать членом нашего клуба. Анкилозавр моргнула, глядя на меня расширенными от удивления глазами, а затем… Вау! Я не ожидал, что она набросится на меня со скоростью гепарда и заключит в крепкие объятия, приподняв над землёй как тряпичную куклу. Да, Роза точно бы понравилась тренеру Михаилу. – ¡Alabado sea el Señor! (Слава Господу!) – радостно воскликнула она, покачивая меня в руках, после чего ослабила хватку и я плюхнулся на задницу, пытаясь оправиться от её мощных объятий, которые точно бы убили меня, будь я человеком, а не крепким и привыкшим к дракам на ринге динозавром. Роза начала возбужденно перечислять всё, чем мы могли сегодня заняться, в то время как Стелла подошла ко мне и с улыбкой помогла встать на ноги. – Ох, это потрясающе! Мы столько всего успеем сделать! Особенно теперь, когда у нас появилась лишняя пара рук! О-о! Ты умеешь пользоваться граблями и совком, Ан-он?

***

Конечно, работа в саду часто бывает очень тяжёлой и изматывающей, с этим никто и не спорит, но в то же время она определённо приносит удовольствие. Есть что-то очень крутое в том, чтобы раскапывать землю, помещать туда растения и семена, а спустя какое-то время видеть, как твои усилия превращаются в нечто физически ощутимое и прекрасное. В данный момент я работал на пустом участке, крепко сжимая в руке совок. Встав, я осмотрел свою работу и повернулся к Розе со Стеллой, которые занимались своими делами по уходу за садом. – Эй, я уже всё. Ну как вам? – спросил я. Они подошли ближе и восторженно ахнули, впечатлённые тем, как я справился. Роза радостно посмотрела на меня. – ¡Excelente! (Превосходно!) Ты уже занимался этим раньше? – с любопытством спросила она. – О… ну я… Не обращая внимания на внезапный шизофренический взгляд, которым наградила меня Стелла, я отрицательно покачал головой. – Нет, никогда. Возможно… – я пожал плечами. – У меня есть какая-то скрытая предрасположенность к этому, о которой я никогда не знал. – Да, верно, о которой ты точно ничего не знал или просто не хотел нам рассказывать, – загадочно прибавила Стелла, держа в руках грязный совок, который слегка портил ей таинственность. Роза улыбнулась. – Или же так угодно было Господу! – воскликнула анкилозавр. – Очевидно, что ты был послан на эту землю, чтобы помогать нам в саду! Поэтому я дам тебе твой собственный участок для работы, Ан-он! Удивлённый, я наклонил голову, когда Роза жестом указала мне на пустой садовый участок с неубранной землёй между бетонными плитами. – И поскольку ты полноправный член нашего клуба, то можешь сажать здесь всё, что только захочешь, лишь бы это было красиво. Затем она внезапно нахмурилась. – Но только не кактусы! Одна ученица однажды попыталась вырастить такой, и директор Спирс случайно об него споткнулся. Ох, как же громко он кричал, когда пинком отправил его в другой конец школы. Ого! … Почему у меня вдруг возникло ощущение, что это дело рук Фэнг? – Есть предложения, что именно мне стоит здесь посадить? – спросил я. Роза сделала паузу, постукивая пальцем по подбородку. – Хм, ты можешь осмотреть школьный сад и найти растение, которое тебе понравится. Затем она оживилась и прибавила: – А ещё ты можешь выращивать здесь еду, как я это делала с кукурузой на лужайке перед нашим домом. Она наклонилась ближе, положив руку на пасть, словно хотела скрыть свои слова от неизвестного слушателя. – Пока это не запретили из-за пары жалоб наших соседей. Пусть они горят в аду. – Эм… хорошо, – неуверенно произнёс я, оглядывая сад и замечая несколько цветов, которые привлекли моё внимание. – А что насчёт этих растений? – А! Это ирисы, очень хороший выбор, Ан-он! – Действительно! – прибавила Стелла, успевшая отмыть от земли руки. – Они символизируют ум, мужество и уважение, благодаря своей способности расти и выживать в тяжёлых условиях. А ещё они отражают стойкость и надежду. Затем она наклонила голову. – А ещё ирис – это древнегреческое слово, означающее "радуга", которое часто связывают с новыми начинаниями, так как радуга появляется после дождя, предвещая лучшие времена. Я закатил глаза, когда Стелла одарила меня широко раскрытыми глазами шизофреника. – Звучит знакомо, не так ли Анон? – Ну да, вроде того, – кивнул я. – Просто дайте мне эти семена… пожалуйста, – вежливо прибавил я, и Роза кивнула, протягивая мне небольшой пакетик. Затем я приостановился, заметив, что в её руках есть и другие семена. – А это что? Клубника, черника и… – я сделал паузу. – Малина? Роза утвердительно кивнула. – Можно я возьму и их? Она с улыбкой передала мне ещё несколько пакетиков. – Что ты планируешь делать со всеми этими семенами, Ан-он? – спросила анкилозавр. – Пока не уверен. Возможно, у меня ничего не получиться, – объяснил я, опускаясь на колени перед своим новым участком, чтобы начать посадку. – Но я подумал, что было бы здорово иметь природный торговый автомат, понимаешь? Чтобы было на что посмотреть и чем перекусить, если я или кто-то из моих друзей проголодается. Стелла сложила руки вместе. – Это отличная идея! Так мы сможем раздавать ягоды как закуски! Я с улыбкой кивнул, и обе девушки помогли мне приступить к работе, давая полезные советы по размещению семян и тому, как их правильно удобрять.

***

Наступил четверг. И в данный момент я рылся у себя в шкафчике, перебирая учебники и личные вещи. Хотя их было не так уж и много, учитывая, что я здесь недавно. Может, мне стоит слегка его улучшить, добавив на стены чуть больше "индивидуальности"? В голову тут же пришли рисунки Оливии. Незер уже направился к себе в класс, а у Наоми было несколько дел как у президента школы. Закончив с расстановкой книг, я закрыл свой шкафчик и вместе с Оливией отправился на урок, пробираясь по коридору, заполненному учениками. Я лениво прислонился к спинке её кресла и шёл вслед за бариониксом, которая вела меня вперёд, пока мы не остановились. – Так, мы на месте. Вот мой класс рисования, – сказала она. – Ага, спасибо, что подбросила, сестрёнка, – кивнул я, отходя от её кресла. – Дальше я доберусь сам. Класс истории совсем недалеко. Оливия кивнула и исчезла за дверью, поприветствовав Шалфея, а мои глаза заметили Триш, сидевшую в углу и хмуро смотревшую на барионикса. Направившись к своему классу, я вспомнил, что сегодня у меня будет математика, а значит, и встреча с Триш. «Которая наверняка будет меня пилить за то, что я живу на этом свете», – подумал я. Но не успел я дойти до своего класса, как увидел Фэнг и тут же остановился. Она наконец-то вернулась в школу. Монохромная птерочка сейчас рылась у себя в шкафчике, откуда выпадали скомканные листы бумаги, и она, тихо вздыхая, наклонилась, чтобы подобрать некоторые из них. Одна такая бумажка упала рядом с моими кроссовками, и я на автомате посмотрел на неё. … Это мой шанс! Я поднял её и, сделав шаг в сторону девушки, произнёс: – Привет, Фэнг. Она повернулась ко мне. Её оранжевые глаза моргнули, когда она заметила бумажку в моей руке. – Я… – начал я, но тут же почувствовал, как кто-то положил широкую руку с плавниками мне на плечо. – Анон! – сказал знакомый голос, и я удивлённо обернулся, увидев перед собой Чета с улыбкой на лице. – Йоу, а я как раз говорил о тебе! – громко произнёс он и посмотрел куда-то вбок. Я сделал то же самое и заметил возле нас небольшую группу учеников. – Вот тот динозавр, о котором я рассказывал! Он нереально крут! – сказал им Чет. Я нервно хихикнул, осторожно поворачиваясь назад и замечая, как Фэнг, нахмурившись, смотрит на меня. Она явно была раздражена тем, как быстро я стал популярным учеником и, закатив глаза, закрыла свой шкафчик и ушла. … Чёрт возьми! Чет отпустил меня, и на его морде появилась широкая улыбка. – Ну что ж, увидимся с тобой на физкультуре, Анон? Выдавив из себя слабую улыбку, я произнёс в ответ: – Ага, конечно. Он прошёл мимо меня, а я с трудом сдержал желание ударить кулаком по ближайшему шкафчику. Не то чтобы я злился на Чета, просто мне казалось, что судьба вновь надо мной пошутила и не дала возможности поговорить с Фэнг. Кстати, а что это за бумажка, которую я подобрал? Расправив её как можно лучше, я понял, что это какая-то контрольная по английскому языку. Слева вверху стояло имя учительницы мисс Робертс, написанное красным… а также большая жирная двойка. Если подумать, может, это и хорошо, что я не отдал её обратно. Уверен, что Фэнг сейчас меньше всего бы хотелось, чтобы такой тип как я напоминал ей о её прошлых неудачах.

***

– А если вы возьмёте число Z и умножите его на B, то получите… Несмотря на то, что мистер Карлдевски на удивление грамотно объяснял нам уравнение, я не мог полностью сосредоточиться на нём. В основном потому, что Триш снова смотрела на меня тем суровым взглядом, который требовал моего немедленного присутствия, в то время как Рид тихо сидел рядом. Мистер Карлдевски обернулся. – А теперь пусть кто-нибудь из вас решит остальные чёртовы уравнения на доске. А я пока схожу в чёртов туалет. Человек вышел, и всё тут же начали расходиться по классу и разговаривать друг с другом. Я медленно встал, и Оливия подняла на меня глаза. – Ты собираешься поговорить с Триш? – спросила сестра. – Да, – кивнул я. – В таком случае будь осторожен, братец, – посоветовала мне Оливия. – Не знаю почему, но на уроке рисования она была очень зла. – Да ну? А с каких пор она на кого-нибудь не злится? – спросил я, и Оливия хихикнула. – Ну да, с этим не поспоришь. Обменявшись с ней последними словами, я подошёл к Триш и Риду, одарив их своей фирменной дружеской улыбкой. Я небрежно ударился кулаком с Ридом и предложил этот жест Триш… но фиолетовый трицератопс отказалась на него отвечать. – Итак, Анон, каково это – быть самым знаменитым в школе? – спросила она. … Так вот что её раздражало. Я вздохнул, покачав головой. – Полагаю, до тебя уже дошли слухи обо мне, верно? Триш промолчала, и я увидел, как она спешно подбирает ответ. – Да, дошли. А что? Это неправда? – Ну, в них есть доля правды, – честно признался я. – Но это Шалфей победил в игре в вышибалу, а не я. Трицератопс моргнула. – Вышибалу? – она отвела взгляд в сторону. – Я думала, это какая-то уличная драка. Рид поднялся со своего места. – Как я и говорил, Триш, все разговоры были сильно преувеличены. Другие ученики буквально раздули из мухи слона. – Ну… – Триш на секунду замолчала, после чего осуждающе покачала головой. – Так даже хуже! Она скрестила руки на груди. – Выходит, ты получил славу, уважение и признание просто так! Я задумчиво посмотрел на неё. – Просто чтобы убедиться, что мы с тобой находимся на одной волне, ты сейчас говоришь о школе, верно? – Конечно я говорю о школе! – прошипела она. – И другие бы убили за такое положение, какое есть сейчас у тебя! Под "другими", я уверен, Триш имела в виду себя, но я не стал поднимать этот вопрос. И издав довольный вздох, покачал головой от глупости этого спора, решив затронуть то, что было действительно важно. – Вы сегодня видели Фэнг? Рид и Триш сделали паузу. – Ну, допустим, – наконец сказала трицератопс. – А тебе-то что? – Мне просто интересно, – немного помолчав, ответил я. – Как они держатся? – Отлично, – нахмурившись, отозвалась Триш. – Не благодаря тебе и Оливии. Во мне поднялось чувство вины, когда я посмотрел на неё. – Мне… мне так… Триш покачала головой. – Стой! Хватит! Остановись! Когда же ты наконец поймёшь, что Фэнг не нуждается в чьей-либо жалости. Особенно от популярного ученика. Она зло усмехнулась. – Лучшее, что ты можешь для них сделать – это стать невидимкой. На мгновение мне очень захотелось возразить. Сказать Триш, что она не права, но маленькая предательская часть моего разума тут же согласилась с ней, и это сокрушительное сомнение в себе вновь вернулось, чтобы преследовать меня, напоминая о том ужасном событии, что произошло в моей прошлой жизни. Рид посмотрел на трицератопса, ошеломлённый её словами, обращёнными ко мне. – Триш, это было… Но не успел он закончить предложение, как в класс вошёл мистер Карлдевски, держа руки на поясе. – Эй, что за хрень тут происходит?! – громко сказал он. – Вам всем лучше вернуться на свои места, или это будет иметь чертовски серьёзные последствия! Я встал, чтобы направиться на своё место, игнорируя самодовольную ухмылку Триш и опечаленный взгляд Рида. Оливия моргнула, когда я сел рядом с ней, пытаясь прогнать болезненные и нежелательные мысли, которые говорили мне, что я никто. И всегда был таким. Я был никем.

***

Вернувшись домой, я большую часть вечера провёл в мрачных раздумьях. Может, мне написать пару говнопостов или попробовать сыграть на гитаре, чтобы отвлечься? Если подумать, то я вообще на ней не играл с тех пор, как поступил в Вулкано-Хай, так что есть смысл наконец-то это начать. Но когда я взял в руки Роксану и положил её на колени, то тут же почувствовал, как в груди растёт тяжесть. Глубоко вздохнув, я понял, что не в силах её прогнать. Я смог сделать лишь один удар по струнам, после чего сдался и отложил гитару в сторону, чтобы бессмысленно уставиться в стену. Я ощутил глубокую меланхолию, которая никак не проходила. Внезапный стук в дверь заставил меня сесть ровно и повернуть голову. – Анон? Можно мне войти? Это была Оливия. – Да, конечно, – ответил я и, встав на ноги, направился к двери. Открыв её, я увидел сестру, сидевшую в своём кресле-каталке. – Спасибо, – сказала она, после чего закатилась внутрь, а я снова сел на кровать, притворяясь, что настраиваю гитару. Прошло несколько секунд, прежде чем сестра спросила: – Ты в порядке? Поглядев на неё, я понял, что не смогу притворяться, что со мной всё в порядке. Кое-что беспокоило меня, и этого было так много, как того, что я не мог раскрыть, так и того, что мог, но не знал с чего начать. Поэтому, глубоко вздохнув, я просто рассказал ей о том, что чувствовал в данный момент. – Знаешь такое чувство, когда ты расстроен, но при этом… – я сделал паузу, – …не знаешь, почему? Оливия на секунду задумалась, прежде чем кивнуть. – Наверное, у меня сейчас как раз один из таких моментов, – закончил я, отложив в сторону гитару. Барионикс сделала паузу, прежде чем на руках подняться со своего кресла-каталки и сесть рядом со мной на краю кровати. Мы вдвоём теперь смотрели на стену. Через несколько секунд барионикс сказала: – Анон. Я повернулся к ней. Оливия смотрела на меня своими серебристыми глазами. – Ты… иногда так много работаешь, чтобы сделать других счастливыми, и делаешь это так усердно, что… – она на секунду замолчала, – …я просто не могу представить себя на твоём месте. Не думаю, что я смогла бы делать что-то в таких масштабах. А вот ты делаешь. Ты столько всего совершаешь, чтобы другим было хорошо. Оливия покачала головой. – Не знаю, что сказала тебе Триш сегодня на математике, но что бы это ни было, она точно была не права, потому что я знаю, какой ты хороший динозавр и на какие удивительные вещи бываешь способен. И если бы другие это знали, то точно бы не вели себя так. Поэтому… Она сделала паузу и… медленно обняла меня. Я ответил ей тем же, и мы оба закрыли глаза. – Прошу, не дай этому миру отнять это у тебя. Я замер на несколько секунд, обдумывая слова Оливии… и почувствовал уверенность и решимость, медленно расползающиеся у меня под чешуей. Ах, какое же это чертовски приятное чувство! – Не бойся, сестрёнка, никто у меня это не отнимет. – Обещаешь? – Обещаю, – с улыбкой ответил я. – Кроме того, ты же знаешь, что я слишком упрямый, чтобы просто так сдаться. Оливия подняла глаза, когда мы разомкнули наши объятия. – Вот как? – хихикнула она. – Ну да, – ухмыльнулся я. – К тому же у меня есть потрясающая сестра, которая всегда будет рядом, чтобы подбодрить меня, если мне станет плохо. Я увидел, как барионикс закатила глаза, хоть и с широкой улыбкой на мордочке. – Ладно, завязывай уже льстить мне, – сказала Оливия. Затем она кивнула на мою гитару. – Лучше сыграй что-нибудь. Я уже давно не слышала, как ты играешь. Внимательно посмотрев на неё, я утвердительно кивнул. – Да… ты права. Я взял Роксану в руки и положил её себе на колени, а затем спросил: – Хочешь, чтобы я сыграл что-нибудь конкретное? – Да нет. Я буду рада любой музыке, которую ты исполнишь, – с улыбкой ответила Оливия, и я кивнул, задумавшись на мгновение. После чего решил сыграть то, что уже давно не играл. Кое-что простое. Уверенное. Случайное. И вместо всепоглощающего чувства вины, которое я наверняка испытал бы раньше… я почувствовал приятное удовлетворение. Потому что это была потрясающая мелодия из моей прошлой жизни. Оливия с удивлением следила за мной, когда я исполнял эти три простых аккорда, после чего спросила: – Мне кажется, или я когда-то уже слышала эту мелодию раньше? Я кивнул, остановившись на мгновение. – Ну да, в доме у Джо, когда мне было четыре, а тебе три года. Глаза барионикса расширились. – Да, точно! Святое дерьмо! – ахнула Оливия. – Я вспомнила! Я тогда что-то рисовала, а потом… да, ты упал со стула! – Агась, – подтвердил я. – Ничего себе, ты всё ещё помнишь эту мелодию. «Ну да, ведь она очень много значит для меня, сестрёнка», – мысленно произнёс я. – Как думаешь, может когда-нибудь ты сделаешь из неё полноценную песню? – спросила Оливия. Я остановился на её вопросе, уставившись вперёд… и улыбнулся. – Да, может быть.

***

Наступил последний и самый долгожданный будний день – пятница. Оливия гнала нас вперёд как ветер, благодаря отсутствию утреннего тумана, который закрывал ей обзор. Проезжая по тротуару, мы заметили впереди небольшую группу учеников. Оливия начала притормаживать. Я приготовился сойти, и тут увидел впереди двух девушек, которые повернулись к нам лицом с удивлёнными взглядами. Я моргнул, и ту же широко улыбнулся. – Стелла, Роза. Как дела? – сказал я. – ¡Hola! (Привет!) – поздоровалась Роза, помахав нам рукой. – Доброе утро, Анон! – подойдя ближе, сказала Стелла, а затем посмотрела на Оливию, когда я слез с подножки её инвалидного кресла. – И… подожди-подожди… Стелла сделала вид, будто ищет какую-то космическую подсказку извне, закрыв на секунду глаза, после чего быстро открыла их и прибавила: – Звёзды подсказали мне, что ты – Оливия, сестра Анона. – Вот как? А разве ты узнала моё имя не на уроке английского, Стелла? – спросила Оливия. – Ну да, это тоже помогло мне в прорицании, – смущённо ответила стегозавр. Барионикс пожала плечами, подавшись вперёд и протянув ей руку. – Что ж, пусть будет так. В любом случае теперь мы официально знакомы. Она улыбнулась. – К тому же, любой друг Анона – мой друг. Стелла сделала паузу и с улыбкой пожала ей руку, после чего Оливия повернулась к Розе. – А ты Роза? – Да, – подтвердила анкилозавр, посмотрев на меня с Оливией. – Кстати, я и не знала, что у Анона есть сестра. – Ну, мы с Аноном не совсем родственники… потому что… ну, вы понимаете… Оливия бросила взгляд сперва на меня, а после на себя, как бы говоря, что раз я компсогнат, а она барионикс, то мы точно не кровные брат и сестра. – Его родители – мои крёстные, – прибавила Оливия. Роза сразу же всё поняла, и на её лице появилось опечаленное выражение. – Ой, значит ты… о… Но моя сестра лишь пожала плечами и с улыбкой посмотрела на меня. – Ничего. У меня есть Анон – самый лучший брат на свете, так что дела у меня совсем не плохи. Я улыбнулся и подошёл к Оливии, пока Роза разговаривала с ней. – Заглядывай к нам как-нибудь в сад, чтобы посмотреть, как мы работаем с твоим братом! Он на удивление очень хороший флорист! – Да? Кстати, хотела у тебя спросить, – Оливия повернулась ко мне. – Почему ты решил вступить в клуб садоводов? Я на мгновение задумался, прежде чем честно ей ответить: – Не знаю, наверное, решил, что это будет неплохой заменой боксу. Ведь что там что там нужно много пахать и физически выматываться. Мы четверо посмеялись над этим, продолжая вместе идти в школу и обмениваясь шутками о предстоящем дне.

***

Уроки прошли быстро, как и обед. На этот раз за столом были только я и Оливия. Незер сегодня занимался лёгкой атлетикой, а Наоми… решила пообедать одна (я заметил из окна, как она сидит на улице). Поэтому мы просто вновь купили Незеру сэндвич «Филадельфия», а сами уплетали огромное количество бесплатной еды. Наконец наступил свободный урок. Или как его принято называть – урок музыки. Я пришёл на него и заметил там Рида. Раптор непринуждённо помахал мне рукой, сидя рядом с… Фэнг. Птерочка тоже посмотрела на меня, но тут же отвела взгляд и принялась настраивать ужасающе помятую электрогитару. Я сел неподалёку от них, но не слишком близко, увидев ходившего по классу мистера Джинго, который сегодня, в виде исключения, похоже, решил дать нам настоящее задание. – Напоминаю, что эта работа ни на что не влияет. Просто я хочу проверить, научились ли вы чему-нибудь о музыке или нет, – говорил он, раздавая ученикам листы с вопросами. Как только он положил один из них возле меня, я тут же взял его и бегло просмотрел глазами. Это было точно такое же задание, которое он давал нам, когда я появился в этой школе в прошлый раз. Ого, неужели я уже дошёл до того момента, когда должен был попросить о помощи Фэнг? … Ну да, наверное. Хотя сейчас я и сам мог пройти этот тест. И не потому что помнил все ответы (а я их не помнил). Просто благодаря дяде Фрэнку я знал, что такое скрипичный ключ и другие музыкальные термины, а значит мог просто брать ответы из своей головы. Да, кто бы мог подумать, что знание материала помогает проходить тесты? Вот ведь фантастика! Уверенно начав заполнять ответы, я ненадолго сделал паузу и поднял глаза, чтобы посмотреть, как Фэнг заполняет своё собственное задание, барабаня пальцами по столу, словно натягивая струны. А что, если я воспользуюсь этой возможностью и вновь попрошу птерочку о помощи? Я на мгновение задумался над этой идеей и тут же покачал головой, понимая, насколько сильно её напрягу. Как бы мне ни хотелось поговорить с ней, делать что-то подобное и притворяться, что мне нужна "помощь", когда она мне явно не нужна, было бы подло. Так что я отказался от этой задумки и вернулся к тесту.

***

К тому времени, когда задания были сданы, все уже практически разошлись. Все, кроме меня, пары учеников, Рида и… Фэнг. Я посмотрел на неё и заметил, что она просто сидит. Не играет на гитаре, как обычно, а… смотрит в стену, как это делал я вчера вечером у себя в комнате. Рид, похоже, пытался ей что-то сказать, но птерочка заметила это только через несколько секунд, когда её клюв начал не спеша открываться, произнося какие-то слова. Я на секунду задумался, а после… не смог устоять от искушения и решил использовать свой навык подслушивания, размывая шум вокруг себя и сосредотачиваясь на их разговоре. – Ты не будешь играть? – спросил Рид, в ответ на что Фэнг сказала тихим безжизненным голосом: – Нет. Я не в настроении. Она вздохнула. – Но я обязательно приду на нашу репетицию после уроков. – Ты уверены? Я имею в виду, ты не обязаны играть, если не хочешь этого. – Уверены! Со мной всё в порядке! – огрызнулась Фэнг, и между ними повисла небольшая пауза. – Прости, Рид, что набросились на тебя. Я… – Всё в порядке, Фэнг. Мы с Триш просто… слегка волнуемся о тебе. – Не стоит… я в норме, – ответила птерочка, собираясь достать свой телефон, пока не заметила меня. К счастью, я успел отвернуться, прежде чем она поймала мой взгляд. Положив свой телефон на стол (я услышал тихий стук пластика), она со вздохом спросила: – Почему он так популярен? – Кто? – удивлённо отозвался Рид. – Анон? Я с трудом сдержался от взволнованного вздоха, когда разговор переключился на меня. – Да. Что… – она сделала паузу. – Что делает его таким особенным, чтобы… ну… Судя по голосу, Фэнг начала сердиться. – Что он сделал, чтобы заслужить это?! Он появился здесь всего неделю назад, и все его уже полюбили! Почему? Она стиснула зубы и закрыла глаза. – Почему у меня не может быть такого? Я уставился вперёд, стараясь не выдавать своего хмурого и огорчённого взгляда. Рид заговорил и, по правде говоря, наверное, ему стоило помолчать. – Ну, если честно, Анон довольно спокойный и… Птерочка резко его перебила: – Неважно! Затем она встала. – Давай… просто уйдём отсюда. – Конечно, – кивнул раптор. Я застыл на своём месте, украдкой наблюдая за тем, как они проходят мимо. Рид неловко помахал мне рукой на прощание, а Фэнг раздраженно посмотрела на меня, после чего они оба покинули класс. Я наконец-то смог немного расслабиться, но в моей голове по-прежнему звучал вопрос Фэнг: – Что делает его таким особенным?! Когда урок закончился и все оставшиеся ученики ушли, мистер Джинго мирно заснул у себя в кресле, надев тяжёлые наушники, чтобы отгородиться от внешнего мира. А я всё сидел на месте и думал о том, как сильно похож этот вопрос на тот, что она задала мне, когда я застал её на крыше. И в этом вопросе не было зависти… лишь боль и тоска, словно я был для неё постоянным напоминанием о том, насколько паршива её жизнь. – Лучшее, что ты можешь для них сделать – это стать невидимкой. Как бы ни неприятно мне было это признавать, но в каком-то поганом и неприятном смысле Триш была права, когда говорила это. И это разрывало меня на части. Вздохнув, я посмотрел на гитары, висевшие на стене. Там было всего две электрогитары и одна побитая акустическая, вся поцарапанная, чья поверхность давно уже потеряла свой изначальный глянцевый блеск. Встав, я подошёл и снял её со стены, а затем сел обратно, не понимая, что я вообще делаю. Но потом мне захотелось что-нибудь сыграть. Проверив гитару, я понял, что её струны были в весьма неплохом состоянии и даже настроены именно так, как я люблю. Посидев нескольких секунд на месте, я понял, какую песню хочу исполнить. Глубоко вдохнув и выпустив из носа воздух, я начал пощипывать несколько струн, чтобы настроится на нужную мелодию, после чего принялся уверенно играть, а затем открыл рот и… – И вот ты снова одна и думаешь, что сможешь отличить добро от зла, а небеса от пекла. Зелёные цветочные поля от холода асфальта, улыбку от вуали, любовь от печали… – начал я. Я увеличил темп. – Как думаешь, ты можешь сделать всё это одна? Я вспомнил, как однажды в «У Дино-Мо» Рид упомянул, что Фэнг – это вовсе не Фэнг. – Они заставили тебя променять свободу на цепь. Деревья на пластик. Прохладный ветерок на комфорт в четырёх стенах. Ты обменяла это всё, чтобы стать главной в золотой клетке. Затем я запел то, что чувствовал внутри. – Как бы я хотел, чтобы ты была здесь, рядом со мной. Мы с тобой словно две потерянные души, плавающие в огромном мире год за годом, – я покачал головой. – Бегущие по одной и той же старой земле, на которой нет ничего кроме одних и тех же страхов и боли. А потом я закрыл глаза, опустив голову вниз, не в силах больше сдержать свою меланхолию. – Как жаль, что тебя здесь нет. Я остановился, вернувшись к своему окружению: мистер Джинго всё ещё спал в кресле, а класс был по-прежнему пустой. И вот так мир уже забыл о том, что я играл, продолжая двигаться дальше. Вернув гитару на место, я собрался уходить, но тут до меня дошло. Фэнг оставила свой телефон. Мои глаза расширились, когда я подошёл, чтобы убедиться, что это действительно телефон Фэнг. Судя по блестящему фиолетовому корпусу, а также милой крошечной гитаре, прикреплённой к нему на цепочке из бусин, это точно был он. Я немного удивился, что она оставила его, учитывая, как сильно она любила чатиться с Ридом и Триш, а ещё просматривать различные случайные посты (почти как я). Это означало, что она обязательно вернётся за ним… Но… С другой стороны, сколько времени уже прошло? Разве она не должна была заметить пропажу? … Значит ли это, что я могу… Я знал, что она вместе с группой, скорее всего, будет в актовом зале, как это было в прошлой жизни, а значит, я должен поискать её там. Осторожно взяв телефон в руку, я прошёл мимо всё ещё спящего мистера Джинго и посмотрел на экран телефона. Боже, подумать только, я всё ещё помню пароль Фэнг. Однако я не буду этим пользоваться и нарушать её личное пространство. «Хотя я уже это сделал, когда подслушивал её», – грустно подумал я, открывая дверь в коридор, где увидел… Фэнг, которая прислонилась к шкафчику у двери. *Бум!* Мой хвост от неожиданности ударил по полу, что было весьма нехарактерно для меня. Похоже, этот приём я перенял от Оливии. Фэнг вздрогнула от шума. Она отпрянула от шкафчика, заметив меня в дверном проёме. Её клюв опустился, и мы оба уставились друг на друга широкими, как блюдца, глазами. Я заметил след от слезинки, скатившейся по её правой щеке и слегка испортившей ей оранжевую подводку. Наконец она, заикаясь, пробормотала в полном изумлении: – Это… это ТЫ сейчас играл? И тут я понял. Что пока я сидел в классе и играл на гитаре… Фэнг была снаружи и слушала меня.