Единственное, что я хочу - помочь тебе

      У Лололошки с рождения Гиперакузия. Болезнь, когда чувствительность к звукам повышена. А так же, у него часто происходят слуховые галлюцинации. Разные голоса в голове, крики, мольбы о помощи… Это может выбить его из строя в не самый подходящий момент. Наушники на нем — обязательная вещь, они более-менее подавляют голоса, которые Лололошка может случайно спутать с криками, что может не очень положительно сказаться на его и так пошатанную психику. Но только наушники не спасают от слуховых, и обычных, галлюцинаций. Хоть тресни, очки и наушники не спасут. И в один день, ничего не предвещало беды.       Сами наушники Лололошка пока снял, потому что никуда не шел. Как и очки, они лежали на прикроватной тумбочке. Редко можно такое увидеть, когда шатен снимает свои солнечные очки, и тем более уж наушники. Он с ними даже спит!       Ло сидел в комнате, а его сосед по комнате — Дилан, сидел на кровати и залипал в телефоне. Был только день, но такой жаркий, что если бы жара была водой, в ней можно было бы захлебнуться раз пять. Поэтому Лололошка был одет в белую оверсайз футболку. Хочется пить. Не раздумывая, шатен идет к двери, что ведет к выходу из комнаты. Но посередине маленькой комнатушки, замирает.

Галлюцинации.

      Перед ним — все черное, пустота, тьма. Будто он стоит в черном тумане, где он видит только себя. Эта тьма захватывает, поглощает разум Лололошки, заставляет паниковать. В дали резкий крик, из-за чего Ло вздрагивает, оборачиваясь назад. Никого. Крики усиливаются, перерастают в мольбы о помощи. Стоны, всхлипы, будто кто-то тонет в слезах. Будто кто-то раздирает голос на маленькие-маленькие кусочки. Ло всегда понимал, что это все глюки, мираж, не настоящий мир, но всегда сердце колотится намного чаще, будто сейчас выпрыгнет. Обычно, в наушниках Лололошка может подавить хоть какие нибудь сильные крики, но когда он без них во время галлюцинаций… Он может только молиться, чтобы он не оглох, или не закричал от паники или ужаса. Шатен пытается сохранять спокойствие, он помнит, что в комнате еще и Дилан, который может подумать, что он псих. И он будет прав.       Перед ним — неизвестность. Но под этой неизвестностью скрывается лишь монстр. Невидный, темный, страшный. Он ждет, ожидает подходящего момента, чтобы схватит Лололошку за ногу, утащить к себе в настоящий ад, а после и сожрать его, громко чавкая сочным мясом жертвы. И сколько бы Ло не старался успокоиться, галлюцинация, к огромному сожалению, не проходит, обойдясь лишь только голосами. Пред ним — страшный длинный монстр, темно-темно серого цвета, вместо глаз — черные точки. Рот огромный, с выпирающими огромными клыками, которые были в крови. Оно было похоже лишь по форме на человека, но таковым явно не являлось. Оно длинное, худощавое, настолько, что видны ребра. Ушей нет, или они вне поле зрения жертвы. Вместо ноздрей — две точки. Этот монстр смотрит на него, рычит, словно хищник.       Лололошка в панике оступается назад, а оно просто стоит, изучает свою жертву, чтобы потом заманить ее в свою ловушку и съесть. Руки Ло дрожат, очень сильно. Схватив себя за голову, шатен старается успокоиться заново, чтобы не пугать своего соседа по комнате еще сильней, который явно напуган, хоть Лололошка и не видит этого.       И он правда напуган. Дилан смотрит на бледного, чуть ли не белого Лололошку, который схватился за голову и шепчет себе что-то дрожащим голосом. Программист убирает телефон. — Лололошка! — Он пытается вырвать его из кошмара, или что у него там происходит. — Ло! Лололошка! Лололошка, очнись! — Он подбегает к соседу, начиная тормошить его за плечи. — Ло!       Лололошка чувствует, как оно схватило его за плечи. Своими уродливыми «ладонями», с огромными когтями. Оно держит его, тормошит, и рычит. Рычит как зверь, хищный зверь. Его рычания нельзя описать как животное, оно совсем другое. Искаженное, будто волчье и медвежье. — Нет… — Ло старается закрыть уши, чтобы не слышать никаких криков и мольб.

«Спаси меня!»

«Прошу!»

«Нет!»

«Не трогай меня!»

«Молю, не трогай меня!»

      Ло шепчет эти слова, повторяет за криками, смотрит прямо на этого монстра. Оно не шевелится, лишь рычит и смотрит на него глазами безумного хищника. Сердце стучит и в висках, слышится белый шум. Если сейчас все это не закончится, Лололошка упадет в обморок. Лололошка берет всю волю в кулак и пытается успокоиться, попробовать еще разок покинуть его страх. И в дали он слышит голос… Голос Дилана!       — Лололошка! Ну же, очнись! Это галлюцинации! — Это просто галлюцинация! Она ничего не может ему сделать! Это просто никто! Жалкая демонстрация его страхов!       Ло машет головой, собирается и смотрит в глаза монстру. Он смотрит на галлюцинацию, с словами в своем взгляде. Ты никто! Я не боюсь тебя! Ты — галлюцинация!       И теперь шатен резко оказывается опять на своем месте, за плечи его тормошит Дилан, стоящий впереди. — Лололошка! Это все не настоящее! Очнись!       — Дилан! — Вскрикивает Ло, резко обнимая его, будто он — подушка безопасности. Сжимает крепко и сильно, боится потерять, оказаться у этого монстра вновь без программиста. Он бы тут же упал в обморок от страха. И Дилан вовремя его отдернул, спас от всех галлюцинаций.       Дилан стоит как истукан пару секунд. — Лололошка… Что это было? — Геймер слегка поглаживает по спине, в попытках успокоить бедняжку. Ло молчит, и только спустя пару секунд Дилан ощущает на себе что-то мокрое. Он… плачет? — Я здесь, все хорошо, успокойся…       Лололошка продолжает молчать. Они стоят так минуты три, пока Ло выравнивает дыхание и перестает плакать. Он прекращает сжимать Дилана так сильно, а позже и вовсе отстраняется. Сначала — глаза в пол, потом медленно поднимает их вверх и смотрит из-под лобья на Дилана, с сожалением и легким страхом в глазах. — Не важно…       — Это важно! Это блять важно! — Почти кричит Дилан, смотря прямо ему в глазах. Он злой, но все равно волнуется за Лололошку. Не всегда увидишь, когда у твоего соседа начинаются непонятные припадки.       — Хватит! — Шипит Ло, отдергивая руки от худи Дилана, закрывая ими свои уши. — Не так громко!       — Прости. — Говорит Дилан, обойдя Лололошку. Взяв его наушники, программист заботливо надел их Лололошке на голову. Слегка поправив предмет, Ло выдыхает.       — У меня болезнь. Гиперакузия. Болезнь, когда чувствительность к звукам повышена. Из-за этого я постоянно хожу в наушниках. Они подавляют шум. — Лололошка еще немного поправил важные для него наушники. — А то, что ты видел сейчас…       Дилан с ожиданием смотрит на него. Заглядывает в черные глаза. Кажись, они бездонны. В них можно утонуть, легко и запросто. Окунутся в эту темноту полностью, и лишь белые зрачки — словно «солнышко» в этом черном море.       — У меня иногда бывают галлюцинации. Обычные и слуховые. Иногда, я просто слышу крики, стоны, мольбы о помощи, всхлипы… Иногда, оказываюсь в полной темноте, черноте я бы сказал, и вижу страшное существо перед собой.       Дилан молчит. Остается рядом, держит за руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони Лололошки. Будто чувствует, что щас опять накатит. И он угадал.       Лололошка резко отступил назад. Его зрачки расширились, стали большими от огромного страха. Дилан выдыхает, предчувствуя, что опять накатило. Все так же гладит правую ладонь, а левой слегка обнимает. Прижимается к жертве сильней. Слегка приседает, прижимается к груди и слышит бешеный стук его сердца. Быстрый, невероятно быстрый, словно секунда. Дилан смущается своим же действиям, поэтому встает в исходное положение.       — Дилан… — Шепчет Лололошка дрожащим голосом, скорее всего, даже не видя названного. У него наркоманские глазки, ей богу. Когда у него эти галлюцинации, кажется, будто он употребил. — Оно здесь.       — Я рядом. Успокойся. — Шепчет ему на ухо программист, слегка сжимая его ладошку, чтобы показать свое существование. — Все будет хорошо. Расслабься.       Спустя минутку, может две, Лололошка опять пришел в себя. Он слегка трясся, видимо, слишком перепугался. В наушниках, кажись, ему легче справляться с этими нападками.       — Лололошка, давай я принесу тебе успокоительное? — Спрашивает Дилан, поглаживая по спине жертву. — Успокоишься, и тебя перестанут мучать галлюцинации на некоторое время.       — Стой! Не уходи, пожалуйста.       — Пошли со мной. — Дилан протягивает ему руку. Лололошка не долго раздумывая протягивает свою, плетясь за программистом хвостиком. Аптечка была на кухне. Отпустив руку Лололошки, геймер рыскает нужные таблетки.       В этот момент и пришли соседи. Первым — Брэндон, а за ним — Карл. Брэндон ходил в качалку для разминки, а Карлу нужно было зайти к декану. Все встали в одном помещении, смотря то на бледного Лололошку, то на спокойного Дилана. Пожав плечами, соседи поплелись каждый в свою комнату.       Дилан нашел нужную пластинку. Проверил название, и удостоверившись, выдавил три таблеточки. Налил стакан воды, и протянул рядом стоящему Ло. Он взял таблетки, положил их в рот, а потом запил водой, слегка поморщившись от не очень приятного вкуса.       Дальше они пошли в свою комнату, не забыв закрыть за собой дверь. Парни стоят, меж ними неловкая тишина. Каждый отвел взгляд, не желают увидеть в глазах друг друга стыд, и боятся увидеть неприязнь.       Первый начал Лололошка. — Дилан. Я это… Сказать хотел. — Он нервно сглатывает, нервно теребя край футболки, подбирая слова. — Спасибо, что ты мне помог. Без наушников все крайне плохо.       — Я не хочу наблюдать за тем, как моему любимому человеку плохо. — Поняв, что Дилан сейчас выкинул, оба покраснели. — Ну, я имел в виду, по характеру… Любимому по характеру…       — Мне кажется, ты имел в виду, что любишь меня. — Говорит Лололошка, набравшись смелости посмотреть ему в глаза. Начал читать его, словно открытую книжку.       Дилан молчит, краснея полностью. Он бы так и смотрел в пол, пока Ло не подошел к нему чуть ли не вплотную. Подняв взгляд, встретился с бездонными глазами, а сами они — нос к носу. Неловкость витает в воздухе, наполняет собой всю комнату. — Угадал.       И не успевает он договорить, как его целует в губы. Не настойчиво, но с любовью и всеми со своими чувствами, стараясь передать все свои эмоции. Любовь, нежность, легкое волнение. И Дилан отвечает, слегка поддаваясь вперед. Прикрывает глаза, стараясь насладиться этим моментов подольше. Тянет кончик языка, и встречает точно такое же действие.       Они могли бы простоять так долго, правда, но только губы начинают болеть. Поэтому оба отстраняются, тяжело дыша. Смотрят друг на друга, дышат тяжело. Дилану это мало, тянется за еще одним поцелуем, и Ло совсем не против.

      — Я люблю тебя.