Грязь

Глубокой ночью Вадиму никак не спалось, возбуждение не давало спокойно уснуть, неприятно ноя в паху. Настроение было что нужно, но весь настрой убивало однотипное порно. Листая ленту небезызвестного сайта ничего не приходилось по вкусу. Дрочка на видео с любым подбором актёров не приносило вау эффекта и от этого занятия будто уже активно пахло обыденностью и повседневностью. Старшему Самойлову не очень хотелось прибегать к следующим действиям, но скучать над картинками в интернете не хотелось сильнее. Он зашёл в чат с Глебом и написал всего одно слово «Приходи» . Глеб же, ворочаясь в своей кровати, никак не мог уснуть, утопая в своих мыслях. А мысли привычно были заняты одним единственным дорогим ему человеком – братом. Как только размышления прервал звук уведомления, Глеб подскочил от неожиданности. Вадим написал. В такой поздний час пишет, быть может он тоже думает о нём? Поспешно поднимаясь с кровати, младший быстро написал в ответ то, что уже собирается. Руки подрагивали от жгучего желания поскорее встретится с братом. Набрасывая первые попавшиеся под руку вещи, Глеб выбежал из дома. Дорога была сумбурной, хотелось поскорее добежать до нужного дома, мало ли зачем ему написал Вадим так поздно. Оказываясь у нужной двери, Глеб сжался от предвкушения, сдержанно стуча. Ждать пришлось не долго, младший оперативно прибежал, что не могло не радовать. Только стук отбился от двери и дошёл до слуха старшего, он открыл и, схватившись за футболку Глеба буквально затащил его внутрь квартиры и без лишних слов поцеловал. Активно закрывая дверь на замок, Вадим прям здесь стал лапать пришедшего, сразу раздевая и ведя за собой в сторону спальни. Вадим не церемонился с братом, ведь знал, что он безотказный вариант. Грубый или мягкий секс – не имело значения. Плотские братские утехи тесно держались в тайне, та и Вадима не привлекали никакие из идей платонического сближения, уж тем более любви. Ему нравилось, что они с братом вместе спят, а потом расходятся, иногда встречаясь по семейным делам. Глеб, опешив от резкого властного поцелуя, успел только нервно вдохнуть воздух, удовлетворённо прижимаясь к губам брата. Вадим позвал его посреди ночи, ещё и целует так грубо и неимоверно возбуждающе. Так он вцеплялся в тело Глеба, что тот не мог насытится этими касаниями. Быть может он и правда думал о нём. Хотел дотронуться..? Младший не был против, точнее, просто не мог быть против, ведь грубые прикосновения брата будоражили всё тело. После того раза они привычно не виделись какое-то время. Весенний вечер сопровождался приятным прохладным ветром. Глеб шёл по улице, то-ли идя в магазин, то-ли просто заставляя себя дышать свежим воздухом. Прохладный, резкий, он бил сразу по носу. Эта весна будто была захвачена осенью и больше походила на неё с этими довольно серыми вечерами, слякотью и будто нависшим грузом чувствовалась отчего-то слабая тревога и тошнота от окружения. Оглядываясь по сторонам, глаза уткнулись в вывеску кафе. Долго не думая, Глеб зашёл туда, надеясь купить хотя-бы что-то вкусное. Внутри было светло, отдалённые голоса отдыхающих резали слух. Глеб вдруг замер, заметив краем глаза слишком неожиданную для себя картину. За одним из столиков сидел Вадим. Но бросилось в глаза то, что он сидел там не один, а с какой-то девушкой. Сердце вдруг болезненно закололо, а постоянная лёгкая, тошнотная тревога усилилась и Глеб поспешно подошёл ближе. —Вадь, привет. – Громко произнёс он, делая акцент на своём присутствии. Было крайне неприятно видеть брата в таком окружении, хотелось прямо сейчас взять его за руку и уйти отсюда подальше, но младший понимал, что так сделать было нельзя, от чего просто прожигал Вадима ясным взглядом голубых глаз. Вадим даже сперва не замечал подходящую к ним фигуру, но только он достаточно приблизился, карие глаза метнулись на подошедшего. В душе старший уже три раза глубоко вздохнул и закатил глаза, но показать это сейчас он не мог себе позволить. —Привет, Глеб. – Прозвучал довольно добрый и повседневный голос старшего Самойлова. – Я сейчас немного занят, давай потом встретимся? Было приятно увидеть тебя здесь. – Он был вежлив, и слегка улыбнулся на прощание, ожидая, что тот ретируется от сюда. Рядом с Вадимом сидела довольно опрятная девушка в не слишком деловом костюме, исполненном в мягких тонах. На вид она чуть старше Вадима, но это никак не выделялось и не портило её. Глеб, не сводя глаз с сосредоточенного брата, внимательно дослушал его, но не спешил уходить. —А разве вы ещё не закончили? – Проговорил он без особой агрессии, переводя испепеляющий взгляд на девушку. Было обидно, что Вадим проводит время с кем-то кроме него, да ещё и в такой непринуждённой обстановке. Он точно переживал, его сердце даже на этот момент билось слишком громко, но младший пытался не слышать это и успокаиваться, сжимая края карманов на джинсах. Девушка знатно удивилась, приподняла брови и отвела свой взгляд. Ей было не комфортно и неловко в этой ситуации. Решив подождать она поправила свой пиджак. Вадим же перевёл взгляд на девушку и попытался как-то уладить ситуацию. —Это брат мой. Извиняюсь, мы давно не виделись. – Лёгкий смешок и старший снова повернулся к младшему, обращаясь уже к нему. – Глеб, иди домой, мы ещё не закончили. – Под конец фразы он сжал челюсти, что было хорошо видно Глебу. Он пытался слегка улыбаться, дабы не делать эту ситуацию ещё более напряжной и неловкой. Глеб перевёл заинтересованный взгляд на Вадима, слушая его, но совершенно не собираясь делать так как он говорит. Он будто и не слышал этих просьб, ему точно сейчас и точно в эту минуту конче нужно разделить этих двоих. Глеб не понимал всего этого, в голове будто в помине не было таких мыслей, но как же руки тянулись к рукам старшего. Младший подошёл ещё ближе, кладя руку на плечо брата, немного сжимая его. Данная ситуация уже начинала раздражать. «Почему нельзя просто уйти? Ему эта девушка так важна? Важнее меня?!» эгоистично мыслил Глеб. —А мне кажется, что вы уже закончили. – Настойчиво проговорил Глеб, замечая раздражение Вадима, но и сам он сейчас был не в лучшем расположении духа. Младший уверенно посмотрел на девушку напротив, сам же сглатывая слюну и набирая в лёгкие по больше воздуха, будто он сейчас сорвётся, защищая Вадима, только вот от кого и зачем? Вадим смотрел всё более злыми глазами, только глазами. Лицо оставалось непоколебимо спокойным, но взгляд будто прожигал дыру в голубых глазах напротив. —Глеб. Иди домой. – Голос звучал ещё настойчивее. Два брата одна пара, упрямства им не занимать, особенно в таких случаях. —И я думаю мы закончили, Вадим Рудольфович. – Девушка мило улыбнулась, взяла свою аккуратную сумочку и вышла за столика. Вадима будто током ударило. А Глеб, вновь не откликаясь на слова брата, довольно наблюдал за тем, как девушка начинает собирать вещи. —Нет, подождите, мне ещё есть что Вам предложить. – Старший Самойлов встал, положив пальцы на край стола и попытался словесно её остановить. Было только рот открыл, чтобы сказать чего, но она лишь ещё раз сдержанно улыбнулась и ушла. То, что Вадим пытался остановить её раздражало ещё больше, хоть и по диалогу только сейчас было понятно, что встретились они исключительно в деловых целях. Вадим закрыл глаза и выдохнул через открытый рот, сразу после этого медленно его закрывая. Пытаясь контролировать свою злость он прикусил губу и поджал губы. —Быстро домой. – Сначала тихо проговорил, но почти сразу он развернулся, скидывая чужую руку со своего плеча своей рукой, больновато ударяя обе. – Пиздуй отсюда. – Сквозь зубы процедил старший, чувствуя как вот-вот и накричит на Глеба прямо здесь. Глаза его горели злобой, а от проговариваемых слов напрягались мышцы шеи. Холодный голос заставил вздрогнуть и на секунду подумать о том, не переборщил ли он. До сего момента он был уверен, что делает правильно, что так и нужно, Вадиму незачем разговаривать с ней, но когда брат так грубо послал его, руки будто похолодели сразу,а глаза вновь стали ласковыми и жалобными, он не хотел такой реакции. Его подбородок занимал и стало щекотно, а в горле пересохло. Немного виновато поджимая губы, Глеб заглянул в карие глаза, убирая руку. Он расслабил напряжённое лицо, молча разворачиваясь в сторону двери и уходя из кафе. Дорога до дома была неясная, мысли были забиты произошедшим. Сейчас бы побыть с Вадимом, а после такого когда они ещё встретятся? Да и не хотелось, чтобы он обижался. Недолго думая, младший сменил свой путь в сторону дома Вадима. Оказываясь около нужной двери Глеб нерешительно постучал, дрожащими пальцами дёргая ручку. Конечно брат ещё не вернулся. Младший медленно опустился на пол, всхлипывая от безвыходности. Доставая телефон, он было хотел отправить сообщение Вадиму и даже написал его, но что-то внутри не позволяло нажать на кнопку. Глеб судорожно достал из кармана сигареты, затягиваясь и прикрывая уставшие веки. Остаётся только ждать и надеяться, что Вадим придёт как можно скорее. Домой Вадим пришёл не сразу. Он решил немного прогуляться и пойти длинным путём домой. Попытки успокоиться не обвенчались успехом, чем дольше он шёл, тем больше прокручивал в мыслях как же Глеб эгоист. Стоя у парадного и покуривая, он разбавлял эти мысли планами на вечер, обязанностями и прихотями. Если сделка бы сыграла, то Вадим может и позвал бы брата к себе снова, будучи в хорошем здравии. Сигаретный вкус немного успокоил пыл Вадима. Выкинув окурок в железную мусорку он отправился на нужный этаж, но как только он свернул с лестничной клетки к коридору с квартирами, к его взору упала знакомая до дыр фигура. Кажется и брат его заметил, ведь торопливо встал на ноги. Вадим буквально почувствовал как горячая ярость растеклась по венам самым быстрым ядом. Зубы сжались, дышать стало тяжелее из-за давления в груди, а руки сжимались в кулаки. Всё это доля секунды, но показалось прошло чуть больше минуты. Подойдя к Глебу Вадим, даже не думая, схватился за шею брата и прижал его к стене. Он успел только рвано выдохнуть перед тем, как ему перекрыли путь к воздуху. Старший всеми силами пытался не сжимать свою руку, поэтому он была слишком напряжена. —Что ты блять здесь делаешь?!! – Уже звучал довольно громкий и злой тон. —Неудобно получилось.. Я не хочу, чтобы ты на меня обижался, Вадь, прости пожалуйста. – Прошипел младший, не предпринимая попыток дёргаться, лишь удовлетворённо смотря в глаза брата и послушно вжимаясь спиной в грязную стену подъезда. Кудри разметались по лицу, щекоча его, а с губ не спадала болезненная улыбка. Главное, что Вадим не реагировал на него, остальное лишь разжигало его сердце. Даже этот грубый тон заставлял чувствовать успокоение и трепетание рёбер, будто по ним игриво проводят палочкой, играя манящую мелодию, ведь Вадим это делал с ним, он делал это только с Глебом и они были одни. Улыбка брата никак не смущала Вадима, он уже привык к ней и это не было удивительно. Но так же и извинения не были даже взяты во внимание. Челюсти сжимались уже до неприятных ощущений зубов и лёгкого шума в ушах. Вадим готов был прям так разгрызть Глеба за такую выходку. —Нахера ты... – Только начал было старший повышать голос, как из дальнего угла послышалось прокручивание замка двери. Вадим быстрым движением одной руки открыл свою дверь и сильно пихнул брата внутрь квартиры, вперёд спиной. Глеб, вваливаясь в квартиру, чуть не упал на пол. Пока ещё тот не успел даже скоординироваться, старший уже захлопнул дверь и вновь впечатал младшего в стену, держась рукой за его шею. – Нахера ты это сделал?!!! – С новым энтузиазмом агрессировал Вадим, уже за закрытыми дверями квартиры. Их лица были достаточно близко, чтобы слышать тяжелые дыхания обоих, но слишком далеко, чтобы ощутить. Вновь оказываясь впечатанным в стену, Глеб неприятно ударился о неё затылком, прикрывая глаза. Удовольствие от властной руки на шее захлестнуло с головой и младший положил свою ладонь на руку брата, сильнее вжимая её в свою кожу. Раскрывая глаза, он чувствовал как в них уже мелькали разноцветные пятна от отсутствия воздуха, но сейчас это мало волновало. Главное Вадим рядом. Главное, что именно он вжимает его в стену. Пусть от его рук останутся следы и даже синяки, это ведь будет напоминать о нём. Глеб немного приоткрыл рот, тихо хрипя невнятные звуки и чувствуя, как ноги подкашиваются от отсутствия воздуха. Сейчас Вадим просто выпускал свою агрессию удушая своего брата. Видя, что тому уже дурно, но он не сопротивляется, Вадима это слегка улыбнуло. На что же готов Глеб? На сколько его хватит? Это и решил проверить Вадим. Он смог ещё чуть-чуть сжать свою руку на шее брата. —Это была деловая встреча и очень важная причём! – Губы младшего загорелись ярким алым цветом и наверняка были горячие. Ещё чуть-чуть. Когда рука на шее сомкнулась ещё сильнее, Глеб почувствовал как начинает болеть голова, а состояние было на грани обморока. Вникнуть в слова Вадима не хватало сил и он лишь смотрел на него, разглядывая черты лица будто в первый раз, они расплывались перед глазами. Оскорбления сейчас не имели никакого смысла и Глеб лишь закатил глаза, чувствуя как тело тяжелеет. —Я хотел время провести.. С тобой.. – Прохрипел он, почти даже не говоря вслух, лишь губами. —Её компания могла быть нашим спонсором и я был на переговорах, блядский, эгоистический кусок манды. – С последними словами в сторону Глеба Вадим отпустил его, убирая сразу руку от шеи, не мешая воздуху поступать. Он видел, что тот уже почти потерял сознание, может уже даже за секунду до. Он и так долго держался за его шею, он ещё раз убедился в покорности брата. Вдруг неожиданно для себя младший почувствовал резкое поступление воздуха. Ноги подкосились, Глеб успел лишь только обхватить брата за шею, повиснув на нём и судорожно глотая ртом и носом воздух. Дыхание восстановить было крайне сложно, но на лице продолжала цвести улыбка. Вадим отпустил. Пожалел.. Любит.. Глеб прикрыл глаза, набираясь сил поднять голову он утыкаясь носом в шею брата, вдыхая его запах заполняя им все свои лёгкие. Вадим готов был к этому, поэтому когда тело буквально повисло на нём, он не пошатнулся и даже дал тому отдышаться. Но когда Глеб уже поднял свою голову к шее старшего, а ноги даже не посмел поднять с пола, хотя бы стать нормально, Вадим закатил глаза и искривил линию губ, опуская один уголок в низ. Он взялся за задние волосы младшего, резко оттягивая его назад. Тот ахнул и терпеливо прикусил губу. Глеб не пришёл в себя достаточно, чтобы хоть как-нибудь среагировать и понять, что происходит, может ноги выставить назад и устоять, но увы он не задумываясь упал назад, в последний момент лишь выставил руки назад, ударившись локтями. Вадим смотрел на это жалкое зрелище, даже злости на лице не проскакивало. Он тяжело вздохнул, глядя на младшего брата, лежащего на полу, с красной шеей, рваным, судорожным дыханием. Но он всё ещё без тени сомнений здесь и не питает страха, покорно принимая всё что с ним делают. Кто б ещё так выкаблучивался, кто б ещё так влюблённо смотрел, кто б ещё так желал, кто б ещё так просил. Младший, опираясь руками назад, вновь глядел на Вадима снизу вверх, виновато поджимая губы. Кончики пальцев коснулись горящих следов на шее и Глеб лишь вновь улыбнулся от понимания того, что синяки точно останутся. Вадим наклонился вперёд и упёрся руками в свои колени, тем самым приближаясь к Глебу и одаривая его глаза своим пустым взглядом. Уже не злость берёт, отнюдь, злоба утихомирилась в удушении. Эти карие глаза пусты и просто не очень то желают видеть Глеба. —Знаю я твоё времяпрепровождение со мной. Ты мог бы и не влезать в мою встречу или хотя бы уйти. Но тебе завидно и тебе страшно. Маленькая, тупая дрянь. Когда брат наклонился к нему ближе, младший старался разглядеть в его взгляде хоть какое-то удовлетворение. Он давно не искал там жалости или желания помочь, сейчас хотелось увидеть хотя-бы намёк на то, что ему это нравится. Метаясь глазами по лицу Вадима, Глеба вдруг передёрнуло, когда он перестал видеть даже малейшие остатки злости. Взгляд брата был отвратительно холодным, отчего Глеб запаниковал, резко отводя глаза. Слова Вадима пробирали до мурашек. Он как всегда прав, словно видит насквозь. Но даже при этих оскорблениях на лице не блестнуло ни капли хоть каких нибудь эмоций. Глеб нервно сглотнул, чувствуя как в уголках глаз скапливаются слезы сами по себе. Он старался сдержать их, отворачивая голову. Тревожность будто знала и уже была на месте. Дыхание стало снова рваным и частым, он не успел оправиться от удушья, как теперь паника накрывала его. —Вадь.. Не смотри на меня так, пожалуйста.. – Всхлипнул младший, прикрывая рот локтем руки. Вадим молчал. Он наблюдал за братом, за его действиями, как меняется его настрой, как слезятся глаза, а конечности начинают подрагивать. Агрессия в моменте утихла, освободив место повседневному разочарованию и усталости во взгляде. —Как не смотреть? Как мама? – Совершенно спокойным тоном спросил Вадим, но до какого слова были больные и колкие, тон совершенно не спасал ситуацию, лишь подчёркивал эту ненужность и молчание. Глеб нервно пытался не смотреть в глаза Вадима. Только бы не столкнуться с ними и не увидеть это безразличие. Следующие его слова были словно нож в самое сердце. Они отдавались импульсами в голове снова и снова. "Как мама.." В мыслях пронеслись тысячи отвратных детских воспоминаний. Слёзы после этого сдержать было просто невозможно и Глеб поднял на Вадима красные слезящиеся глаза. —Зачем ты... Это говоришь..? – Проговорил он, всхлипывая от образовавшегося кома в пересохшим горле. – Не смотри на меня... Этим взглядом.. Ты ведь меня любишь? – Проговаривая последний вопрос на одном дыхании, Глеб немного привстал, хватаясь за рукав Вадима, крепко сжимая его меж пальцев. Боясь, что если отпустит, то брат уйдёт от него насовсем. Дрожащий голос брата ничего не вызывал внутри. Ни сожаления, ни угрызения совести. Конечно когда-то они и подумать не могли, что так всё обернётся, уж слишком друг друга любили, слишком доверяли. Но последние лет 6 поменяли их сознание, их отношение. В Глебе что-то менялось и до того это было незаметно, что слишком быстро раздражало. 6 лет не мало и не много, но достаточный период, дабы раздражаться при виде брата и так же сильно возбуждаться. Вадим молчал. До режущей уши тишины молчал, пока воздух в квартире нагнетал тяжёлым грузом. Он не хотел ничего говорить. Каждая скатывающаяся капля слёз по лицу Глеба была будто новой каплей самодовольства и некого удовлетворения внутри старшего. Нестерпимо давящая на слух тишина сводила Глеба с ума. Вадим будто не слышал его, от чего глаза только больше застелала пелена слёз. —Вадь, ответь мне, ты же меня любишь? – Чуть громче прохрипел Глеб, хватаясь за рукав брата ещё сильнее. Сам того не замечая, он встал на колени, душераздирающе смотря Вадиму в глаза. – Ты любишь меня?! – Вновь в порыве накатывающей истерики уже прокричал Глеб, сжимаясь от ощущения собственной никчемности. Перед глазами стоял расплывчатый образ брата, который из-за накативших слез казался чем-то настолько далёким и непостижимым. – Я ведь знаю, что ты меня любишь, Вадь. – Уже немного спокойнее проговорил Глеб, холодными дрожащими пальцами обхватывая ладонь брата. – Ты меня любишь.. – Он повторял это словно в бреду, пытаясь уверить в этом самого себя. – Ты любишь меня, Вадим. – Увереннее и чётче сказал Глеб, проводя кончиками пальцев по руке брата, после схватывая её и поднося к своей красной и мокрой от слёз щеке, желая почувствовать хоть какие-нибудь прикосновения. Истерика брата смотрелась нелепо, но одновременно банально. Карие глаза буквально наблюдали за тем, как его трусит и кароёбит, как в его мозгу работает аварийная реакция. Его до боли судорожные действия только ещё раз доказывали его бессильность против старшего и нужду в любви ценой даже жизни. Его истерика конечно грела душу Вадима, но повторяющийся вопрос заел как кассету, да не было только карандаша, чтобы закрутить. Голубые глаза бегали в попытках сфокусироваться, холодные пальцы прижимали ладонь Вадима к своей горячей щеке, тело дрожало, стоя на коленях. Липкие слёзы, густые слюни, жидкие сопли. Глеб выглядел слишком жалко. Он сам пытался убедить себя в своих словах. Наслаждался прикосновением русый не долго. Вадим резко замахнулся, отрывая свою ладонь от щеки брата и сильно ударил его с громким хлопком по влажной коже. От неожиданности Глеба отвернуло в сторону и из-за силы удара. Старший одним уголком губ ухмыльнулся, его искренне позабавило, что Глеб в один миг заткнулся и не слышно ни всхлипа, ни вздоха. Он только и остался сильно дрожать, молча от шока. Вадим только потом осознал свою улыбку, но не стал её убирать. Оглушительный звук пощёчины заставил Глеба резко замолчать и даже на секунду перестать плакать. Отворачивая голову в сторону от оглушительного удара, он дотронулся ладонью до щеки, на которой наверняка остался красный след от тяжёлой руки брата. Тело пробрало мурашками от жгучей обиды, но Глеб тут же повернул голову обратно, уже кажется не в силах рыдать. Он заинтересованно посмотрел в глаза Вадима, пытаясь понять нравится ли ему это. Ведь если нравится, Глеб определённо может и потерпеть. Всё тело младшего трясло от переизбытка эмоций. После того, как шок от неожиданности немного отступил, Глеб нервно подполз поближе, вновь хватая эту же руку, прижимая её к своей шее. Вадим ведь определённо получал удовольствие от удушения всегда, а это хоть какое-то взаимодействие, от которого Глебу сносило крышу. Вадим точно оценил действие Глеба. Злорадная ухмылка только росла на его лице. Глеб был самой преданной собакой, что только можно было представить. Вадим не сжимал свою руку и неожиданно для младшего погладил его шею, заводя свои пальца за ухо, поглаживая заднюю часть шеи и снова возвращаясь назад, уже подставляя большой палец к чужому подбородку и, надавливая, провёл по шее вниз, заставляя брата поднять голову. Ожидая почувствовать, как Вадим сожмет шею или вообще незамедлительно ударит, Глеб зажмурил глаза, удивлённо понимая, что никакого удара не последовало. Эти непривычно мягкие касания шеи заставили сердце стучать чаще, а тело будто немело от желания почувствовать ещё. Послушно поднимая голову, Глеб ластился к пальцам брата, ошарашенно смотря в его лицо, стараясь понять, чем он заслужил такое проявление нежности. Немного подумав, старший приблизился к его лицу и мягко, но кратко поцеловал его пересохшие губы. Это не были слова о любви, но и без того было лучше. Последующий поцелуй заставил затаить дыхание от удовольствия. Когда горячие губы Вадима отстранились, Глеб судорожно потянулся за новым поцелуем, надеясь хоть на секунду продлить этот внезапный прилив нежности. Пока Глеб всё ещё надеялся на продолжение поцелуя, Вадим, снова приблизившись, зацепился зубами за маленький краешек отстающей сухой кожи на чужих губах и резко отстранился, потянув за собой этот кусочек кожи, тем самым оторвав. Было обрадовавшись тому, что Вадим вновь наклоняется к нему, Глеб вдруг крупно вздрогнул, чувствуя жгучую боль в нижней губе. Конечно, подобный момент не мог закончиться ничем другим кроме новой порции боли. Глеб схватился за рот ладонью, нервно поджимая губу и отдалённо чувствуя во рту металлический привкус крови. Глаза вновь заслезились и он поднял на Вадима жалобный взгляд, убирая руки от лица. —Мне больно.. – Всхлипнул он, прекрасно зная, что эти слова не способны вызвать у брата ни капли сострадания. Вадиму до безумия нравилась реакция Глеба, его на короткое время испуганные глаза заставляли старшего прикусить собственную губу. —Я знаю. – Кратко ответил темноволосый, после этого сам поманил того пальцем. Вадим с ухмылкой наблюдал как тот приблизился. А в точности его взгляд был прикован к стремительно появляющейся капли крови на губах младшего. Как только тот приблизился, старший уже сам положил свою руку на чужую щеку и притянул к себе, но не целуя, нет, Вадим растянул удовольствие и сначала прижал свой язык к нижней губе брата. Вкус буквально капли крови заставлял извилины в мозгу закрутиться на максимум, будто мозг сам пульсировал от удовольствия. Скользнув языком вверх, Вадим прошёлся им по свежей ране, между старой кожей. Но дабы Глеб не дёрнулся, он держал свою руку на его щеке и части подбородка. Но тот и сам не двинулся с места, хоть и слышалось шипение от боли. Несмотря на ноющую боль в губе, Глеб послушно поддался ближе. Когда горячий язык прижался к ранке, он зажмурил глаза, тихо скуля от новой порции боли. Сразу за этим Вадим впился в губы младшего, жадно целуя его. Он и сам пристрастился к такой нездоровой прелюдии. Старший страстно целовал брата, не давая даже перевести дух и отстраниться, пока нижняя губа младшего так и горела от свежей раны. Попутно с этим Вадим спустил свою ладонь на шею, медленно начиная давить на кадык Глеба одним пальцем, вызывая першение горла и не давая возможности нормально сглатывать. Ему было интересно на сколько долго Глеб сможет его целовать. Очередной больной интерес был выше здравого смысла и морали, он не сомневаясь поддавался ему. Страстный, желанный поцелуй во время мучительного медленного удушья только развращали Вадима. Глеб отстраниться не смел, ведь по видимому брату это нравилось, а боль можно и перетерпеть. Раскрыв глаза от властного поцелуя, Глеб не хотел более отстраняться, только послушно приоткрыл рот, углубляя поцелуй. Младший резко набрал воздух носом, чувствуя как в паху теплеет от жадного проникновения языка в его горячий рот. Он сжался, поддаваясь ближе, кажется уже и забывая про губу, что так и горела от недавно полученной раны. Когда в горле запершило от давления на кадык, Глеб судорожно пытался сглотнуть воздух, но отстраняться от губ Вадима совершенно не хотелось. От контраста удовольствия смешанного с болью, он почувствовал, как член уже во всю давит на ткань штанов. Глеб судорожно опустил руки, прикрывая ладонями свой стояк. Отсутствие возможности нормально сглотнуть заставило его попытаться хоть немного отстранится несмотря на желание целовать губы брата снова и снова. То, как Глеб с последних сил пытался отвечать на поцелуй, было приятно наблюдать, но когда тот предпринял малейшую попытку отстраниться, Вадим прервал поцелуй, но по прежнему сжимал свою руку. Глеб недовольно дёрнулся, когда Вадим прервал поцелуй, но мгновенно поддался ближе, когда он вновь потянулся к губам. Пока рот младшего был открыт, старший с наслаждением облизал чужие губы и, осматривая его лицо, сплюнул их общую слюну, собранную во время поцелуя. Сразу после того, как слюна скатилась по языку Глеба, Вадим отпустил его и сам выпрямился, смотря сверху. Плевок в свой рот не казался чем то мерзким, Глеб послушно сглотнул, вновь судорожно вдыхая воздух и начиная кашлять. Член позорно упирался в штаны, младший убрал от него руки закашливаясь себе в ладонь. Старший изощрённо ухмылялся, смотря на брата, что сел на свои же ноги и пытается откашляться. Не теряя времени он выставил свою ногу вперёд, опираясь на пятку, Вадим положил ступню на пах Глеба. Пыльный кроссовок отпечатывался на не совсем чистых джинсах. Старший немного надавил ногой на стоячий член брата, чтобы тот просто ощутил весомость. —Ты ёбаный извращенец. – Прозвучал серьёзный тон Вадима, но на его лице красовалась лёгкая злорадная ухмылка. Ему определённо нравилось, что происходит. – Ты на столько омерзительная дрянь, что у тебя встаёт на боль. Тебе нравится быть на грани от смерти? – Вопрос был риторическим, Вадим и так знал ответ, но он хотел в который раз подчеркнуть никчёмность Глеба и ещё немного нажал на его член. Когда пах ощутимо сдавила тяжесть от ноги, Глеб нервно раскрыл слезящиеся глаза, быстро опуская их. Из-за слов брата щёки покраснели ещё больше, а руки упёрлись в холодной пол сзади. Давление на член смешанное со слабой болью губы и першением горла заставляло возбуждаться сильнее. Вопрос Вадима ставил в тупик, ведь они оба давно знают ответ на него. Оскорбления пролетали мимо ушей, а когда брат нажал ногой на член чуть сильнее, изо рта вырвался краткий стон. – Посмотри на себя, какой ты жалкий. Сидишь на коленях, заплаканный, со стояком. – Глеб опустил взгляд на свой пах, сходя с ума от происходящего извращения. Ему нравилось чувствовать полную принадлежность брату. Слова того безумно смущали, но и так же безумно способствовали новой волне возбуждения. Старший шире ухмыльнулся и далее смягчил свой голос. – Давай, Иди сюда. – Он поманил брата пальцами, а когда тот поднялся на колени, незамедлительно последовал сильный хлопок ладони об щеку Глеба. Поднявшись на колени, Глеб дёрнулся от нового удара, ненароком прикусив рану на губе, от чего из неё выделилась новая капля крови. Не долго ожидая, Вадим, не нагибаясь снова, снял свои кросовки быстрыми движениями ног и пошёл в комнату, по пути проводя рукой по волосам брата. —Пошли. Встать на ноги оказалось чём-то неимоверно сложным, тело не слушалось и сильно дрожало. Идя за братом, Глеб слабо улыбнулся дрожащими губами, утирая рукой подсохшие слезы. Пройдя в комнату старший сел на край кровати, уже ожидая брата и наблюдая за ним глазами. —Садись. – Довольно коротко обозначил Вадим, что делать младшему и указал направление глазами, просто мотнув ими вниз. Глеб выглядел довольно глупо, но с искренним желанием намеревался залезать на колени старшего, что он не позволил, уперевшись рукой в хрупковатое плечо. – Нет. На колени. – Когда тот в ускоренном темпе сел на пол, а в частности на колени, Вадим наклонился вперёд, упираясь локтями в свои ноги. Он подставил свою ладонь, дабы тот подставил свою голову, но видя, что дело не идёт, сам притянул его к себе. Старший придерживал голову брата за подбородок, второй же аккуратно заправлял кудрявые русые волосы за ухо, ещё больше открывая жалостливое лицо. Тело крупно трясло и младший не старался толком вникать в слова брата, просто поддаваясь ближе, жалобно смотря на него снизу вверх. Когда голову притянули, младший пододвинулся, довольно улыбаясь от мягких касаний волос. —Что ты так тупишь сегодня, а? – Рассуждающе рассматривал старший Глеба и поглаживал его красную от смущения и ударов щеку. Снова отстранившись Вадим выпрямился и ожидающе смотрел на младшего. Пропуская вопрос мимо ушей, Глеб чувствовал, как от прикосновений к щеке бегут мурашки по телу. Когда Вадим немного отстранился, младший медленно положил голову на его ногу, на секунду прикрывая глаза. – Ты хотел извиниться. Извиняйся. – Карие глаза снова мотнулись вниз, уже явно указывая на свой пах. Отстранившись, Глеб коротко заглянул в тёмные глаза брата, поспешно касаясь холодными пальцами его ширинки. —Вадя.. Я.. Я не х-хотел чтобы всё.. Так вышло. – Наконец подал голос Глеб, чуть ли не задыхаясь от только что прошедшей истерики. Он наклонился ближе, вынимая член из штанов и спешно наклоняясь к нему провёл горячим языком по всей длине, придерживая ладонью. Безумное желание увидеть то, что Вадиму хоть немного приятно от его ласк, застелало с головой. Беря в рот головку, Глеб вновь поднял влюблённый взгляд, медленно начиная работать языком. Вадим уже расслабленно наблюдал за происходящим. Карие глаза скользили по потрёпанному, заплаканному лицу младшего, по его руке, которой он держал член, по жалостным голубым глазам. Лёгкая ухмылка ненавязчиво украшала лицо Вадима. Он протянул руку и коснулся его лица, заводя пальцы в русые волосы из раза в раз их поправляя. Ему нравились волосы брата, они всегда мягкие при корню, а к концу становятся более сухие. —Нет, Глеб. Ты этого хотел. Если бы нет, то не подошёл бы и не испортил мне важную встречу. – Старший опирался левой рукой о кровать, сзади своей спины, всё ещё спокойно наблюдая за братом. – Но ты эгоистичная блядь, что не воспринимает ничего и никого вокруг. Глебу ужасно сильно нравилось лицезреть ухмылку на лице брата. Он просто сходил с ума от осознания того, что Вадиму приятно. Касания к волосам были от чего то слишком нежными. Младший периодически подставлялся под руку, не выпуская член изо рта. Насаживаясь глубже, он виновато смотрел на брата, одержимо разглядывая его черты лица. Собственный член невыносимо ныл, упираясь в ткань штанов, но Глеб его не трогал. Он на секунду вынул член изо рта, проводя по нему ладонью. —Тебя воспринимаю.. Я ведь тебя люблю. – На лице младшего скользнула тень болезненной улыбки. Он снова поспешно взял в рот, насаживаясь настолько глубоко, насколько это было возможно. Такой ответ достаточно сильно усмехнул Вадима, но он попытался сдержать эту ухмылку и прикусил губу, что не особо сильно помогло. Полная отдача Глеба всего себя Вадиму нравилась старшему на столько же сильно как и бесила. Когда тот насадился по максимуму, Вадим спокойно запрокинул голову назад, закрывая глаза, при этом прижал голову Глеба к своему паху, держа его за затылок. Тёплый рот и глотка влажно обволакивали член старшего, только стимулируя его возбуждение ещё больше. Он не долго задерживал голову младшего, лишь до первого неприятного для Глеба сжатия горла. Убирая руку, Вадим, всё ещё не открывая глаз, ухмыльнулся и ответил. —Вот именно, что только меня ты и воспринимаешь. Но не замечаешь, как этим портишь мне жизнь. – При последней фразе Вадим опустил свою голову и властно посмотрел на Глеба, в карих глазах читалось злорадство, насмешка, вперемешку с серьёзностью. Пока брат растерянно смотрел на старшего, Вадим уже снова протянул к нему руку и притянул его голову к своему паху, без слов указывая ему заняться делом. Но вопреки его словам, старший не переставал ласкать Глеба, перебирая его волосы и касаясь к щеке. Глеб, послушно вжимаясь в пах Вадима, сглотнул накопившуюся слюну, медленно двигая головой и затуманено опустив взгляд. Слова болезненно отдавались в самом сердце. Не было в них ничего нового, но младший ненавидел эти прямолинейные высказывания. —Я не порчу твою жизнь. – Вынимая член изо рта тихо прошептал младший, словно вновь пытаясь что-то себе доказать. Сталкиваться с взглядом брата было невозможно. Он прожигал насквозь. Глеб спешно взял член в рот до самого основания, чувствуя как от глубокого проникновения на глаза наворачиваются слезы. Он несдержанно простонал, активно двигая головой. Нестерпимо хотелось, чтобы Вадиму понравилось. После попытки убеждения Глеба самого себя, Вадим сжал его волосы и поднял его голову, уже и сам слегка наклонился, дабы их взгляды точно встретились. —Разве? Ты так в этом уверен? – Взгляд и вправду прожигал насквозь, будто сейчас он пристрелит Глеба, а ухмылка только придавала дискомфорта. Старший наклонил его голову, насаживая на свой член. – Соси уже и не вякай. В моменты, когда Вадим мог узреть хоть мельком глаза брата, на которых наворачивались слёзы, старший самодовольно улыбался и прикусывал губу, наслаждаясь глубоким минетом от брата. Иногда он сам устанавливал темп его движений, надавливая рукой на его голову и отпуская. Но он не убирал свободу ладонь, на постоянной основе держа у него на голове, а в самые приятные моменты сжимал его волосы или почёсывал. Глеб немного обиженно поднял взгляд, но более не смел сказать ни слова против. Не хотелось злить Вадима. Раз за разом насаживаясь на всю длину, младший не сводил до жути преданного взгляда с брата. Лаская языком уздечку, он тихо скулил от невыносимого возбуждения. А после немного неуверенно положил ладонь на свой пах, нетерпеливо сжимая его. Вадим же наоборот, прикрыл свои глаза, сосредотачиваясь на ощущениях. Глеб был хорош в этом деле и очень податлив, так что настроить его под свои предпочтения не составляло труда и от того это было слишком хорошо. Старший прикусил губу и ухмыльнулся. Открыв свои глаза он ещё немного попялил в потолок, а позже опустил взгляд на Глеба, замечая его преданный взгляд, мокрые глаза, руку, сжимающую возбуждённый член через штаны. Старший сжал русые волосы и не дал брату очередной раз опустить голову. Он вынул свой член изо рта младшего, сразу же проводя головкой по его пухлым, влажным, раненым губам. —Тебе же и самому это нравится, не делай такое жалкое лицо. – Вадим, помогая себе рукой, потёрся членом со стороны в сторону об щеку Глеба. – Или я не прав? – Карие глаза резко метнулись к голубым, как бы усерьёзнивая свой вопрос. Глеб, болезненно всхлипывая от прикосновения члена к раненой губе, не сводил заплаканных, покрасневших глаз с лица брата. Смирно держа голову, он нервно сглотнул. —Ты всегда прав Вадь.. – Тихо прошептал младший, пугаясь слишком серьёзного тона. Он нерешительно вынул горячий язык изо рта, загнанно дыша с приоткрытым ртом. Хотелось соблазнять больше. Хотелось, чтобы Вадим кончил от его действий. Мокрые пряди волос прилипли к лицу, уголки глаз всё ещё были влажными, а покрасневшие губы неприятно ныли от боли. Глеб водил ладонью по своему паху, но как же хотелось, чтобы это делал Вадим. Старший ишь ухмыльнулся, не проронив ни слова больше. Всё же ему нравилась мордашка брата. Он, держа свой член в руке, насадил голову Глеба, начиная выстраивать нужный темп. Помогая себе рукой он надавливал на одну сторону члена, дабы головка и сама уздечка точно упирались в язык младшего, заставляя более равно дышать из-за резких приливов очень приятных ощущений. Такое явное трение о самые чувствительные места лишь ускоряли приход оргазма. Глеб уже мог чувствовать своим языком, как пульсирует член Вадима, а тот лишь непроизвольно сильнее сжимал его волосы. Глеб, насаживаясь быстрее, вновь всхлипнул от неприятных ощущений раненой губы. Но не смотря на это он двигал языком назад и вперёд, при этом работая и головой, ощущая слабую пульсацию члена. Старший сильно прикусил свою губу, уже рефлекторно поддавшись бёдрами вперёд, но на последней секунде сознания он остановил Глеба, доводя себя рукой и языком брата. Он хотел кончить именно ему в рот, не в глотку, что прекрасно получилось, запрокидывая от наслаждения свою голову и протяжно, но сдерживаясь простонал в нос. Ещё даже не отойдя от эйфории, старший отпустил свой член, поднимая голову брата и влажной рукой коснулся его подбородка, закрывая ему рот, почти сразу начиная поглаживать его подбородок, доходя до шеи и обратно. Карие глаза были направлены на голубые, Вадим довольно ухмылялся и ожидал пока тот сглотнёт. Чувствуя выплескивающуюся сперму, младший невольно закашлялся, но рот послушно закрыл, поднимая голову на Вадима и прерывисто сглатывая. То что брат кончил несказанно радовало, но собственный член до сих пор давил на штаны, оставляя с внутренней стороны влажные следы от эякулята. Глеб, ведомый исключительно своим возбуждением, медлительно встал с пола, садясь к брату на колени и тихо поскуливал от желания. Он, недолго думая, судорожно схватил руку Вадима, прижимая её к своему паху. —Вадь.. Подрочи мне, умоляю.. – Смущённо хныча проговорил Глеб, заглядывая в карие глаза и медленно ёрзая бёдрами от нетерпения. Ощущая поступающую тяжесть на своих ногах Вадим не мог не ухмыльнуться, хоть сам и наблюдал за братом. Глеб не был тяжелым, но всё его тело утяжеляло ноги Вадиму, отдавая ненужным теплом. Карие глаза медленно поднялись, хитро и самодовольно глядя в голубые. Он сжал член брата через ткань и приблизился к его уху. —Проси ещё. – Близкое дыхание казалось невыносимо горячим, оно отпечатывалось на незащищённой коже влагой и мурашками. Свободной рукой старший провёл по талии Глеба, сжимая её при бёдрах вновь и вновь, моментами спуская ладонь на зад брата и возвращаясь обратно. Глеб понимал, что вряд-ли так просто получит своё. Это было бы совсем не похоже на Вадима, а от того было бы неинтересно и неправильно. Но рука на пах всё же легла, что не могло не возбуждать. Младший судорожно толкнулся навстречу прикосновению, закидывая руки на плечи брата. Он старался быть как можно ближе, касаться как можно больше. Пока ему это позволяют, потом такой возможности может не быть. Наклоняясь к уху, Глеб пошло выдохнул, приоткрывая рот. —Я.. Вадь, пожалуйста.. Я сейчас умру от перевозбуждения.. Прошу.. Я же.. Тебе ведь понравилось, как я сосал? – После сказанного образовался ком в горле. Это было до невозможности стыдно, но почувствовать прикосновения к себе было просто необходимо. Утыкаясь мокрым лицом в шею брата, Глеб тихо добавил. – Ты же сам хочешь сделать мне приятно... Я знаю. – Бред. Глеб понимал, что Вадиму плевать получит ли он хоть какое-то удовольствие или нет, что тот запросто может сейчас вышвырнуть его за дверь. А Глеб простит. Глеб в любом случае оправдает, убедит себя в том, что его любят, хотя-бы потому что разрешили просто взять член в рот. Младший сходил с ума от каждого прикосновения к талии, поддавался ещё ближе, желая растянуть этот момент. Жалкие высказывания, дрожащий голос, искренняя мольба Глеба лишь способствовали развитию итак не малого самолюбия Вадима. Его всхлипы, его жалкий вид и отчаянные действия подпитывали интерес старшего. Его тёплая рука поглаживала член младшего через штаны и сильнее сжималась, по мере лестных высказываний брата. Последнее неверное предположение вызвало желание доставить Глебу боль, поднимать его не пришлось, был вариант по лучше. Вадим резко укусил брата за чувствительную шею, сильно сжимая зубы и так же резко отпуская. —Ты такой интересный конечно. – Вадим расстегнул чужую ширинку, отодвигая белье он взял изнемогающий член брата. – Ну давай, расскажи как тебе нравится получать боль от моих рук, как нравится получать нежность. Расскажи как ты помешан на этом. – Задорный и насмешливый тон звучал очень близко, рядом с ухом, можно было буквально ощутить его дыхание и даже не глядя ощутима ухмылка. Все те моменты, когда рука брата особенно сильно сжимала член, заставляли Глеба рвано толкаться навстречу и молится о том, чтобы это не заканчивалось. Ощутимо сильный укус в шею заставил громко вскрикнуть от неожиданности и резкой боли. Важное место от зубов неприятно онемело, боль мешалась с удовольствием и Глебу это безумно нравилось. Пускай останутся синяки и следы от зубов, это будет напоминать об болезненном удовольствии. Вадим плавно начал дрочить Глебу, очень резко ускоряя свой темп, выдерживая его подальше. Когда Вадим наконец освободил член от давящего белья, младший прогнулся от удовольствия. Слова брата буквально заставляли сцепить зубы от неприятного осознания их правдивости. —Вадь.. Я... Я каждый раз схожу с ума от удовольствия когда ты касаешься меня. – Глеб сглотнул, вышло слишком неуклюже. Он схватился за ткань одежды на плечах брата, вжимаясь в его грудь. Член пульсировал от перевозбуждения в руке Вадима и Глеб громко выстанывал от особенно быстрых движений, чувствуя, что скоро кончит. – Мне нравится всё что ты делаешь со мной.. Всё.. Делай. Пульсация члена ярко выражено отдавалась в руку Вадима, кажись, Глеб был возбуждён не по детски и сильнее обычного. Соблазн обламать его кайф был невероятно силён, та и старший этому поддался, ему ничего не мешало этого сделать. Пара резких движений руки и.. Ничего. Абсолютно ничего, Вадим не только остановился, а и вообще убрал свою руку, совершенно не касаясь его члена. Глеб, чувствуя как оргазм вот-вот накроет с головой, вдруг широко раскрыл глаза. Вадим убрал руку. Это действие было последним, что только он мог ожидать. Когда Глеб возмущённо хотел продолжить его движения и сам толкнулся на встречу, старший остановил его, прижимая его таз к своим ногам, дабы тот уселся и не двигался. —Нет. – Кратко отрезал темноволосый, смотря на его реакцию. –Не двигайся. Глеб изумленно раскрыл рот после неожиданного запрета. —Как..? Блять.. – Сквозь зубы прошипел младший, отпрянув от шеи брата и возмущённо заглядывая в его глаза. Старший видел, как Глеб пытался, но уже будучи под полным действием похоти, его тело инстинктивно пыталось двигаться, на что услышал следующее. —Если кончишь сейчас, я тебя вышвырну отсюда. – Его дрожь в коленях стала ощутима даже Вадиму. Чтобы возбуждение брата не спадало, он коснулся ребром пальца к его стволу и медленно провёл вверх, к уздечке. Запрет отдавался большей пульсацией в паху, но от следующих слов, Глеб испуганно прикусил губу. Заторможено понимая, что происходит, он опустил взгляд на палец, что коснулся уздечки. —Вадим.. – Проскуливая имя брата, Глеб замер, прерывисто дыша от прерванного оргазма. Желание Глеба оставаться рядом с ним, играло Вадиму на руку. Он видел, как младший пытался быть спокойным и не делать ничего, уже ловя нервные тики в ногах. А Вадим же не давал Глебу выйти из состояния "ещё немного", водя пальцем по его уздечке, скользнув вверх и зависая на круговых движениях вокруг уретры. Они оба смотри вниз, на член Глеба и руку Вадима. Младший с ожиданием и нетерпением, а старший с удовольствием и наслаждением. —Чего ты хочешь? – Немного заигрывая спрашивал Вадим, провоцируя его на всеми известный ответ. Он специально медленно мучил брата, уже проводя кончиком пальца под краешком головки члена младшего, заставляя того дёрнуться. Глеб изнеможденно всхлипывая от прикосновений к члену, прикрыл глаза, дабы хоть немного отвлечься от этой сладкой пытки. Вопрос Вадима заставил сжаться, но младший старался как можно меньше ёрзать, боясь, что его и правда выгонят. —Кончить я хочу.. Вадь, ну пожалуйста. –Глеб прикусил раненую губу, чтобы хоть как то отвлечь себя от давящего удовольствия, но пальцы брата не давали сосредоточиться ни на чем другом. Обиженный и жалостный голос Глеба заставлял даже посмеяться над этим, что в принципе сдерживать Вадим и не собирался. Он немного шумно посмеялся в нос, продолжая ещё какое-то время мучить брата, водя ребром пальца по длине члена. Чувствуя себя крайне некомфортно от смеха, Глеб сдержанно ждал, когда ему наконец разрешат кончить. Всё же решая наконец-то дать желаемое Глебу, старший накрыл его член своей ладонью, начиная резко дрочить. Попутно с этим он подставил другую руку под головку, дабы младший кончил именно в ладонь и никак не на футболку. Старший наклонил свою голову, вдыхая аромат кожи младшего где-то у его шеи. От мучительно дразнящих прикосновений по телу пробегались мурашки. Когда его член наконец в полной мере накрыла рука, Глеб громко простонал, буквально задыхаясь от столь ожидаемого яркого оргазма. Измученно падая на грудь брата, он мелко подрагивал, обнимая Вадима руками. Было слишком приятно находится так близко. —Я.. Люблю тебя. – Неугомонно одержимо шепнул Глеб, прикрывая уставшие веки. Переворачивая руку вверх ладонью, чтобы выделения случаем не капнули на что-либо, Вадим наблюдал за братом. Глеб был сейчас предельно нежным, маленьким, загнанным котёнком, что буквально раздобрило Вадима. Обычно на него редко когда действует подобное, но сегодня его дрожащее тельце казалось невыносимо уязвимым и милым. Свободной, но такой же грязной рукой Вадим погладил спину младшего через футболку, решая дать ему ещё одно задание и уже от того думать над сегодняшней ночью. Вадим зарылся пальцами в волосы брата, не сильно оттягивая их, дабы тот поднял свою голову. —Глеб, вылижи. – Подставляя руку, испачканную спермой, приказал старший, но совершенно не строгим тоном. Глеб, нехотя отрывая голову от груди брата, устало взглянул в его глаза. Услышав приказ, младший нервно сглотнул, заостряя внимание на испачканной ладони. Несмотря на всю пошлость сказанного, Глеб неожиданно уловил в интонации Вадима непривычно добрые и даже ласковые ноты. Ещё немного подумав, он всё же не смог ослушаться, наклоняясь к руке. Активно водя языком по ладони, Глеб тщательно слизывал свою сперму, чувствуя как от осознания щеки краснеют с новой силой. Щекотливые чувства на ладони провоцировали улыбку. Хоть тот и ломался, но всё же сделал это. Когда рука полностью была чистая, но влажная, Вадим улыбаясь погладил щеку брата другой рукой, переходя на его линию волос и за неё. Он нежно провёл носом по шее Глеба, после так же мягко целуя. —Ты молодец, Глеб. Такой молодец.. – Он всё ещё ненавязчиво водил кончиком носа по шее брата. – Можешь сегодня остаться у меня. Вадим позволил себе такой жест и немного ласки. Всё же сейчас он успокоился, та и Глеб искупился и настрадался. К тому же на прохладную улицу выпихивать грязного, мокрого Глеба было не самой лучшей идеей. Даже при прошлых подобных извращённых занятиях они сначала раздевались, чтобы не идти в липком домой, ну или же совсем редко оставлял брата у себя. Настолько непривычный прилив нежности от брата заставил Глеба расплыться в слабой улыбке. Подставляясь под каждое прикосновение, он почувствовал как от похвалы приятно скручивает сердце. Слишком уж редко Вадим говорил что-то подобное. Следующая фраза заставила раскрыть глаза от удивления и нервно поднять взгляд на брата с нескрываемой надеждой, что он не шутит. Младший прижался к нему сильнее, довольно улыбаясь тому, что ему разрешили остаться.