Эгоист

Н: Маш, я в магаз! крикнула Настя подруге и, бросив взгляд в зеркало, убежала. Выглядела она вполне сносно: платье сидит хорошо, кожа еще не обгорела, глаза накрашены аккуратно, распущенные волосы почти высохли. Максу всегда такая ее прическа нравилась больше всего… Макс посмотрел на часы и недовольно окликнул оператора: М: Ну что там, долго еще? ? : Щас-щас успокаивающе пролепетал тот, возясь с камерой. М: А нельзя было ее заранее отладить? с приглушенным возмущением поинтересовался Макс. ? : Та я ж объяснил вам, Максим Сергеевич! закудахтал на суржике оператор. ? : Она в дороге от тряски разладилась! Макс выругался про себя. Долбанные крымские дороги! Долбанное крымское телевидение и все эти расслабленные людишки, которые на нем работают! Весь день по минутам расписан, а он должен стоять тут и ждать, когда починят эту столетнюю камеру… Однако истинной причиной его раздражения была, конечно, неожиданная встреча с Настей. И какая ирония судьбы: опять они встретились на рекламной акции, в честь дня рождения SkyLine, только теперь это была не годовщина дня рождения, а непосредственно он сам — первый клиент крымского отделения компании. Почему именно в Симеизе — долгая и скучная история. Но Макс был очень зол из-за того, что встретил Настю. Ее образ он сознательно настолько крепко связал с негативом, что теперь вполне искренне был недоволен. Она убила его, нажала на курок, и даже рука ее не дрогнула. Как она могла утверждать, будто любила его? Как можно, любя, не взять трубку, когда тебе звонит любимый человек в отчаянии? Он набирал ее по 150 раз на дню, он караулил ее возле дома, он просил дать ему шанс, выслушать его… Он раньше и не знал, что можно так тосковать по кому-то. Ему было невыносимо находиться в своей пустой квартире, где каждая вещь напоминала ему о ней. Он сбегал каждый вечер, куда угодно, лишь бы не быть одному: в спортзал, в бар, в боулинг или бильярд… Он приходил домой в час ночи, падал на кровать и засыпал, а в семь уже подскакивал и мчался на работу. Он стал выпивать каждый вечер — это помогало ему забыться, а когда боль утихла, то необходимость в этом отпала, но привычка осталась. Впрочем, он не стал пьяницей — просто любил выпить бокал виски после ужина. Она поступила с ним безжалостно. Да, он вел себя не всегда наилучшим образом, но ведь он сожалел об этом, и как ни крути, это было от любви, от потребности быть с ней рядом, пусть и немного сумасшедшей. И Макс разочаровался в любви. Это большой обман, который заманивает человека в мучительную ловушку, откуда невозможно выбраться. Больше он не попадется на эту удочку! Он вернулся к своему прежнему образу жизни, которого придерживался до знакомства с Настей: он просто пользовался женщинами для своего удовольствия, категорически не желая заглядывать ни в какой там их внутренний мир. Недостатка женского внимания у него не было, кругом всегда было полно девушек, желающих подарить ему немного себя. А стоило это несравнимо дешевле: туфли от Gucci против разбитого сердца. Вот почему Макс испытал очередной прилив гнева, когда увидел в коридоре стройную фигурку Насти в прелестном коротком летнем платье. Пожалуй, если бы он не злился бы на нее так сильно, то счел бы ее очаровательной. Теперь же он нарочито игнорировал ее, делая вид, что читает свои бумаги. Девушка быстро прошла мимо и покинула здание гостиницы, но через короткое время вернулась обратно с коробкой кефира в руке и задержалась у стойки ресепшен. Макс невольно стал наблюдать за ней — она о чем-то тихонько беседовала с администратором, а один раз кивнула в его сторону. Макс с недовольством почувствовал, что краснеет, и отвернулся. Настя же покинула стойку и подошла к нему. Н: Поздравляю вас сказала она своим нежным голоском, который он так любил прежде и который теперь приводил его в ярость. Н: Вы захватываете Крым? М: Да, спасибо буркнул Макс, не глядя на нее. Тут на сцене появилась еще одна нимфа, на какое-то мгновение она даже показалась Максу красивее Насти, но присмотревшись внимательнее, он заметил слабый подбородок и какую-то инфантильность в чертах лица. Мш: Насть, ну ты куда пропала-то? спросила она намного более грубым голосом, чем у его бывшей девушки. Мш: Мы тебя ждем, Танюха там умирает с голода… она противно хихикнула. Мш: Ну конечно, от голода, мы-то знаем, чего ей нужно.! Н: Маш поспешно перебила ее Настя, очевидно, не дав ей сказать какую-то гадость Н: познакомься, это мой бывший начальник Максим Сергеевич. Ее голос дрогнул на слове бывший, но это не волновало Макса — он теперь прямо уставился на Машу. В принципе, она была недурна: стройная, почти как модель, беленькая, ухоженная. Вполне годится на одну ночь. Это было бы прекрасно — Настя обязательно узнает… Макс улыбнулся самой обаятельной улыбкой из своего арсенала и протянул руку Маше — та аж расплылась. Мш: Мария пролепетала она медовым голоском, машинально поправляя прическу левой рукой. М: Максим Сергеевич — директор SkyLine продолжала тем временем Настя без всякой задней мысли. Н: Помнишь, я тебе рассказывала, что работала оператором колл-центра? Они теперь сделали отделение в Крыму, сегодня первое подключение… М: Позвольте перебил ее Макс, даже не взглянув на ораторшу М: это уже я сам расскажу. Н: Да, конечно пробормотала Настя и отошла в сторонку. Макс принялся расписывать перспективы работы в Крыму и какую они придумали рекламную акцию — показать по местному телевидению репортаж о первом подключении к оптоволоконной линии в Симеизе… Телочки любят, когда с ними разговаривают на равных. Настя все это время стояла рядом и пристально наблюдала за ними. Прекрасно! Макс чувствовал сладкий вкус мести… Но глупая Маша не дала ему насладиться им сполна — она обернулась и попросила подругу подождать ее в номере, а потом спросила, долго ли он еще пробудет в Симеизе. М: Сегодня еще останусь кивнул Макс. Он мысленно усмехался тому, как уверенно чувствует себя эта белобрысая курочка. М: Можем вечером сходить куда-нибудь в ресторан предложил ей Макс, предчувствуя, что этот совместный вечер будет для них последним: девушки моментально надоедали ему — может быть, оттого, что он твердо решил больше не влюбляться, а может оттого, что ни одна женщина в его жизни не сопротивлялась его желаниям дольше одного ужина. Ни одна, кроме Насти. Однако на этот раз он не угадал: Маша ценила себя немного больше, и когда Макс предложил ей зайти к нему в номер на кофе, решительно отказалась: Мш: Уже поздно сказала она без малейшего кокетства в голосе Мш: а я мало тебя знаю. Так что спасибо за ужин, но мне пора к себе. М: Может быть, завтра еще куда-нибудь сходим. Мш: Тут больше некуда весело рассмеялась Маша Мш: а ты разве не уезжаешь в Ялту? М: Да кивнул Макс. М: Завтра утром. Поехали со мной? Ее большие голубые глазки хищно заблестели: Мш: Не хочу отвлекать тебя от работы сразу принялась жеманничать она. М: Ерунда отмахнулся Макс. М: Выпишу себе выходной. Я ведь директор, в конце концов. На том и порешили. Что ж, так даже интереснее… Настя не знала, что ей делать. С одной стороны, она была ужасно разочарована поведением Макса: после сегодняшнего сна, который ясно говорил ей, что она тоскует по нему, его холодность, безразличие, а пуще всего — явный интерес к Маше — просто убивали ее. Но плакать нельзя: подруги сразу обнаружат ее расстройство и начнутся расспросы, а сообщать им о своих истинных отношениях с Максом она отнюдь не планировала. Поэтому ей пришлось запереть свои переживания на замо́к внутри себя и делать вид, что ничего не происходит. И все равно, когда Маша вечером ушла на свидание с Максом, Настя погрузилась в печальное расположение духа, и Таня несколько раз справлялась у нее, в чем дело. Они не пошли гулять, а поужинали в номере йогуртом с фруктами и легли спать пораньше, а утром нашли на тумбочке записку от Маши: Мш: Извините, девочки, я уехала с Максом в Ялту. Не скучайте! Настя долго смотрела на этот жалкий клочок бумаги, борясь с захлестнувшими ее эмоциями, а потом по ее щеке скатилась предательская слеза.