Ореховая любовь

      Течка. То самое время, раз в сезон, когда ты ощущаешь себя иначе, будто все твои желания и стремления концентрируются лишь в одном месте. Все пропадает под воздействием резко возрастающего либидо. В голове будто набатом стучит лишь одна мысль — поскорее получить в свой текущий зад хороший такой альфий член. И чем больше он будет, тем лучше.       И лишь благодаря гениям науки и фармацевтики, этот бич всего омежьего рода был практически забыт и искоренен. Чудесные лекарства, уменьшающие желания тела и ослабевающие воздействия феромонов, теперь продавались даже без рецепта в любой аптеке. Совместно со специальными дезодорантами и изменяющими аромат средствами, они делали даже самого течного омегу в период гормонального подъёма полноценным членом общества. Самое главное, что это никак не влияло на организм. Лекарства глушили феромоны, снижали либидо, а личная гигиена и прокладки справлялись со всем остальным.       Правда, это все не спасало от укоренившейся предубежденности населения.       До подросткового возраста, когда происходила гормональная перестройка молодых организмов, все учились в общих школах. Стоило кому-то из класса проявить свою принадлежность, как их тут же переводили в специальные учреждения. Альфы и омеги продолжали свое обучение в специальных закрытых пансионах, в которых особенное внимание было уделено вопросам связанным с самоконтролем.        Я ждал своей первой течки до самого конца обучения в старшей школе. Лишь только сданные анализы и обследования обеспечили мне место в омежьем пансионе, где я был лишь белой вороной. Несколько лет претерпевания издевательств закончились полным одиночеством на выпускном вечере и поступлением в институт. Как и любому омеге, мне нравилось все прекрасное. Архитектура, дизайн интерьеров и строительство стали моей мечтой, к которой я шел, сметая все на своем пути, поглощая все доступные знания и умения.        Лишь только к концу лета, прямо перед самым началом институтской жизни, я ощутил в себе изменения. Это была самая ужасная и мучительная неделя в моей жизни. Ни один препарат не помогал ослабить мое состояние. Родители и братья сходили с ума вместе со мной, пытаясь как-то помочь и улучшить этот момент.        Врачи лишь пожимали плечами на этот мой приступ и утверждали в один голос, что это лишь побочный эффект от позднего созревания. Слишком сильный омежий ген сделал меня слугой гормонов. Сказали ждать, увеличивать дозу подавителей и найти себе подходящего альфу, чтобы проводить течное время с ним, тем самым уменьшая период с шести дней до трёх, а то и двух при наилучшем раскладе. Влияние доминирующих феромонов должно было стать ингибитором для моих.       Да только и тут все пошло не совсем гладко.        Мои чуткие рецепторы улавливали любые изменения в настроении окружающих, что я с точностью мог сказать, когда у той или иной персоны начинается течка или гон. И, что самое ужасное, пахло от них в тот момент настолько удушающе, что мне постоянно хотелось вывернуть собственный желудок наизнанку, а потом и вывернуться самому вслед за ним.        На помощь пришли специальные фильтры в нос, не пропускающие вообще никакие запахи. Это открытие принес мне как-то мой старший брат альфа, переживающий за мое самочувствие. Эти штучки были специальной военной разработкой и использовались на учениях или в горячих точках. Повезло мне, однако, что мой любимый родственник был самым молодым майором в расположенной недалеко военной части.        Так и потекла моя учеба. Раз в три месяца мне приходилось прятаться на целую неделю в своей маленькой уютной квартирке, которую мне на выпуск из школы купили добросердечные родители, чтобы их любимому чаду было недалеко добираться до института. Весь педагогический состав был осведомлен о моей пикантной проблеме, так что сильно мне этот момент жизни не портил, особенно если учесть, что я был всегда физически очень здоров и в принципе не болел. Поэтому четыре года бакалавриата пролетели в момент ока, и настало время сдачи экзаменов и практических проектов, ориентированных на нашей будущей деятельности.       За пару месяцев до окончания, между всей группой обучающихся была проведена жеребьевка на направление. Многие частные предприниматели, которые только начинали свою деятельность или шли на расширение, пользовались возможностью сократить бюджет за счет оплаты расходов на дизайнеров, пользуясь активностью студентов, желающих сдать поскорее все экзамены. Тем более, что от нас требовался только проект. Если же нанимателю понравится проделанная работа и деятельность выпускника, то его могли нанять на дозавершение плана. Что было не редкостью, да и молодому специалисту плюсик к портфолио.        За все четыре года я уже набил руку, собрав приличный список различных проектов и работ. Мне даже везло и пару раз на каникулах я отрабатывал свою деятельность «в поле». Это был незаменимый опыт, а ещё неплохое денежное подспорье на хорошую техническую базу. Я ещё не успел выпуститься и получить диплом, как меня уже ждали несколько разработок в очереди.       Когда мои ровесники погружались с головой в потакания желаниям тела и любовные увлечения, я работал и учился, убеждая окружающих в своей нормальности, снимая фильтры только дома и отсчитывая дни своего цикла.        Как раз почти подошла к концу весенняя неделя моих мучений, когда я получил письмо с приглашением на объект от хозяина будущего кафе-кондитерской в тихом жилом районе совсем недалеко от моего института. Ему очень хотелось видеть меня уже на следующий день, но мне пришлось сослаться на простуду и отложить сей знаменательный момент, что не было мне плюсом к отчету о практике.        Уставший, но не сломленный, я в назначенный день готовился ко встрече с моим дипломным проектом. Чистый и свежий, облитый с ног до головы дезодорирующим средством, я сунул в нос фильтры и поспешил в соседний квартал.        — Доброе утро. Вы, должно быть, Эдель Стар?       Дверь пустого и огромного помещения на первом этаже трехэтажного жилого комплекса с панорамными окнами мне открыл крупный, под два метра ростом, бородатый мужик, больше похожий на какого-то бандита, нежели на хозяина кондитерской. Сверкающие желтизной глаза, кривой оскал и виднеющаяся из ворота рубашки татуировка не делали его хоть сколько-нибудь привлекательнее.        Мужчине было на вид лет тридцать, но недельная небритость и уставший взгляд его сильно старили.        — Да, это я, — альфа был могуч и страшен, но моя семья состоит полностью из военных, поэтому мою маленькую тушку было не так просто вывести из колеи. — А Вы, значит, господин Даниэль Мун?        — Можно просто Дан, если вас не затруднит.        Не удивительно, что он попросил его называть сокращенным именем. Такое несовпадение имени и внешности Я вижу впервые в жизни. Я с улыбкой прошел внутрь помещения и дерзко пожал мужчине руку. Большая и горячая, она полностью обволокла мою ладонь.        Альфа отчего-то резко потупил взор своих звериных глаз и замялся на месте. Я видел, как он часто задышал, как покраснели его уши и шея, но никак не мог понять почему. Несмотря на мою недавнюю течку, я предусмотрел все возможные изменения в своем запахе. Да и состояние мое полностью нормализовалось. Странный этот мужчина. Немного пугающий.        — Меня это не затруднит, только если вы будете тоже меня звать по имени.        — Я буду только счастлив! — мужчина скупо улыбнулся и смущённо обтер ладони о свою темную рубашку. — Хм… с чего нам лучше начать? Может, лучше перейти в ресторанчик тут недалеко?       — Это лишнее, спасибо, — я наскоро достал из большой сумки несколько свежераспечатанных листов и протянул мужчине. — Заполните лучше вот эту анкету, а я пока займусь всеми измерениями.        Моя сумочка была забита не только всякими омежьими штучками. Когда я достал компактный лазерный уровень, раскладной метр, рулетку, образцы плитки для замера и складной нож, альфа только тяжело сглотнул и тут же полез в телефон.        — У меня есть полный план помещения со всеми коммуникациями, если вам это поможет.        Не успел он ещё договорить, как мне на почту пришло от него письмо с файлами. Идеальные отсканированные планы помещений со всеми размерами и проводкой. Даже разлиновка есть. Оставалось только проверить ровность и толщину стен, а также измерить все углы.        — Это идеально подходит. Кучу времени сэкономим!        Я обежал все помещения, пообнимал каждую стену, проверил все трубы и вытяжки, нашел несостыковку в расположении одной из распределительных коробок, так что какое-то время был занят делами. Но все равно постоянно ощущал на себе внимательный изучающий взгляд мужчины. Я даже сам не заметил, как начал немного красоваться перед ним, приходилось постоянно себя одергивать. Пытаться привлечь его внимание, но для чего?        — Я как раз закончил с последним вопросом, может, все же сходите со мной в ресторан? Уже время обеда.        Ах, если бы ты знал, как мне хочется согласиться. Я не считал себя каким-то неправильным или некрасивым. Просто не такой, как все. Замкнутый, необщительный из-за проблем с обонянием. Но мне очень хотелось хоть раз в жизни сходить на свидание. Можно ведь и фильтры не снимать…        — Извините, давайте в следующий раз. Мне нужно занести всю информацию в программу, просмотреть вашу анкету, обдумать варианты…        — Значит, в следующий раз?        На меня посмотрели с такой радостной надеждой, будто я пообещал щеночку сладкого печенья.        — Конечно, обязательно!        Я сам не понял, почему согласился. Причем точно понимал, что соскочить с этого обещания у меня не получится, придется идти. Этот гангстероподобный альфа найдет меня везде.        Через пару дней у меня уже был готов первый план, который требовал уточнений. Поэтому пришлось согласовать встречу с заказчиком, ещё и в магазине. Мало кто вообще согласился бы на такое, ведь все хотят, чтобы их мысли прочитали и сделали все в точности, как им хочется. Но у меня было послабление, из-за того, что я ещё студент, поэтому встреча в специальном строительном магазине никому не показалась странной. Мне даже почудилось, что Дан был готов ехать со мной на другой конец страны, если мне приспичит собрать морских ракушек для его дизайна самолично.       — Эдель!       Около будущей кондитерской меня ждал альфа. Крупный, как я и помню, с торчащей из-под ворота татуировкой и с желтыми глазами. На чисто выбритом лице стал заметен старый небольшой шрам с левой стороны на подбородке, отчего мужчине только прибавился бандитский вид.       — Доброе утро, Дан. Извините за назойливость и бестактность, но почему именно кондитерская?        Меня этот вопрос интересовал больше с какой-то козырной целью. Я мог представить, как мужчина своими огромными руками лепит фигурки из мастики и украшает кремом торт. Но вдруг, это он не для себя. Можно ли напрямую спросить, есть ли у него омега? Составить что-ли дополнительную анкету?        — Ну, просто мне это нравится. Я как раз принес вам попробовать своих пирожных. Надеюсь… вы любите такое?        В переданном мне пакете лежали несколько коробок с маленькими песочными корзиночками, украшенными разноцветными кремовыми пиками с посыпками сердечками.        — Люблю, спасибо. А они не испортятся до вечера?       — А почему нужно ждать вечера? Я специально сделал маленького размера, на один укус. А ещё взял термос с чаем. Мы могли бы остановиться где-нибудь и устроить небольшой пикник. Раз вы отказываетесь идти со мной в ресторан.        И действительно, в руках альфы был ещё один пакет. Но мне так хотелось почувствовать весь объем вкуса этих пирожных. Для этого мне придется вынуть фильтры, что делать на улице или в публичном месте для меня равносильно пытке.        — Не подумайте ничего такого, просто я привык есть исключительно дома.        — Да? Извините, — альфа явно сильно расстроился, но тут же опомнился и прыгающей походкой направился к припаркованному рядом мерседесу. — Тогда мы можем завезти их к вам домой в холодильник, а потом поехать в магазин. В холодильнике они точно не испортятся, а вечером вы сможете насладиться их вкусом.        — Я не знаю, удобно ли…       — Конечно, удобно! В следующий раз я приготовлю что-нибудь не такое скоропортящееся.        Мне галантно открыли дверцу пассажирского сиденья. Этот большой удивительный человек делал все настолько аккуратно, выверенно и четко, что ещё даже ни разу меня коснулся.        — Зачем же так себя утруждать?        — Что вы, мне это только в радость!        — Ну только если…        Машина была соответствующая этому альфе. Большая и черная. Меня довезли до подъезда, чтобы я смог отнести пакет со сладостями домой, после чего мы помчали в магазин.        Время, проведенное вместе с Даном, пролетело незаметно. Он молчаливо следовал за мной везде, куда бы меня не заносило. Мы облазили все этажи торгового центра, несколько зданий и отделов, выбрали даже ткани и материалы отделки. Я изучил и записал все параметры будущей кухонной техники и холодильников-витрин для зала. Целый день ходьбы обещал мне кучу сожженных калорий, так что мне уже очень хотелось прийти домой, снять фильтры и насладиться кремовой красотой. Вот только, я потерялся.        Мы только что стояли вдвоем около отдела с напольным покрытием, а потом пошли в сторону сантехники… точно вдвоем.        — Извините, — мимо пробегал сотрудник магазина, у которого мы консультировались где-то час назад по поводу электричества. — А вы, случайно, не видели…        — Конечно видел, — не успел я закончить, как меня перебили с радостной улыбкой. — Вашего супруга сложно не заметить. Он просто с другой стороны ряда, где находятся кухонные принадлежности.       Я проследил за указанным направлением и тут же увидел темную макушку, с интересом разглядывающую чашки и блюдца. Мой «супруг» был так увлечен их выбором, что даже не заметил моей пропажи. Так или иначе, мы уже все посмотрели и выбрали, поэтому можно отправляться и по домам.        Если я приглашу его на чай к себе, это не будет ли слишком? К тому же, мы ведь даже почти не знакомы. Нас объединяет только общий проект и ещё лишь одна встреча. Я уже примерно вижу, как должно выглядеть его кафе, осталось все это зарисовать и смоделировать в программе, записав с точностью все размеры и материалы, учитывая даже то, что мы уже выбрали в магазине.       — Дан? — я подошёл к мужчине, в который раз осознавая, насколько он огромный, и аккуратно положил руку ему на плечо. — Вас здесь что-то заинтересовало?        — Ох, Эдель. Прошу прощения, я заставил вас волноваться. Как думаете, мы сможем заказать нужное количество вот таких комплектов? — мне протянули достаточно крупные чашки светло-голубого цвета разных форм. — Они точно такого же цвета, как ваши глаза. Прекрасные.       Я с удивлением смотрел на задумчиво восторженный взгляд мужчины и не понимал, какого черта я все усложняю? Мне не пятнадцать лет, а альфа передо мной такой привлекательный, хоть и немного устрашающий. Приглашу его к себе на пирожные, а там будь что будет. Импровизация мой конек.       — Давайте закругляться здесь сегодня. Вы не устали за целый день? Вас наверняка уже домашние обыскались?        — Ох, нет. Я… — на меня посмотрели несколько испуганно, — я живу один.        — Тогда как вы смотрите на то, чтобы пойти ко мне и составить мне компанию за ужином?        — …        Не переборщил ли я. Может рано, или у него какие есть уже планы, а я такой вот, как снег на голову.        — Нет, ну если это вас как-то затрудняет…        — Нет! В смысле, да! В смысле, нет! Ох… — мужчина нервно передернул плечами и загремел посудой, только чудом не уронив целый стенд, — я имел в виду, что с удовольствием приму приглашение на ужин.        — Тогда быстро на кассу и в продуктовый заскочить надо, — я подошёл к альфе непозволительно близко, даже ощутил на себе, какой он горячий. Большая голубая чашка и блюдце к ней перекочевали в руки к мужчине. — Да, и возьмите сейчас вот этот наборчик, он миленький.       Мы поспешили оплатить наши немногочисленные покупки. С ужином тоже решили как-то не очень заморачиваться, сообща определившись на быстрые отбивные с гарниром из риса и салат из свежих овощей.        Я ещё ни разу не приводил никого чужого к себе домой, поэтому сильно нервничал. В чистоте и порядке я уверен, никаких компрометирующих вещей у меня точно нет, родственники тоже не должны посреди недели нагрянуть.       — Добро пожаловать, чувствуйте себя как дома.       Альфа занял собой весь мой совсем не маленький коридор. Явно оценил количество тапочек на большой размер ноги и абсолютно белый безликий интерьер. Наверное, не этого он ожидал от квартиры дизайнера.       — У вас очень уютно. Куда отнести продукты?        — Вы пока располагайтесь на кухне, я только быстро переоденусь!        Быстро сменив уличную одежду на домашнюю, я застал мужчину в общей комнате, используемой мной в качестве гостиной и кабинета. Белые книжные полки были сплошь заставлены книгами, сувенирами, разной мелочью и семейными снимками. Мы вместе с братьями любим выезжать на природу, поэтому в основном на фото я один маленький вместе с тремя Альфами. Это если не считать ещё отца.        — У вас везде фотографии. Это ваша семья?        — На этой фотографии мои братья и отец, а на той мы все вместе с папой.        Дан тяжело выдохнул и его плечи сразу расслабились.        — Братья. И часто они у вас бывают?        — Не особо. Но вот вчера заезжали проведать. Они очень переживают за меня. Все таки я их маленький омега.        — Я бы тоже переживал, вы живёте один в таком людном районе.        Опять песня про одинокого омегу в большом городе. С самого детства я только и делаю, что стараюсь быть лучше всех. Явно это все не для того, чтобы становиться зависимым от чужого мнения.        — Я уже давно доказал всем свою самостоятельность.       — Простите, не хотел обидеть.        Готовка заняла совсем немного времени, так что мы достаточно быстро накрыли на стол и сели ужинать. Отлучившись в ванную, я решил перевести дыхание, осматривая себя на предмет наличия недочетов или пятен. Вполне себе милый омега приятной наружности. Я с небольшим трепетом вынимал фильтры из носа и выходил из ванны, стараясь не вдыхать воздух полной грудью. Но непривычный запах орехового ликера сбил меня с ног. Резкий и слегка горький, он опьянял. Никто из моей семьи так не пах.        Впервые в жизни я почувствовал себя омегой. Только недавно прошедшая течка дала о себе знать ещё не спавшим до конца либидо, а разум полностью заполнился желанием.        Вернувшись на кухню я обнаружил источник этого неповторимого аромата сидящим одиноко за столом. И как я мог подумать о том, что он похож на страшного бандита? Большой, сильный, красивый… могу ли я ему нравиться?        Я только сейчас обратил внимание, как альфа постоянно ведёт носом, будто пытается уловить окружающие его ароматы. А ведь это мой дом, тут все пахнет мной. Ещё немного братьями, но они знают о моей проблеме с запахами, поэтому стараются не следить сильно.        — Что же вы сидите, Дан? — мой голос полнился непривычными игривыми интонациями. — Я думал, после целого дня хождения со мной по магазинам, вы будете более голодным.        — Да, вы правы, я очень голоден.       То ли он уловил перемену в моем настроении, то ли на него подействовали мои усилившиеся феромоны, но жёлтые глаза заполнились чернотой зрачка, оставляя на виду лишь тонкую золотистую полоску радужки. Этот цвет расплавленного золота согревал и будоражил не хуже сгустившегося аромата лесного ореха.        Я вел себя странно, но чувствовал великолепно. Это ощущение свободы и какой-то вседозволенности вдарили мне в мозг пузырьками шампанского. Я впервые за долгие четыре года вдыхал полной грудью запах чужого человека и не хотел с ним расставаться, не было никакого желания отстраниться. Наоборот. Я мечтал раствориться в этом запахе.       Может Дан увидел что-то в моем взгляде, может на него подействовал мой феромон, но он одним скоростным движением, наполненным какой-то хищной грацией, вскочил со своего места и прижал меня к себе, зарываясь своей большой рукой мне в волосы, немного оттягивая их назад, заставляя меня запрокинуть голову. Первое касание губ было мимолётным, с надрывным вздохом. Чтобы через мгновение стать глубоким поцелуем. Из-за разницы в росте Дану приходилось сильно нагибаться, поэтому он быстро сориентировался и подцепил меня двумя руками под ягодицы, поднимая вверх, аккуратно облокачивая спиной на голую стену.        Не знаю, сколько мы так простояли. Это был мой первый подобный опыт, но я активно повторял действия альфы, изучая собственным языком чужой рот, и, судя по хаотичным движениям, сбившемуся дыханию и упирающемуся в меня стояку, делал все правильно.        Сильное желание пронзало меня насквозь. Потерявшись в ощущениях, я даже не понял, как мы оказались в моей спальне. Я хотел его. Хотел до безумия, будто в опьянении.       Одежда летела во все стороны, руки были везде. Широкие ладони Дана прошлись по всему моему телу, не оставляя без внимания ни единой его клеточки. Мной дышали и никак не могли надышаться. Я чувствовал чужой горячий язык, блуждающий по моей груди, такое же горячее дыхание, обжигающее своей частотой. Я растекался от возбуждения и желания быть заполненным.        Даниэль опустился ниже и я почувствовал его прикосновения, свободно скользящие рядом с моим уже влажным входом. Мой член оказался в глубине чужого рта и в тот же момент в меня проникли пальцы.        Связь с реальностью стала полностью потеряна.        От переизбытка новизны ощущений, я был уже на грани потери сознания, когда растягивающие меня пальцы пропали и Дан поднялся надо мной, уже наглаживая собственный член, размазывая по нему мою смазку.        — Большой.        — Не переживай, я осторожно.        И он действительно все делал осторожно. Настолько бережно, что больно совсем не было. Когда он вошёл полностью, я постарался максимально расслабиться, чувствуя, как дрожит тело надо мной. Сцепив ноги у него за спиной, я чуть прогнулся и вильнул бедрами, в наивысшей точке сжимаясь внутри, ловя губами вырвавшийся из Даниэля стон. Мой собственный член был в это время зажат между нашими телами, так что свою долю прикосновения он тоже получал.       Какое-то время я так и извивался всем телом, то сжимая, то расслабляя мышцы, слушая чужие стоны и тяжёлое дыхание, наслаждаясь чужой близостью.        — Нет, это издевательство какое-то. Что же ты со мной делаешь?        С этими словами меня расцепили и перевернули на живот, входя обратно на всю длину, что я даже и не понял образовавшейся на короткое время пустоты внутри. Теперь я двигаться совсем не мог. Мои бедра зафиксировали в одном положении и стали вдалбливаться внутрь. С силой. С размахом. Выбивая каждый раз из моего горла крик. Это было именно то, чего мне не хватало. Взяв меня с разгона и не останавливая безумного темпа ни на секунду, Дан довел меня до нескольких оргазмов подряд, пока я не почувствовал, что его член начал увеличиваться в размерах.        Я понимал, что это означает, не дурак. Сопротивляться сил не было. Хочет вязки? Пожалуйста. Захочет метки? Я подставлю шею.        Чего я не ожидал, так это того, что через пару мгновений, под моим затылком в нежную кожу вонзятся клыки.        Метка.        Даниэль Мун взял и пометил меня. Почему я не сопротивляюсь? Почему мне хочется ещё? Ещё больше, ещё глубже, ещё сильнее.        Его запах обволакивал меня, проникая сквозь кожу. Раздувшийся от узла член начал извергать обжигающее семя, а горячий язык зализывать укус. Каждое движение этого человека отзывалось в моем теле электрическими разрядами, заставляя стонать, прогибаясь в пояснице, пропуская его ещё глубже.       Потерял ли я сознание или это было просто помутнение рассудка, но следующее, что я помню, это сладкие нежные поцелуи и крепкие объятья.       — Ты мой, слышишь это? С самого первого момента, как я тебя увидел, как почувствовал твой дурманящий аромат, доходящий до меня даже сквозь тонну отдушин. Я никому тебя не отдам. Эдель, пожалуйста… выходи за меня замуж.       — Я тебе больше скажу, — язык ворочался с трудом, тело изнывало от усталости. — Если ты не возьмешь меня замуж, то мои родственники тебя найдут и покарают.        Последнее, что я слышал перед тем, как окончательно уснуть, это густой бархатный смех, заставляющий меня полюбить этого человека ещё сильнее.       Моя семья долго не желала принимать нового альфу. Слишком резкий, доминантный, ворвавшийся в мою жизнь за какие-то пару дней. Его семья же наоборот была счастлива, будто уже и не надеялись, что сын остепенится. Свадьбу пришлось играть скомканную, быструю. Сроки уже давили. Зато с получением диплома не было никаких проблем, поскольку мой наниматель, он же жених, написал такую рецензию на мою работу, будто я ему не дизайн кафе делал, а душу продал. Хотя, отчасти так и было.        Моя пара, моя ореховая любовь.