Вечность

      Летом тысяча восемьсот семьдесят третьего года в семье крупного предпринимателя произошло радостное событие - у них родился ребенок. Роды мадам Барруа длились долго и тяжело, и у женщины, впервые испытавшей подобную боль, даже не было сил прильнуть к своему чаду. Ребенок был непременно долгожданным: после долгих лет неудачных попыток и выкидышей, появление на свет нового члена семьи считалось почти что чудом. Акушерка вскоре поздравила новоиспеченного отца, что у них родилась здоровая девочка, и передала в его дрожащие руки маленький комочек. Малышка еще плакала, привыкая к новым условиям, но из-под мокрых ресниц Виктор все же смог разглядеть ее изумрудные глаза - такие же, как у ее матери. Он аккуратно пригладил влажные рыжие волосы, поцеловал ее маленький лоб и, уже не сдерживая слез радости, поднял взгляд на Жозефину, которая устало улыбалась. - Эмма, - проговорил тот, - спасибо, что выбрала нас. Добро пожаловать в нашу семью.       Когда девочке было девять месяцев, ее маленькой семье пришлось покинуть родной город из-за нараставшей угрозы революции. Поскольку глава семьи теперь входил в число «ненадежных служащих», им было незамедлительно принято решение уберечь своих жену и дочь от изменений, не предвещавших ничего хорошего. Побег их был нелегок: Барруа останавливались в десятке городов и деревень, опасаясь преследований, проходили снежные перевалы и дождливые равнины. Измученным беженцам все же удалось добраться до спокойных английских поселений, где, казалось, жизнь их могла наконец наладиться: благодаря рабочим связям в этих краях господин Барруа смог восстановить свою работу; однако несчастье все равно настигло их семью, и ослабленную переездом мадам Барруа одолела болезнь. Чтобы не подвергать дочь опасности, она неотложно завершила вскармливание грудью, и через неделю после первого дня рождения Эммы скончалась.       Виктор горевал ночами напролет, но стоило солнцу взойти, он брал на руки дочь и старался улыбаться, пока та не уснет в его объятиях. Ее зеленые глаза всматривались в заплаканное лицо отца, и годовалая девочка молча его обнимала, будто зная, как утешить. Господин Барруа в ответ прижимал ребенка к себе и осознавал, что в этой жизни всегда будет место его безграничной любви к дочери.       Шли годы. Наставницы и воспитатели сменялись вокруг Эммы десятками, так и не сумев справиться с ее непоседливым нравом. Девочка росла громкой, шустрой и смекалистой, что вызывало множество несоответствий с привычным образом «скромной и тихой девочки». Поскольку Виктор всегда старался улыбаться перед ней, мисс Барруа стала таким же улыбчивым ребенком. Ей не было равных в деревенских салках, однако на шахматной доске она часто проигрывала отцу; ее множество раз пытались усадить за скрипку и фортепиано, но энергичная девочка таила особую страсть к активному досугу, особенно, к верховой езде. «Лисица-озорница» - так ласково называл дочь Виктор. Единственным «спокойным» занятием, сумевшим покорить внимание Эммы, стало чтение книг, которые и то тщательно выбирались: любовным сюжетам она всегда предпочитала приключенческие истории.        Когда Эмме шел семнадцатый год, господин Барруа скромно обратился к ней, сообщив, что собирается жениться на леди Ито.       Изабелла Ито, дочь знаменитого японского ювелира, славилась в английских кругах своей грациозностью, так красиво инкрустированной твердым характером, блестящим умом и недоступностью. Она потеряла мужа в одной из войн и осталась одна с сыном. Виктор имел тесные деловые отношения с ее отцом, поэтому Барруа часто виделись с Ито как и во время работы, так и на светских мероприятиях. Вскоре встречи перестали назначаться под предлогом обсуждения бизнеса, и Эмма увидела, как они симпатизируют друг другу. Поэтому была не против этого союза, про который господин Барруа говорил: «Это благородство, объединить четыре сердца, потерявших когда-то часть своего счастья».       По мнению юной мисс Барруа, отец и будущая мачеха смотрелись как "медведь" с "пантерой": рыжеволосый мужчина, который успел отпустить бороду, с маленькими живыми глазами и широкими плечами рядом с высокой и тонкой фигурой женщины, чьи волосы напоминали бархат ночи, а глаза - сверкающие аметисты.       После новости о помолвке семей Барруа и Ито последовала следующая - они должны отправиться на родину Изабеллы. Переезд в далекую Японию воспринялся Эммой как захватывающее приключение, в котором она встретится со своим сводным братом.