Воины Вэрэнэ

Наконец Ваэнга закончила. Сердце оказалось пришито к порванным сосудам неаккуратными беспорядочными стежками окровавленных волосин. "Что-то лучше, чем ничего," — подумала аэма оглядывая свою работу. — Ладно, теперь точно можешь идти спать, — сказала Вэррэ. Ваэнга ушла; иллюна стала вворачивать ребра Маното обратно. Когда Вэррэ вернулась, Лаё уже крепко спала. Наутро, проснувшись, воины Вэрэнэ, ночевавшие в 1,(4), узрели на стене надпись углём большими буквами азбуки ритхутикси [так называется алфавит ритху], гласящую: "Если хотите увидеть меня, приходите на пятый мост. Это наша последняя встреча." — А зачем нам его видеть? — не поняла Ваэнга. — Ну, по сути если последняя встреча, значит точно больше информации, — рассудила Вэррэ. — Идём на мост? — переспросила Лаё. Вэррэ кивнула. Когда они пришли на мост, Мхара стоял на краю обрыва и смотрел в противоположную сторону не то с грустью, не то с предвкушением. Плащ его развевался на дующем из пропасти ветру, вися на одной тонкой цепочке на шее духа и обнажая его длинные тонкие руки. Под плащом было какое-то одеяние, для которого нет названия ни в одном языке: такая свободная, мешковатая рубашка с рукавами три четверти, сделанная скорее всего из вэрэнэ (из стеблей вэрэнэ делалась ткань: их начёсывали до состаяния тонких серых нитей и переплетали; одежда получалось немного грубоватой, но приятной телу. Такой метод очень популярен среди вайто, гитий, иллюн и сирюкё. У Вэррэ одежда из вэрэнэ, поэтому она может касаться Мхара, обернув руки своим плащом), примерно на уз (≈15 см) свисающая ниже колен. Плащ всегда закрывал руки Шайгэмы, так что на то, что было под плащом обычно не обращали внимания; сейчас же всё одеяние в целом выглядело странно и непривычно. Порванная грудь выглядела как клетка из рёбер, в которой было заключено израненное, перебинтованное, давно не бьющееся сердце. Дух стоял на цыпочках в паре бзы от края моста (бзы ≈ 2,5 см), что создавало иллюзию, будто он уже падает. Однако Замада пока что стоял твёрдо. — Там, внизу, есть ледяные источники, — негромко сказал дух, по прежнему не глядя на воинов Вэрэнэ. — Не стоит считать, что чем жарче вокруг, тем лучше я себя чувствую, ибо истина — обратное. Вэррэ, ты видела много таких, как я. Так скажи: зачем? Зачем ты делаешь всё это?! Хотя нет, не говори. Вас стоит уважать: хороших врагов и поискать надо. Однако когда из хорошего есть только враги — это тоже плохо. Мне надоели эти страдания, я хочу умереть окончательно, умереть, пусть бы даже ветхая эта душа истлела окончательно, умереть, умереть! Но я не могу. Такие как я не попадают в Чертог Смерти: цвета темнее чёрного не существует. А я не люблю одиночество. И огонь не люблю. Я вообще ничего не люблю! Зачем?! — Мхара перешёл на крик в воздух, не обращаясь ни к кому, и опустился на край дороги, свесив ноги с обрыва. Воинов вэрэнэ он как будто не замечал. — Смысл что-то любить, когда оно не ответит взаимностью?! Когда до меня даже докоснуться никто не может?! Докоснувшись до меня сгорит что угодно кроме огня, камня и вэрэнэ. Поэтому со мной только огонь, камни и вэрэнэ. А воды здесь нет. Если бы вы встали на моё место, вы бы не знали, что делать, куда идти и что говорить. Думаете, я не чувствую боли? И жестоко ошибаетесь, — дух снова встал, наконец повернулся к стоящим лицом, пристально посмотрел на них своими пылающими красными глазами, отошёл от края на два шага, оказавшись в середине моста. "Если бы вы встали на моё место... Вы бы не знали... Куда идти, что говорить... Думаете, я не чувствую боли?... И жестоко ошибаетесь...," — беспорядочно, обрывками носилось в голове Лаё. На Ваэнгу, наверное, монолог Шайгэмы произвёл наибольшее впечатление, и теперь она чувствовала себя как-то не так, не в своей тарелке. Огонь у ног Гоэрэго вспыхнул выше, и от места, где когти Роанысё — Гэманысё касались поверхности моста, по камню стал расползаться орнамент. Теперь узор распространялся быстро, ползя по гладкой чёрной поверхности языками пламени. Завершившись, он вспыхнул огнём, стремясь вверх, и мост потрескался по линиям орнамента, с грохотом обрушаясь в пропасть. Вэррэ и Лаё стояли довольно близко к середине моста и не успели отбежать в коридор. Итак, все, кто находился здесь, падали вниз среди обломков камня.