Голодный зверь

Ацуши имел звериные повадки, которые он вполне мог контролировать. Допустим, это необходимо на работе или во время миссий, чтобы не было конфузов. Единственное место, где можно было расслабиться и дать волю внутреннему тигру — родной дом. А точнее квартира общежития, где тот сожительствовал с Рюноске. Около полугода назад, они стали парочкой. Чувства вспыхнули не сразу, ведь сначала те вовсе убить друг друга желали. Но постепенно, узнавая подробности о партнёре, чувства начали медленно разгораться. Благодаря такому союзу, отношения мафии и агентства укрепились. Словно в средневековье, когда два государства заставляли жениться принца и принцессу. Сейчас же, молодые люди живут, пусть и не идеально, но в целом неплохо. Почему так? Звериные повадки. — Животное. — С ноткой пренебрежения констатировал факт Акутагава, наблюдая за уже обыденной картиной. Ацуши сидел за столом, держа над тарелкой в руках кусок сырой говядины, причём настолько, что с неё капала кровь. Небольшие клыки впивались в волокна мяса, мотая головой в разные стороны, чтобы оторвать еще кусок. Из-за таких неаккуратных действий, вся мордочка была красная, но на это не обращали особого внимания. Тигры не пережевывают, а разрезают плоть клыками и глотают куски целиком. Но из-за того, что Накаджима был сейчас человеком, то не отказывал себе в удовольствии прочувствовать вкус «блюда», тщательно пережёвывая и делая это довольно громко. — За фто тфой. — Ответили Акутагаве, на что тот закатил глаза и молча согласился. Зверь, но его. Личный тигр. Вскоре, с трапезой было покончено. Лицо сразу начали облизывать языком, превратив тот в тигриный. Благодаря чему, умываться стало гораздо проще. А Рюноске смотрел на это, сжимал ноги вместе и кажется возбуждался. Перед ним животное, пусть и не в буквальном смысле, которое вполне способно взять и перегрызть глотку. Вырвать кадык. Сожрать лицо к чертям. Эти мысли и пугали, и будоражили. Словно услышав фантазии брюнета, высшая сила, если таковая существует, послала ему подарок. — Слушай, я не наелся. Сегодня на миссии такого быстрого вора ловили. Он мог скользить по любым поверхностям, словно по льду. Поэтому хочу еще! — Накаджима ощущал голод. Живот тихо бурчал, требовательно прося добавки. — Тогда… Эм… Есть ещё мясо, особое. Правда немного костлявое… — Немного неуверенно начал Акутагава, оттягивая момент. Боялся, что обзовут больным на голову. Или может чего похуже. — Могу предложить… Себя? — Последнее слово сказано максимально тихо, практически шепотом, но это не помогло. — Себя? Но у тебя нет регенерации, как у меня. А поделиться ею не могу. — Казалось, просьба блондина вообще не шокировала. На самом деле, в точности, да наоборот. Сработал защитный механизм, поэтому на эту странную просьбу так спокойно отреагировали. — Знаю, но не переживай. На время, серьёзные раны, вполне могу залатать Расёмоном. А после можно попросить вашего врача помочь. — Выход нашли сразу. Волнение накатило с новой силой. Сердце начало стучать в груди, грозясь выпрыгнуть на стол, прям в тарелку Ацуши. Хотя, вряд ли сейчас кто-то будет против такого расклада. В следующую секунду, Акутагава уже лежал спиной на столе, руки были зафиксированы чужой ладонью над головой. Над ним нависал Накаджима, уже не похожий на милого домашнего кота: клыки слегка подросли, изо рта начала капать слюна, а запах начал бить в нос. Запах зверя, крайне сильного, который легко растерзает тело под собой и сожрет, не подавившись. Последнее, как раз входило в планы, но может не до конца. — «Блять… Ацуши, пожалуйста…» Просьба пронеслась в голове, но в чем та заключалась, никто не знает. Акутагаву сковал настоящий страх, наверное, впервые перед возлюбленным. А мальчик-тигр всё чувствовал и ему это чертовски нравилось. Решив растянуть удовольствие, мордочка опустилась в тонкой бледной шее, начав легонько покусывать верхний слой кожи. От каждого укуса тело под ним вздрагивало и жмурилась. Даже не прикасаясь к груди, можно услышать, как быстро бьётся сердце. Это естественный страх перед диким зверем. — Ты меня боишься? Мф, как мило. — Издав короткий смешок, Ацуши выпустил коготки свободной руки и разорвал футболку к чертям. Такое действие заставило Акутагаву громко зашипеть, сжав ладони в кулаки до белых костяшек. Тряпки бросили в сторону, дабы не мешались. На груди красовались неглубокие раны, из которых начала сочиться кровь. Алый напиток, который нравился зверю и сразу приступили к дегустации. Губы ласково поцеловали середину шрамов, а после провели шершавым, словно наждачка языком. Ощущение не из приятных. Было больно, поэтому попытались вырваться из цепких лап, сильно брыкнувшись, на что получили в ответ грозное рычание, заполнившее помещение. Ощущение, словно в груди было двести ударов в минуту, если не больше. Мышцы, словно по чужому приказу, свело от холодного ужаса, что проник под самую кожу. — Прости… Мне просто больно. Можно мягче? — В голосе теплилась надежда, что к нему прислушаются. — Мягче? Я буду сжирать твою тушку. Терпи… — Приказал Накаджима и тут, чуткий нос что-то уловил. То, что вызвало широкую и наглую улыбку. — Ты… Возбудился? Ха, похотливая сучка уже потекла? Со страхом перемещался стыд. Щёки начали краснеть вместе с ушами, глаза бегать по потолку и стенам. Серьёзно, каким образом можно возбудиться от того, что от тебя сейчас кусочки будут отгрызать? Только больной на голову. Но не сказать, что это плохо. Даже наоборот, добавляет остринки в сексуальные отношения. А тем временем, втянув коготки, свободная рука плавно скользнула ниже, забираясь под штаны и нижнее бельё. Пальцы начали водить по складкам половых губ, ощущая, что возлюбленный уже достаточно намок. Чтобы в таком количестве, в нестандартной ситуации — впервые. — Я буду тебя ебать и жрать одновременно. Как тебе план, малыш? — Раздался голос над ухом. В этот момент, послышался трещание ткани. Штаны и трусы нещадно разорвали, оставляя только тряпье. Средний и безымянный палец медленно проникали внутрь, сгибаясь в фалангах. Плавные движения синхронизировались с легкими покусываниями шрамов на груди, которая вся была в крови. Язык тщательно вылизывал кожу, дабы не оставлять ни капли угощения. — «Ацуши… Трахни меня. Выеби, молю. Мне нужен твой член. А потом сожри… Сожри без остатка. Хочу быть с тобой вечно» Трезвые мысли постепенно закрывались пеленой возбуждения. Из вагины уже текла природная смазка прямо на пальцы Накаджимы, который немного увлекся и буквально трахал таким образом любимого. И чтобы не становилось слишком скучно, клыки резко вонзились в мягкую правую грудь, не слишком глубоко, а после оторвали кусок мяса. На глазах Рюноске выступили слезы, а со рта сорвался крик. Адски больно. Но в тоже время хотелось намного большего. Расемон, как и предполагалось, из остатков одежды залатал дыру, чтобы кровь сильно не вытекала. — Не знал, что ты такой вкусный. Мф, даже специй не нужно. — Мальчик-тигр довольно облизнул губы, испачканные кровью. Вытащив пальцы, оставляя за собой ноющую пустоту, Акутагава заскулил, став жалобно смотреть на возлюбленного, который отпустил его руки и начал сам раздеваться. Тело сложено, словно с древнегреческих статуй: крепкие плечи и грудь, кубики пресса, в меру мускулистые руки в венах. От одного вида можно кончить, но дальше сняли всё снизу… И нет, засмотрелись вовсе не на ноги, а на тигриный член клиновидной формы, который был покрыт костяными наростами, направленные к телу. — Попроси хорошенько. — Приказал тигр, вонзая свои острые, как бритва, когти по бокам талии Акутагавы. С чужих уст сорвался громкий крик боли, а из глаз потекли ручьем слезы. Но несмотря на столько грубое обращение, тот потек только сильнее. — Папочка… Пожалуйста, выебите меня… Моя киска принадлежит только вам. Прошу, наполните меня спермой. Будьте грубее. Выбейте из меня всю дурь! Ну прошу! Молю! — Постепенно голос становился громче. Рюноске уже не мог терпеть и его вознаградили. Тигриный орган начал входить внутрь; получалось довольно плавно из-за количества естественной смазки. Последующие движения бёдрами терзали стенки, которые сжимались вокруг члена. Из-за этого пошла кровь, но вряд ли на неё кто-то обратит внимание. Теперь не только грудь, но и живот, руки, шею — выдирали куски из всего, до чего можно было дотянуться. — «Больно… Больно…» Вместе с кровью, словно утекала жизнь. С каждым вырванный куском, разрушалась душа. Фантазия достигла своего апогея и Рюноске был очень доволен происходящим. Накаджима так же доволен, но по своему. Тело, такое чистое и нетронутое, наконец было испорчено. Множественные раны, как от когтей, так и от клыков, покрывали каждый сантиметр. Бёдра непроизвольно вдалбливались внутрь, да так, что таранили матку, намереваясь оплодотворить. Сейчас блондином руководили лишь животные инстинкты. Доминировать и размножаться. — Заполни меня! Пожалуйста, я скоро… Ацуши… Блять… Сознание отходило на второй план. Постепенно Акутагава закрыл глаза, почти не в силах держаться. В момент, когда член толкнулся максимально сильно, ощутил внутри разливающее тепло. Сперма ударила в матку, наполняя ту до краев, а разбухший узел повышал шансы на беременность. Сейчас это не волновало брюнета. Он тут же отключился, с улыбкой на лице. Ацуши начал постепенно зализывать раны на чужом теле, и благодаря слюне, они постепенно затягивались. Вскоре, те оказались в кровати, когда узел спал. После такого, мальчики заслужили отдых.