Бездна его проблем

      По комнате раздавались вздохи и тихие постанывания. Кровать скрипела, рейка на ней явно уже давно бы отвалилась, если бы хозяин комнаты не был бы мастером на все руки. Жар разгорячённых тел был по всей комнате, с каждым разом скрипы кровати становились всё громче, будто она сама просила о помощи. Хрупкое тело с белоснежной натянутой кожей вдалбливали в предмет мебели, на нём оставались красные укусы и следы от пальцев. Сейчас Вакаса был похож на произведение искусства. Из сиреневых глаз лились толи слёзы блаженства, толи яркие кристаллы свободы, на лицо падал красивый свет заката Токио, красного такого, переваливающегося. Всё тело было в красных пятнышках со следами от зубов и царапинами от длинных ногтей парня сверху. Белоснежные волосы то и дело падали на лицо, их приходилось в спешке завязывать какой-то резинкой с тумбочки. В общем, чудо какое-то, а не человек. Пока его активно вдалбливали в кровать, Вакаса сквозь отросшую чёлку любовался на того, кто это делал. Шиничиро всегда казался Вакасе слишком красивым, хотя на фоне Ваки никто его и не замечал. Парень ростом под два метра, тёмные волосы, курносый аккуратный нос и тёмные, словно бездна, глаза. Эти глаза и стали бездной для Вакасы, как говориться, стали его приговором на обречённую жизнь в безответной любви и муках. А ведь красиво начиналось, они будто инь и янь, две противоположности, а по всем известному правило две противоположности сбли… да к чёрту это правило, они и правда сблизились, но, к сожалению, не в том плане, в котором хотел бы Имауши. Ведь красивая историю любви не начинается дружбой и не продолжается сексом без обязательств. Когда они начали трахаться по приколу никто из них и не понял, просто как-то закрутилось всё, Шиничиро не везло с девушками, а Вакасе не везло с Шиничиро, вот такие пироги. Да и тем более тело Имауши было намного лучше чем женское, да ведь? К слову, сам Вакаса не знал, лучше или нет, но был уверен со слов друзей, что это было так. Шиничиро сделал ещё пару толчков, а Вакаса двинулся к нему навстречу тазом, когда над ухом белобрысого раздался протяжный сон, а рёбра стали очерчивать длинные пальцы. В следующую минуту рядом с Вакасой на кровать упал и Шиничиро. Он тяжело дышал, но на его лице была солнечная улыбка, взглянув на которую Вакаса тоже улыбнулся, прикрыв лицо одеялом. Почему-то после секса у них была неловкая пауза, будто нечего сказать вовсе, а потом Шиничиро начинал говорить обо всяком, будто ничего и не было. Так было всегда, и сегодняшний день не станет исключением, как и все последующие дни, недели и месяцы.       Шиничиро аккуратно приподнялся и уселся в позу лотоса, недоумевающе смотря на засыпающего Имауши. Последнее, что видит Вакаса перед погружением в сон, это такое мягкое выражение лица Сано, которое он до этого не видел ни разу. Просыпается он уже на следующее утро, так бывало часто, после секса с этим зверем он мог проспать и больше. И то, проснулся он не от этого, а от того, что в комнату ввалился Дракен и Майки. Эти два полудурка подкрались вплотную к кровати и резко крикнули что-то. Вакаса вскочил, протёр итак заспанные глаза и в упор уставился на парочку голубков, которые словно два трясущихся котёнка смотрели на Имауши со страхом. -Вы идиоты или да?-Вакаса, поняв, что это всего лишь эти двое, лёг на подушку обратно. Тело ломило, голова словно была приклеена к подушке, а ноги были ватными и даже не реагировали на команды своего хозяина. -Вакаса, что-то ты зачастил у нас ночевать.-Майки, откуда-то из-за спины Дракена взбудораженно и с явным намёком, негромко отозвался и снова притих.       Взгляд старшего упал на руки Сано младшего, которые покоились на талии Дракена. Ох уж эти влюблённые подростки. Вакаса только вздохнул и отвернулся от них, лёг на другой бок и под чужие взгляды снова пытался уснуть, но, видимо, сегодня был не его день. В комнату ворвался Шиничиро, всё такой же жизнерадостный и весёлый. Взглянув на комочек Имауши он не удивился, аккуратно положил поднос с едой на пол и начал выталкивать мелочь из комнаты, Майки долго сопротивлялся, но, в конечном итоге, вышел с надутым лицом. -Вакааа, ты как там? Обычно не спишь же так долго.-Шиничиро аккуратно лёг на кровать рядом с Вакасой, приспустил одеяло с его плеча, увидел засосы и ухмыльнулся. -Нет, это ты обычно не встаёшь так рано.-Вакаса фыркнул, резко развернулся лицом к черноволосому. Взгляд уставился сначала прямо в чёрные глаза, затем на руку, которая жестом призывала лечь ближе. Имауши приблизился, прчувствовал запах блинчиков от знакомой белой футболки, а затем почувствовал чужую руку на талии под одеялом. Эти резкие дружеские приливы нежности были с Шиничиро всегда, правда жаль, что сам Сано не понимал, что именно от этого у Имауши сердце колотилось в ритме вальса. Когда лежишь вот так возле человека, в его объятиях, хочется утонуть или захлебнуться. -Ты злой с утра, обычно же наоборот меня успокаивал.-Шиничиро говорил прямо на ухо, шептал, обжигая тонкую кожу горячим дыханием. -Не с той ноги сегодня встал.-Вака резко вырвался из чужих объятий, сел на кровать, взглядом стал искать свою футболку, которую они в спешке откинули вчера. Она висела на краю кровати, аккуратно расправленная и разглаженная, будто Сано сам с утра включил утюг и гладил её. Натянув чёрную футболку-платье, он вскочил с кровати и аккуратными шажками подошёл к окну, выходящему на задний двор. Сано старший аккуратно подошёл сзади и положил руки на ушки бёдер Имауши. Сейчас Вакаса не понимал, в каких они отношениях, но отчего-то было спокойно. Резкий стук вывел из колеи. В комнату заглянула Эмма. Обернувшись, Вакаса увидел на лице девушки улыбку, она извинилась и положила что-то на тумбочку около кровати. Беловолосый вывернулся из чужих недо-объятий и вышел из комнаты, оставив Шиничиро со своими мыслями.       В кухне было светло, а ещё чересчур шумно. Как оказалось уже с утра в доме Сано было дофига народу. Откуда-то приполз Изана, Такеоми, Бенкей, ну и всё те же Майки, Дракен и Эмма. Заметив спящую красавицу ака Вакасу, Бенкей поперхнулся, а Такеоми заржал во всю голосину. -Доброе утро, Вака-сан, будешь что-то? Шиничиро блины готовил, а есть ещё много чего намного съедобнее.-Эмма возилась с посудой у раковины. -А? Нет, я не голоден.-Имауши придвинул стул к столу и уселся напротив своих друзей. Заприметив рядом чайник, он аккуратно налил себе пол-стакана и насыпал туда три ложки сахара. Друзья всё так же испепеляющим взглядом смотрели на беловолосого, будто хотели испепелить его взглядом. -Хватит на меня пялиться.-Сиреневые глаза резко сфокусировались на еле-сдерживающихся лицах друзей от смеха.-Ну вы и идиоты. -Вакас, ты уж определись, кто идиоты, мы или эти двое, как по мне на роль идиотов подходим мы, а им можно и более унизительную кличку придумать.-Майки отвлекся от разговора с Изаной и с долей язвительности глянул на Имауши. Между этими двумя всегда была такая недо-ненависть, будто Майки ревновал брата к другу. Или не к другу, тут уже было не особо понятно. -А как по мне вы все идиоты, и вы с Кеном и эти двое. Что вы пристали то с утра?-Вакаса снова недоумевающе глянул на друзей и увидел всё ту же картину встал из-за стола и потопал обратно в комнату. Честно говоря, его немного заебало такое отношение к нему и со стороны друзей, и со стороны Манджиро. Войдя в комнату, он увидел Шиничиро, развалившегося на кровати в позе звезды. -Эй, двинься.-Вакаса буквально прошептал это, чтобы лишний раз не тревожить и без того беспокойный сон старшего Сано. Вместо того чтобы двинуться он протянул длинные руки и потянул Вакасу на себя. -Ну всё всё, Вак, успокойся, всё нормально.-Он, аккуратными движениями вверх-вниз, поглаживал чужую спину. В такие моменты Вакаса действительно успокаивался, и теперь никто не мог вывести его из этого состояния, по крайней мере пока он лежал в объятиях тёплых длинных конечностей.                               ***       Вакаса шёл куда-то, где его никто не найдёт. Вечерний Токио одаривал своих жителей красивым переливающимся закатом. Вскоре впереди показался берег лазурного пляжа и вода, отражающая в себе лучи заходящего солнца. Вечером в Токио было прохладно, но Имауши это ничуть не смущало, наоборот, он ходил в одежде, которая была всё легче и легче. Может он хотел заболеть, а может ему просто нравилось чувствовать холод и понимать, что он всё ещё физически жив. Спустившись по ненадёжным ступеням в самый низ, он наконец по-настоящему взглянул на вид, открывающийся с пляжа. Японское море переливалось яркими красками, словно в сказке, а песок блестел, словно этими мелкими крупицами являлось само золото. Вакаса часто приходил сюда когда ему было совсем не по себе, хотя ещё чаще он приходил сюда после очередного дня, проведенного с Шиничиро рядом, потому что бежать от своих чувств куда-то в другое место становилось невыносимо. В такие моменты он не понимал, что же всё же между ними. Они любовники? Или это просто по расчёту? Но ведь когда трахаешься с кем-то по расчёту ты вряд ли будешь этого человека обнимать всю ночь. Неизвестность и недосказанность витала в воздухе, оставляя за собой неприятный след. Сама Имауши не хотел признаваться в чувствах, он попросту не хотел рушить особую связь между ними. Ту связь, которая возникает тогда, когда один из партнёров чего-то не знает, но это идёт ему на пользу. Сзади послышались шаги, которые приближались и становились всё громче. Вакаса хотел бы думать, что это не кто-то из семьи Сано. На плечо упала хрупкая рука, а затем рядом на мокрый песок присела Сенджу. -Эй, Вака-чан, что случилось?-Сначала Сенджу сделала вид, будто не понимает, но затем выражение её лица сменилось на более унылое, а взгляд устремился куда-то на закат.-Опять ты за своё, я уже не могу видеть тебя в таком состоянии. Девушка вздохнула. Вакаса был для неё очень близким человеком, она провела с ним почти всё своё детство и со временем стала замечать, что когда он рядом с Шиничиро, то с ним что-то не так. Он менялся в лице, с некоторого строгого и нахмуренного из-за бровей он менялось на тёплое и мягкое. Взгляд расслаблялся, нос и некоторое участки кожи на щеках румянились, да и в принципе он из скованного и напряжённого превращался в облако, такое же мягкое и пушистое. Имауши всё так же молчал, уткнувшись в локти. -Ну вот скажи, что ты в нём такого нашёл, что убиваешься теперь каждый день?-Беловолосая девушка всё не унималась, она подскочила на ноги и принялась ходить туда сюда и размышлять.-Слушай, может ты ему признаешься, а? Может это всё взаимно и ты только зря убиваешься и страдаешь?- она остановилась, посмотрела на качающего головой Имауши и продолжила,-Ты вообще видел как он на тебя смотрит?       Сенджу встретилась с недоумевающим взглядом сиреневых глаз, в которых прямо был вопросительный знак. Она присела на корточки, оглянулась по сторонам и , убедившись, что вокруг никого нет, прошептала -Да он просто сто процентов влюблён в тебя, вспомнить только тот раз, когда вы все вместе сидели и пили пиво в мастерской! Глаза Вакасы распахнулись. До этого они были наполнены солёной влагой, но сейчас в них было и что-то ещё. Сенджу начала перечислять ещё множество моментов, в которых, как кажется, она была сто процентов уверена. Вакаса просто слушал, не говорил абсолютно ничего и пытался вникнуть в суть сказанного. -В общем, ты просто должен попытаться ему признаться! Это важно! И ещё кое-что…-Девушка замялась, говорить для неё такое было немного стыдно, но она полу-шёпотом продолжила,-Попробуй сначала хотя бы намекнуть когда у вас там всё к этому будет идти -К чему?-Вакаса с недоумением глянул на, уже красную как помидор, девушку. -Не делай вид, что не понял! Я тут тебе помочь пытаюсь а ты только издеваешься!       Имауши рассмеялся, а за ним и Сенджу. Несмотря на тяжесть в голове, дорога до дома казалась беловолосому лёгкой и успокаивающей. Была уже темень, улицы освещали тусклые, еле заметные фонари. Прохладный ветерок, обдувающий лицо, уносил с собой проблемы. Ввалившись домой Вакаса сразу лёг в постель. Было непривычно засыпать без тела под боком, без объятий и без тепла, словно он забыл что-то важное, но что, конкретно, он объяснить не мог. Ночь уносила с собой слёзы печали и тоски, уносила переживания и обиды, но не уносила главного — чувств.       Яркие лучи утреннего солнца светили прямо в лицо. Пора купить уже чёртовы шторы. Вакаса открыл один глаз, резко повернулся в сторону и, не обнаружив никого рядом, вспомнил, что вчера он вернулся к себе. Дома комфортно не было. Было слишком тихо, чисто и аккуратно. Казалось, что дома у Сано, где не всегда чисто, чаще всего всё разбросано и безумно шумно, намного комфортнее. Да, иногда этот шум бесил, иногда Вакаса даже взрывался на источники этого шума, но это происходило настолько редко, что теперь тишина стала отвратительно тихой. Встав с кровати и потянув руки, Вакаса отправился на кухню. Квартира была слишком большой, потому что родители предполагали, что их сын заведёт семью и будет жить с ними тут. Три комнаты, огромная кухня и два туалета. Раньше тут они собирались чёрными драконами, но сейчас сюда стали приходить всё реже, потому что самого хозяина квартиры дома не часто найдёшь. Съестного дома ничего не было, зато было кофе, три в одном но хоть какое-то. Поставив чайник кипятиться а чашку не стол, Имауши потянулся за телефоном, который не бренчал как обычно. Пропущенных уведомлений не было, хотя нет. Было одно. От Шиничиро. Беловолосый не хотел читать поэтому просто пытался открыть уведомление, но глупый фэйс-айди решил иначе. Сообщение было коротким, но говорило о многом: «Вак, ты где? Мы тебя весь вечер ждали, Изана даже искать пошёл, но тебя дома не было. Приходи как прочтёшь, пожалуйста.»       Сообщение не особо обрадовало, а даже наоборот, разочаровало. «Мы» ждали, «Изана пошёл искать», а почему не ты, Шиничиро? Разве я тебе настолько безразличен? Не «я искал тебя и ждал» а вот это. Он, безусловно, был рад принятию от семьи Сано, но хотелось бы быть принятым только одним членом этой семьи. Сделав глоток месива под название «кофе» Имауши поморщился и, поставив кружку с недопитым напитком в раковину, прошёл в комнату, накинул на себя новую футболку, схватил ключи с тумбочки у входа и вышел из квартиры. Улицы Токио были оживлены. Сегодня был выходной, все шли гулять по торговым центрам или паркам, ведь жара была невыносимая. Несколько детишек бегали по улице с водяными пистолетами, стреляя в окна соседских квартир. Дорога до дома Сано занимала буквально минут семь, но сейчас хотело добежать до туда за минуту, чтобы посмотреть этому чёртову предателю в глаза.       На стук выходит Курокава. На вопрос о том, где Шиничиро, он отвечает, что тот только что ушёл искать самого Имауши, но предлагает пройти тому в дом и подождать его тут. Вакаса проходит в, уже чистую, приходую. Кажется тут поработала целая клининговая компания, не меньше. Сегодня тут тихо. В гостиной сидит Эмма и, кажется Какуче Хитто, который уже сколько лет добивается Изану. Они разговаривают, но их диалог прерывает Курокава, который плюхается на диван рядом с Какуче и кладёт на него свои длинные, худые ноги. Второй явно начинает смущаться, но вижу не подаёт. Взгляд Эммы падает на Вакасу, что-то в её выражении лица меняется, но будто она это пытается чётко скрыть. -Привет, Вака-сан, мы тебя вчера все вместе ждали, ужин же был семейный, я столько еды наготовила. Там в холодильнике ещё осталось рагу и рис.       Вакаса уселся на кресло рядом с Эммой и отчаянно вздохнул. Все тут же уставились на старшего. Эмма смотрела с неким явным удивлением, будто ждала когда Имауши начнёт говорит первый, а Изана и Какуче, которые дурачились пару минут назад, переглянулись и стали шептаться о чём-то.