Поверить в собственную ложь

***

— Очень?       Варя бесстрашно смотрела в его глаза, пока конечности с каждой секундой превращались в вату. Ситуация с безжалостной скоростью несла её к знаку «необратимо», а Ветрова не могла даже пошевелить ногой, чтобы нажать на тормоз.       Еще пару метров и она разобьется. — Просто забудь. — Если ты не отдаешь отчет своим словам, то не советую на обычных перепалках заходить так далеко.       На секунду принцесса Штормграда почувствовала себя маленькой девочкой, которую ругают за то, что она решила играть со спичками. Хотя находиться с Князевым один на один в пустом офисе явно было не намного безопаснее.       Его взгляд каким-то образом действовал на нее, как дым. Дыхание сбивалось, будто от недостатка кислорода, мозг с трудом воспринимал реальность, а сердце бешено колотилось в груди.       Если она ничего не предпримет, то огонь заполнит собой всё пространство, однако Варе казалось, что он оставляет на ней ожоги уже давно. — Что между нами происходит?       Она же говорила, что не любит журналистов? Так вот, больше всего Ветрова не любит в их профессии то, что они придумывают вопросы, на которые она не может ответить.       И сейчас был тот самый случай.       Варя прикусила изнутри щеку, пытаясь придумать весомую причину, почему она должна встать и уйти в эту же секунду.       1. Провокационная статья — лишь ущербная попытка развалить команду.       2. Фиктивный брак — лишь вынужденная мера, которая должна спасти их репутацию.       3. Ее чувства — ложь, которую она выдумала.       Причины наслаивались друг на друга, словно коржи на многоярусный торт, но не эгоистичность Князева, не её гордость и даже Варино не самое положительное отношение к сексу без обязательств никак не влияли на молодой организм.       Ей оставалось буквально пару метров, чтобы врезаться на полной скорости в свою же нерешительность. — Что ж, можешь не отвечать. — Прекрати на меня давить! — не выдержала девушка, ощущая во рту привкус крови. — Я не знаю, не знаю, что между нами происходит, понимаешь? — Не знаешь? — он неожиданно усмехнулся, складывая руки на груди.       И почему Фил не желал ворваться в кабинет сейчас? Его появление её бы спасло. — Я хочу сказать… — она втянула носом воздух, который совсем не остужал температуры ее тела. — Боже, ну это невозможно, прекрати на меня так смотреть! — О, нет, я хочу посмотреть, — хмыкнул в ответ Влад, как назло начиная пялиться лишь сильнее. — Как я могу пропустить ситуацию, когда ты не знаешь, что ответить? — Спасибо, стараюсь удивлять, — огрызнулась волшебница, нервно теребя под столом краешек юбки.       Прикусив губу, она отвела взгляд к стеллажу во всю стену, лишь бы не видеть, как Влад принялся закатывать рукава рубашки, освобождая ту от запонок.       Он был ужасным фиктивным женихом, потому что роль настоящего подошла бы ему намного лучше. — Подойди, пожалуйста.       Она вновь посмотрела на него — Влад откатился на кресле ближе к окну, вероятно ожидая, что она сейчас обойдет стол и сделает несчастные несколько шагов в его сторону.       Он сидел в засаде, притворяясь белым и пушистым, в то время, как Варя отчетливо видела очертания его клыков, готовых отобрать у нее последние трезвые мысли. — Я достаточно близко, чтобы услышать тебя. — Ветрова, мне повторить?       Его плечи напряглись, а на шее выступила вена, притягивая её внимание. В голубых глазах сверкнуло пламя, что в принципе не поддавалось законам цвета, однако именно оно заставило её подняться со стула.       У Вари не было столько силы воли, чтобы смиряться с его властным тоном и одновременно с этим контролировать жар на щеках.       А педаль тормоза нажать у нее все еще не получалось. — И что ты не смог сказать, когда я сиде…       Собственный вскрик заглушил все слова. Никто её ещё так беспардонно не подхватывал за бедра, усаживая на стол.       Святой Сказочник, он что, рехнулся?       Взгляд скользнул по широкой груди, что оказалась на уровне ее глаз. И снова этот хвойный аромат. Слишком много и слишком мало одновременно.       Он поцеловал ее прежде, чем Варя успела что-либо сказать. И, на удивление, это не было похоже на борьбу. Движения губ были таким ощутимым противоречием их словам, что от ощущений начала кружиться голова. Князев мог с уверенностью сказать, что так они ещё не целовались.       Невыносимая ведьма. Он правда собирался остановиться на их очередной словесной перепалке, а не хватать её, усаживая на блядский стол.       Тем не менее, Владу казалось, она заслужила это за все те дни, что изводила его своими собственными тараканами в голове.       Его руки мягко очертили изгибы её тела, останавливаясь на талии, которую подчеркивало облегающее фигуру платье. Он давно мечтал касаться её так, как не мог бы касаться никто другой. — Влад…       Она ахнула, стоило ему уделить       внимание её шее, оставляя на нежной коже укусы. Эта часть тела всегда была её слабым местом, и Князев добрался до него слишком быстро. — Уверена, что не знаешь, чего хочешь?       Неожиданный шепот выбил почву из-под ног. Если бы Варя стояла, то в эту же секунду свалилась бы на пол и навряд ли смогла бы с него подняться.       Стоило ли вообще отвечать на его вопрос?       Сейчас, пока он стоял между её ног, смотря сверху вниз таким взглядом, что у нее по плечам рассыпались мурашки, а низ живота охватывало трепетное волнение, волшебница как никогда знала чего хочет.       В лучшем случае им следовало бы остановиться, но напряжение усиливалось с каждым его новым поцелуем, с каждым её новым тяжелым выдохом. Любой, кто попытался бы отключить провода сейчас, умер бы от удара током.       Тело предательски перестало слушаться, будто никогда ей и не принадлежало. Руки легли на крепкие мужские плечи, что так хорошо ощущались под тканью. Плечи, на которых она желала бы оставить царапины, и не оставить рубашки, что сейчас стала ужасной преградой. — Тебе нравится?       Ей нравилось. И это было плохо. Нравилось, как по местам укусов приходился его язык, нравилось, как перекатывались мышцы под её ладонями.       Она медленно забывалась — вот, что ей во всей этой нирване абсолютно не нравилось! — Пообещай, что об этом никто не узнает, — она не видела его лица, но отчетливо почувствовала кожей улыбку, в которой растянулись слишком мягкие для него губы. — Обещаю.       Этого хватило, чтобы потерять любой контроль, который до этого она хоть немного держала при себе.       Они столкнулись в очередном опьяняющем поцелуе, сплетаясь языками и, кажется, забывая при этом дышать. Варя притянула его ближе, впиваясь ногтями в плечи, из-за чего Князев качнулся вперед, тут же опираясь руками о столешницу по обе стороны от нее.       Его рубашка все еще мешала, и Ветрова без колебаний потянулась к маленьким пуговицам, расстегивая те одну за другой. Влад без лишних слов помог ей стянуть с себя лишнюю одежду, и девушка не смогла сдержать восхищенного вздоха — его тело было слишком привлекательным, начиная от широких плеч и заканчивая мышцами пресса, так эстетично украшающими светлую кожу.       Она наделась, что во время фиктивного брака найдет в нем дополнительные минусы, но пока что открывала для себя лишь соблазнительные плюсы.       Варя привстала, дотягиваясь до его шеи, чтобы оставить там пару синяков, пока мозг вновь не начал работать в привычном режиме, и она могла не беспокоиться о том, что будет завтра. — Блять… Ты невозможное искушение, Ветрова.       Он притянул её к себе за подбородок, глубоко целуя, когда второй рукой скользнул по её правому бедру, чуть приподнимая и сжимая плоть. Варя была уверена, что завтра обнаружит на том месте следы от его пальцев.       Нельзя сказать, что эта мысль не звучала привлекательно.       Впервые она полной грудью вдыхала его парфюм, не боясь, что это сведет с ума. Куда больше сейчас с ума сводили его руки, которые поднимали ее платье всё выше к талии. Он был так близко, что мышцы влагалища сжимались, пока Варя в предвкушении кусала губу.       Всё, что происходило между ними было ненормально, но её белье от этого суше не становилось. Собственно, ничего нового.       Ее острые шпильки давили на его ягодицы, но, судя потому, что Варя чувствовала на внутренней стороне своего бедра его эрекцию, Влада её обувь явно не беспокоила. — Белое… — от его глухого стона в ногах пробежала дрожь. — Святой Сказочник, ты меня убьешь.       Её лицо стремительно начало краснеть от осознания, какое бельё она надела. Это был почти новый комплект и выглядел он, как бы сказать помягче… довольно интригующе. — Пожалуйста… — она не ожидала, что голос прозвучит так хрипло и в то же время жалобно.       Возможно, ей следовало бы поработать над своей выдержкой на досуге… — Боже, Влад!       Волшебница вскрикнула, когда он приник пальцами к её насквозь влажным трусикам, надавливая прямо на клитор. А в следующую секунду за спиной послышались звонкие удары о ламинат. Варя вздрогнула от неожиданности, не сразу понимая, что столкнула на пол органайзер с канцелярией и вдобавок тяжелую стопку папок с документами. — К черту, — мужские ладони, поглаживающие её бёдра, вновь захватили все Варины мысли. — Не отвлекайся на эту ерунду.       Навряд ли Ветрова смогла бы долго думать о каких-то бумажках, когда её возбуждение пропитало белье и вот-вот должно было начать стекать по бёдрам. Но она не собиралась сознаваться в этом. Не Князеву, который и устроил весь этот беспорядок.       Однако уже в следующую секунду глаза Вари из почти закрытых стали похожи на монеты, а рот приоткрылся в беззвучном шоке. — Что ты делаешь? — по ее позвоночнику прошла волну мурашек, а голос дрогнул. — Исполняю свою мечту, милая.       Ещё никогда взгляд принцессы Штормграда не был настолько стеклянным, однако и Влад до этого не опускался перед ней на колени. Он довольно улыбнулся её реакции, желая запечатлеть это в памяти навсегда. Если бы было возможно, то он купил бы для воспоминания чертову рамку. — Влад… — ее тихий писк привлек внимание.       Варя заметно покраснела, а губы припухли от укусов и поцелуев. — Ты против? — Н-нет, просто… — Тогда ни о чем не думай и получай удовольствие.       Он не стал спешить, лишь подразнивал, целуя её икры, местечко под коленкой, пока плавно не дошел до внутренней части бедра, слыша неуверенный стон. Честно говоря, Влад до сих пор не понимал кого из них двоих дразнил этим больше, потому что сам находился уже где-то ниже преисподней.       Он провел руками по талии, собирая ткань платья чуть выше, опустился поцелуями на ее живот, и уже касался губами лобка, когда волшебница вдруг схватилась за его волосы. — Постой, — простонала Ветрова, но её ноги сомкнулись вокруг его шеи, намекая на обратное.       Член неприятно упирался в грубую ткань брюк, и Влад не знал, сколько ещё сможет так протерпеть. Уронив голову на нее, он громко выдохнул, наверняка опаляя горячим дыханием ее мокрое белье. — Говори, — попросил он, с каждым мгновением лишь усиливая её желания.       Боже, его губы были так близки, чтобы впиться в нее внизу, что она даже забыла, как её зовут, а не только то, что хотела ему сказать. — Потом расскажешь, — наконец произнес Влад и за считанные секунды избавился от ее трусиков.       Варе в какой-то момент показалось, что она находится под водой. Тишина оглушающе давила на уши, голова была словно стянута тугой веревкой, но когда он провел языком по влажным складкам, всё её тело дёрнулось. — Это… блять… — она не подобрала подходящего слова, хотя, поверьте, знала их предостаточно.       Пальцы впились в краешек стола, а из горла вырвался протяжный стон, когда он принялся кружить языком вокруг её клитора.       Ветрова слышала достаточно негативных отзывов о таком виде удовлетворения, но ей, видимо, просто по невероятно счастливой случайности, выпал джекпот.       Влад не прекратил её касаться, когда Варя, зарывшись в его волосы, направила его голову туда, где было приятнее всего. Он выбрал один ритм и повторяющиеся движения, которые вырывали из её груди всё новые восторженные вздохи.       С каждой дополнительной минутой её тело реагировать острее: ноги подрагивали, внизу живота закручивалась спираль, а напряженные соски терлись о ткань бюстгальтера. Честно говоря, Варя уже была готова к тому, что от её ёрзанья со стола может свалиться что-нибудь ещё. — Пожалуйста… Добавь, пожалуйста, пальцы, — каждое слово с расстановкой, каждое — почти на грани стона.       На ее удивление, он услышал. Варя почувствовала, как мужские пальцы начали нежно массировать промежность, слегка надавливая, а затем без труда проникли внутрь, отчего из её груди вырвался рваный стон, в то время как она сильнее оттянула его волосы.       Влад продолжал доводить её до чертовой агонии и вырывать совершенно непристойные звуки, посасывая набухший клитор. Не меняя амплитуды, лишь подталкивая Варю к экстазу со жгучей интенсивностью, от которой всё внутри сжималось и пульсировало.       На тело начали накатывать знакомые волны удовольствия, руки потряхивало, а Варя с сокрушением заметила, что подмахивает бёдрами, в желании сохранить крышесносное трение. — Влад! Господи, Боже мой… Пожалуйста…       Он продолжил свои махинации, создавая вакуум, от чего хотелось закричать. Но когда его пальцы согнулись внутри, стимулируя ребристую область её стенок, Ветрова поняла, что конец к ней намного ближе. Она была уверена, что он почувствовал, как она сжалась вокруг его пальцев, и именно поэтому ускорил движения, чуть интенсивнее, щёлкая языком по пучку нервов. — Да! Черт, я… так близко… я… Я хочу, чтобы ты поднялся! Влад, прошу!       Это была единственная мысль, которую смог проанализировать её мозг. Будь она в другой ситуации, или, может, в другой реальности, никогда в жизни не сказала бы такого, но, находясь на грани оргазма, ей до слез нужно было ощутить его рядом с собой.       Ощущения на клиторе изменились и только спустя пару секунд Варя поняла, что его язык сменился большим пальцем, совершающим круговые движения. — Чего ты хочешь, милая?       Она находилась на опасной грани, и Влад, вероятно, знал об этом тоже. Каждое движение отдавалось острым желанием наконец отпустить себя.       Ее зрение сфокусировалось на Князеве. На его мокром от ее соков подбородке, на растрепанных прядях и на затуманенном вожделением взгляде. Он даже так выглядел до безумия безупречно, и сейчас это ни капли не раздражало. — Скажи что-нибудь… — она ощущала, что ей будет достаточно ещё буквально двух минут, чтобы разлететься на части. — Я чувствую, как сильно ты пульсируешь, — его пальцы продолжали растягивать её, и от пошлого хлюпающего звука её лицо горело румянцем. — Кончишь когда я скажу, родная? — Да. Святой Сказочник… — Вот так, умница, — его губы снова обрушили на её шею, прокладывая дорожку поцелуев к уху. — Такая идеальная. — Боже, я… Господи, я чувствуя, сейчас… — Давай, кончай, моя девочка. Порадуй меня.       И она подчинилась, с громким стоном утопая в этой эйфории. Перед глазами всё помутнело, внутренности пульсировали, мышцы влагалища стискивали его пальцы, которые все ещё мягко двигались, продлевая её оргазм, пока Варино тело сотрясалось от разрядки.       Она ни на секунду не пожалела, что не пошла на концерт Шикана. Это было лучшее первое июня за всю её жизнь.