Десятка мечей. Том I.

По правилам место проведения дуэли выбирают секунданты, и их выбор пал на небольшую полянку за стенами императорского дворца, у обрыва. Пятеро: София, Алексей, Анатолий, Иван и Константин — друг и выбранный секундант Анатолия — покинули бал досрочно и пешком дошли до выбранной полянки. София держалась Ивана и не отходила слишком далеко от Алексея. Конечно, слова Анатолия её слегка задели, но не так сильно, чтобы по этому поводу стреляться. Из-за неё ещё ни разу не устраивали дуэль, и сейчас она испытывала странное чувство, которое её не посещало либо вовсе, либо много-много лет назад — она сама точно не знала. Чувство, которое её обременяло и заставляло считать себя должной. Под вечер море разбушевалось. Волны ударялись о низы скал и вдребезги разбивались о них. В такой тёмной и даже мрачной атмосфере стены императорского дворца не вызывали восхищение и интерес, а вселяли тревогу. Ветер дул сильнее, чем днём, когда София выходила на балкон, и солёный воздух освежал мысли девушки, но также заставлял её мёрзнуть. Иван и Константин решали между собой о расстоянии дуэлянтов, Анатолий стоял в стороне и оценивал площадку проведения, Алексей же стоял рядом с Софией. Он бросил на неё короткий взгляд, но потом снова вернулся глазами к ней. София стояла, вся потрясываясь от холода, но с гордым видом. Алексею же не впервой стреляться из-за девушки, он был одним из лучших стрелков гимназии, поэтому в данный момент был спокоен и уверен в своём навыке стрельбы из пистолета. Единственное, что его смущало — ветер, но, если чуть потратить время и раскинуть мозгами, то и это природное явление не должно было стать серьёзной проблемой. Алексей понимал, что такое решение, какое пришло ему сейчас в голову, станет для него хорошим плюсом в глазах Софии, и, чтобы заработать ещё один балл в свою копилочку, снял синий фрак и накинул его на Софию, приобняв её за плечи. София в изумлении подняла глаза на Алексея. — Вы порядком подмёрзли, как я смог заметить. — Нет, что Вы, — София улыбнулась и уже было начала снимать отданный ей фрак. — Мне вовсе не холодно, спасибо за беспокойство и проявленную заботу, я это ценю. — Ну нет уж! — Алексей приложил немного сил, чтобы накинуть фрак на Софию обратно. — Я видел, как Вас трясло от холода. Прошу Вас, наденьте. Софии и правда было холодно, и, когда она отказывалась, то надеялась, что Алексей проявит твёрдость и настойчивость. Но это было с одной стороны, с другой же... — Спасибо Вам огромное, просто мне невероятно неловко. Вы и так много сделали для меня сегодня, мне кажется, что я в долгу перед Вами. Честно говоря... — Алексей наклонился чуть ближе к Софии. — Я раньше всё принимала как должное. Но почему-то именно сейчас я чувствую вину и понимаю, что обязана Вам. Алексей усмехнулся, и Софии показался этот смешок более тёплым, чем обычно. — Вы взрослеете. Я рад, что смог заставить Вашу душу трепетать. — Какую ещё душу? Какой трепетать? — София улыбнулась. — Вы ведь волнуетесь, значит, мой жест был Вами оценён. Да и вообще, — Алексей наклонился ещё ближе к Софии и заговорил почти шёпотом, — мне приятно понимать, что Вам не всё равно на меня. Что Вы волнуетесь за меня. Щёки Софии чуть покраснели, и даже в такой темноте Алексей смог это заметить. — Ничего подобного. Мне нет никакого дела до Вас, — София чуть задрала подбородок. — Я просто не люблю чувствовать себя в долгу перед кем-то. Алексей засмеялся и отдалился от девушки. — Не мёрзните, София Григорьевна. Я не прощу себе, если Вы после сего мероприятия простудитесь, — он убрал руки от Софии. — В гимназии мне без Вас будет уж очень скучно. Алексей остался в одной рубашке с жабо и смотрел на Ивана с Константином, которые вели свой диалог. Через пару минут Платон, слуга Алексея, принёс молодым людям чемоданчик, в котором было два капсюльных пистолета калибром двенадцать миллиметров. Иван и Константин отсчитали пятнадцать шагов с каждой стороны и поставили по найденной палке. Алексей подошёл к Ивану. — Тебе не кажется, что ты зашёл слишком далеко, играя свой спектакль? — Это к спектаклю не имеет никакого отношения. Он обидел даму! Как я могу спустить это ему с рук? Как мужчина я должен был защитить честь Софии Григорьевны. — Мужчина, — усмехнулся Иван. — Если бы ты не лез к ней со своими танцами, то ничего бы сейчас не было, — Иван надул губки. — Сейчас бы на ужине были, там такие вкусные тарталетки с икрой обещали... — Эй! Вообще-то на первый танец она сама меня позвала. — Ах ты, шельма! — Иван ударил своего друга по плечу. — Тебе не стыдно врать? Как София Григорьевна сама могла такого болвана позвать? Она воспитанная дама и такого выкинуть не может. — Но я правду говорю! — Простите! — крикнул Анатолий. — Вы там наболтались? Молодые люди повернулись на Анатолия, недовольно на него глядя. Иван обратно повернулся к Алексею. — Только попробуй помереть. — Я столько раз стрелялся, что ты уже должен был привыкнуть. — Привыкнуть? Я каждую дуэль за тебя волнуюсь. Давай, bonne chance mon ami [1]. Иван крепко обнял Алексея, чего тот совершенно не ожидал, но, пока был шанс, обнял своего друга в ответ. Алексей пошёл на десять шагов от установленной палки, а Иван направился в сторону Софии. Он встал рядом с девушкой. Ветер развивал их волосы и одежды, София выражала на своём лице небольшое волнение, а Иван был нахмурен так, что на его лбу образовывались морщины. Двое молодых людей сделали по десять шагов и повернулись друг к другу. София молча несколько секунд смотрела на дуэлянтов. От погоды и звуков буйного моря ей становилось тревожно. Константин набрал солёного воздуха в лёгкие. — К барьеру! Алексей и Анатолий сделали по десять шагов и остановились у палок, что установили их секунданты. Первым стрелял тот, кого вызвали на дуэль. Анатолий не был настроен на то, чтобы убить Алексея — он не хотел гнить в темнице до конца своих дней, да и навлекать на себя гнев маршала Северного округа тоже как-то не особо хотелось. Но он не собирался стрелять в воздух. Простого ранения в руку было бы достаточно, это как раз могло потом помешать Алексею в стрельбе. Анатолий прицелился, размял пальцы, что были в кожаной перчатке и крепко держали рукоятку. — Вот же идиот... — прошептал Иван и отвернулся. — Нет, я решительно не могу на это смотреть. Простите, София Григорьевна, за мою ругань и трусость, но я не могу. — Что Вы! Я Вас прекрасно понимаю. Можете даже не извиняться. Алексей стоял с поднятой головой и ухмылкой на лице, что так раздражала Анатолия. Алексей совершенно не боялся получить ранение или даже погибнуть. Единственное, что его волновало бы при таком раскладе — Иван. Он был его не единственным, но ближайшим другом. Несмотря на его постоянную ругань и вечные недовольства в сторону Алексея, Иван очень любил его и считал своим братом. Иван всегда заботился об Алексее, помогал ему, мог поговорить по душам и просто хорошо провести время. Иван — единственный человек на этой планете, который видел Алексея в разнообразных видах и состояниях, мог с ним открыто поговорить и знал, какой Алексей на самом деле — в глубине души и наедине с собой. Алексей понимал, что он для Ивана тоже самый близкий друг и что ценнее человека у него нет. Алексей всегда был готов прийти ему на выручку, хоть это требовалось крайне редко — Иван был разумным молодым человеком и в проблемы попадал иногда. И, если сейчас с Алексеем что-то случится, Иван не сможет себе этого простить. Софии тоже тяжко было смотреть на то, как Анатолий целился в Алексея. Ко всему прочему, он делал это так долго, словно специально издевался. София зажмурилась и прикрыла лицо фраком Алексея. От его фрака пахло приятным и достаточно сладким одеколоном. Выстрел разлетелся по равнине и упал в море. София и Иван вместе дёрнулись, Алексей же не повёл бровью, даже когда услышал свистящий звук у себя над ухом. Анатолий еле заметно округлил глаза — он сам от себя не ожидал такого выстрела. Если бы ещё чуть-чуть, пуля могла бы войти в голову Алексея. Анатолий напрягся, ведь теперь Алексей будет настроен серьёзно и сможет нанести ему ранение. — Слава Астерию, — прошептала София. Иван медленно повернулся обратно и тяжело вздохнул. — Теперь главное — чтобы он не наделал глупостей. Самым лучшим развитием событий будет, если он выстрелит в воздух. На секунду у Алексея промелькнула идея сделать именно так. Но он поймал тот испуганный взгляд Анатолия, который ему очень понравился. Тем более, его никто не просил подходить к нему и Софии и задевать девушку. Он должен был знать, чем это закончится. Алексей улыбнулся, и эта улыбка не предвещала ничего хорошего, что вселяло в Анатолия лёгкий ужас. В отличие от Анатолия, Алексей не заставлял никого ждать – он стрельнул почти сразу. Вместе с выстрелом раздался крик, который сразу же оборвался. Анатолий резко согнулся пополам, и София сначала испугалась, что Алексей попал ему в живот, но после молодой человек схватился за ногу. — Анатоль! — Константин побежал на помощь своему другу. — Вот чёрт, ну никак нельзя было без этого обойтись! — услышала София за спиной, пока бежала к Алексею. Но не успела она добежать до молодого человека, как услышала грозный крик. Алексей побледнел, но он не подал виду и не выказал на лице испуга. На компанию молодых людей шла компания, видимо, гостей императорского бала. Во главе шёл мужчина лет пятидесяти с седыми усами и в мундире. — Алексей! — Вот беда, — к Софии подошёл Иван. — Вы знакомы с маршалом Северного округа? — С Николаем Харитоновичем? — Иван утвердительно кивнул. — Я многое слышала о нём, но ни разу не имела честь с ним пересечься. — Ну вот, представляю Вам Исакова Николая Харитоновича, — Иван показал на мужчину с усами. София приоткрыла рот. Она не знала, что ждёт Алексея, но, взяв во внимание славу о деспотичности Николая Харитоновича, понимала, что ничего хорошего. После недолгих и немногословных криков, Николай Харитонович высказал своё заключение и вынес наказание Алексею, которое повергло Софию в шок — как так можно относиться к своему ребёнку? — В карцер его! Пусть подумает о своём поведении. Как я понимаю, мои наказания до этого не принесли абсолютно никаких плодов, раз он может выкидывать такое невообразимое безобразие! — В карцер? — Иван и София повернулись друг к другу. [1] Удачи, мой друг.