The Sharpest Lives

У Эзреаля бессонница. Ну не спится ему, и всё. Парень лежал как только мог: на животе, на правом боку, на левом, на спине, но всё как-то без толку. Причина бессонницы неизвестна. Это могут быть ноющие после тренировки мышцы, просто отсутствие усталости (конечности Эзреаля не согласны с этим) или вообще что-то другое. Над этим вопросом парень размышлял второй час, но ни сон, ни ответ на вопрос "почему у меня бессонница?" так и не пришли. Устало вздохнув, Эзреаль перевернулся на правый бок, натягивая одеяло практически до ушей. Из-за движения руку пронзила острая боль, вынуждающая стиснуть зубы, дабы не разбудить жителей дома неожиданным монологом, в котором парень проклинал бы всё: больные конечности, растяжение мышц, Ёнэ и его тренировки. Всё-всё. Но, возможно, все усилия парня "вести себя тише" лишены смысла: при каждом перевороте Эзреаля кровать скрипит так, как будто на неё с разбегу прыгнуло два человека одновременно, если не больше. Возможно, именно из-за этой причины в дверь постучали. Три стука. Тишина. Настолько затянувшаяся, что Эзреаль подумал, что "посетитель" заснул там, под дверью. Но затем снова постучали. Снова три раза. На этот раз за дверью раздался приглушённый голос: – Эз, прекрати придуриваться. Я знаю, что ты не спишь. Каин. Ну конечно же. Кто ещё может не спать в... ...3 часа утра. До пробуждения осталось 5 часов, а Эзреаль даже глаз не сомкнул, шикарно. Поэтому врачи советуют не использовать телефон перед сном? Чтобы не было бессонницы? Три стука. Уже громче и настырнее. – В твоих интересах, чтобы я не разбудил всех, разрешить мне войти. Иначе тебе придется жить какое-то время без двери. Эзреаль мысленно сосчитал до пяти, осторожно перевернулся на спину и, прожигая взглядом электронные часы, стоящие на тумбочке, сказал: – Заходи уже. Каину два раза повторять не надо: сначала показалась голова, а затем и всё остальное тело – использовал свою способность и прошёл сквозь дверь, не открывая её и не создавая лишний шум. Умно. Эзреаль незаинтересованно перевёл взгляд на ночного гостя. В глаза сразу бросился предмет, который Каин держал в правой руке – акустическая гитара. Задать нормальный вопрос собеседнику? Нет, Эзреаль не знает, что это такое. – Ты пришёл спеть мне колыбельную? – спросил парень, а затем сразу же добавил. – Спасибо, обойдусь. От твоего пения я засну вечным сном. Эзреаль не имел ввиду, что Каин плохо поёт. Наоборот, это был своего рода комплимент. Но вслух он никогда не скажет, что голос Шиды прекрасен, даже лучше, чем у Рааста. Эзреаль лишь скажет пассивно-агрессивным тоном фразу про вечный сон, чтобы Каин неверно её понял. И отстал. Но Шида лишь хихикнул, улыбаясь краешком губ, красный глаз опасно сверкнул в темноте. – Скрип твоей кровати настолько громкий, что способен заглушить голос Рааста у меня в голове, – в доказательство Каин указал на свой левый светящийся глаз, – он не в восторге, а я впечатлён. Но, в любом случае, уже поздно, и все принцессы уже спят в такое время, – Шида оторвался от разглядывания комнаты, в темноте ничего не было видно, но парень всё равно внимательно пробежался глазами по очертаниям предметов. Он медленно перевёл взгляд на Эзреаля, который уже с интересом слушал Каина и не выглядел скучающим, – кроме тебя. Поэтому я пришёл к тебе исполнить свой новый кавер, раз ты бодрствуешь. Но можешь считать это колыбельной. – Хочешь, чтобы я послушал и оценил? – И заснул, – добавил Шида, приближаясь к кровати. – Двигай ножки, Эз, мне некуда сесть. – Твои проблемы, – язвительно ответил Эзреаль, ухмыляясь. – Нужно меньше есть, и тогда твоя пятая точка прекрасно будет вмещаться куда угодно. Каин проигнорировал колкость парня, который, превозмогая боль, всё-таки подвинул ноги ближе к стенке. Шида уселся на освободившееся место, расположил гитару, опирая её корпус на ногу и принялся крутить колки, периодически щипая струны и проверяя их звучание. Эзреаль лежал молча, смотря на сосредоточенное лицо Каина. Шида высунул кончик языка и прищурился, продолжая настраивать гитару. Картина действительно забавная, поэтому Эзреаль тихонько усмехнулся, но парень на другом конце кровати всё равно услышал и повернул голову к источнику звука. – Что смешного? – Нет-нет, ничего, – Эзреаль мотнул головой, – просто вспомнил мем с котёнком, – по взгляду, которым Каин одарил парня, стало понятно, что гитарист ему не поверил. Поэтому в ход пошла тяжёлая артиллерия – смена темы разговора. – На какую песню ты сделал кавер? Шида некоторое время продолжал разглядывать Эзреаля, у которого из под одеяла выглядывала только голова, а затем отвернулся и продолжил настраивать гитару. – "The Sharpest Lives" от группы "My Chemical Romance". – О-о-о, ты рассказывал об этих ребятах, я помню, – Эзреаль оживился, услышав знакомое название, даже принял сидячее положение, превозмогая боль. – А ещё я помню, что ты их фанат. Каин улыбнулся после этих слов, но не как обычно. Никакой издёвки в улыбке не было, она была счастливой, как будто Эзреаль только что сказал Шиде, что у гитариста отпуск от мытья посуды на неделю. Мысленно певец похвалил себя за то, что сел. Если бы он лежал, то из-за темноты в комнате парень бы не разглядел улыбку Каина. – Хорошо, что ты помнишь, иначе мне пришлось бы снова рассказывать о группе, – радость Эзреаля была недолгой, Каин начал вести себя как обычно, на что парень лишь устало вздохнул и ткнул гитариста в бок. Шида на это лишь закатил глаза, зажал пару аккордов, проверяя настройку. – Готово. А теперь, – Каин свободной рукой надавил на плечо Эзреаля, намекая ему лечь. Певец показал гитаристу язык, но улёгся, укрываясь одеялом. Шида усмехнулся, щёлкнул указательным пальцем Эзреалю по лбу и переместил руку обратно, к струнам. А потом начал играть на гитаре. И петь. Как Эзреаль упоминал раннее, голос Каина восхитителен, поэтому парень затаил дыхание, вслушиваясь в хриплые нотки. Шида старался не обращать внимание на медовые глаза сбоку, которые прожигали дыру в его голове. Но на некоторых строчках песни гитарист всё же поглядывал на Эзреаля, который, судя по молчанию, действительно слушал. Может, даже заснёт. Ведь Каин пришёл сюда с целью "уложить Эзреаля спать". Шида закончил исполнение песни и снова глянул Эзреаля. – Ну как? – спросил гитарист, ожидая "Ох, Каин! Это было круто!" или "Ничего лучше я не слышал!" Но получил лишь: – Средне. Мне даже спать не захотелось. На это же был расчёт, раз это колыбельная, да? А потом Эзреаль захихикал, прикрывая рот ладошкой, чтобы заглушить смех. Но Каин всё слышал. – Вот как? – Шида вопросительно изогнул бровь и поставил гитару к шкафу, подальше от поля боя. – Тогда, мне придется применить другие методы, – и угрожающе хрустнул пальцами, вставая с кровати. Эзреаль, ожидаемо, прекратил смеяться и сжался, испуганно поглядывая на ухмыляющегося гитариста. – Ам, может, найдём мирное решение? – предложил певец. – Нет, – ответил Шида, нащупал под одеялом ноги Эзреаля и начал щекотать стопу. Парень, забыв про боль в конечностях, дёргал ногой и пытался отбиться от подлой атаки Каина, который злостно хихикал над мучениями певца. – А-ха-ха, ну всё, ха-ха, прекрати, – но гитарист игнорировал просьбы и молитвы. Тогда Эзреаль нащупал под своим боком игрушку – плюшевого голубого динозавра, которого парень выиграл в автомате – и кинул её в Шиду. Каин, не ожидавший такой подставы, на секунду опешил, что дало фору певцу. Эзреаль принялся закидывать гитариста всеми игрушками, которые только были на кровати, а дальше в ход пошли подушки. Но Каина так просто не сломить: свободной рукой он отбивался от всего, что кидал певец и продолжал щекотать стопу, громко смеясь. В какой-то момент оба вырубились, и в доме наконец-то наступила тишина. Утром Ёнэ зайдёт в комнату Эзреаля и увидит абсолютный бардак: валяющиеся на полу игрушки и подушки, гитару, которая завалилась на бок, одеяло, упавшее с кровати и, самое главное, увидит их: Эзреаля и Каина, спящих в обнимку. Голова певца расположена на груди гитариста, а сам Шида расположил свой подбородок на зелёной макушке. "Спокойствие и уют", – подумает про себя Ёнэ, разглядывая умиротворённые лица парней, устроивших погром в комнате, обессиленно вздохнёт и тихонько закроет дверь. Он даст Эзреалю и Каину ещё час на сон, как никак, устроить беспорядок всего за несколько минут и разбудить Афелия – настоящий талант. А чтобы разобраться с последствиями их "бурной и весёлой ночи" понадобятся силы.