Доверие.

Сережа в точности помнит свои мысли в день, когда впервые за долгое время увидел Олега. Тогда, в его голове смешались радость, недоумение и страх. Разум был заперт в камере, а некогда лучший друг, партнер, телохранитель и единственный близкий человек игнорировал всё существование Сергея. Олег не реагировал ни на крики, ни на слезы, ни даже на мольбы выслушать. Единственную реакцию он выдавал на прикосновения. Если Разумовский касался его, сразу получал пощечину и заломанные руки. Те пару месяцев в камере казались самыми ужасными в жизни Сережи. Он бы лучше продолжил гнить в психушке с Рубинштейном, чем получать ненависть от Волкова. И ведь Разум понимал. Понимал, поэтому и не предъявлял претензий. Он ведь буквально убил Олега. До сих пор было не понятно как вообще «Призрак» выжил. Хотелось узнать каждую деталь, расспросить обо всем, что было после гребаной шахматной партии и, конечно, просить прощения пока не получит его. Но все попытки были тщетны. Сергей не сдавался, ведь Волк заботился о нем, а значит крохотная возможность вернуть былые отношения все же существовала. Первые сдвиги произошли когда Разумовский заболел. Он помнил только небольшие отрывки. Однако среди них был и Олег, который как-то необычно нежно обтирал потное тело Сережи, убирал ото рта влажные волосы и шептал что-то успокаивающее. К сожалению, Разум не помнил слов, но теперь точно знал, что не безразличен Волкову. Их первый за долгое время разговор произошел на день рождения Сережи. Он все еще сидел в холодной камере, не зная даже времени года. Но в тот день Олег по мимо еды, которая, кстати, всегда была отменной, принес альбом и небольшую коробочку цветных карандашей. — С днем рождения, Сереж. - тихо сказал Волк. Но Разумовский услышал. И это было самым лучшим подарком. Плевать на карандаши и альбом, можете забрать у него всю еду и морить голодом до смерти, лишь бы Олег сказал еще хотя бы слово, адресованное ему. — Олеж, стой. Подожди! - Волков снова ушел в игнор, но сегодня Серый не собирался сдаваться - Пожалуйста! Стой! Олег, умоляю! Пожалуйста, остановись. Иначе я умру. Черт. Пожалуйста! - кричал он, захлебываясь слезами. Слова давались нелегко, казалось, что все потеряно, и Олег больше не скажет ни слова. Но чудо происходит. Волков останавливается, и, не поворачиваясь, произносит заветные слова: — Не сегодня, Сереж, не сегодня. Но мы обязательно поговорим, хорошо? - он уходит не дожидаясь ответа, словно спрашивал сам у себя. Сережа же чувствует себя самым счастливым в мире. Они снова гуляют вместе через несколько дней или недель(Сережа опять сбился со счета) после предыдущего разговора. Это явно не похоже на прогулку возлюбленных, ведь они просто ходят по саду в тишине, но Сергей рад и этому. — Олеж, ты обещал, что мы поговорим. Не помнишь? - с надеждой спрашивает Разумовский. И, к его удивлению и счастью, Волков соглашается. Их ждет бессонная ночь разговоров. Парни обсуждают всё, что накопилось за последние несколько лет: жизнь Олега в Сирии, социальную сеть «Вместе», болезнь Сергея, события в Питере, Игоря Грома и, наконец, те злосчастные пять пуль. Волк рассказывает как выжил, придумал план по похищению Разума, снял этот до чертиков огромный дом и не попался полиции. Они засыпают на диване, и оба наконец-то высыпаются. ~~~~ Жизнь потихоньку налаживается, и Сергей лишь ночует в камере, проводя все остальное время с Олегом. Они снова могут позволить себе недолгие объятия и скромные поцелуи в щеку. Волков даже разрешает потрогать самый верхний шрам. И Разумовский чертовски хочет зайти дальше. Мужчине жизненно необходимо почувствовать вкус родных губ, раствориться в любимых руках без остатка. Но он не требует большего. Понимает недоверие Олега и лишь надеется, что однажды все вернется на свои места. Но ситуация снова возвращается в прежнее русло, когда Сережа решает порадовать любимого ужином. Пока Волков снова ушел по делам, в которые никогда не посвящал Разумовского, второй решил приготовить лазанью. Да, за кулинарию всегда отвечал Олег, ведь Сергею готовка никогда не давалась. Но что ни сделаешь ради любимого человека. Именно так думал Разумовский, когда случайно полоснул ножом по всей длине ладони. Руку неприятно засаднило, но мужчина не мог ничего сделать, кроме как смотреть на выступающую и растекающуюся кровь. Волков подоспел как раз вовремя, выхватив из правой руки окровавленный нож. Он что-то кричал Сергею, но в голове были лишь воспоминания: сотни раненных в Питере, разрывающиеся на людях ошейники и пять злосчастных выстрелов. Очухивается Разумовский только в камере, где, помимо неудавшейся лазаньи, получает вернувшийся игнор от Олега. Так проходит еще примерно неделя, после чего они снова разговаривают, Сережа объясняет ситуацию, а Волк ставит ему лишь одно условие: —В этом доме ты больше не прикасаешься к колюще-режущим предметам. Даже к бритве. Идет? —Д-д-да. - еле выдавливает из себя Разум. Зато он снова свободен он темной, сырой камеры. Теперь они даже спят вместе, и размеренное дыхание Олега становится любимым звуком рыжего. Проходит еще около полугода прежде чем они снова позволяют себе поцелуи. Волков успевает перевезти их в новое место, ближе к Питеру. Но не учитывает небольшую проблемку. В маленькой квартирке с видом на Неву есть лишь односпальная кровать, в которой приходится ютиться двум крепким мужчинам. Они отмечают новоселье бутылкой егеря, после которой заваливаются на узенькую кушетку, которая прогибается даже от небольшого веса. Парни любуются видом, засматриваясь на пролетающих чаек. Неподалеку слышится вой сирен и гудки автомобилей. От такой обыденности Разумовскому хочется плакать и смеяться одновременно, но он только льнет ближе к Олегу, вжимаясь в подтянутое тело, чувствуя до боли знакомый пряный запах. Алкоголь дает о себе знать, и мужчина оставляет несколько коротких «чмоков» на затянувшемся шраме. А после ведет дорожку поцелуев прямо к шее. И черт, от такого у Волкова сносит крышу. Он дергает младшего вверх и сминает желанные губы. Обоим хочется рыдать от происходящего: Сереже от желания получить большего, а Олегу от любви. Он не знает что делать, ведь нельзя любить того, кто пытался тебя убить. Но это же его Сереженька, маленький детдомовский мальчишка, жаждущий справедливости. Тот, кого хочется защитить от всего мира. А Олег — злой громила, приносящий несчастья всем вокруг. И кто же еще кого не заслуживает? Той ночью Волков все же сдается и берет Разумовского на этой хлипкой койке, которая, в последствии, остается без одной ножки. Наутро Сергей пытается сделать вид, что ничего не помнит, ведь боится снова разрушить выстроившуюся гармонию. Но Олег не дает этого сделать и тащит за собой в душ. Жизнь снова приобретает краски, оба начинают чаще улыбаться и делиться переживаниями. Сережа снова интересуется правосудием, без лишних жертв, конечно, а Волков, не без опаски, поддерживает его. Когда мужчины находят Леру, идеально подходящую на роль нового чумного доктора, жизнь становится до безумия похожей на нормальную. Олег даже начинает задумываться, что втроем они выглядят как настоящая семья. Между парнями все еще присутствует небольшая отстраненность, особенно это видно, когда Разумовский, забываясь, стебет Волкова, или когда в шутку подносит к боку Макаровой нож. Олег все еще запрещает прикасаться ко всему режущему, даже, по возможности, контролирует бритье Сергея. Но он не жалуется, ведь знает, что Волк переживает и любит. И любит так, что не позволит причинить вреда ни себе, ни другим. Олегу и Сереже предстоит пережить еще множество ссор, расставаний и травм, но оба знают, что обязательно справятся. Они научились снова верить друг другу, а значит справятся и с остальным.