Птицы

-"Голубка. Да, походил он именно на голубку, светлую, полную жизненных сил, не ту голубку что несёт оливковую ветвь в клюве, совсем другую. Не как на картине Пикассо, совсем не так как в «Бытие» всё иначе, куда сложнее. Тащить не станет эта голубка в клюве своём хорошие вести, символ мира-не её стихия, но, всё-таки не смотря на ту степень порочности заключённую в отречении от господа, и его заветам, она чиста, чиста и невинна, желающая лишь свободы, свободы не на словах, а «Истинное» её понятие. Переполняет чувство что душа его просто потеряна, потеряна в желании заполучить нечто не существующие, это то что делает его обречённым мучеником. Просит ли господь его грехи если он так страдал? Загадка. Но меня он точно не простит, никогда, ведь полюбить потерянную душу, его душу, его безумие и глупость-то чего делать явно не стоит преданному господу, это грязно, извращёно, до боли грешно. Не в силах бороться я более, прости боже, прости грешного, да будет воля твоя смиловаться хоть над ним, я же готов покаяться за свой грех в пламени ада. Аминь."-Худая, бледная рука опустила на стол чернильную ручку. Такие обычно встречаются не так часто, считаются не практичными, могут смазаться о край белой рубашки или оставлять кляксы, но, как прекрасны выведенные из-под подобной ручки буквы, что были написаны обученным каллиграфии человеком-основная причина использования. Как только рука коснулась стола, Достоевский облокотился о спинку стула, взглянув в окно, за которым красовался неописуемо приятный пейзаж: Небо казалось спокойным, низ был насыщенно медным, кверху становясь глубокого тёмно-синего цвета, в декорацию к подобранному цвету небес шли дымчатые облака застывшие за слегка приоткрытым окном. Отдалённо шумели птицы, переговариваясь между собой сквозь изредка возникавший шелест деревьев, в комнату протекал тёплый, свежий воздух, но возглавляло идиллию не это… Спустя время, убедившись в том что чернила подсохли, Фёдор закрыл тёмный блокнот, своего рода «личный дневник», спрятав его в второй снизу шкаф стола, ключиком темноволосый запер шкафчик, после обратно спрятав его в укромном месте. Местом же этим был небольшой проём в шкафу, у самого его конца, в тёмном углу, внутри верхушки шкафа имелось небольшое отверстие, куда без проблем можно было уместить ключ, после, чуть протолкнув его в сторону скрыть от посторонних глаз, отверстие прикрыть идентичной стилистике шкафа небольшой деревяшкой, сделанной в точности так чтобы скрыть дырку. Закончив с процедурой, парень присел на свою кровать, окутав взглядом дверь, ведь где-то там в одной из комнат квартиры двух студентов, ворча о своей усталости, пытался подготовиться к пересдаче блондинистый шут, параллельно занимая свою голову совсем не учёбой, а наблюдением за порхающими за окном птицами. -"Свободны-ли птицы коль умеют летать? Свободны-ли те кто готов умирать? Словно то, всего пейзаж абстрактный, в истину не годен. Но лишившись эмоций, смогу я сказать что и правда свободнен?» — Тяжёлый вздох вырвался из уст Николая, заставив прийти в себя и продолжить учёбу. Сквозь открытые в доме окна просочился запах свежей сирени.