"Это была не любовь, Ром"

Парни лежали на свежей траве, тепло, лето. Примерно его середина. Наверное. Это не важно. Юра был с Ильёй, с дорогим ему Ильёй. Они наконец были вместе, только вдвоем. Лежали плечом к плечу. И лишь иногда вскидывали руки в небо, чтобы указать на то или иное облачко, дать ему ассоциацию и может быть историю к нему. Вот ещё одна ассоциация от Ильи, в компании Юры парень говорил немного больше, чем в «полном сборе», наверное, потому что они были только вдвоем. А Юра выходил в форме слушателя, нежели рассказчика. Отвечал на меняющейся тон Ильи лишь смешками, иногда своими вставками и улыбками. Но вдруг щебетание Тихонова прервалось. Очень резко. И это был не очередной смех от дебильности шутки, а именно тишина. Устрашающая и нагнетаются. Исаковский повернулся к связуещему с приподнятой бровью и долей волнения, и, видимо, заметил то, что отвлекло Илью от увлекательного разговора. На парней двигалась огромная, черная туча. Молчание длилось словно вечность, как вдруг его заполнил раскат грома, сам удар не был виден. Ещё чуть позже парни поднялись искать самое ближайшее укрытие, но у них ничего не вышло. Гроза была совсем близко, а от полянки бежать будет сложно. Она тут одна, без тропинок и прочего. Бежать далеко, в радиусе горизонта не видно ничего. Молния ударила близко, и тут же послышался громкий раскат грома. Он сильно резал слух, был слишком громкий, он был слишком близко и сразу выбил Юру из размышлений об укрытии. Тут же от удара и прихода в себя его отвлекло резкое прикосновение. Это был Илья положивший свою руку на плечо Исаковского. Юра немного постоял в одном положении, слишком много всего за последние пару секунд. Но это не все. — «Ты во всём виноват, Исаковский.» Абсолютно монотонно произнес Илья. В этот же момент парней накрыл дождь, абсолютный ливень. Юра повернулся к Тихонову в полном шоке. Бровь доигровщика была недовольно изогнута, он ничего не понимал. Лицо Ильи не отражало ничего. В моменте, как взгляды парней пересеклись лицо связующего начало расплываться в прямом смысле. Волосы начали выпадать и слетать на ветру, глаза начали выцветать, заворачиваться назад, губы бледнели, приятный румянец оживляющий лицо пропал вместе с родными веснушками разбросанными в хаотичном порядке. Рука и ощущение Ильи рядом стало фантомным, но сжимала Юру с каждой секундой всё сильнее и сильнее. В голове с нарастающим криком голосом Ильи повторялась единственная фраза которую сейчас помнил Юра. Ноги начали дрожать от темнеющего силуэта Ильи. Он становился безликим. После единожды сказанной фразы держал рот закрытым, но голос в голове все никак не унимался. На глазах начали разворачиваться слёзы, в чём он виноват? Громкий голос переходил на крик, и будто не собирался останавливаться. Ноги совсем подкосило и забыв обо всем Юра упал на колени хватаясь за голову в зоне ушей стараясь хоть как-то приглушить крик. Он не знал в чем он виноват. Слишком много произошло с ним, и он виноват во всем? Чувство вины росло очень быстро, нагнетали сильнее. Драматичности придавала гроза которая не волновалась куда била, и во что попала. Раскаты грома были громкие, но не были сильнее, чем крик в голове Юры. Во круг парня появлялись силуэты людей перед которыми он проявлял чувство вины. Может и самое небольшое, но оно было. И к каждому новому человеку добавлялся новый голос. Исаковский проснулся в холодном поту и с сильной одышкой. При пробуждении, как и в последние секунды сна он выкрикнул «хватит». Перед глазами так же мелькали силуэты сна, которые быстро растворялись и сменялись новыми. Пришлось в спешке искать таблетки, а затем идти в ванну. Исаковский боялся разбудить Рому, но он явно был слишком громкий. Остается надеяться, что у Ромы крепкий сон и его танком не разбудишь. Не хотелось лишних вопросов от него, которые потребуют ответа. Не хотелось вновь объясняться и искать оправдания. Юра стоял в ванне. После принятия таблетки проходило некоторое время, поэтому галлюцинации не пропадали сразу. Приходилось пару минут мучаться. Юра опустил взгляд в раковину, облакотившись на локти, что бы избежать неприятные видения. Волосы лезли в глаза, но сейчас это было не самое важное. По телу неприятно бегали мурашки от некоторой доли страха. Дверь в ванну открылась. Какое-то время была полная тишина, видимо Рома пытался понять что происходит. Черт. — «Ты чего не спишь?» — потирая глаза поинтересовался Субботин. Юра промолчал. Все ещё было хреново и он не сомневался: подними он взгляд — увидит знакомое лицо. А этого хотелось меньше всего. — «Юра?» — Роман стал аккуратно подходить к сожителю. Тёплая ладонь легла на плечо Исаковского. Он вздрогнул от неожиданности, но Рома руки не убрал, пытаясь успокоить товарища. — «Это из-за Ильи?» Опять этот вопрос. Опять эта тема. Почему он не может не трогать её. Почему Рома так за него беспокоиться? Конечно он и за других переживает, но что-то много одной темы всего за вечер и ночь. — «Не надо говорить об Илье.» — отрезал Юра. — «Это не из-за него.» — «А что тогда случилось?» — в голосе Ромы слышалась озабоченность. — «Ничего. Иди спи.» После этих слов, с явном грубым тоном, последовал тяжёлый вздох со стороны Субботина. — «Я сделаю тебе чай, он поможет успокоиться» — осторожно погладив Юру по спине, Рома покинул ванную комнату, закрыв за собой дверь. Ночные вскрики Юры не давали покоя Роме, он прекрасно всё слышал, сон у него, к сожалению, очень чуткий. Да и сонный, и напуганный Юра пару раз врезался в предметы, что не смогло остаться незаиеченным для его сожителя. По номеру разнеся звук работающего чайника, вкусовые предпочтения Юры он не знает, поэтому решил сделать обычный чёрный чай без сахара. Это самый без проиграшнный вариант. Ответа на вопрос про чай не последовало. Юра сейчас думал лишь о своем сне. О чем шла речь? Почему его мозг решил подкинуть такое ему? За что? Может быть это всё из-за стресса. Как только таблетки дали окончательный эффект стало куда легче и Исаковский тяжело вздохнув вышел из помещения. Таблетки он не забыл забрать, но осталась проблема с тем, что бы убрать их незаметно. Юра молча вышел, и пока Рома возился с чаем, кинул пачку в свою сумку. Благо открывать её не пришлось. Только прикрыть, что бы не было заметно каких-либо надписей. Выполнив свою мини-миссию, Юрий подошёл ближе к Роме. Было уже куда легче. Но все же было ещё не сказать что классно. Сил, по большей степени моральных, уже почти не было, как же его изматывает эта влюблённость в Тихонова. Тихо сев на пол, Юра закрыл лицо руками. И почему все говорят, что любить это здорово. Бред полный. Рома продолжал делать чай. Время от времени парень бросал беглый взгляд на Юру, который заметно успокоился, но выглядил до жути уставший. Именно поэтому Субботин хотел помочь товарищу и потому не бросил идею с чаем. Может быть он сможет узнать что-то о Юре? Сейчас они в одном помещении, поэтому уйти от вопросов Исаковскому будет трудно. Но даже так Роман не очень хотел мучить расспросами Юру. Щелкнул тумблер чайника. Рома начал наливать кипяток. Правда даже какой чай предпочитал Юра, Рома не знал. Он ничего о нем не знал. Общих тем не было, кроме войлебола. Прискорбно. — «Юр, тебе сколько кипятка?» — «Кипятка. Больше чем холодной.» — послышалось откуда-то из-за спины. Юра все ещё не двинулся со своего места. — «Как скажешь. Сильно крепкий?» — вновь вопрос о чае. — «Что бы тёмный был.» Да, обьясняениями Юра не блестал. Тяжело вздохнув и слегка покачав головой, Рома решил просто кинуть пакетик, а уж Исаковский проследит за тем, насколько он будет крепким. — «Садись за стол, чай горячий, пить неудобно будет» — мягко проговорил Рома, ставя кружку на стол. Юра не сразу отреагировал на слова соседа, но из-за его пристального взгляда он все же сел за стол, сопроводив это звуками, которые были больше похожи на кряхтение старого деда. Роман посмеялся с этого, но акцентировать внимания не стал. Они спортсмены, но их тела в 18 чувствуют себя на все 60. А говорят спор помогает здоровью. Чушь да и только. — «Это было необязательно» — тихо проговорил Юра, делая маленький глоток чая. — «А? Ты о чем?» — Субботин отвлёкся от рассматривания стены и перевёл взгляд на Исаковского, немного нахмурив бровья. Вопрос был явно риторический, ведь Рома прекрасно понимает о чем тот. — «Вся твоя поддержка. Я и сам прекрасно справляюсь» — «Ой, божечки, Юра, я же вижу, что тебе плохо, а мы одна команда и оставить тебя я не могу» — «Засунь свои благие намерения себе в жопу» — фыркнул Юра, совершая очередной глоток горячего напитка. Роме не понравилось такое отношение, но он списал это на плохое настроение Юры. Возможно он слишком сильно переживает из-за отказа Ильи? Хотя. Исаковский не похож на человека, который будет убиваться из-за отказа, но времени прошло совсем немного. Ему однозначно просто надо немного больше времени. — «Юра, так. Я слышал, что ты просил что-то прекратить. Тебе снился кошмар?» — Роман тоже отпил чай. Он внимательно следил за реакцией Юры, которому этот вопрос не понравился. — «А разве это важно? Тебе будто не снятся кошмары» — «Снятся, конечно,» — признался Субботин. — «Но у этого же всегда есть причина. Поэтому стоит поработать со своими снами и пытаться понять, что тебе хочет сказать твой внутренний я» — «Что за бред ты несешь?! Какой внутренний я? Я прекрасно умею разбираться в себе и эта чушь мне не нужна» — чуть ли не закричал Юра. Казалось он вот-вот плеснет кипятком прямо в лицо Роме. — «Юр, сейчас ночь, не кричи, пожалуйста.» — резко перешёл на шёпот Рома. Такая реакция на агрессию сильно выбила Юру, он ожидал крик в ответ или какой-то грубый ответ, но тут просто просьба не шуметь, нет, такая попытка его заткнуть ему, конечно, была не особо по душе. Хотя была ли эта попытка заткнуть? Не особо похоже. — «Я понимаю, тебе нужно выпустить эмоции, постоянное спокойствие сводит с ума, но здесь этого делать не стоит. Мы можем выйти на улицу, а там уже можно немного пошуметь» — Субботин слегка улыбнулся, его не задело, что Юрий начал на него кричать, он знает, что тот его слышит и смысла кричать в ответ нет. Рома вообще не любит крики во время споров. — «Опять ты меня тянешь на улицу? Разве кто-то не хотел выспаться?» — «Без разницы, я не смогу выспаться, если буду знать, что тебя сейчас изнутри разрывают эмоции» Исаковский всё-таки согласился, ночные прогулки ещё лучше, особенно если они в одиночестве, но тот его одного никто не пустит. Это не Илья. Роме не все равно на него. Мысль о том, что кому-то правда есть до него дело очень согревает. Но принимать всю заботу Ромы он попросту не может. Такого никогда не было в жизни Юры и сейчас это как кипяток с неба. Рома мягко улыбнулся, когда Юра дал свое согласие. Это было хорошо, что все-таки его услышали и Юра перестал шуметь. Допили чай в тишине. Рома пил чуть дольше Исаковского, но он за это время успел собратья, поэтому что бы не отставать, Рома быстро допил напиток и тоже оделся. Сменив спальные шорты на спортивные штаны, а ночную футболку со смешным принтом, что ему когда-то подарил Костя, он сменил на его привычную оранжевую свободную футболку. Юра же не парился, не стал как-то переодеваться из пижамы, а просто накинул сверху кофту. Хоть и Сочи, но ночью было ощутимо холоднее, чем днем. Вышли из отеля тоже в тишине. Рома молчал, ещё сильнее навязываться со своими разговорами он не хотел, понимал, что другу сейчас нужна тишина, но на его лице блестала немного самодовольная улыбка. Юра поглядывал на него, будто сомневался в том, что он точно замолчал. Не сказать что Субботин был очень болтливым, но его извечный вопрос уже как-то. был привычен что ли. — «Ну и. Долго молчать будешь?» — парень недоверчиво покосился на Рому. — «А ты хочешь что бы я говорил?» — улыбнулся тот ещё ярче, уже без самодовольных ноток. Этот безобидный вопрос заставил Юру замолкнуть. Было максимально неловко, да и кричать уже не очень хотелось. Признаться честно, Юра просто не видел смысла кричать. Агрессией на агрессию ему не ответят. Это не Илья. Это Рома, у которого все проходит иначе. Тишина, темнота. Парни шли рядом, никто из них не начинал диалог. Они просто шли в неизвестном ддя обоих направлении. Видимо Юра шёл за Ромой, а Рома шёл за Юрой. На дорогу светили фонари. Прохожие встречались редко и то, это были преимущественно пьяные компании, которые так не любит Исаковский. В редких окнах горел свет, сообщая о том, что жильцы этих квартир не спят. Поддувал тёплый ветерок, он был слабый и пыли не поднимал, что сильно радовало. Можно было просто насладиться приятной погодой. — «Ну и зачем ты возишься со мной?» — «Ты мой товарищ. Я не могу бросить тебя, когда тебе плохо.» — Рома убрал руки в карманы штанов, но продолжал смотреть на Юру. — «Других это почему-то не останавливает.» — пожал плечами Исаковский. — «Вроде они тоже «товарищи». " — на этом момент Юрий показал кавычки, давая понять, что за таковых их не считает — «но ты единственный, кто волнуется.» Как-то это все выглядит неестественно. Словно он не должен был такого говорить. Но Рома просто располагал к тому, что бы делиться с ним чем-то сокровенным. Он казался человеком, которому можно доверять любую тайну и он сохранит её. Рома продолжал мягко улыбаться. Он был доволен тем, что все же смог вытащить из Юры хоть что-то помимо обсуждения отношений. Видимо для него это было чем-то новым, раз он так не хочет говорить на подобные тема. — «Я за всех волнуюсь. Я просто не хочу что бы кто-то страдал.» — пожал плечами Субботин. Юра вновь промолчал, боясь сильно раскиснуть перед Ромой и создать впечатление нытика. Оба парня продолжали удаляться от отеля по улице. — «Куда мы идём?» — «Не знаю. А куда? Я шёл за тобой.» — Юра нахмурился. — «А я шёл за тобой.» — усмехнулся Рома. Оба парня начали хихикать из-за сложившейся ситуации. Рома тихо, Юра же просто усмехнулся. Смеялся в голос он редко. Хотя компания этих войлиболистов сильно поменяла его. Артур и Костя со своими шутками умели правда рассмешить. — «Ладно, ладно, а если серьёзно, то я думал мы идём к морю» — Рома, конечно же, держал ситуацию под контролем и он знал, куда они идут. — «Но мы можем заглянуть в кофешку, купить что-нибудь поесть или попить» — «Ром, сейчас три часа ночи, какие кафешки?» — с тонкой усмешкой проговорил Юра — «пошли в магазин. " Свернув к подворотне парни так же молча шли. Завести диалог было очень сложно, Рома боялся затронуть не ту тему, потому что он хотел поговорить про резкий скачек Исаковского, и было ли такое раньше. От чего это всё? Юра вырвал сокомандника из тяжких рассуждений держа дверь в магазин «под домом» открытой. — «ты заходишь, нет?» — в немом вопросе старший выгнул бровь. На это действие Рома немного смутился, и приобнимая себя одной рукой зашёл в магазин. — «смотри, ты идёшь брать что-то поесть, а я попить. Идёт?» Мягкий и согласный кивок такого же добродушного и светлого Ромы, который всегда сопровождал кивки и прочие действия в сторону Юры чистой и искренней улыбкой уголков губ будто манили своей невинностью, но этого чувства Юра ещё не мог принять в себе. Не дожидаясь, пока Субботин развернется и пойдет, скорее всего, к сладостям Исаковский первый убежал от смущения? Помотав головой и откинув эти мысли прочь Юра напросился вперёд к исполнению своего плана. Единственное, что сейчас было в желаемом — напиться. Забыть о Тихоновом и убежать от манящих к нему мыслей. Перед Юрой встал огромный выбор, разглядывая разные марки и их содержимое взгляд добежал до рома. Идеально. Резво взяв одну из бутылок с прилавка за горлышко он пошёл к кассе, где его ждал Рома. Быстрым движением руки, и пока Роман не заметит, из какого отдела вышел Юра он спрятал бутылочку за спину. Рома выбрал несколько простых сладостей: кислые червячки, трубочки и солёные крендельки. Последнее ьрудно назвать сладким, но тем не менее что-то лёгкое, что можно погрызть на ходу. Так и стоял Субботин у кассы ожидая Юру с таким небольшим набором. Он не успел заметить, откуда вышел его товарищ, но когда на ленту была поставлена бутылка рома, Рома нахмурился. Он взял бутылку и был готов её нести обратно, да только Юра его остановил. — «Да стой ты. Давай возьмём.» — спокойно заявил Исаковский. — «Нет, не возьмём. Тем более, ты же не пьёшь» — «Ну день у меня выдался тяжёлый. Один раз можно» — Юра ухмыльнулся. — «А как же тренировка?» — Рома был все ещё против рома. Юра закатил глаза. Рома настолько неженка, что не хочет просто взять алкоголь. Они же не под щабором пить будут, и не до потери сознания. А может пить будет один Юра? Конечно пить одному очень грустно и в какой-то степени неприлично, но ради Ромы можно пойти на такое зверство. — «Ром. Пить буду я. Ты вот,» — Исаковский кивнул на сладости. — «жевать это будешь. " Сокомандник нахмурился. Роме все ещё не нравилась эта затея. — «Я все равно против.» — «Рома.» — «Что?» — «Давай ты прекратишь спорить, ладно? Я сам решил, что возьму.» — Юра смотрел чуть вверх. Чёртов рост. — «Так. Ребятки, цирк свой заканчивайте. Либо покупаете, либо проваливайте отсюда.» — резко их спор прервала продавщица. Женщина в возрасте, с привычным ярким макияжем была крайне недовольно тому, что эти двое помешали ей смотреть свой сериал. Рома слегка замешкался, но Юра уверенно кивнул и поставил продукты на кассу. Субботин недовольно скрестил руки на груди, но мешать не стал. Приложив карту к терминалу, и кивнув продавщице, мол, удачи, Юра уверенно пошёл к выходу — «Ну и как ты планируешь пить? Из горла?» — Роман с большим недоверием смотрел на Юру и его бутылку рома. — «Ты же даже ничего не ел, идём обратно купим тебе что-то сытное перекусить, так же лучше будет» На всё это Юра лишь махнул рукой. — «Идём на набережную» — Исаковский на время замолк. — «Нет. Лучше прям на пляж» На всё это Юра лишь махнул рукой. Через пару минут парни подошли ко входу на пляж, где Исаковский открыл бутылку и немного отпил, после чего сморщил нос от горечи в горле. И продолжил свой путь к ближайшему лежаку. Рома с тяжёлым вздохом шёл рядом. — «Ну так. расскажешь, Юр?» — с каплей надежды Субботин взглянул на развевающегося сокомандника — «подожди, ты собираешься лезть в воду?! Она же холодная! Юра, ты заболеешь!» Исаковакий закатил глаза, и натянул футболку обратно разводя руками вдоль тела — «тогда так пойду.» — парень сделал ещё один глоток и вытирая митенкой рот протянул бутылку Роме прося «обмен». Рома помотал головой, отказываясь от такого обмена. Ему не нравилась идея идти купаться, ночью, не в очень хорошо изученом водоеме, так ещё и выпившим алкоголь. — «Юр. Не надо.» — чуть нахмурился Субботин. Сокомандник лишь пожал плечами и пошёл к воде вместе с бутылкой. Рома же бросился за ним, останавливая. — «Да боже.Не утону я.» — закатил глаза Исаковский. — «Ты вообще против всего, что я предлагаю. Как ты ещё не против меня?» Рома поджал губы, пытаясь что-то ответить. Так ничего и не придумав, парень подошёл ближе и положил руку на плечо Юре. — «Тебе плохо, я это понимаю, но запивать боль алкоголем идея не самая лучшая.» — «С чего ты взял, что я собираюсь запивать боль? Я просто хочу напиться.» Юра не смахнул с себя руку Ромы, а просто вышел из-под неё и направился к воде. Было что-то странно. Ну конечно, он забыл снять обувь. Привычные красные конверты вместе с носками полетели назад, один кроссовок задел Рому, на что тот возмутился и с надутым гневом на лице подошёл к Юре. Он был уже готов открыть рот, что бы возмутиться по поводу проведения Исаковского, на что сокомандник сначала наклонился и «закопал» бутылку, чтоб она никуда не упала. Рома встал с открытым ртом и поднятым указательным пальцем правой руки вверх. Резко его схватили и потащили в воду. Субботин пришёл в себя после резкого действия после примерно половины минуты, из себя его вывел смешок Исаковского и капли воды накрывшие его в большом количестве. — «Юра!» Парень искал второго глазами, и тут он потел в воду, чувствуя чьи-то холодные руки у себя на плечах и вес чужого тела на себе, который, как раз и потопил его. Ребята вынырнули примерно в одно и то же время, Юра ярко засмеялся в голос, а Субботин стоял в недоумении. — «Ром, ну ты чего?» — смеясь спросил Исаковский и подошёл ближе и кладя руку на плечо Ромы, легко улыбаясь уголками губ. — «Юра! Ты что творишь? А если бы я утонул? Ты головой думаешь?» — придя в себя, начал возмущаться Рома. Сам Исаковский стоял и наблюдал за сокомандником, который гневно жестикулировал и пытался вдолбить ему в голову, что так делать нельзя. В воде они стояли по пояс. Двигаться было можно, но иногда слишком тяжело из-за волн. Юра не теряя времени сделал шаг на встречу Роме, потянул его на себя за шею и заставил чуть наклониться. Достаточно резко приблизившись к лицу Субботина, он затянул его в лёгкий поцелуй. Лицо Ромы моментально покраснело. Он был к такому вообще не готов. Если бы ему не нравился Юра. Если бы он не был в него влюблен. То он бы скорее посмеялся от такого отчайния со стороны друга, но здесь совсем другая ситуация. Он влюблен, а для Юры это ничего не значило. Главная его цель — заткнуть Рому, была выполнена. Субботин стоял хлопая глазами, щёки были красные, на лице сплошное недопонимание.