Луч надежды мрачного графа

Стоял отвратительные дождливый день. Люди давным-давно сидят в своих деревянных домах и обогреваются с помощью горящих каминов. Семьи радостно проводят время друг с другом, а старшие дети под шум грозы пугают младших. Но не всем суждено так проводить время. Лошади стирали свои подковы мчась по темному лесу. Ошметки грязи пачкали одеяние младшего брата пугающего всех графа Хаджиме Сугороку, убегающего от недоброжелателей на своем коне. С головы до самых сапог ручьями бежала вода. Лицо постоянно приходилось вытирать, чтобы прилипшие ко лбу длинные волосы не мешали смотреть вдаль. Погоня длилась час, а может быть и больше, но тот роковой момент в миг оборвал жизнь мальчишки и его верного животного, а у гнавшихся за них громкий хохот и крики победы. Скакуна невозможно было спасти, он приземлился боком на большой валун. А несчастный ребенок скончался мучительно, лежа в грязи. Ему не оказали должную помощь, да и не успели бы.

***

Сугроку резко просыпается у себя в постели в холодном поту. Это снова был кошмар. Образы тех событий преследовали его не первую неделю с момента потери младшего брата. Да, ему в тот день просто доложили обо всем и лично он ничего не видел. Однако, воображение делало свое дело и страшными картинами мучило его каждую ночь. Высокий, среднего возраста и крепкого телосложения мужчина медленно подходил к письменному столу, где стоял графин с водой и свеча, которую первым делом пришлось зажечь. Тусклый свет наполнил пространство вокруг себя светом, являя человеческому взору местонахождение заветного источника воды. За окном бушевала целая буря. Крупные капли дождя барабанили по стеклам, гром сотрясал души пугливых людей, а молнии в моменты затишья давали информацию о дальности грозовых туч. Прозрачная жидкость заполнила собой хрустальный стакан, игриво переливаясь на свету небольшой свечи. Хаджиме недолго покрутил в руке емкость прежде чем залпом выпить все ее содержимое. Стало немного легче, но едкий осадок после кошмарного сна давил на грудные стенки. Граф с тяжелым вздохом приземляется в свое любимое кресло, а к нему на колени запрыгивает единственный его слушатель — Куу. Черный мохнатый пушистик сворачивается клубочком и начинает мурлыкать. Ладонь машинально тянется к комку шерсти и начинает наглаживать. За прошедший год его замок опустел, а он окончательно закрылся в себе и только работал. Определение трудоголизма еще не существовало, но именно так можно было описать его многочасовые посиделки в кабинете. А от жуткого стресса и переживаний у него начали выпадать волосы, а потом и вовсе и на его голове не осталось ни одной волосинки. Из прислуги остался только дворецкий, лакей и парочка поваров, которые занимались стиркой и уборкой в доме. На душе было так горько и тоскливо, что на следующей неделе большая часть работников была выгнана из этого места. Сад превратился в непроходимые джунгли, где расчищалась только тропинка, чтобы хозяин этого места мог дойти до зацветшего неработающего фонтана. Прекрасная клумба с гортензиями засохла и стала похожа на дом для полевых крыс и мышей. А сакура, ох, как же он ее любил, но и она не выдержала долгой жизни без ухода и превратилась в сухую гигантскую корягу. Тишину в комнате нарушил сильный сухой кашель, на который мигом прибежал дворецкий. У Хаджиме снова поднялась температура, болезнь съедала его изнутри уже пятеро суток и ни одно лекарство в этом богом забытом месте не помогало. От усталости бедняга чуть не упал по пути к собственной кровати, его состояние оставляло желать лучшего. Ничего не оставалось кроме как отправить лакея в дождливую погоду за врачом в небольшое поместье Гокуу. К сожалению, к одному единственному человеку — Самону Гокуу. Младший в семье знаменитых лекарей, но в месте с тем бойкий, прозорливый и крайне невыносимый молодой человек. В отличие от своего брата — Энки Гокуу, который работал придворным врачом, он всегда хамил и грубил знати, в то время как с простолюдинами был крайне открыт и доброжелателен. Парень был таким не всегда, его отношение к знати резко изменилось после случая с отцом, который серьезно пострадал от рук одного из таких. Самон оплошал с лекарствами, а смертельный удар от меча принял на себя Хихи Гокуу, спасти его было невозможно. Рыжеволосый мальчишка лишился единственного понимающего и любящего его человека. Это был самый тяжелый по нему удар от судьбы.

***

Младший Гокуу мирно ужинал в обветшалой хижине и читал учебник по садоводству. Парень просто обожал как работать с травами так и выращивать их, а после однажды увиденной клумбы с прекрасными гортензиями лекарь с головой погрузился в книжки про выращивания различного вида цветов. Их цвет, форма, запах во все это молодой врач влюбился буквально с первого взгляда. Это было год назад, когда во время прогулки по царскому саду Самон не свалился в цветочную клумбу с гортензиями. Хвастаясь перед принцессой своими навыками ближнего боя, он не заметил как запнулся о собственную ногу и упал. Цветы обеспечили мягкое приземление, но вместе с тем и зарождение нового увлечения рыжей макушки. В дверь настойчиво и резко постучали, что от внезапности вилка упала на пол. Пришлось собрать всю волю в кулак, чтобы встать и осторожно дойти до входной двери. — Господин лекарь, нам нужна ваша помощь. Человек сильно болен, простуда не проходит уже пять дней, а… Гокуу хотел только открыть дверь, чтобы впустить мокнущего под дождем человека, но замер от услышанного дальше. — Графу Сугороку становится только хуже, он совсем обессилен, помогите, пожалуйста… «Граф? Так это получается, что тот парнишка был младшим братом этого человека?» — подумал про себя Самон, стоя все так же неподвижно. В уголках памяти всплыли моменты, когда он помогал одному мальчишке в лесу. Тот свалился с дерева прямо на него, вся его одежда была в небольших дырочках или порезах, но при этом и очень хорошей. Конечно же молодой человек помог обработать все ранки и даже оставил на пару дней младшего у себя дома, чтобы вылечить от небольшого жара. Как только мальчик представившийся как Сугороку покинул его дом, на следующий день парень получил конверт с немалой суммой денег и письмом от человека, который подписался как граф Сугроку. Ни разу в жизни рыжеволосый не видел такой щедрости от знатного человека, хотел вернуть всю сумму обратно, но почтальон сказал, что не примет конверт. — Хорошо — лекарь открывает дверь и впускает промокшего до нитки лакея. — Дайте мне немного времени, чтобы собрать все необходимое, если голодны, то у меня осталось немного риса и мяса птицы. — Нет, нет. Что вы, это мы скорее должны вас угостить раз отрываем от ужина. Но ему и правда совсем нездоровиться. — Да, я понял. Соберу тогда все что есть и пойдем. — Доедем. — Ох. Это замечательно. — Спасибо вам большое, что согласились в столь поздний час отправиться со мной и помочь. Накидывая теплое пальто, Гокуу подходил к лакею, а затем положил свою руку ему на плечо. — Это моя работа, да и мне нравится помогать людям, а уж ему то я просто обязан помочь. — Правда? Какое счастье, обнял бы вас, да сырой. — Ничего страшного — закидывая учебник по садоводству в портфель, он одним глотком осушает чашку с чаем и следует за прислугой. От увиденного рыжеволосый еле сдержался, чтобы не начать спорить с лакеем. Тот приехал с небольшой каретой, куда должен был сесть молодой лекарь. Столько заботы от человека, которого он в жизни ни разу не видел, поражала. Врач знал, что многие недолюбливают его, но это в основном среди благородных кровей. Однако, представление об этому человеке все равно было такое же, как и о всех. Жадный, вспыльчивый, неблагодарный человек, которому забота к ближним была чужда.

***

За окном по-прежнему бушевала гроза, а молодой врач осматривал бледную кожу мужчины. Выглядел он неважно — тяжелое дыхание, бледность лица не говорила о чем-то хорошем, дикий сухой кашель, уставшее немного исхудалое тело. Яблочно зеленые глаза сосредоточенно рассматривали все тело графа, а тяжелые задумчивые вздохи начинали раздражать не только его, но и больного. — И долго мне так еще красоваться перед тобой своим телом? Я скоро насмерть замерзну — Хаджиме не выдержал первым, поэтому хриплым голосом обратился к парню. — Из-за того что ты молчишь я пытаюсь понять, что с тобой не так. Лучше расскажи как долго болеешь и что именно болит. Просто глядя на тебя могу сказать одно — у тебя обычная простуда. Пей побольше горячего молока с медом, чтобы горло не болело, чая, где много сахара, чтобы твои клетки где-то могли брать энергию, ну и конечно же куриный бульон. Ну и для спокойствия могу дать тебе всяких разных трав, но это бесполезно. Побольше лежи, пей воды и старайся одеваться по теплее и по-хорошему надо бы согреть это помещение. В знак подтверждения рыжеволосы съежился от холода в этом месте. Не сказать, что в его доме было тепло, но температура была явно выше, чем здесь. — Мышцы болят, голова просто раскалывается, особенно здесь — дрожащей рукой Сугороку указал на лобную долю. — Температура… Высокая… — мужчина потерял сознание и уснул, а вот его слова значительно обрадовали лекаря. Значит он не ошибся с диагнозом, но все равно стоило уточнить у больного симптомы. Как бы смешно не звучало, но точного определения для гриппа толком не было, но люди умели его относительно лечить. Список дел стал более очевидным. Во-первых, необходимо срочно согреть комнату. Во-вторых, следует поднять влажность в помещении, чтобы больному было проще через нос выводить из себя заразу. Да и проветрить бы не помешало, кажется последний раз окно открывали лет 10 назад, если не меньше. В-третьих, пациенту надо выпить теплое молоко с куркумой и корицей, чтобы это помогло поддержать организм во время болезни, да и говную боль убрать. Ну, а чуть позже можно дать и чай из страстоцвета. Выйдя из комнаты, Самон озвучил все инструкции и слуги побежали их выполнять. Согреют они соседнюю спальню, а как перенесут Сугороку, так сразу же проветрят комнату. Одна из поварих спустилась на кухню, чтобы приготовить напиток для графа. — А я могу здесь осмотреться? Мне все равно пока нечем заняться, пока он спит. А так пройдусь и выучу всю территорию, чтобы не затеряться, если господину понадобиться моя срочная помощь. — Конечно. Я тогда сопровожу вас. — Не стоит. — Я настаиваю, мне есть что рассказать. — Ох… Вот оно как… Хорошо — рыжеволосый радостно улыбнулся, чем вызвал добрую улыбку у дворецкого.

***

Обойдя весь замок, Гокуу внимательно слушал рассказ слуги о том что произошло с Хаджиме Сугороку. Это было правильным решением. — Что ж… В таком случае я думаю, что его здоровье пошатнулось из-за потери такого близкого для него человека. Однако, здесь жутко холодно и более чем уверен, что кто-то из вас заболел и заразил господина Сугороку, ну а там… Сами понимаете. — Верно. Одна из его слуг заболела, но даже несмотря на то что она поправилась, Марта могла заразить и моего господина. — А он много работает? Это могло тоже повлиять на его здоровье. — Сколько его знаю, Хаджиме очень много работает, еще до смерти… — Я вас понял. Уверен скоро ему станет лучше, если останусь здесь на пару дней, то думаю он поправится еще быстрее. — Будем очень признательны. — Договорились. А где я могу остановиться? — Я вас провожу. Идемте. Дворецкий отвел Гокуу в небольшое помещение. Это была комната для гостей, прислуга успела в ней немного прибраться, чтобы молодой лекарь смог отдохнуть там. — Спасибо. О! Ого! Вы и вещи мои успели уже принести. Спасибо большое. — Это вам спасибо, что согласились помочь. — Это моя работа. — Доброй ночи — дворецкий делает поклон и удаляется. — И вам — бросает в след Самон и подходит к своей сумке. Сейчас он с удовольствием дочитает параграф по разведению разного сорта цветов, а затем ляжет спать.

***

Гокуу уже час ворочается в постели и не может сомкнуть глаз, даже книга не помогла его усыпить. Из головы все никак не выходил образ этого привлекательного мужчины благородных кровей. Еще в юношеском возрасте парень заметил, что девушки не особо привлекательны для него в плане создания семьи или непростительного сексуального характера. Ему нравились разные мужчины, чаще всего выше его и лохматые как псы, но он… Эта угасающая, но некогда былая мощь, строгое серьезное лицо, шрам на лице… Об этом ему хотелось бы думать вечно. Однако, они из разных социальных слоев. Самону никогда не быть с Хаджиме и это разбивало сердце. Он был такой холодный, что душа, что тело. Это сохраняющиеся величие даже во время болезни. Все так манило и притягивало, но снова и снова в сердце прилетала стрела разочарования. Они не могут быть вместе, только если в тайне, но… Сугороку этого не допустит, его репутация не простит интрижку пусть и со знаменитым, но лекарем, которого позорно прогнали в это место, сделав простолюдином. Парень собирается встать, чтобы попить немного воды как в его комнату врывается запыхавшийся дворецкий. — Господин лекарь. Идемте. Он очнулся, кажется ему немного лучше. Гокуу кивает головой и, забыв про все, бежит вслед за слугой. Уже на месте он застает картину как бедная девушка хочет уложить графа обратно в постель, но тот активно сопротивляется. — Оставьте нас, мне нужно его осмотреть. На твердый тон лекаря все поворачивают головы, а после прислуга покидает комнату. — Как ты себя чувствуешь? — спрашивает рыжеволосый, трогая лоб. — Намного лучше, могу работать. — Черта с два. Ложись обратно, если стало лучше это не значит, что ты полностью выздоровел. У тебя все еще есть температура. Надо ее немного сбить, я попрошу, чтобы поменяли воду на холодную и смачивали полотенце хотя бы раз в час. — Не нужно. — Нужно. Гокуу толкает графа обратно на кровать и удерживает весом собственного тела, чтобы больной не смог подняться. — Я врач и мне виднее, что делать. — А я больной и мне виднее мое состояние здоровья. Сугороку хочет подняться, но его руку прижимают к матрасу, не давая подняться. — Как бы тебе не хотелось работать. Ты все еще слаб, если начнешь работать то только сильнее заболеешь и я помочь уже ничем не смогу. Не можешь заснуть, почитаю тебе сказку, если не поможет, прикажу тебя слегка придушить, чтобы потерял сознание. Тебе решать как заснуть. Ты проспал от силы два часа, этого мало. — А ты борзый. Так бесстрашно угрожаешь мне. — По другому никак. — Вот как… Тогда придумай альтернативный способ заставить меня лежать здесь, первые два варианта меня не устраивают. К такому Гокуу не был готов. Обычно такая угроза безотказно работала и все выбирали первый вариант. Парень мнется и не знает что предложить. Хаджиме замечает заминку на лице лекаря и одним махом переворачивается с ним. Теперь Самон был снизу и прижат к матрасу, а Сугороку нависал над ним. — Получается я первый, кто не соглашается с твоими условиями, не так ли? В ответ рыжеволосый нервно сглатывает и напугано смотрит в темно-красные хищные глаза. — Прекрасно. Останусь здесь до тех пор, пока не придумаешь другой вариант. На это выделю тебе час — Два — за какой-то жалкий час парень не успеет придумать ничего толкового. Он все еще плохо знаком с этим человеком, для начала ему нужно поговорить с остальными, чтобы найти уязвимое место. — Хорошо. Два часа на раздумья, но я очень сомневаюсь, что ты сможешь что-то придумать. — Ты меня не знаешь, а я о тебе достаточно. Уверяю через два часа будет тебе вариант, от которого ты не сможешь отказаться. — Договорились — злорадная улыбка расползлась по бледному лицу. Сугороку свалился на бок и начал принимать удобную позу для сна, Гокуу то же время не терял и слез с кровати. Выйдя в коридор, врач отдал новые распоряжения подчиненным и попросил дворецкого дойти с ним до его комнаты. Им предстоит долгий разговор, да и не только с ним.

***

За этот час парнишка не выяснил ничего, чтобы помогло ему придумать новый альтернативный вариант по удержанию пациента в кровати. Ходя из стороны в сторону, он тяжело вздыхал, идей не было, а мысли о привлекательности графа казалось нарочно отвлекали. И вдруг его осенило, а что если предложить ему подружиться? Каждый из его слуг сказал, что круг хороших приятелей и так был мал, а друзей не было и подавно. И ведь если они подружатся, то… От этих мыслей Самон быстро потряс головой. Статусы. Вот причина всех бед, а если быть точнее причина, по которой их отношения, если таковые состоятся, будут втайне от всех. Разве что дворецкий быстро поймет все, но будет молчать. Остальные скорее всего поступят так же, если Гокуу вдохнет жизнь в тело и сдует горькую пыть потери с души, то все будут только за. На такой позитивной ноте обладатель рыже зеленых локонов почти вприпрыжку пошел в сторону комнаты графа, но на середине пути остановился и задумался, а как же ему предложить дружбу? Об этом он не подумал. Начать можно со светской беседы, например с поиска общих интересов или поговорить о животных, вроде парень видел черного кота. — Отличная идея, начнем с этого — вслух проговорил остаток своих мыслей и продолжил путь. И вот перед ним стоит черная дубовая дверь, сердце начинает бешено, колотится, а к лицу в больших количествах приливает кровь. Гокуу и не вспомнит, когда в последний раз так сильно волновался от простого предстоящего разговора с кем-то. В руках появилась мелкая дрожь, зрачки расширены, еще чуть-чуть и он отступит назад, но нет. В самый последний момент лекарь собирает всю волю в кулак и стучит в дверь, услышав хриплое войдите, тянет дверь на себя и проходит в помещение. — Надо же — хрипло говорит Хаджиме и сгибается в новом приступе кашля. — Тебе даже меньше двух часов хватило, чтобы что-то мне предложить или ты пришел сказать, что сдался? — пусть он и болеет, но по-прежнему способен грубо отвечать и отталкивать от себя всех. — А вот и нет. У меня есть один вариант. Скорее всего вам он не понравится, потому что мне необходимо будет сидеть здесь, но скрасит ваше пребывание в постели. — Черт… — Сугороку откидывает голову на подушку и устало прикрывает глаза. Этот высокомерный мальчишка решил заделаться ему нянькой. — Я не нуждаюсь… — Я предлагаю вам дружить — перебив больного, Гокуу решил огласить сразу свою идею. — Что? Ха… Ха-ха-ха — хохот вперемешку с кашлем наполнил всю комнату. — Ты серьезно? Дружить? Я думал ты будешь более изобретален. Готов был даже согласить на тот вариант, если ты захочешь лежать со мной в одной кровати и ласкать мое тело. Один только твой взгляд выдавал тебя с головой, что я тебе нравлюсь как мужчина. А вместо такого ты предлагаешь мне просто подружиться с тобой? Ха-ха-ха, вот это чушь. — Да все верно, я предлагаю подружиться. Имеете что-то против? И тут Хаджиме перестал резко смеяться. Он не мог поверить, что слова сказанные ранее ни капли не задели его. «А у него есть выдержка, так просто в грязь лицом не упадет. Неплохо.» — подумал про себя граф, внимательно рассматривая сидящего напротив. — Нет, но вот что интересно — Самон к этому времени успел забрать кресло у письменного стола и поставить его на достаточном расстоянии от больного, чтобы не подцепить болезнь. — Кажется тебе никто не сказал, что друзей я не завожу. Мне и без них неплохо живется. — Сомневаюсь. Вашим единственным другом и… Братом — Да не вздумай — а вот это уже не на шутку разозлило больного. — Я был знаком с ним, мы неплохо подружились, хоть и виделись всего пару раз — Что? — Так ты не знал, жаль… — Я знал, что ему помог некто проживающий в самой отдаленной части этой деревушки. И попросил отослать немного денег, чтобы этот добряк мог хотя бы хижину себе отремонтировать, но… — Я их насильно вернул. Мой долг помогать и лечить, а твоему брату я просто помог с легкой простудой и обработал царапины. Это ничего не стоит, а вот его компания была бесценна. Сугороку задумался и начал прожигать одеяло взглядом, поэтому Гокуу решил продолжить. — Мне одиноко ни чуть не меньше чем тебе. Ты потерял человека, который тебя любил, с кем было хорошо. Он тебя понимал, поддерживал. Я тоже потерял такого. Думаю тебе знаком придворный лекарь — Энки Гокуу — темно-красные глаза резко и с удивлением посмотрели в сторону говорящего. — Он жив, ты не подумай. Однако, ему всегда было не до меня, а вот отец… — Ясно… — Так что дружба наш лучший вариант — уже более радостно и воодушевленно заговорил Самон. — Я слежу за тем, чтобы ты не вставал с постели. Как врач я могу отследить твое состояние здоровья. А как твой новый друг могу составить тебе компанию и раскрасить твой вечер, до тех пор пока ты не уснешь — А еще это тебе возможность любоваться мной — не задумываясь, добавил пациент. — Да… Заметив негативную реакцию на свои слова, долгое время не мучившая его совесть внезапно взвыла как волк поющий на Луну. — Прости… Рыжеволосый делает громкий хлопок в ладоши и натягивает привычную детскую улыбку до ушей. — Забыли. Лучше расскажи о том, что тебе нравится помимо работы. — Животные. Кажется у Гокуу дернулся глаз. Разболтать этого молчуна будет непросто, но он сам подписался на это, придется работать. — А какие? Однажды, я видел разноцветных карпов. У них были разного цвета пятнышки на чешуе, такие красивые. Сугороку изогнул бровь, не понимая зачем ему знать о каких-то там карпах, если ему был задан вопрос, но все же решил ответить. — Коты. — Поэтому ты держишь у себя черного котика? — Да. Его имя Куу. И не называет его «котиком». Однако, в знак протеста домашний любимец графа запрыгнул и свернулся клубком на коленях Самона. — Так вот ты какой — он почесал за ушком мохнатого зверька и тот сразу стал мурлыкать, чем вызвал небольшую ревность у хозяина. — Обычно не ведет себя так — обиженно сказал Хаджиме. — Даже твой кот не против разнообразить свою и твою компанию — Тц. А сам то что любишь? — М? Я? — Ну не я же. — Лечить людей. — А кроме этого? — Хм… Мне нравится выращивать разные травы, цветы — Пф — У меня хотя бы есть увлечения. Лечить других — это моя работа, а заниматься в саду — У тебя есть сад? — Небольшой. Уверен, у вас он гораздо больше. — Хочешь быть друзями, а обращаешься на вы. Я не настолько стар и сада у меня нет. — Ох… Жалко… — Есть только небольшой фонтан — Правда? — Да.

***

Слова за слово и они не заметили как закончилась гроза. Было раннее утро. Хаджиме наконец-то сморило, и он уснул. Самон подошел проверить температуру и та благо спала. Укрыв поплотнее одеялом, парень задержал немного взгляд на губах спящего, печально вздохнул и покинул его покои. За дверью его уже ждала прислуга. — Ну как он? Множество вопросов посыпалось на бедолагу. — Все хорошо. Вашему господину уже лучше — все облегчающее выдохнули. — А я могу посмотреть фонтан? Гроза закончилась, грязью и лужами меня не напугать. И все тут же виновато посмотрели вниз. — Понимаете… Фонтан находится в заброшенном саду. Он уже давно зацвел, но… — До сих пор туда ходит? — Да. — Что ж. В таком случае пришло время преображений. Давно мечтал возродить жизнь в подобном месте, всегда хотелось узнать получится у меня такое или нет. — Но… — Не переживайте. Весь его гнев я возьму на себя. — Хорошо. Идите за мной. Гокуу снова повел дворецкий. От предвкушения будущей работы сердце билось все чаще. Ему выпал редкий шанс превратить заброшенное место в источник жизни и процветания. На улице картина была удручающая. Место некогда называвшееся садом превратилось в домик ужасов и страха. Бродить в таком месте в темноте довольно пугающе. Поблагодарив слугу за все, он снимает с себя плащ и находит старую пыльную одежду садовника. Переодевшись берет что-то на подобии огромных ножниц и подходит полузасохшим лианам. Работы предстоит много. Гокуу на мгновение теряется и не знает с чего начать, но все останавливается на уборке всех сухих и мертвых растений. Спустя час Самон решает переключить свое внимание с темно-зеленых и черных растительных веревок на небольшой фонтан. Вычерпав от туда всю воду, он начинает убирать всю растительность со стенок. Как только вся зелень была счищена, а пальцы уже были не в состоянии продолжать этот процесс. Рыжеволосый отправляется за чистой водой, которой собирается наполнить это место. Закончив и с этим, лекарь отправляется в свою комнату, чтобы немного поспать и набраться сил перед продолжением работы в этом удивительном месте.

***

Прошло два дня с тех пор как приехал сюда Гокуу. Несколько раз его просили о помощи и другие жители, в чем он не отказывал. И граф тоже пошел на поправку и почти выздоровел. Постоянный покой, правильные травы и компания исцелили бедную душу Сугороку от тяжелой простуды. Хаджиме по-прежнему ревновал Куу к молодому лекарю. Но однажды увидев, как рыжеволосый от усталости после работы в саду моментально отключился в кресле с котом, который уснул у него на шее. Смирился с тем, что забота пушистого негодника нужна была скорее врачу, чем его хозяину. Как бы сложно это не было, но мужчина признается в себе, что такого разностороннего и непохожего на него друга ему не хватало. А ведь ему говорили, что младший в семье Гокуу тот еще высокомерный паршивец, а ведь на деле его просто поглотила обида на знать, которая ни во что не ставила его и его отца. — Как вы себя чувствуете? — Прекрасно, а он давно спит? — Ох… С момента как пришел и как обычно сел в ваше кресло то сразу же уснул. — Чем же он таким занимается, что так отлынивает от своей работы с помощью царства сновидений? — Я могу вам показать, если хотите. В ответ Сугороку кивает и идет вслед за дворецким. Какого же было его удивление, когда на месте мертвого сада он увидел место с вдохнувшей в него жизнью. Слуга весь извёлся, ожидая неудержимого гнева графа, но в ответ получил открытый рот и широко распахнутые глаза. Казалось его жизнь навсегда потеряла палитру красок, а замок и его владения походили на богом позабытое место из сказок. Однако, так было до недавнего времени пока в жизни мрачного графа не появилось живое доказательство того, что он еще не обречен на долгие одинокие скитания в стенах собственного дома. Сердце пропустил удар, а по щеке скатилась слеза. Гнев смешался с радостью, а страх с благодарностью. Все что он видел только начинало набирать силу. Трава постепенно становилась зеленее, кроны деревьев гуще, а цветы все краше. — Зачем? — тихо шепчет Сугороку и еле держится, чтобы не упасть на колени. — Гляжу тебе — зевок — понравилось. Я уже тут несколько суток торчу, думал не спасу, а нет, даже умирающего можно в самый последний момент спасти. Хаджиме поворачивается в сторону говорящего с глазами полных слез. Хочется сорваться и накричать, но с другой стороны в этом не было никакого смысла. — Зачем? — Затем, что как твой друг мне хотелось сделать тебе приятно. Да — чешет затылок — первоначально я поступил эгоистично, потому что мне хотелось возродить это место из мертвых ради себя, но мы так — Замолчи. Гокуу на секунду опешил от такого грубого и стального голоса, что даже остатки сна мигом улетучились. Его конечно предупреждали, что граф может сильно разозлиться, если узнает об этом, но кажется парень подзабыл, что впускать людей в свою жизнь после смерти Хитоши, ему стало еще сложнее. — Я… — Сказал заткнись! Самон делает глубокий вдох, готовясь к грандиозной ссоре между ними и осторожно намекает жестом дворецкому, чтобы тот ушел. Слуга тот час подрывается с места и удаляется. — Слушай — Не хочу ничего слышать. Тебя никто об этом не просил — Но и ты не просил ничего не трогать — Это мои владения. И как их законный хозяин — мужчина стал все ближе подходить к лекарю, который в ужасе вжался в дверной проход. — Я решаю, что делать здесь, а что нет — А как твой законный друг — Ты мне не друг — Что? — кажется в груди только что треснуло что-то. — Ты видишь во мне не друга. В то время как я не желаю заводить друзей, а уж партнера тем более. Я думал ты понимаешь все, но ты не умнее улитки в этом саду. Проваливай к черту. Удар в дерево неподалеку от головы заставляет дернуться на месте. Гокуу нервно сглатывает и вжимается с силой в уходящую фигуру, благо тот не успел и трех шагов сделать. — Совсем страх потерял? — Да я тебя люблю и не вижу в тебе друга, но ты ничуть не лучше — слезы и дрожащий голос пронзили душу Хаджиме словно мечем — закрылся от всех, думая что так будет легче, хотя и сам понимаешь, что это не так. И все равно отталкиваешь. Тебе больно заново привязываться, а мне больно тебя любить! На последней фразе Самон не выдержал, разревелся как маленький ребенок, который неудачно упал и сильно ушибся. А вот сердце графа провалилось в пятки от услышанного. Он так зациклся на себе и своей потери, что абсолютно не подумал о чувствах других. Еще при жизни Хитоши говорил ему, что своим эгоизмом он погубит того, кто будет его страстно любить. — Прости… — Замолчи! Слезы градом сыпались на чужую одежду, а в таком состоянии Гокуу не мог трезво думать, пришлось крикнуть на пациента, чтобы все что ему хотелось донести, он донес словами. Сугороку так и сделал. Свои извинения мужчина принес легким поцелуем в уголок рта, тем самым останавливая накатывающую истерику у лекаря. Рыжеволосый с широко распахнутыми глазами и ртом смотрел отстранившееся лицо и краснел. Вот в его жизни случался еще один случай, когда молодой врач попросту не знал что делать в такой ситуации. Времени на раздумья ему теперь никто не даст, придется действовать моментально. Он облизнул губы и вытер рот, предварительно вырвав руку из цепкой хватки. — Прости… В ответ Хаджиме получает неуверенный кивок. Яблочно зеленые глаза с недоверием и страхом продолжали прожигать дыру на нем. Делать нечего, остается только вернуть хотя бы малейшую часть с помощью ответных объятий, в которых дрожащее тельце не менее сильной хваткой цепляется за спину. Новая порция солоноватой воды окропляет одежду. Постояв так около минуты, они вместе идут вглубь замка.

***

Вот прошло уже около месяца, заметно изменились оба. Самон стал лояльнее относиться к знати, Хаджиме стал более приветлив с другими. Увы им до конца своих дней придется скрывать их отношения, их любовь, их счастье. Однако, это не сильно волновало их, потому что выставлять напоказ такую запретную любовь не было нужды. Никто не лез в их личную жизнь, да и по рабочим делам не приходилось пересекаться, только один раз, но Сугороку и Гокуу еле сдержались, чтобы не подойти друг к другу на одном из банкетов. Старшего пригласили туда как гостя, а младший случайно попал на это мероприятие. Его пациентка была в этом доме, поэтому как только он успешно помог одной из служанок родить, то парня сразу проводили в зал, чтобы тот мог передохнуть. Однажды вся прислуга «случайно» застукала их в середине столь желанного процесса. И спустя некоторое время при виде парочки они перешептывались или хихикали, в основном девушки, хотя лакей тоже не мог сдержать улыбки или усмешки. Пришлось выяснять подробности такой странной реакции у дворецкого, которого они отпустили с красными лицами. В жизни все наладилось. Мрачный граф и молодой лекарь были счастливы. Все кто должны были знать, тихо радовались за них и иногда дразнили по-всякому. Сейчас двое влюбленных прогуливались в нынешнем очаровательным саду. Один из них подошел к клумбе с любимыми цветами, а второй сорвал несколько цветочков и посадил в ярко рыжик локонах. Самон по-детски негодовал, что так небрежно были сорваны прекрасные цветки, но в конце мягко улыбнулся и бросил многозначительный взгляд в темно-красные глаза. Они поднялись и пошли в сторону фонтана, где во всю жили своей жизнью небольшие разноцветные карпы. За такой короткий срок унылое и безжизненное место потерпело перерождение и сейчас толпа народа хотела на секундочку взглянуть на это место. К счастью или к сожалению, но на всю деревню только у Сугороку имелась сакура, цветение которой жители пропустили в прошлом году. Усевшись на бортике фонтана они переплели пальцы рук и немного посидели в тишине, прежде чем начать разговор. — Какие планы на завтра? — Ничего особенного. Мне нужно проведать пару своих пациентов и в целом это все. Хочешь заняться чем-то более увлекательным чем работа или болтовня? — Самон с азартом и небольшим вожделением смотрит на мужчину напротив. — Может быть — граф пододвигается ближе и хитро улыбается. Лекарь решает взять инициативу в свои руки и утягивает своего партнера в страстный поцелуй. Рука старшего проходится по бедру, нежно массируя, а другая осторожно придерживает рыжеволосого за талию. Ладони младшего цепко хватаются в области шеи. Так не хотелось отрываться друг от друга, но воздуха становилось все меньше и меньше, пришлось разорваться ненадолго. Они склонили головы и уперлись лбами. Здесь их никто не потревожит, поэтому возлюбленные могут наслаждаться собой столько сколько хотят. Луч надежды мрачного графа до сих пор не перестает его удивлять. Он вселяет надежду на более светлое будущее, чем есть у них сейчас. Рыжие локоны как огонь расплавили оковы прошлого и помогли выбраться из них. Это он не забудет никогда.