Так прошло утро, а затем и обед..
Но вечером..
Хаск сидел протирал бокалы и стаканы растовляя их по полкам. Пришло Энджел. -Хей! Детка что такой тусклый? Крикнул ему старый бармен. Но Энджел не ответил. Хаску это показалось странно : пришол поздно кисло выгладит это очень странно все года был радостным и всегда отвечал на то что говорят. Он решил проверить. Выйдя из барной стойки он пошол на верх прямо по каредору он дошол до двери, хотел зайти, но услышал бурный телефонный разговор : -Вал! Дай мне пожалуйста отдазнуть от всего этого я и так весь день блять хуи сосал! [Да!?! Да что ты ! Ты совсем не понимаешь нечего? у нас контракт в котором написано всегда слышаца меня сука ! Ты уже отдыхал на прошлой неделе целых 2 дня! Завтра же в студию! ] Энджел положил трубку, и начал реветь Хаску это не понравилось и он зашол в комнату. Энджел от неожибонноси вздрогнул и сразу же успокоися. - Что этот ублюдок с тобой зделал? Грозно спросил Хаск. Даст вытерая рукой слёзы ответил: -Это ужасно! Я целый день на пролёт с кем-то трахался на камеру блять, теперь он говорит что плохо работал, материалы говно, прекрасно блять! Энджел отвернулся от Хаска. Хаск увидел отвратительные сеники на шее. -Сука! Давай я обработаю! Тебе же больно. Начал успокаивать Энджела бармен. Энджел немного отодвинулся и поправил воротник так чтобы засосов было не видно. И снова начал лазить по телефону. у Хаска стало раздрожонное выражение лица. На некоторое время он покинул Даста, он пошол за мидикоментами. Вернувшись Энджел уже переоделся в домашнее и всё тагже лазил в телефоне. Хаск тихонько подошло сел на кровать и начал обрабатывать. - ТАСС.. Ты что творишь?! Мог сказать хотя бы! Энджел отнекивался от помощи. Но Хаск был упёртый он продолжал обрабатывать рану даже от малой борьбы от Энжела точнее : 3-ей рукой он отмахивался от ватки с перекисью и иногда отключал телефон в попытках взять и выкинуть её. В итоге он здался и принял поражение. -Спасибо.. Тихо ответил Энджел по торогав раниное место. - У тебя ещё есть раны? Спросил Хаск. Энджел начал снимать домашнюю футболку. На его нежном теле были синяки и четкие отпечатки от г огромных лап тех изврашенцев, которые жадно вдалбливани в бедного поучка свои валыны. Хаск взял марлю и начал перевязывать все места с ранами синяками и др. Энжелу это показалось очень приятно и заботливо с его стороны. Даже под таким серьёзным тигром прячится нежный пушистый котёнок..