That won't do

      Перед глазами мельтешит от изобилия красок и тошнит от множества запахов разной густоты. Хотелось вжаться в стул и слиться с ним воедино, но получалось только умирать от духоты помещения и шума создаваемого толпой пьяных коллег. Корпоратив, плавно перешедший в настоящую вечеринку, в честь удачного окончания рабочего года в самом разгаре. Раздрай устроенный главой отдела всё не утихал, продолжаясь почти всю ночь вечер. Время давно перевалило за полночь и стрелки близились к пяти часам утра. Ой, как всем будет плохо после попойки. Помяните его слова. В стаканы разной плотности и выполненные разными материалами всё льётся крепкий алкоголь, подогревая затуманенные разумы на нахождения новых тем для обсуждения. Ну или... простого перемалывания косточек друг другу не на прямую. Так. Издалека, чтобы не было понятно именно про кого.       Возле всей этой трясучки, ближе к выходу, на всякий случай, отсиживался заместитель главы, вместо того, чтобы присоединиться в всеобщему веселью. С самого начала идея приходить сюда была провальной и явно банальной. Такие вот празднества устраивались каждый год, с тех самых пор, как Рики устроился в компанию. А это - уже два года. Вздохнув, он повернул голову в сторону увидев, как один из коллег пытался поцеловать второго, и всё это из-за желания в "правда и действие". Его загадал тот самый глава отдела - Ким Джиун. Тайно улыбаясь глядит на подчинённых своими невероятными глазами. Лучший глава во вселенной. И вот, сопротивление кончилось, когда губы столкнулись и все затихли. Вот уж потеха. Шэнь мысленно хихикнул, затем обратил своё внимание на другого коллегу, который всегда сидел в отдалении. Такой весь из себя загадочный и нелюдимый.       Красная жидкость красиво переливается под разноцветными софитами. Нарочито аккуратные движения рукой, больше походящие на кукольные, наклонённая в сторону голова, едва заметное отвращение в глазах обращённое к всеобщему настроению. Поймав на себе чужой взгляд тот отсалютовал бокалом в руке, небрежно кивнув головой отвернулся в сторону. Ох...       Резко встав, без предупреждения кинулся к дверям, желая покинуть всю эту тусовку. Напиток расплескался по полу, но стекло всё ещё находится в руке. Чертыхнувшись, Шэнь обнаружил на плече голову. Пары алкоголя раздражают обоняние, поэтому оттолкнув тяжёлую ношу вскакивает со стула поспешно выходя из помещения. Дверь тяжело стукается о стенку поражённая сильным толчком. Оказавшись в другом, наиболее прохладном месте шумно выдыхает. От чего-то щёки горят, возможно, выпил не такое количество вина, чем предполагал изначально. Старший по званию всё время предлагал подлить, по этой причине приходилось соглашаться, а теперь глаза тяжелеют и грозятся закрыться, но тут нельзя. Нельзя. Надо добраться хотя бы до отеля поблизости.       Облокотившись спиной о стену достаёт из внутреннего кармана пиджака смартфон проверив на наличие сообщений или чего-то подобного, и не обнаружив ничего важного и стоящего безотлагательного внимания убирает обратно. Перед ним стоит Кюбин изучающе глядя прямо в лицо. Неприятный холодок скользит по спине вверх.       — Помощь нужна? — Спрашивает и облокачивается о стену позади. Махнув рукой, Рики протягивает её вперёд, чтобы за неё ухватились и притянули тело к собственному. Чужой лоб упирается в плечо. — Мм, в отель? — Предложение кажется очень заманчивым. Не увидев, в нынешнем состоянии, никаких предпосылок или угрозы лишь кивает, позволяя вести себя за руку. Вот они ждут лифт, затем заходят в него вместе с одной женщиной, та косится, но ничего не говорят предпочтя этому уставиться на панель с кнопками этажей и не двигаться до тех пор, пока они не добираются до первого этажа. Придержав дверь, ждёт, пока они не выйдут и кивает, когда расходятся за дверьми здания. — Рики~я нам надо добраться до вот.. сюда.— Указывает на громадину перед ними и кивает, ведя за собой, как малое дитё по утрам.       Уже оказавшись в номере укладывает сонного коллегу на широкую кровать. К сожалению, номер оказался только с одной кроватью, а другие были заняты. Пришлось взять этот. Уложив тушку на мягкую поверхность стягивает обувь, расстёгивает первые пуговицы на рубашке и отстёгивает пряжку ремня, дабы не давило. Может, последнее было лишним, но сейчас это не имело большого значения. Сам пристроившись на оставшейся части простыни задумчиво глядит в потолок. Мысли крутятся вокруг мирно дышащего парня рядом.       Рики переводит взгляд на него, отмечая таинственную очаровательность присущую только ему. Ладонь произвольно тянется к спадающей прядке волос и убирает её в сторону. Чужие глаза с трепетом слабо приоткрываются и вклиниваются в него. Дыхание перехватывает стоит только этому произойти. Нежно обхватив руку, Рики оставляет невесомый поцелуй на тыльной стороне ладони. Ким вспыхивает и отворачивается. Фыркнув, Шэнь придвигается ближе. Настолько, чтобы ухо обожгло дыханием, а внутренности перевернулись.       — Кюбин~а, — Звучит хрипло, — Почему ты смущаешься? — Спрашивает будто издевается и улыбается. Кюбин готов распрощаться с жизнью и просто уснуть, но ему не позволяют, поворачивая голову в сторону и впечатавшись губами в губы. Сердце на мгновение останавливается, чтобы через секунду начать стучать как бешеное, грозясь прорваться через кости и выпасть из груди. Мягкие уста сминают, совсем невинно касаются нижней губы, язык скользит по ней и сразу втягивается. Перед закрытыми веками плывут разноцветные круги. Ладонь ложится на щеку и теребит кожу. Чуть слышно заскулив, Ким приоткрывается, чувствуя, как в рот скользит тёплый язык и сталкивается с собственным. Терпкий вкус красного вина ярко ощущается рецепторами.       Пьянящий аромат сводит с ума. Они плывут и расстекаются по кровати двумя небольшими лужицами соединяющимимися везде: руками, ногами, губами и лбами. Ким переворачивает их, чтобы оказаться сверху и сон как ветром снесло, вместо себя оставляя небольшое возбуждение и заинтересованность. Всё ещё нависая наклоняется и втягивает в тягучий поцелуй, скользя руками по телу. Одежда приподнимается и под неё проникают холодные ладони. Шэнь тихо скулит от контраста температур, чувствуя себя прекрасно и ужасно одновременно, пока рвутся пуговицы несчастной рубашки. Удивлённо вскрикнув, он уставился на тёмно-красную макушку.       Приникнув к голой коже всасывает её в рот, чтобы оставить красноватый след, а в награду словить стон. Улыбка расползается по лицу. Язык ведёт мокрую дорожку от ребра до соска и облизывает твердеющий ореол. Тело под ним дрожит. Ладони устраиваются на талии, как на своём законном месте. Возможно, - так оно и есть. Обдав мокрую горошинку холодным дыханием слышит томный вздох. Внутри распускается цветок удовольствия, покалывающее все нервы. Губы мучают сосок, время от времени покусывая за самый кончик. Эти поддразнивая выбивают почву из-под ног, потому он часто дышит не зная куда деть свои руки. Те находят себе дело в красных волосах.       На щеках играет румянец, а на лице проскальзывает смущение, когда губы скользят вниз, оставляя засосы и укусы, пока не оказываются прямо над пахом, где сконцентрированы все нервы и эмоции. Щека трётся о кожу, Шэнь задыхается в стоне и дышит часто.       — Приподними попу, Рики~я — Щебечет Ким и Шэнь точно уверен, что сейчас кончится, как человек. Ноги напрягаются и бёдра немного нависают над кроватью, чтобы заново плюхнуться на мягкую постель. Кюбин пускает смешок, стягивая классические штаны со стройных ног, но почему-то оставляя боксеры. Фетиш? Хах, боже. О чём он только думает... Тем временем, к члену прижимаются ртом и немного теребят головку сквозь ткань. Там всё натянулось, а прозрачная предсеменная жидкость пачкает кожу. Лизнув чувствительную кожу через боксеры, Ким устраивает красивые ноги на своих плечах. Стянув до бёдер ткань лижет головку, проникая в уретру, затем обводя все венки ведёт вниз, ближе к поджавшимся яичкам.       Играется с кожей, ловя полузадешенные крики и с удовольствием заглатывает головку, получая в награду ласкающие слух стоны. Насаживается глубже, чувствуя, как собственный член болезненно упирается в ширинку, но ничего не может поделать и молчаливо терпит сладостные мучения, так приятные прямо сейчас. Головка упирается в заднюю часть горла, его абсолютно не волнует то, что не хватает катастрофически воздуха. Ведёт головой назад, затем насаживается заново, выбивая порцию скулежа перемешанного с хрипами.       Мягкие пальцы трепещут и теребят волосы, создавая уютное гнёздышко на макушке и везде, докуда могут достать. Горло и щёки саднит от напряжения, но голова продолжает двигаться в такт движениям бёдер. Жар чужого тела под руками ощущается очень ярко, будто разлилось жидкое солнце. Из глаз текут слёзы, не в силах остановить это - лишь принимает во рту разгорячённый орган.       — Кюбин... — В полубредовом состоянии шепчет Рики между стонами и хрипами. Между тем, Шэнь становится слишком уж горячим, Ким даже беспокоится, но через несколько контрольных толчков в горло капает горячее семя, а слуха касаются ругательства разной степени громкости, пока тело не обмякает и расплывается на простыни.       — Мм, а как же ты? — Хрипит Рики, лениво водя пальцами по вспотевшей спине. Кюбин мычит, но не отвечает. Дрожа после оргазма присаживается на бёдра, облизывает пересохшие губы и полушёпотом соблазнительно произносит. — Так не пойдёт, менеджер Ким.