луна не светит - она лишь отражает свет

Она пахла сладко цветочно-конфетно, вишнёвый шлейф духов оставался после неё и оседал приятно в лёгких. Она пахла малиной, что в последнее время присутствовала слишком уж обильно в виде электронной сигареты, притаившейся в небольшом отделе сумки, либо же в кармане излюбленной нежно-розовой олимпийки, что была размеров на пять больше. Она пахла свежемолотым кофе, его аромат крепко впечатался в тёмную кофту, на постоянной основе носибельную в рабочие будни. Временами от неё слышался, казалось бы, неприятный запах табака, однако, даже он будто мягко окутывал девушку, оставаясь в воздухе приятным следом. Она ощущалась как начало мая, как тёплое солнце, но временами пробирающий до костей прохладный ветерок, как её любимые цветущие тюльпаны. Она ощущалась как крепковатый чай с сахаром, который, несмотря на капризный вкус, всегда помогает справиться с головной болью. Она ощущалась как звёздная ночь в полнолуние, когда острее чувствуется одиночество и происходят самые душевные разговоры, когда ночная прохлада так и норовит пробраться под одежду, заставляя поёжиться, но тёплый чай моментально согревает. Она любила касаться холодными руками чужой шеи, кидая тихие усмешки. Она водила в разные кофейни, начиная с бариста разговор ни о чём, чтобы дать время на выбор вкусняшек, всегда оплачивала напитки и старалась ухватить небольшую открыточку, смущённо протягивая вместе со стаканчиком. Она любила, как бы невзначай, обхватить чужую талию, притягивая ближе к себе. Её руки обычно были спрятаны в карманы или крепко придерживали ремешок сумки, она немного настороженно реагировала на чужие прикосновения. Однако, с особенными людьми будто превращалась в мягкий пластилин – лепи, что только душе угодно. Всегда крепко, но нежно брала за руку, обнимала со спины, утыкаясь лбом в чужое плечо, изредка проводила носом вдоль шеи, чмокая за ухом, ластилась к рукам, любила, когда перебирают её волосы и гладят по голове. Было приятно осознавать, что ты особенный для неё человек. В моменты особенно хорошего настроения она окутывала флиртом каждую секунду общения, скалясь и бросая меткие игривые взгляды. Злость свою она выражала открыто и ярко, огрызаясь, хмуро глядя исподлобья и угрожающе сжимая кулаки. И если многие слова в свою сторону она предпочитала игнорировать или отвечала колко и односложно, то фразы и действия, обращённые к тем самым — особенным — людям, без ответа никогда не оставляла. Мгновенно ощетинившись, она сразу же переходила в агрессивное наступление, не брезгуя крыть обидчика многоэтажным матом, легко могла ударить или пригрозить моментально материализовавшемся в руке ножом-бабочкой. Остановить её могли всего пара человек, для остальных эта затея была себе дороже. Сложно понять, как ощущалось осознание, что ты особенный для неё человек. Она была немного заторможенной и уставшей из-за вечных проблем со сном, но всегда старалась выглядеть бодрее, чем являлась. Она была импульсивной: быстро вспыхивала, но также быстро успокаивалась. Её утомляли долгие разговоры и большое количество людей, однако она везде умела найти себе компанию. Она была чаще нейтральной или немного грустной, однако, каждый раз ловя чужой взгляд – дарила, несомненно, искреннюю улыбку. Она была грубоватой и немного неловкой. В моменты смущения хмурила брови, отводила взгляд и прятала руки, не зная, как реагировать на чужие слова и действия. И каждый раз, опустив тяжёлую от усталости голову на плечо рыжеволосой девушки, Ньют убеждалась, что Смайла была, вероятно, самым тёплым и комфортным человеком из всех существующих на этой планете. И кто только сказал, что луна не греет..