Бармен знает всё

Бармен знает всё. Это непреложная истина, которую знали все обитатели Отеля. Каждый, кто хоть раз засиживался за барной стойкой, даже если зарекался не откровенничать перед Хаском, все равно начинал изливать тому душу. Может, дело было в знатной доле алкоголя, или всему виной была необходимость выговориться хоть кому-то? Никто этого не знал. Зато все понимали одно: Хаскер умел слушать. Хотел он того или нет – вопрос другой, но важнее всего то, что бывший Оверлорд выслушивал каждого и мог даже дать дельный совет. Жаль только, что никто не мог эти советы запомнить. А ведь некоторые из них действительно могли помочь сделать и свою жизнь, и жизни окружающих чуточку лучше. Но, увы, алкоголь не только снимал все «барьеры», но и стирал воспоминания. Так что Хаск порою задумывался, зачем он вообще делится советами и жизненным опытом с теми, кто под конец хорошей «пьянки» чуть ли не на столе засыпает. Пока для себя он нашел лишь один ответ: так его бессовестная совесть оставалась чиста. Он пытался помочь? Да, хоть и не хотел. Он хранил секреты? Что ж, если кто-то в пьяном бреду просил его не рассказывать то, чем соизволил поделиться, то Хаск молчал. Хотя, конечно, были и исключения. Секреты, о которых лучше никому не знать. И откровения, которые стоит беречь. - Не ожидал Вас тут увидеть, - заметил бармен, приподняв бровь. - Столько времени провести в Отеле и ни разу не заглянуть? Грешно, - заметил Люцифер с легким смешком. Едва ли не запрыгнув на стул, он положил на барную стойку цилиндр, аккурат туда, где недавно Хаск вытер стол до блеска. – Так… чем изволишь угостить? - Смотря что нравится и ради чего пить надумали, - заметил бывший Оверлорд. - Выпить, чтобы насладиться или чтобы забыться? – уточнил Люцифер с легким прищуром, после чего задумчиво глянул на ряды бутылок за спиной Хаска. Выбор был богатым: от дешевого пойла, которое никто в здравом уме и пить бы не стал, до вполне себе неплохих сортов, некоторые из которых были Люциферу знакомы. С одними были связаны хорошие воспоминания, а от названий других он буквально физически ощущал всю ту горечь и тоску, которые так усердно старался заглушить. И это притом, что он выпивал крайне редко. Потерев задумчиво подбородок, Люцифер пробежался взглядом по открывшемуся ему ассортименту. После чего, откинувшись назад, он повёл рукой в сторону. - Глаза разбегаются, - наконец, проговорил король, после чего, подавшись вперед, добавил. – Что на счет чего-нибудь этакого? Чтобы расслабиться после насыщенного дня. Хаск смерил Владыку Преисподней взглядом, оценивая его состояние и прикидывая, какой напиток позволит тому просто дать себе слабину, не более. Но, прикидывай или нет, одно дело демоны, ангелы и полукровки, другое – Падший, которому не одна тысяча лет. Устойчивость к алкоголю и вкусовые предпочтения явно были разными. В прочем, кое-чем он побаловать мог даже короля. Взяв несколько бутылок, он стал наливать напитки в разных пропорциях. Вначале он всё перемешал, после аккуратно встряхнул и процедил, перелив в другую ёмкость. Хвостом подхватив еще одну бутылку, Хаск аккуратно добавил и её содержимое. Делал всё это Хаскер легко и непринужденно, буквально на «автомате». Люцифер же наблюдал за этим процессом с нескрываемым интересом. Да, сделать какой-нибудь коктейль он мог и сам, но к чему скрывать: наблюдать со стороны за тем, как кто-то столь умело готовит напиток, было куда интереснее, а то, что готовили его специально для тебя, придавало процессу какой-то особый приятный оттенок и будоражило любопытство. - Вот, держите, - спустя несколько минут стакан с бардовой жидкостью и приятным сладковатым ароматом оказался перед Люцифером. - Выглядит замечательно, - подтянув к себе стакан, Люцифер тут же сделал небольшой глоток, пробуя полученный напиток. – И вкус достойный, - заметил он. Сделав уже глоток посерьёзнее, Владыка зажмурился от удовольствия. Этот бармен определённо знал своё дело. - А то ж, - без лишней скромности согласился Хаск, ухмыльнувшись. Люцифер в ответ мило улыбнулся, после чего сделал еще один глоток, позволяя себе насладиться и напитком, и компанией ничем ему не докучавшего бармена. - Вынужден признать: для отеля такой уголок – настоящая находка, - заметил Падший задумчиво. – Хотя, наверное, для бармена это не так, - Хаск удивленно глянул на него. Люцифер же продолжил мысль, покачивая содержимое стакана. – Наверняка ведь приходится выслушивать сотни историй, одна другой краше. И это когда иногда… хочется и самому рассказать о том, что творится внутри, - последнее было сказано с легкими нотками грусти. Что ж, не сказать, что Люцифер был не прав. Скорее, его собеседник не задумывался о таких вещах. Причем неважно, был ли он свободным Оверлордом или находился на поводке у Аластора. Другое дело, что не ожидал услышать нечто подобное в принципе. И тем более от Люцифера. У того и своих проблем хватало. А учитывая, какие слезливые монологи выдавала Чарли после выпитого, можно было представить масштаб «трагедии» Владыки Преисподней. - Меня выпивка не раскрепощает, - заметил демон. – И не особо тянет изливать душу кому-то. Но, - добавил он, - всегда приятно поговорить по душам. Люцифер рассеянно покрутил стакан. - Наверное, - ответил он, после чего одним глотком осушил стакан и жестом попросил повторить. Пара мгновений, и стакан уже был наполнен. – На самом деле я не привык к такому. Ну, то есть, я… - он опустил взгляд на стакан. Противоречивые чувства одолевали короля, и он прекрасно понимал, что если не выговорится, то просто сойдёт с ума. Вот только рассказывать о том, что на самом деле творится на душе, он не привык. Держать всё в себе, скрывать от других, чтобы не отяготить их собственными проблемами, стало для Люцифера в порядке вещей. Сейчас же он чувствовал, что запутался, и ему нужен был кто-то живой, с кем он смог бы во всем разобраться. И кто был куда лучше уточки-психолога. – Когда ты должен быть тем, кто правит всем Адом, то по определению должен быть выше собственных проблем и интересов. Да и, - он нервно хохотнул, - Чарли ведь нужен отец, который поможет ей с её проблемами несмотря ни на что. Кто будет надёжной опорой в трудный час, поможет ей в её начинании и… не предаст. - Ну, вы пока с этим справляетесь, - резонно подметил Хаск. - Но я боюсь предать её доверие, - вздохнув, Люцифер поднес стакан к губам, но глотка не сделал, однако бармен уже успел наполнить еще один на всякий случай. – Её и Лили… - и, вздохнув, падший сделал хороший такой глоток, после которого стакан опустел на две трети. - Что, интрижка? - Что? – сморгнув, Люцифер уставился на Хаска, после чего нервно улыбнулся. – Я и интрижка? Пф, нет, - приподняв руку, он отклонился назад и, выдав еще более неуклюжую улыбку, помахал ей из стороны в сторону. – Не-не-не, - затараторил падший, допив напиток. – Не-не-не-не-не… так заметно? То есть, я не имел в виду, что у меня что-то… То есть кто-то, просто… Но Хаскер на это лишь вздохнул. - Вы боитесь предать дочь и жену. Стараетесь быть частью жизни дочери и наверстать упущенное за семь лет, которые наверняка проводили в затворничестве и постоянном самобичевании. А, главное, вы всё ещё носите обручальное кольцо, хотя с женой разошлись, - пояснил он, пожав плечами. – Как же такой, как Вы, предаст своих жену с дочкой? Только внеплановой интрижкой. - Но… в том то и дело, что… - начал, было, король, но голос бармена мягко его перебил. - Или симпатией? – предположил Хаск, понимающе улыбнувшись. Люцифер явно не знал, как ответить на такой, казалось бы, простой вопрос. Взгляд его прошелся по столешнице, натертой буквально до блеска. После он перевел его на собственные руки и остановил аккурат на золотом колечке. Самой дорогой вещи во всем Аду, неизменно напоминавшей ему о ней. Касаясь его, он всегда мог представить, как касается самой Лили. Но сейчас, глядя на украшение, связывавшее их, он чувствовал пожирающее его изнутри чувство вины перед супругой. Беда была лишь в том, что он и сам не понимал, откуда появилось то самое чувство, что не давало ему покоя. Помедлив немного, голова его всё же качнулась, кивая, и взгляд стал более виноватым. - Это нормально, после стольких лет да проникнуться к кому-нибудь, - замети бывший Оверлорд. - Стольких лет… - горько проговорил падший. - Мы были в браке с Лили тысячи лет, и я безмерно люблю её даже сейчас. Да и что для нас какие-то семь лет разлуки. Это же пустяк... «Ага, пустяк, который вогнал тебя в депрессию, разделил с дочерью и вынуждает сейчас откровенничать перед барменом,» - мысленно сфыркнул Хаск, но тактично промолчал. - И всё же… - Люцифер аккуратно подцепил другой стакан кончиками пальцев. – Всё же… - вздохнул. – Я ужасен. Заинтересоваться кем-то, когда вы хоть и в разлуке, но все-таки муж и жена. Но, знаешь, я ведь почувствовал то же, что и с ней когда-то, - вдруг сказал он, заглянув в золотистые глаза Оверлорда. – Да, это отвратительный греш… только без обид, ладно? – вдруг, опомнившись, он тут же приподнял руки, но Хаск лишь отмахнулся. - Не обо мне ж речь? - фыркнул бармен. Люцифер легонько кивнул. – Тогда и не мне волноваться. - Да. Видимо, - немного скомкано проговорил король Ада, почувствовав себя неловко. - Да и его это не то, чтобы волнует, - добавил он, глянув куда-то в сторону. Пальцы мужчины продолжили поглаживать гладкую поверхность стакана. – Этот своенравный гордый мудак вряд ли вообще чем-то таким заморачивается! – внезапно рыкнул Люцифер. Уши бармена тут же вскинулись. Сплетником он не был, но был не против услышать всё то, что ему предстояло «сохранить и забыть», когда король сможет мыслить трезво. Причем не упустить ни единого слова, попутно не позволяя стакану собеседника опустеть. И, разумеется, следя за тем, чтобы и сам владыка Ада не перебарщивал с выпитым. - Но кроме раздутого самомнения у него есть нечто большее, - приподняв стакан кончиками пальцев, Люцифер поболтал напиток, после чего пригубил немного. – Знаешь, - продолжил он, глядя куда-то в пустоту, - это тот тип людей, которые умеют выкручиваться из любой ситуации. Они лавируют в ней, ищут зацепки, но никогда не будут намеренно преклоняться, молить о пощаде, - уголки рта Люцифера приподнялись выше. – Такие могут… расшевелить? Ох, это звучит так, словно не он нарывается, а я его использую, - рука резко опустила стакан, но каким-то чудом напиток из него не выплеснулся. - Расшевелить? – к сожалению, Хаск начал понимать, о ком шла речь. И он искренне был рад тому, что сейчас этот самый кто-то отдыхает в своей комнате под тихий джаз. Люциферу же он мог только посочувствовать. В то же время Хаску хотелось выругаться на себя за собственное любопытство. - Знаю, звучит нелепо, - Люцифер неловко улыбнулся, - но из-за него я чувствую, как кровь начинает вскипать. Я думал, что просто на дух его не выношу, - тут же добавил он, выпрямившись. - Эта вычурная манерность, наглость, да ещё и то, как он лезет к Чарли. Я думал, что он меня просто раздражает с самого моего появления в Отеле. «Ну, недалеко от истины…» - подумал тем временем бармен. - После мне казалось, что я просто взревновал на пустом месте. Он ведь постоянно рядом с моей принцессой. Вносит предложения, которые ей нравятся, поддерживает её в её начинаниях. А ведь будь я рядом с ней изначально, он бы ей даже не понадобился, - вздохнув, Люцифер опустил плечи, и взгляд его вернулся к стакану. – Но я понимаю, что тогда просто не смог бы… я не… - падший сделал глоток. – Я просто хотел, чтобы она была в безопасности, и ради этого готов был пойти на всё. Лишь бы только моя девочка была цела. Лишь бы она могла улыбаться, как и прежде, когда Лили была рядом, - выдохнув тихо, он продолжил. - Я не мог дать ей того, в чем она нуждалась. Но тогда… Тогда все было иначе. Я разозлился, да, но в то же время я почувствовал азарт, страстное желание уделать его. Я почувствовал себя по-настоящему живым. Понимаешь? – он взглянул на своего собеседника и слушателя, но, не дожидаясь ответа, продолжил. – Я знал, что придется отказать снова моей девочке, и что поход в Отель был просто замечательным поводом, чтобы повидаться. Но после той встряски я впервые готов был поговорить с ней так откровенно. Словно эта встряска разрушила выстроенные барьеры. Мы тогда впервые за эти долгие семь лет просто открылись друг другу. На губах владыки Ада появилась неуверенная улыбка. Казалось, он вновь погрузился в воспоминания о том дне. Пускай сейчас они общались много чаще, и Люцифер делал все для того, чтобы сблизиться с дочкой, но можно было понять по его взгляду: самое начало, самый первый день, когда они с Чарли впервые пошли друг другу навстречу, для него бесценен. Их разговор, её улыбка, от которой на душе становилось светлее, и то, как он сам решил сделать шаг, всё ещё понимая, с чем ей предстояло встретиться. Всё это было его маленьким сокровищем, равно как и сама подросшая малышка. И он ничуть в ней не усомнился, лишь по-отцовски переживал за свою малютку, которая стала такой взрослой. Улыбнувшись увереннее, он сделал небольшой глоток. А следом за ним куда больший, стоило только ни с того ни с сего возникнуть образу улыбчивого грешника. Даже сейчас он лез в голову, словно его незримое присутствие было обязательным условием, даже когда тот мотался непойми где или находился где-то в другой части Отеля. - Ох, Отец, я просто ужасен… - пробормотал Люцифер, качнув головой и прижав ко лбу практически опустевший стакан, на что Хаск только покачал головой, но уже наполнил другой сосуд очередной порцией напитка. И мысленно надеялся на то, что у серафимов и не только выдержка не хуже заправских выпивох из демонов. - Отношения на то и отношения, чтобы над ними работать, - заметил Хаск, наконец. – Не всё будет гладко и совершенно, хотя бы потому что у всех ворох недостатков, проблем и загонов, некоторые из которых сидят так глубоко, что хер вытравишь, - сказав это, грешник подхватил одну из бутылок и убрал за стойку, после чего достал другую. - Я понимаю. Но порою всё слишком запутано, и ты просто не знаешь, как подступиться, - поставив стакан, Люцифер развел кисти в стороны. Что в ситуации с Чарли, что теперь с Аластором и Лили. Он понимал, что, как и с дочкой, само по себе решение было буквально на поверхности. Главное – сделать шаг. Но ему всё ещё казалось, что если он и сделает шаг, то прямо в пропасть, где его не ждало ничего, кроме боли и мрака. – Стоит только подумать о подобном, как от самого себя становится тошно. Хотел уберечь тех, кого люблю, а по итогу подвожу их… – плечи падшего опустились, а после рука подхватила очередной стакан. Будь на её пути бутылка, он ухватился бы и за неё. Хаск качнул головой. - Если жить только ради других – то это уже не твоя жизнь, а чужая, - заявил он, взглянув на Люцифера. Конечно, его внезапный интерес вызывал у Хаска тучу вопросов. К тому же он прекрасно знал, что из себя представлял Аластор, и знал это лучше многих. Как и понимал, что Радиодемон был худшим выбором из всех возможных. Вот только бармен понимал и другое: пусть и жалкие по меркам таких долгожителей, как Люцифер, но семь лет падший пребывал в одиночестве и депрессии наедине со своими мыслями. И мысли эти явно ему не шли ему на пользу. Более того, он думал только о жене и дочери. Не Ад был его миром и не Рай, а семья. – Ты не хочешь предавать доверие дочери и чувствуешь вину за собственные чувства перед женой. Я это понять могу. Но если ты и дальше будешь топтаться в этом болоте самобичевания и вопросов, то это тебя просто сожрет со всеми потрохами, - Люцифер чуть нахмурился, склонив голову на бок. После одна бровь чуть приподнялась. – Я хочу сказать, что это здорово, что ты хранишь верность жене годами и что любишь её. Но это нормально, когда в твоей жизни появляется кто-то ещё. Люцифер опустил взгляд на стакан, после взглянул в кошачью морду Оверлорда. - Не надо оглядываться на других и думать о том, как они это воспримут. Это твои чувства и только твои. Да, Лилит это точно не понравится. Да, Чарли будет наверняка в шоке и явно растеряется с такого «откровения», но какая разница? - Но это же моя семья! Они – все, что у меня есть! Сказав это, Люцифер ощутил какое-то странное чувство, и тонкие пальцы лишь крепче ухватились за стакан. Почему-то сейчас, сказав, казалось бы, очевидное, Люцифер невольно подумал о том, что просто прикрывается близкими. Он боялся потерять их доверие, боялся потерять те крупицы счастья, что были у них. И в то же время он понимал, что боялся сделать шаг, который вел в неизвестность. Ведь в случае отказа или обмана он лишится всего и останется абсолютно один. А мысли об этом пугали куда сильнее. - Значит, они хотят, чтобы в первую очередь ты был счастлив, – ответил в свою очередь бармен, после чего пожал плечами. – Но пока ты не разберешься со своими тараканами в голове, ты так и будешь топтаться на месте, делая только хуже и себе, и им. Потому что Чарли точно изведет сперва себя, потом окружающих, думая о том, что же с её папой стряслось и не накосячила ли она. - Да с чего ты… - начал, было, падший, но Хаск и так понял, что он хотел спросить. - Хороший бармен умеет слушать, - заметил Оверлорд. - А несколько стопок отлично помогают излить душу. - С барменом явно надо держать ухо в остро, - с какой-то неловкой улыбкой ответил Люцифер. - Возможно, - отозвался грешник, качнув головой. – Но бармен всегда готов выслушать и дать житейский совет. - Разобраться с проблемой, - кивнул с улыбкой падший. - Разобраться в себе, - поправил его Хаск, - и не бояться, - немного помедлив, явно прикидывая, стоит ли такое говорить, бармен добавил. - Сделать шаг трудно, особенно когда ты понимаешь, что ставишь на кон все. И этот страх здравый, он помогает избежать многих ошибок. Но если выигрыш стоит ставки, то, возможно, стоит рискнуть. Хотя бы чтобы потом всю жизнь не корить себя, что упустил куш только потому, что засомневался, - с этими словами Хаскер чуть улыбнулся своему собеседнику. Люцифер явно растерялся, не зная, что и сказать. Пригубив содержимое стакана, он опустил его и сцепил руки, переплетя пальцы между собой. Он даже не задумывался, стоила ли вообще его симпатия того. В первую очередь его беспокоил сам факт, что он полюбил другого и что тем самым он мог разрушить всё то, чем дорожил более всего. И всё из-за одного грешника. Но если допустить мысль о том, что у него был крошечный шанс почувствовать себя счастливым? Стоила ли эта крупица, чтобы ради неё рискнуть? Люцифер понимал: на этот вопрос ответ мог найти только он сам. Пальцы вновь скользнули по стеклу в легкой задумчивости. А спустя всего несколько мгновений рука падшего ловко перехватила почти опустевший стакан, вскидывая его. - Что ж, это напутствие достойно стать тостом, не так ли? – с искренней улыбкой Люцифер качнул стакан в сторону бармена, на несколько мгновений застав того врасплох. Хаску потребовались секунды, прежде чем на его морде заиграла самодовольная улыбка. Дав жестом знак обождать, он наполнил стакан Люцифера коктейлем. После бармен нырнул под стойку и выудил себе бутылку с выпивкой попроще и покрепче. - Хороший тост! Послышался тихий звон стекла, и вот бывший Оверлорд и неизменный король Ада, наконец, смогли просто выпить и расслабиться. Казалось бы, ничего такого не произошло, но Люцифер почувствовал, что ему стало гораздо легче. Это было странно, учитывая, что они просто поговорили, но у него будто камень с души упал. Облегченно вздохнув, мужчина сладко потянулся и охотно допил содержимое стакана, наслаждаясь и вкусом, и приятной компанией «Жаль только, что ты это тоже забудешь, - с какой-то досадой подумал Хаск, глядя на явно воодушевившегося короля Ада. – Хотя, - припав к бутылке снова, - может, это и к лучшему?» Может, совет он и дал неплохой, но по-хорошему, Хаск не хотел, чтобы Люцифер строил планы на счет демона, который с легкостью играет чужими жизнями и судьбами ради веселья и собственной выгоды. С другой стороны, пусть хотя бы ненадолго, но тот почувствовал себя лучше. А дальше будущее покажет. Утром в Отеле царила привычная атмосфера. Ниффти с кровожадностью одержимого идеей тотального истребления маньяка бегала по коридору за очередным тараканом, по пути успевая тут и там поработать метёлочкой. Энджел с утра пораньше ушел на съемки, планируя вернуться ближе к обеду. Вегги и Чарли не успели проснуться, как уже активно обсуждали новую программу, которая могла принести свои плоды по реабилитации грешников с учетом недавних событий. Люцифер и Аластор же в очередной раз собачились на пустом месте. Как и ожидал Хаск, ничего не поменялось. Аластор все так же поддевал короля Ада, стараясь невзначай задеть того, буквально всем своим видом и поведением показывая своё отношение. Да и сам Люцифер, огрызаясь в ответ, старался парировать каждый «подкол». Глядя на их терки, Хаскер честно задумался о том, могли ли эти двое в принципе сойтись. Конечно, есть поговорка, что от любви до ненависти один шаг. Но они буквально не выносили друг друга с первой встречи, и то, что он видел сейчас, сомнений не оставляло. Возможно, Люцифера и правда поддался какму-то наваждению, не более того. «По крайней мере, он выговорился,» - подумал Хаск и, улыбнувшись собственным мыслям, заглянул под барную стойку, а через секунду… - Уй! – от неожиданности резко дернув головой, он хорошенько так приложился макушкой о деревянную поверхность. Притом приложился так, что шерсть встала дыбом от загривка и до самого кончика хвоста. Но это его явно не особо волновало, чего не сказать о том, что он увидел. – Что за… Прищурившись, демон вытянул руку, отодвигая в стороны бутылки. Между виски и текилой, к его удивлению, уютно устроились банка с медом, золотистый флакон с каким-то настоем и серая уточка. Причем, что занятно, крылья и хвост её были окрашены в цвет его собственных, а на голове уточки красовался невысокий цилиндр с парой венчавших её игральных карт. И если мед и настой ещё можно было как-то принять, то вот уточка уж больно выбивалась из местного «ассортимента». Покрутив её в ладони, Хаск быстро догадался, кто её подсунул. Но вот вопрос «зачем» оставался открытым? Рассматривая с минуту это творение ручной и явно кропотливой работы, Хаскер осторожно, стараясь быть неприметным – словно кто-то обратил бы внимание – выглянул из-под стойки, поджав ушки, от чего невольно стал напоминать опасливо озирающегося котенка. - …и моего обаяния более чем достаточно, чтобы произвести хорошее впечатление, - тем временем протянул Аластор, изящно ткнув в сторону Люцифера вершиной микрофона, на что получил возмущенную и презрительную гримасу, перешедшую в оскал. - Которое легко портится этим зловонием изо рта, - парировал падший, сложив ладони поверх своей трости и расправив плечи. – И какой прок от такого обаяния? - Немалый для того, у кого высокие стандарты вкуса. Не стоит быть таким мелочным, Ваше Величество, - нарочито-вежливо сказал Радиодемон, тут же вытянувшись по струнке и, сцепив руки за спиной, развернулся на каблуках, после чего мерным шагом двинул прочь, растянув губы в ещё большей улыбке. - Смазливый мудак, - огрызнулся король Ада, с ухмылкой проводив его взглядом. После чего, будто почувствовав на себе взгляд, он обернулся к барной стойке. В одно мгновение выражение лица Люцифера: черты лица заметно смягчились, и оскал превратился в милую и по-своему очаровывающую улыбку. Глядя в глаза бывшего Оверлорда, он едва заметно кивнул и, подмигнув Хаску, отправился на второй этаж, отбивая каждый шаг ударом трости. Бармен же, проводив его взглядом, медленно осел на пол и, приподняв уточку на уровень глаз, не удержался от смешка. Значит, всё-таки помнит. Похоже, кто-то впервые услышал бармена с первого раза. И этот кто-то решил взять жизнь в свои руки.