Выстрел в сердце

Ресницы на глазах шатенки задрожали. Глубокий вдох, как будто она только вынырнула из-под воды. Веки приоткрылись, давая способность видеть окружающий мир. Зрение было максимально размытым, виделись лишь разноцветные пятна, которые то и дело мелькали вокруг да около. Первое, что почувствовала девушка это жажду. Сильнейшую жажду. Такое ощущение, будто во рту образовалась пустыня Сахара. Пересохшие, от того и треснувшие губы задрожали, из горла вырвался хрип. Звуков было ноль, но почему-то Луку была уверена, что рядом с ней кто-то есть. Шатенка не теряла надежды попросить воды, поэтому как могла шевелила языком, напрягала связки. -она что-то хочет сказать!-крикнул весёлый голос. -да мы и сами не тупые, а уж если обдолбался, так и веди себя нормально!-обрубил чей-то голос, судя по всему тот человек был не в лучшем настроении. -в..воды,-наконец прошептала Триша. -она воды хочет, принести?-спросил спокойный голос, довольно низкий. -ну что за глупый вопрос? Конечно неси,-приказал тот же мрачный человек. Зрение начало проясняться, как только в горло попали пару капель воды. Почувствовалось облегчение, как сон, после долгого и утомительного дня. Увидев рядом с собой трёх парней она сразу поняла, кто это. Хэнк, мел и Гендос. Злым был Гендос, которого бесил Кислов, мел это тот, который предложил принести воды, а Хэнк просто держал ее за руку. -лучше? -намного, дайте ещё воды,-попросила Луку. Теперь девушку не надо было поить, она уже в состоянии держать бутылку самостоятельно. Сделав несколько больших глотков девушка отдала бутылку. Теперь Лукерья огляделась. Она лежит на кожаном диване. Он был старым, в некоторых местах кожа уже облезла. Рядом висела боксёрская груша, на полу расстелена какая-то тряпка, на которой стоят наполовину пустые бутылки. Откуда это все? -ты как?-спросил мел, обеспокоенной молнией подбегая к Лукерье. -да ничего, только что я тут делала?  Помню, зашла сюда, потом киса таблетку кинул я выпила и...всё,-пробормотала шатенка, отчаянно морща лоб и напрягая мозг. -не связывайся с Кисловым, из-за него ты передоз словила и чуть не умерла у нас на руках,-поморщился Хэнк. -сама виновата, сколько раз я у него просила таблеток, он дал,-опустила глаза шатенка, чувствуя вину перед друзьями. Все замолчали. Единственное, что немного нарушало тишину, не давая ей звенеть в ушах присутствующих, это громкое сопение Лукерьи. Она была расстроена, но в целом ее дыхание было в норме, сама она в сознании, так что грустить было нечего. Даже Кислов под действием веществ заткнулся, хотя продолжал глупо улыбаться. Им обоим давно пора завязать с этим "чудом", но какие-то новые жизненные обстоятельства не дают этого сделать. Да и вообще, начало употребления. По рекомендации друзей? О нет, когда начались трудности в жизни Вани, первая боль, очень большая, смерть Ксюши, первой девушки. До сих пор парень считает себя виноватым в ее смерти. Передоз. Она не любила наркоту, но крупная ссора с Ваней, куча обзывательств в ее адрес, слезы.. не выдержав всего этого она закинулась. С непривычки для организма это было слишком много. И буквально через пару минут началось действо: вот она задыхается, как Лукерья, ее ведут в туалет, пальцы в рот, но вышло не все... И как бы не было опасно он начал это употреблять в надежде отправиться на тот свет, несколько раз ловил передоз, но каждый раз кису откачивали. А вот Лукерья... У нее не было вторых половинок, не было и отца. Вот кто знает что кроется у пятнадцатилетних девочек в голове. Там тьма. По крайней мере так было у Лукерьи. Вот просто ни с того, ни с сего она подумала что отец ее бросил. И все. Это мнение переросло в устойчивую мысль. Отец бросил мать из-за незапланированного ребенка... И на Тришкину столько чувств навалилось разом... И чтобы прочистить голову, убрать ненужные мысли, она находила способ расслабиться. Неожиданно Кислов прижал руку ко рту и ломанулся в сторону туалета. -отходняк легче пройдет,-вздохнул Гендос, для которого киса был как младший брат: можно и поругать, и порадоваться за него. Вроде плохой, но такой хороший... Хэнк с Мелом лишь покивали головами, ибо сказать было нечего. Эти двое употребляли пару раз, но слабые вещества, которые почти не вызывают побочек. А вот в голове Лукерьи крутилась одна мысль: почему она абсолютно не помнит как бухала? Сколько лоб не морщи, а воспоминания все равно не приходят. -ох, блять. Никогда новую хуйню на себе тестить не буду, что тут ваще было?-из туалета вышел Кислов. -побочка значит,-вздохнул Хэнк. -подвинься, я тоже сесть хочу, разлеглась она тут,-возмущался киса, отодвигая ноги шатенки. -ты вообще не помнишь момент когда мы бухали?-спросил мел, поглядывая на кису, который был абсолютно трезвым. -неа,-ответил Кислов,-а что было? -препараты твои дерьмо полное,-откликнулся Гендос,-перечислить признаки передоза? -а вы откуда их знаете?-киса удивлённо выгнул брови. -тут по твоей вине человек чуть не погиб!-не сдержавшись громко продолжил Гендос. -я ж никому из вас не давал вроде? Хотя признаться, не помню ничего, помню только, что закинулся и всё. И то это было когда я с этой,-кивок на шатенку,-сюда шел. -"этой" ты и дал, кислый,-ответил Хэнк,-она словила передоз и чуть не повторила судьбу Ксюши, только на этот раз она бы ушла полностью по твоей вине. Вторую девчонку убить решил? Не жалко, как кроликов их стрелять? Хэнк завелся. Конечно, у него ангельское терпение, но даже его можно вывести, что сейчас и сделал Кислов. Боря уже перестал фильтровать речь, просто говорил все по чесноку. -тише, Хэнк, успокойся,-косой взгляд Меленина в сторону Луки, которая уже заинтересовалась историей. Мел положил руку на плечо Хэнка, но тот неожиданно воспротивился. Выскользнув из под руки друга, Хенкин схватил бутылку и кинул ее о пол. Осколки разлетелись по помещению, пугая присутствующих. Все загородили лицо руками и сделались меньше ростом. -простите,-неожиданно успокоился Хэнк и уселся на подлокотник дивана. Воцарилось молчание. Каждый из друзей чувствовал какую-то неловкость. Может это из-за появления нового человека в коллективе? Или из-за поведения Хэнка? -ладно, ребят, я пойду, наверное,-пробормотала Лукерья. -куда?-спросил хором все. -погуляю, хочу воздухом подышать, а то после вашей наркоты тяжеловато,-это должно было звучать как ш утка, но из-за отсутствия настроения у всей компании фраза прозвучала слишком серьёзно.