In the smoke with you

      Чёрная кожаная куртка в очередной раз скрипящим шорохом соприкасается с капотом. Сокджин откидывает вьющиеся пряди со своего влажного лба, не прерывая зрительного контакта с ухмыляющимся парнем. Тот получает удовольствие от чувства контроля над тем, кто так томно и грубо берёт его на собственной машине.       Запах табака, кажется, заполняет всю улицу. Сигарета, зажатая длинными пальцами, медленно тлеет, обжигает дымом ноздри, лёгкие и бледноватую кожу. Юнги затягивается снова, когда Ким с силой подхватывает его ногу на сгибе под коленом, поднимает её и закидывает на своё плечо. Толчки становятся ещё более напористыми. Член входит настолько глубоко, что у Мина начинает кружиться голова.       — Ты будто касаешься им моего горла, — смеётся брюнет, выдыхая дым в лицо Джина.       Похоть поглощает любые посторонние мысли. Жажда, желание, страсть и азарт захватывают.       Сокджин задыхается рядом с Юнги, он словно переживает выстрел в голову всякий раз, как их взгляды пересекаются. Так любить и хотеть кого-то не может никто.       — Ты куришь, язвишь или трахаешься? Определись уже, — обхватив ладонью лицо младшего за подбородок так, что пальцы сжали обе щеки, сквозь стиснутые зубы шипит Ким, почти коснувшись губ. — Или ты так прикрываешь смущение?       Распахнув в удивлении глаза, Мин на секунду позволяет замешательству вспыхнуть алым на округлых щеках. Ядовитая ухмылка не заставляет себя долго ждать. Парень хватает Сокджина за волосы на его затылке, тянет к себе и тихо, интимным шёпотом произносит:       — Заткнись и не отвлекайся. Я всё ещё хочу больше тебя, хён.       Пошлое, переполненное тягучей сладостью, обращение веселит старшего. Джин наконец целует Юна, чем вынуждает того отбросить сигарету и увлечься так же, как это уже сделал он сам. Стоны поднимаются от груди к горлу, прокатываются по языку и тонут в поцелуе. Сокджин оглаживает мягкие бёдра и тут же сжимает кожу пальцами, а после бьёт ладонью по ягодицам. Шлепки повторяются. Юнги выгибается, тяжело дышит. Ему с Кимом невыносимо хорошо, настолько, что разум становится подобно вязкой кашицы, когда он рядом. Ноги его дрожат из-за подступающего оргазма, голос стал громче.       — Твои глаза блестят сейчас, — произносит старший, наблюдая за тем, как меняются выражения на обаятельном лице, и как пухлые губы изгибаются из-за сдавленного стона. — Покажи мне больше.       Мин запрокидывает голову назад, прогибается в спине, прижимая парня к себе свободной ногой, не позволяя тому отстраниться. В ночном мраке, разбавленном светом фар и уличного фонаря, Юнги, извивающийся в экстазе, выглядит завораживающе привлекательно. Сокджин осматривает парня, пропахшего сигаретами и бензином, который чрезмерно развратно сжимает его член внутри своей задницы.       — Я сделал, как ты попросил, — хнычет Ги, протягивая руки к брюнету, — теперь твоя очередь.       Джин выполняет свою часть негласного уговора. Наклоняется и нежно касается искусанных губ, глотая тихие стоны Юнги, цепляющегося за его плечи. Этот долгий мокрый поцелуй с привкусом табачной горечи кружит голову. Задыхаться из-за Мина и одного лишь его присутствия рядом для Сокджина становится всё более необходимым.