Дитя света или как поймать светлячка

Первые лучи солнца показались из за горизонта и разрушили темноту этой ночи. Точнее, уже не ночи. Наступало утро. Для какого долгожданное, а для кого то предсмертное. В любом случае, время остановить нельзя. Ещё буквально пол часа, и от прежней тьмы не останется ничего, кроме воспоминаний от сновидений. Ночью было так тихо, казалось что все живое сейчас думает лишь о маленькой девочке, которой предстоит умереть по вине своего дзенина. Такая глупая смерть,но такое умное действие Сэтоши. Сдать своего же шпиона, в знак примирения и почтения...Одна крохотная жизнь, всего то. Даже люди клана, по привычке просыпаясь с первыми лучами солнца, чувствовали в воздухе необъяснимую грусть и скорбь. Обычно, ниндзя стараются спать ночью, что бы набраться сил и быть бодрым на заданиях, но сегодня сон не шёл почти никому. Кто то молился, стоя перед алтарем и вдыхая аромат свечей, кто то начищал свое оружие, приводил в порядок одежду и экипировку. Одним словом, уснуть сегодня удалось совсем не каждому. А братья Судзуки совсем не ложились. В такую тёплую ночь грех было не прогуляться, а так же было бы странно если бы они не встретили этот смертоносный рассвет. Оба брата были одеты с свободное кимоно, серого цвета. Одежда у них и вправду была похожей, можно даже сказать одинаковой. Юноши сидели на обрыве, свесив ноги, и наблюдали за появлением солнца. Остальные обитатели клана уже проснулись, и ходили по территории деревни, выполняя повседневные занятия. Оба молчали, но они прекрасно понимали, можно сказать слышали мысли друг друга. Оба осозновали, что сегодня произойдёт что то страшное и необратимое. -Может, Микайо отпустит её? Кто ж узнает что он не совершил то, что должен.-сказал Тамоцу и посмотрел на брата. В душе, он само собой понимал, что это невозможно. Он знал Микайо с детства, и понимал что он не предаст традиции. - Не думаю, Тамоцу. Ты же сам понимаешь что это невозможно. Зная Микайо, он никогда не предаст традиции клана. Ну вот опять он прочитал его мысли. Кажется они делают это, сами того не осознавая. Хирото, хоть и был чуть спокойнее и рассудительный чем Тамоцу, но обладал таким же эмпатичным взглядом на жизнь. Маленькие дети всегда были для него олицетворением брата,что вызывало особую привязанность к ним. У братьев всегда были близкие отношения, в отличии от других братьев или сестёр. Они всегда очень тонко чувствовали друг друга даже на расстоянии, что хорошо помогало на совместных заданиях. Старший всегда брал младшего с собой на тренировки, учил новым техника и приёмам, да так хорошо учил, что вскоре Тамоцу стал тренироваться вместе со старшими детьми клана Маэда. Они вместе переживали все невзгоды и никогда не отворачивлись друг от друга, что бы кто не натворил. Тяжёлым ударом стала смерть их родителей. Отец погиб на задании, а мать не смогла перенести это горе, и в итоге ушла из клана никого не предупредив, что бы не наводить суеты. Тогда старшему брату уже было 15, в то время как младшему только исполнилось 11. С того времени они всегда были вдвоём. Сейчас обоим уже за двадцать, а точнее Хирото 26,а Тамоцу 22, но разница в возрасте перестала чувствоваться уже давно. Тамоцу слишком быстро пришлось повзрослеть, что бы быть на ровне с братом и помогать ему. Вообщем, тяжёлое было время. Пришлось многое пережить, что бы сейчас сидеть вот так и спокойно наслаждаться как рассветом, так и компанией друг друга. -Слышал, Иори вчера замучал бедную...Неужто его не предупредили что её в дар отдали? Столько времени там малышку пытал. На коленях с утра до ночи стояла, ни есть, ни пить не разрешал! Был бы я на его месте, я бы нормально с ней разговаривал, даже если не знал бы что она в жертву принесена. Хирото понимал, что младшего брата очень тронули деяния Иори над маленькой девочкой, и был полностью с ним согласен. А вот отдавать эту шпионку в дар было очень странно. Выросла бы завидным ниндзя. Лёгкая, как кошка грациозная, незаметная... Что то здесь не так. Быть может, дзенин с малышкой пересорились, иль она чего нибудь дерзкого ему сказала, что он так обозлился...Их главный тот ещё садист. Никогда бы не пожелал, чтобы такой дзенин был в нашей деревне. - Иори всегда отличался своей вспыльчивастью. Как только Микайо доверил ему малявку? Их разговор прервал звонкий женский голосок. Это была Макото. Вспыльчивая и высокомерная девушка, которую почему то все должны слушаться. Честно, мне кажется что она недолюбливала всех обитателей клана, а в особенности Хирото. А все потому, что он видите ли, мешает ей строить отношения с Тамоцу. Нельзя сказать, что эта ситуация как то расстраивала старшего. Нет, совсем нет. Его даже порой смешило её поведение, а особенно то, как она старается обратить на себя внимание. Вообщем, ведёт себя как пубертатный подросток, хотя самой уже давно не 13. Этим летом ей пошёл второй десяток, и она очень любила пользоваться возрастом для управления и младшими девушками и некоторыми парнями. Смотреть на это, один смех да и только. Через секунду Макото оказалась за спинами парней и недовольно уставилась на обоих. - Чего это вы тут высиживаете?От работы откосить вздумали?! - Прекрати кричать, да и ктому же, сейчас же уще только утро! Мы ещё даже не завтракали вообще то. - сказал младший брат и посмотрел на Макото. Та же, в миг покраснела, то ли от злости, то ли от того что на неё посмотрел ей предмет обожания. -Идите ешьте и принимайтесь за работу, вам что, заняться нечем? Впрочем, ничего нового. Все как всегда. Макото ведь тоже занимается своими делами. Каждое утро она подходит именно к нам по нескольким причинам. Первая, увидеть её любимого Тамоцу, а вторая поорать на не любимого Хирото. Что ж, я уже привык к такому, и понял что спорить с этой дамой бесполезно. Сколько ей не говори, все будет заново. - Так волнуешься что мы останемся голодными, Макото? Что ж, я польщен. Сейчас же брошу все запланированные дела и побегу кушать. Я встал с земли и поклонившись пошёл в сторону нашего с Тамоцу дома. Тамоцу, повтори все мои действия побежал за мной. Дел сегодня конечно не так много, но кушать все равно хочется. *Гостевой дом* Сейчас комната выглядела намного живее чем вчера вечером. Её освещали не одинокая свечка, а тёплые лучи солнца. На кровати сидела Митсуко и смотрела в окно. Птицы наконец решили хоть как то подбодрить девчонку, и начали петь кто как может именно у её окна. Большинство бы это раздражало, но не её. Она была рада любому неравнодушеомв жесту со стороны её давне подруги-природы. Вот сегодня ночью, природа молчала. Наверное, она тоже молилась. Знать бы ещё о чем. Может, о маленькой девочке силящей на кровати? Было бы славно и как минимум приятно. А сама эта девочка почти всю ночь провела на коленях. Её никто не заставлял, она сама так хотела. Точнее не она сама, а те, кому она молилась. Просила о помощи её клану, молила, что бы боги простили её дзенина... Ну и ещё что бы вишня, которую она посадила месяц назад, начала расти и выросла большой-прибольшой. Каким бы ниндзя она не была, она по прежнему ребёнок. Она сидела на кровати в белой свободной рубашке. Видимо, на её размер так и не нашли, поэтому что дали, то дали. Рубашка была изрядно помята, зато была довольно приятной на ощупь. Устав сидеть в одном положении, Митсуко встала с кровати и подошла к окну. Длинная рубашка волоклась небольшим шлейфом за её босыми ногами. Проходя мимо низкого стола, на котором стоял рис и кувшин воды, девочка недовольно поморщилась. Кушать конечно хочется, но их еду я есть не буду, уж лучше умереть с честью, чем от отравленного риса. Подойдя к окну, которое по всей видимости было рассчитано на взрослых, Митсуко встала на носочки и попыталась открыть створки, но они не поддавались. Конечно, при желании она могла бы разрезать бумагу из которой были сделаны створки, но делать этого не стала. При желании она бы и сбежать смогла, но не стала. Её предал дзенин, она уже в любом случае ронин. Так пусть и умрёт по его воле. Через чур взрослые мысли для совсем маленькой Митсуко. Нормальный десятилетний ребёнок никогда не станет думать о смерти или о том как её найти. Но нормальные дети и не ходят на задания от клана ниндзя. Оставив попытки открыть, Митсуко вернулась на кровать. Оставалось лишь ждать. Ждать этого придурка, который должен прийти за мной. Время тянулось очень долго и медленно. Мысли летали по голове в поиске... Незнаю чего такого они там искали, но мешали знатно. Как будто тысяча тараканов носится по твоей голове. Ухх, неприятное чувство... Прошло всего пару минут, а может час и больше, когда в комнату вошёл дзенин. Странно, я была уверенна что войдёт той мужик. Ну наверное, оно и лучше, не хочу провести с ним последние минуты. В этот раз дзенин был одет более мрачно что ли...Темное кимоно, с какими-то очень длинными рукавами,из за которых совсем не видно рук. В этот раз видимо все внимание решил причёске уделить. Волосы были собраны в высокий хвост, но по бокам от висков чшли две мелкие косички, которые тоже заплктались в хвост. Что ж, весьма неплохо. Луюлю плести косички. Помню, как то отправилась на задание в город, а до туда меня какой то дяденька подвёз. Он сам ехал на лошади, а сзади был прицеп с огромной кучей соломы. Наверное, вёз это животным каким нибудь или что то на подобии того. А я села на самый верх этой сенной горы. Ехать долго было и я от скуки начала плести косички из сена. Много много наплела,а потом решила все расплести что бы дяденька не ругался. Правда все расплести я не успела, мне надо было уже уходить. Так что я взяла несколько косичек и спрятав их в прям кимоно, слезла с прицепа. По дороге я расплкла косички и отдала животным которые попались мне на пути. Это я так природу благодарю, за то что она мне этого дяденьку позвала. Сегодня дзенин не улыбался, был серьёзным и хмурым. Я уж было подумала что он злиться на меня за что то, но сразу отбпосила эти мысли. А какое мне лкло злиться или нет? Напомню, я ему никем не прихожу ь, он мне никем не приходиться, а значит нам друг на друга должно быть все равно, так? Дзенин поклонился и прошёл дальше в комнату, задвинув за собой дверь. Я же поклонилась в ответ. Он опять сел передо мной на пол, как и в прошлый раз. Я последовала его примеру и села так же. Ещё какое то время дзенин молчал и только рассматривал меня, все таким же хмурым взглядом. Я же, в свою очередь, решила что тоже буду его рассматривать, что бы тому тоже было неловко. Вот так сидели мы с минуту и рассматривала друг друга. Он меня, а я его. Я молчу и он молчит. Вот наконец его холодный взгляд перестал быть таким режущим и смягчился. Брови опустились, глаза как будто посветлели... И вот передо мной не суровый дзенин, готовый в прямом смысле разрушить меня на куски, а обычный парень. Больше у меня нет цели выведатт у него что то. Теперь, он просто человек. Такой же как и я. Несмотря на его белые волосы, я уверенна что он человек, а не скажем, ёкай. Время идёт, а мы до сих пор сидим и глазеем друг на друга. Может, он резко забыл как разговаривать? - Доброго утра. Позволь узнать, как тебя зовут? Извини, совсем забегался вчера, вылетело из головы спросить. Ого, наш дзенин все таки умеет говорить. С чего это он такой вежливый? Хотя, какая уже разница... - Митсуко. Меня зовут Митсуко. А каким именем ты наречен? Или мне стоит обращаться к тебе как к господину? - Не стоит. Зови меня Микайо. Тут дзенин замолчал и как будто задумался,подняв зрачки наверх. - Митсуко? Вот как... Дитя света. Тебе подходит это имя. Губы дзенина дрогнули в улыбке. Наверное, он старался разрядить напряденную обстановку между ними, но получалось плохо. Митсуко тоже улыбнулась, но скорее из уважения. Сегодня было трудно улыбаться. Трудно было вообще испытывать любые эмоции, зная что скоро перестанешь испытывать вообще все. Микайо, кажется, уловил моё настроение. Было видно что он волнуется. Странно, нормальный ниндзя никогда бы не показал на стоящие эмоции... Если бы только Митсуко знала, как ему её жалко. Он даже оставлял преоткрытой дверь, что бы она могла выйти и сбежать, и шёл он в этот дом с надеждой, что там её уже не будет. Надеялся что испугается, убежит, но видимо девчонка не их тех детей, кто бежит от опасности. Микайо, как многие жители деревни не спал сегодня, а лишь думал о маленькой девочке, готовящаяся к смерти. Сердце страшно колотилось под бледной кожей, но он все не мог понять почему так. Он ведь убил очень много людей, и вражеский, и ничего не подозреваюших, но она вызывало у него чувство жалости. Жалости? Нет, скорее какой то неописуемой боли. Боли за маленькую душу, которой суждено умереть от его рук. Его руки и так по локоть в крови, а убив её... Не будет ему счастья и спокойствия боле. Словно по пятам будет душа её ходить. Ну вот почему она не сбежала? Почему? Даже к еде не притронулась. До ближайшей деревни не так уж и далеко, там бы и начлег, и хлеб нашла. Но, видимо она сама свою судьбу решила. Не могу я традиции предавать. Глубокий вдох. Выдох. И снова, снова боль, бьюшая даже не в голову, не в сердце, а в его душу. В его кроваво-красную душу. Которая и так переполнена людскими страданиями и слеза. Ему тоже страшно. Но, конечно меньше чем ей. Он просто взрослый. - Перестань, Микайо. Ты лучше не делаешь. Я знаю что меня ждёт, так почему бы тебе не отнестись в мои последние минуты ко мне как к ниндзя? К такому же человеку как и ты. В ней говорит взрослый и обученный ниндзя, но это лишь то, чему её научили. Сейчас ей страшно. И тоже больно. Больно от предательства. Больно от того, что она оказалась лишней в клане. Лишней настолько, что её не жалко. - Ты права, Митсуко. Ты, такой же человек, как и я. Больше улыбаться смысла не было. Да и желания тоже. Дзенин встал с пола и приоткрыл губы, что бы что то сказать, но промолчал. Молча доцдя до двери, он посмотрел на Митсуко, которая тоже шла по полу своими босыми ножками. - Где твоя обувь? - Иори забрал, ещё только когда попалась. Дзенин глубоко вздохнул, и развернулись спиной в Митсуко сел на корточки. -Не хочу что бы ты шла босиком. Секунду подумав, девочка сказала: -Я не хочу, что бы твои люди видели как ты меня несёшь. По деревне пойду пешком, а дальше на тебе. Посчитав слова Митсуко нащумными, Дзенин встал и одобрительно кивнув, вышел за дверь. Митсуко последовала за ним. Всю дорогу они молчали. Каждый хотел что то сказать, но так и не сказал. Дзенин смотрел под ноги, изредка пиная мелкие камушки, а Митсуко наоборот, во всю разглядывала деревню. Покрасивее чем наша, да и побольше. Люди вон ходят, улыбаются. А вот я больше не смогу улыбаться могли бы посочувствовать. Тут слух порезал знакомы голос. Мужской, задорный. Не очень низкий и не очень высокий. Где то я его слышала. Тут мне под ноги упала что то. Посмотреть внимательней, я узнала в этом обрыгазанный кусок яблока. Знаем мы одного любителя поесть яблок. Посмотрев в сторону, я увидела бывшего обладатель этого яблочка. Знакомый мужской силуэт стоял ко мне спиной о чем то очень эмоционально общался с кем то. Я взяла в руку этот надкушенное яблоко и прицелившись кинула в того парня. Секунду спустя яблоко щыонуо удар лось прямо об его голово и отскочило на землю. Сдержав смешок, я сделала серьёзное лицо, и продолжила идти вперёд. Дзенин же, на секунду ухмыльнувшись, пошёл за мной. Сзади до меня донеслочь возмушенное «Эй! Ну извините, я случайно!» от чего мне стало ещё смешнее. Вот пока он стоял там и возмущался, мы уже дошли до выхода из деревни. Ладно, вот теперь стоит перестать волноваться и принять все как есть. Уже ничего не изменить. Шаг. Ещё один. И ещё. Снова шаг. Выход. Лес. Густой и частый. Дзенин опустился передо мной и я благополучно зацепилась руками за его шею. Его шаг. Ещё один. И ещё. Шорох. Что то шуршит в кустах. Наверное, показалось. Он идёт так медленно. Оттягивает момент. Ему же хуже. Ещё сто шагов. И снова шаг. Под ногами шеоестят опавгие листья. Их мало, но они есть. Осень близко, слишком близко. И я, близко. Но осень в более выйграшной позиции. Оно только начнётся, а я закончусь. Мы пришли. Он остановился. Поляна. Сердце стучит. Громко. Голова кругом. Я слезла с него. Тихо. Села на колени. Закрыла глаза. Он вынул катану. Не хочу смотреть. Не хочу ничего говорить, молчу. Взмах. Но боли нет. Нет вообще ничего. Ничего не поменялось. Я открыла глаза и удивлённо обернулась. Рядом со мной лежит катана, разооманная на множество кусочков. А за мной нависает что то большое, чёрное... Это крылья?