несколько вопросов самому себе

      Голова с похмелья продолжает раскалываться, нервирует каждый звук, и спастись от этого ужаса не получается никак. С утра едва получилось вычистить противные песчинки с зубов, расчесав себе десну до крови. Пуговица до последнего выскальзывала из петли, и Авантюрин мысленно успел покрыть её всеми ругательствами, которые успел вспомнить. Воды в организме критично не хватает, сколько ни пей — всё равно во рту сухо, а кольца впиваются в пальцы из-за отёчности. Таблетки он с собой не возит, а встречу с Келусом отменять не собирается — Звёздный экспресс играет важную роль в оговорённом с Рацио плане. Авантюрин почти начинает мыслить дальше, пока сидит при входе в «Грёзы», но резко останавливается, цепляясь за упоминание своего напарника. Он — доктор наук, эрудированный человек, явно относящийся к своему здоровью с вниманием. Уж Рацио-то не мог не взять с собой лекарства, зная предположительный конец миссии на Пенаконии. И всё-таки просить таблетку от похмелья было.. в некоторой степени неловко. Висок пробивает новой волной боли, и все смущения Авантюрин бесцеремонно отставляет, достаёт из кармана жилетки смартфон.

***

— С какой целью вы искали меня? — Рацио даже не оборачивается на вошедшего в номер гостя, сидя на кресле посреди комнаты. — Сегодня выходной, нерабочий день, а вы, я уверен, предпочитаете такие дни проводить в веселье и гулянии. Что изменило ваш непоколебимый принцип?       Авантюрин прыскает за его спиной, нерешительно мнёт руки. Не успевает только зайти, уже осыпают парой ласковых. — О, доктор, я здесь только по личному желанию, — натягивает улыбку и всё же ступает дальше, становится рядом и ставит руки в боки, замечает книгу на чужих коленях. — По просьбе, если быть точнее, — Рацио отрывает ничуть не заинтересованный взгляд из-под бровей и оглядывает с макушки до пят. — Прости, конечно, что отвлекаю. Но, видишь ли, с самого утра раскалывается голова, и я сомневаюсь, что в окрестностях есть аптека. Не найдётся таблетки? — смотрит в глаза и тараторит быстро, уверенно, насколько возможно, боясь оказаться за дверью. — «Краткость — сестра таланта», вам это известно? — поднимается с тяжёлым вздохом, отряхивает домашние брюки и подходит к тумбочке у кровати. — Только голова?       Авантюрин думает секунд пятнадцать и кивает, решая умолчать про привычное подташнивание и чуть учащённый пульс. Через полминуты Рацио вкладывает в ладонь таблетку и протягивает стакан воды. — Вследствие чего начались боли? — снова садится, возвращается к строкам. Он вообще слушает? — Я выпил вчера, — хмыкает едва различимо, опирается на подлокотник мебели и украдкой пробегается по словам на раскрытых страницах. Эоны, физика, только не в формулах, а в фразах. — Ясно, — Рацио произносит безэмоционально и сухо. И молчит так долго, что становится неуютно. — Спасибо за помощь, док. Я пойду.       И ведь никто не выгоняет. — Постойте, — возвращается к тому же ящику, откуда доставал лекарства, роется, потом даёт конверт. — Возьмите. Прочтите, когда будете у себя.       Авантюрин косится то на лицо Рацио, то на письмо, хватает пальцами и почти не ощущает текстуру бумаги от влаги на коже. Пот оседает на поверхности пятнами разной формы без очертаний. Зря не надел перчатки, так хоть они могли бы спасти. — Рецепт на таблетки? — усмехается в попытках разрядить обстановку, повисшую между ним и Рацио, сложившим руки на груди в своей манере. Кивает и разворачивается к выходу, понимая, что на риторический вопрос ответа не получит.

***

— Авантюрин! — Келус окрикивает среди толпы, машет, и Авантюрин спешит к нему, проталкиваясь. — Спасибо, что согласился прийти. — Да брось, я всегда рад помочь своему другу, — зубы скрипят от последнего слова. — Так зачем ты звал? — Я слышал, у тебя хорошая удача, а тут эти гачапоны. Не подумай, что я хочу использовать тебя ради своей выгоды. Мне просто правда интересно, на что способны эти железяки, — Первопроходец недовольно хмурится и озирается на игровые автоматы позади себя. — О Келус, это сущие пустяки. Жетоны подготовил? — он смеётся и потирает ладони, разминает пальцы. — Не думаю, что мне составит труда вытянуть что-то отсюда, намного веселее было бы в казино. — Э-э-э, не думаю, что господин Янг или Химеко обрадовались бы, если бы они узнали о том, что я побывал в казино, — парень чешет затылок и осматривается по сторонам, точно ищет упомянутых, и заставляет Авантюрина вновь хихикнуть. — Здесь тоже неплохо! Вон, видишь, как много людей жаждут проиграть все свои кредиты взамен на утешительный приз, — тычет локтём и указывает в нужную сторону, стараясь не вести себя слишком самоуверенно и нахально. — А нам пора обанкротить Пенаконию.       Авантюрин любит держать своё слово, если даёт его надёжному партнеру. Потому крутит жетон Айдена, подбрасывает в воздухе и вставляет в щёлку «Колеса фортуны», начиная игру. Правая рука ложится на рычажок, опускает его вниз, пока левая сжимается лихорадочно за спиной, и глаза обоих загораются искрами предвкушения. — Джекпот! — Келус срывается с места и хлопает спутника по лопаткам, не верит, что это действительно происходит. — Да ладно!       Авантюрин хохочет, забирает из лотка приз и вручает его Первопроходцу. Тот с радостным лицом принимает награду и на пробу облизывает каждый шарик мороженого из трёх. — Ещё есть? — кажется, авгин входит во вкус. Закидывает ещё один жетон и ожидает, когда стрелка укажет на нужный кружок. Удача шлёт ему воздушный поцелуй во второй раз. — Авантюрин! — он кричит возмущённо на всю площадку, чем привлекает лишние пары глаз и становится чуть тише. — Как это возможно? Кому ты душу продал?       Улыбка вмиг становится какой-то печальной, и с трудом получается вернуть ей прежний вид. Авантюрин пожимает плечами и разминает шею. — Удача почти никогда не подводила меня, — ключевое «почти», потому что разок он оступился, — я уверен в ней больше, чем в себе, — берёт десерт и для себя, откусывает немного и щурится из-за резкой боли в зубах. — Это реально круто! — Келус едва ли не роняет сладость, протягивая ещё несколько фишек, чувствуя ещё и привкус азарта на языке. — Давай-давай-давай! — Как скажешь, друг мой. Смотри, тут другой автомат, — Авантюрин отходит к другому автомату, сразу же понимая принцип его работы. — Три в ряд. — Давай, Авантюрин, я верю в тебя! — он встаёт рядом и поддерживающе поднимает кулаки, чуть тряся ими.       Его слова правда придают больше уверенности, пусть она и так в избытке. Келус искренен, радуется по-ребячьи, даже отчасти глупо, однако это не отталкивает. Наоборот, цепляет и побуждает напрячься всем телом в ожидании результатов. На экране «Слотов мечты» высвечиваются три лимона, и на лице Безымянного появляется нервная ухмылка. Он быстро растрёпывает волосы на своей голове и ожидает, пока Авантюрин отойдёт от игровой машины. — Ты что, сломал их? — волнительно рассматривает автоматы, доедая мороженое. — Нет, говорю же, госпожа Фортуна просто любит меня. Я благословлён при рождении, может, поэтому всё так, — Авантюрин легко следует к центральной части Золотого мига, идя с Келусом в ногу. — Обалдеть, — смех разряжает накатившее волнение из-за упоминания Гаятры. — А ты занят сейчас? Ну, вечером.       Он чуть замедляется, старательно пытается вспомнить, есть ли у него какие встречи сегодня. Конверт во внутреннем кармане пиджака вмиг тяжелеет и давит уголками сквозь рубашку, но Авантюрин старательно отгоняет неприятные ощущения и машет головой. — Нет, друг мой, я свободен и полностью предоставлен тебе. На этот вечер — твой покорный слуга удачи, — поправляет очки на переносице и разводит руки в стороны, будто бы выставляя себя напоказ ещё больше. — Ой, а можно ещё прогуляться немного? — Келус отламывает вафельный рожок и набирает им мороженое, как лопаткой. — Боишься, твои узнают, что мы прохлаждались вот так беззаботно, когда на Пенаконии такое творится? — Авантюрин бесстыдно прыскает, заканчивая уплетать угощение. — Нет, я могу понять их. Особенно недовольство насчёт того, с кем именно ты гуляешь. — А что не так? — он удивлённо хлопает ресницами. — Я твой потенциальный враг, помнишь? Но вне рабочего времени я предпочитаю отбросить все формальности. Поиграть, как в театре, я ещё успею, — ухмыляется и смотрит в самые глаза. — Честно, не вижу в этом какой-то проблемы. Мы же с тобой не на поле боя, правильно? И ты не пытаешься убить меня, наоборот, помогаешь и составляешь отличную компанию, — плечи поднимаются ненадолго, пока Келус ёжится от столь резких высказываний. — Пойдём лучше найдём, где перекусить нормально. Я голоден жуть просто.       Авантюрин удивляется такой незатейливой и непринуждённой реакции, чуть медлит, но продолжает идти вперёд, когда Первопроходец оборачивается на него и неудомённо поднимает бровь в вопросе, корча рожицу. Авгин прокручивает фразу, она стучит барабанной дробью, набатом по полушариям мозга, не позволяет мыслить рационально или хотя бы переключиться на другую волну. Ровно до тех пор, пока его не подхватывают под локоть, уводя в сторону закусочной.       С Безымянным весело, можно забыть о всех невзгодах, парень не выпускает его из цепкой и ненавязчивой хватки, которая совсем не ощущается горячим воском на коже. Келус забавный, иногда по-детски глупенький, когда дурачится заразительно, привлекая липкое внимание прохожих. Но даже так Авантюрину всё равно, он хватается за свой живот в тщетных попытках не помереть со смеху, пока его спутник травит нелепые анекдоты, сидя на лавке у статуи Часика. — Когда человек кашляет на четвереньках, он болеет раком, — точно чувствует уколы совести и здравого смысла, но не останавливается, листает пальцем страницу сайта и выбирает самые дурацкие шутки. — Эонов ради, прошу тебя, остановись, — продолжает заливаться беззвучным хохотом, раскидывает полы пиджака в стороны, чтобы воздух хоть как-то проникал к промокшей от пота одежде. — Ладно-ладно, — неуверенно и как-то разочарованно смотрит на экран и убирает смартфон в карман. — Что-то не так? — Авантюрин быстро считывает вмиг сменившиеся эмоции на лице собеседника. — Нет, просто Март зовёт в какой-то ресторанчик, и только я не ответил. Думаю, мне пора идти. — Конечно, друг мой, — натянуто улыбается и машет рукой небрежно, будто разрешает уйти. — Хорошо проведи время с близкими.       Келус скалится в ответ, но искренне и широко, напоследок бросая: — Спасибо большое за сегодня! Надо повторить! — и поворачивается спиной, спеша в противоположную сторону.       Весь путь от статуи Часика до собственного номера занят размышлениями. Опасениями и подозрениями. КММ решила передать что-то важное таким способом, через напарника? А других вариантов в целом и нет. Родные писем не напишут, с рекламными агентствами разбираются там, в офисе. Предположения, как провода, обрываются и искрятся. Авантюрин садится на диван, широко расставляет колени, старается хоть немного успокоиться. Голова-то давно прошла, вот только сейчас начинает стрелять вспышками боли снова. Ногти разрывают склеившиеся слои бумаги, хмурится, смотря на лист внутри. Авантюрин знает этот почерк, не раз видел его в отчётах и документах. И в блокноте. Он пробегается по тексту. Нет, нужно вчитываться.

Всё пройдёт.

Вы поймёте это радужным утром,

Улыбнувшись холодной заре,

И деревья прошепчут на ухо,

Что всё потерялось вдали.

Я знаю, вы сможете, не «парьтесь»,

Только чуть глубже дышите.

Не грустите, что их нету рядом,

Но письмо до конца сохраните.

— Док, что же ты хочешь сказать этим? — говорит под нос, вертит в руках бумажку, затем читает вновь, сводя брови к переносице.       Какое письмо имеет в виду Рацио? Явно не своё, это очевидно. Он не настолько глуп и прост, чтобы подразумевать в строках заурядный и очевидный замысел. Подкинул же ты проблем, доктор. Если увидел слабость, так молчи же о ней, не упоминай нигде, храни, как самый сокровенный секрет. Не заставляй сжимать ладони от нервов, не мучай своими догадками и заумными словами. Будь таким же тихим, каким был тогда, в тёмном переулке.       Рацио знает всё только из книжек или отчётов КММ, Авантюрин уверен. Горе-учёный не слышал о том, какими пятнами растекалась кровь по песку, насколько алой была вода в реке неподалёку от палатки, когда маленький ребёнок глядел на неё в ужасе, как варварски катиканцы расправлялись с его народом. Он едва ли имеет право говорить такие вещи, и авгин почти что злится, а затем выдыхает завороженно. Может, он и хочет узнать, что в действительности случилось? Не только ради знаний, а для предлагаемого Авантюрином доверия. Если умный человек совершает ошибку — он способен признать её и загладить вину.       Спросить напрямую не хватит смелости, стойкости, чтобы услышать правду. Не хочется жалости. Рацио не может дать того, чего Авантюрин искренне желает, а авгин не решится произнести это вслух. Он бредит, этого определённо нет в реальности. Он всё ещё спит, и сон его — настоящий кошмар, от которого на глубине ярких радужек затухает последняя надежда.       Авантюрин не заслуживает понимания, прощения. Он — убийца. Никчёмный трус и эгоист. Авгин ждёт блестящего лезвия в сердце, никак не руки помощи. С Рацио работать хорошо — мужчина воспринимает коллег только как коллег, его не заботят чужие проблемы, а решать их тем более не станет. Почему сейчас идёт против своих идеалов? Тоже сначала вотрётся в доверие, а потом бросит унизительно в стопку точно таких же использованных для собственного блага людей? Нет, Рацио не кажется таким. Доктор умён, пользуется только своей рассудительностью и рациональностью. Ему не к чему стремиться идти по головам.       Значит, правда хочет помочь?.. Или оказать медвежью услугу? Хотя бы чуточку побыть рядом, насколько позволят, показать, что не все вокруг опасны. Что кому-то в этом мире правда можно доверять. Звучит как сказка, услышанная когда-то в детстве. О том, что люди в чёрном, спускающиеся с неба, хотят спасти.