Царапки

— Шучу я.—, хрипло посмеиваясь от моего резкого отрезвления. Парень посчитал это лучшим вариантом, чтобы привести меня в чувство. Противная улыбка распласталась на его лице. Найдя в себе силы поморщиться, отодвигая его, немного пошатываясь, выходя с этого морозильника. Кожу словно сжало от резкого возвращение в квартиру. Своеобразная дискотека продолжалась, даже дополнялась вокалом нашей именинницы, которая исполняла вместе с Ильей в обнимку, забравшись на диван, чуть ли не падая с него, другие подпевали и хлопали, заливисто гогоча. Вадя чуть не сбил меня с ног, тот пятился назад, чтобы заснять на телефон караоке своих друзей. Обычное празднование дня рождения, хотя бы не сто человек, так бы это уже считалось впиской. Так ведь? Глаза упали на пустую бутылку из под вина под ногами, хотя этикетка отличалась.. размер.. водка! Водка! Руслан незаметно подошел сзади, разворачивая и уводя в ближайшую комнату, заставляя упереться о стену спиной. Ерзая, пытаясь вырваться, откидывая голову назад, жмурясь от безысходности. Теплые губы коснулись открытой шеи. — Блять.—, промычала я, не сдерживая выбившиеся стон, обтираясь об деревянную поверхность, с помощью этих движений пытаясь выскользнуть из цепких рук Руслана. Не видя что происходит передо мной, чувствуя лишь влажные отметины, которые стали появляться быстрее, языком ведя своеобразную дорожку. — Больной, сука.—, жалобно прошипела я, скалясь в пустоту, тем временем как парень перешел на ключицы, одаривая их порцией непрошеных прикосновений. Заостряя внимание на царапке, сквозь мутный туман перед глазами увидев красную полоску, оставляя небольшой засос, который начинал алеть. Мои ладони непроизвольно обвили его шею, заползая под край футболки на затылке, запуская их внутрь. Горячее тело напротив посчитало мое действие как за полное согласие, томно выдохнув закрытым ртом, зарываясь в моих объятиях. Резким движением сдернул верхнюю одежду через вверх, оставляя в одной мешковатой футболке. Кофта бездыханно упала на пол. Мои пальцы исследовали его спину там, где могли только достать. Его ладонь медленно поднималась по телу, очерчивая каждый изгиб, явно не торопясь. Приподымая короткий рукав, целуя в предплечье, на котором так же ранее оставлял царапины. Где то внутри мозг бил тревогу, пытаясь достучаться до меня. Но эта та черта, которую переступили оба. По телу разливалось тепло, податливо прогибалась под его напором. Я не видела и уж точно не могла знать, но я чувствовала, что особое внимание уделяет небольшим царапинам, норовя оставить новые; из полу прикрытых век могла уловить лишь его темную макушку и комнату Алисы. Тело согрелось в чересчур интимной близости, посылая табун мурашек по коже. Места где побывал язык Руслана слегка пульсировали, в себе подавляла желание стереть на теле чужую слюну, считая правильным полностью забить на происходящее вокруг, сужая мысли до одного лишь человека. Парень достал с заднего кармана моих школьных брюк, маленькую, помятую бумажку, больше похожую на мусор. Не став заострять внимание на этой никчемной вещице, легко отпустив ее на пол, та, кружась, потерялась во тьме.       Парень резко оттолкнул меня, отходя на пару шагов назад, а после дверь с характерным звуком захлопнулась; мы оба тяжело и прерывисто дышали, на мгновение забывая, что происходило пятью секундами ранее, залипая в одну точку. Я сглотнула, ладонью протирая лицо, еще не до конца понимая, что на самом деле случилось. Только сейчас Руслан взглянул на меня, облизывая губы. Он молчал ушел, перед этим наклонился и забрал кофту на полу, оставляя меня совсем одну в комнате, полной недосказанности и первобытным волнением. Может, он что - то и сказал, но слова потерялись в общем шуме за дверью, который не думал прекращаться.       Конкретно устав от всего на свете, я рухнула на кровать Алисы, чувствуя вертолеты, от которых желудок неприятно свело. Поморщившись, утыкаясь лицом в подушку, зажимая ее руками, чтобы приглушить посторонние звуки, скуля прямо в нее. Случайно почувствовала тыльной стороной ладони проводные наушники, которые были спутаны в один большой комок. Запихнув себе в уши, уменьшая громкость чужих голосов и музыки, или внушая себе это.

***

      Ночь слишком быстро сменилась на утро. Или день. С трудом разлепив глаза, щурясь от ярких лучей солнца, пробравшихся через тонкие занавески. Во рту было сухо, подушка и щека были в слюнях, сглотнуть было нечего, четко ощутила как саднит горло. Как ни странно, чувствовала себя не так плохо как могла, но движения отдавались в голову странным головокружением. Дергая ручку двери, та не поддавалась, лишь жалобно скрипела. Толкая плечом деревянную стену, медленно открывая, кто - то подпер ее с другой стороны. Просунувшись в образовавшуюся щелку, наблюдая перед собой диван, который был передвинут с центра комнаты. На нем распластался Илья, его лицо выглядело напряженным из - за сведенных бровей к переносице, словно тот унюхал что - то неприятное, а губы безмолвно шевелились. Следующего кого я встретила, это Алиса, девушка стояла возле окна на кухне, видно как она сжимала кружку чая в руках, сверху которой клубился пар. Медленно зайдя внутрь, присаживаясь на стул. Тошнота подошла к горлу, ненавязчиво предупреждая о возможном извержении. — Как чувствуешь себя?—, негромко спросила я, не планируя говорить так тихо, прокашлявшись в тыльную сторону ладони. Алиса зашаркала тапочками по линолеуму, сев напротив, со стуком ставя на стол напиток. — Честно, не очень.—, горько отозвалась она, выдавливая из себя что - то похожее на улыбку. Понимающе кивнула ей, неосознанно разглядывая кухню, которую видела уже много раз. Я заметила, что девушке не по себе, слишком неестественно опустошенные глаза выдавали ее состояние. Я шмыгнула носом, без разрешения взяв чай в руки, отхлебывая слишком горячую жидкость, обжигая язык. Клеенка на столе была прохладной, хотелось положить на нее щеку. — Точно?—, немного сощурилась, смотря на подругу в солнечном свете. — Вы с Русланом встречаетесь?—, не думая сказала она, легко произнося это, будто это был обыденный вопрос, как, например, спросить про погоду. Ее слова вызывали у меня противоречивые эмоции, ведь в этот раз это было не похоже на очередной подкол. — Нет, с чего ты взяла.—, щелкая пальцами рук, разглядывая Алису, пытаясь найти ответ на свой открытый вопрос быстрее, чем она ответит на него, параллельно рассматривая вариант, что я не правильно ее услышала. — Знаешь,—, продолжила она о чем - то другом, заставляя меня напрячься. Она смотрела куда - то мимо меня, настукивая пальцами по дереву.— мне всегда казалось, что время расставляет все по местам.—, я нахмурилась, слишком философски для Алисы, по телу прошлись мурашки, то ли от ее слов, то ли от вновь появившейся тошноты. — Когда я начала встречаться с Ильей, я правда думала, что это правильно. Он хороший. Правда хороший. Рядом с ним было.. спокойно. Даже слишком нормально.—, девушка терла свой указательный палец, прикусывая нижнюю губу, не давая заглянуть ей в глаза. Она медленно говорила то, что приходило ей на ум, не вдумываясь. — Я убеждала себя, что это привычка. Что это пройдет.— — Не прошло.—, сразу ответила я, улавливая суть ее слов, из головы по вылетали все мысли, оставляя ее полностью пустой. Подперла челюсть ладонью, облизывая сухие губы. — Я видела вчера вас.—, без эмоций сказала она, разглядывая свои ногти, не решаясь взглянуть мне в глаза. Я замерла, непроизвольно сжимая челюсть. В голове обрывками пронеслись моменты с ночи, темные волосы Руслана, которые видела в темноте, его горячие прикосновения, от нахлынувших воспоминаний я неосознанно потянулась к шее, поглаживая ее, вновь ощущая влажный язык парня на ней. По телу прошлись мурашки, заставляя незаметно передернуться, как от озноба. — Мы пьяные были.—, резко выпалила я, кидая краткий взгляд на нее, чувствуя нарастающее напряжение между нами. — Я знаю,—, она сглотнула слюну или ком в горле, на ее лице появилась ухмылка, такая безнадежная и естественная.— именно поэтому это и задело.—, мои глаза блуждали по ее лицу, выхватывая любое изменение ее мимики, пытаясь сказать что - то подбодряющее, но мысли не складывались в целые предложения. — Не потому что вы целовались, а потому что в тот момент я поняла, что у меня ничего не прошло.—, слова прозвучали спокойно, без надрыва, словно это говорила не она. Такое честное признание вызвало кучу вопросов и недоумение. Тишина растянулась, воздух загустел вокруг нас. — Я вчера соврала,—, добавила она наконец.— когда сказала, что ничего не скрываю.—, ее глаза медленно поднялись, встречаясь с моими, ища в них ответы на своих не озвученные вопросы, или простую поддержку. — Я все еще люблю его,—, очень тихо произнесла она, из - за чего я еще пару секунд прогоняла ее слова в мозгу, пытаясь сообразить.— и, кажется, он это знает.—, последнее предложение окончательно загнало меня в ступор и слова которые я уже приготовила чтобы сказать, застряли поперек в горле. — Расстанешься с ним?—, после недолгого молчания сказала я тише, ведь если Илья проснулся, тот мог услышать. Я переплела свои пальцы рук, сама не зная, как бы поступила в этой ситуации, хотя выход очевиден.

***

      Раздался громкий стук за окном, из - за чего я вздрогнула, чуть не выронив телефон из рук. Звук был похож на маленький камень, который наверняка кинули соседские дети. Подойдя и раздвигая плотные занавески, видя на тротуаре Артема, смотрящего вверх, прямо в мое окно. Я резко дернула ручку окна на себя, приоткрывая форточку, наклоняясь ближе, чтобы меня можно было услышать с такого расстояния. — Ты ахуел?—, прикрикнула я, беглым взглядом проходясь по темной улице. Его силуэт освещал одинокий фонарь возле него, сам он стоял на бордюре. Холодный ветер пробрался в комнату, заставляя поежиться, но не закрыть окно. — Можешь выйти пожалуйста.—, громче сказал он, поднося ладонь ко рту, хотя от этого его голос не стал четче. Я нахмурилась, но тот вряд ли заметил это, ладонь сжала подоконник, подбирая слово чтобы послать его. Выходить совсем не хотелось, после той ситуации между нами внутри оставалась глухая неловкость, тяжелая, как ком в горле. А уж тем более разговаривать с ним - последнее, чего мне хотелось. Хотя по большей части я просто злилась на него, на его поступок, на его тупую рожу. — Иди отсюда.—, прошипела я, закрывая окно, замечая как тот вновь стал говорить. — Это по поводу Руслана.—, не стараясь говорить громче как прежде, априори зная, что это имя я бы услышала и шепотом. Сглотнув слюну во рту, я все же резко захлопнула форточку. Поспешно переодеваясь, натягивая джинсы, на улице в последнее время сильно похолодало, а синоптики уже говорили о ближайшем выпадении снега. Мама была в ночную смену и никто не мог спросить у меня куда я. Открыв дверь ключом и выходя в подъезд, прокручивая его в замочной скважине чтобы закрыть. Брелоки звенели в кармане, упираясь мне в живот. Домофон запиликал и я оказалась на улице, вдыхая осеннюю морозную свежесть. Под козырек сразу подошел одноклассник, вставая напротив меня. Свет был неяркий, ели как освещал лавочку рядом. — Привет,—, я кивнула ему, перешагивая с ноги на ногу.— тебе он говорил?—, отрицательно помахала головой, засовывая ладони в карманы куртки, не из - за холода, а из - за привычки. Порывы ветра шуршали листвой, лениво гоняя ее вдоль бордюра, асфальт еще не высох от недавнего дождя, а двор был совсем пустой. — Не против?—, спросила я чисто для галочки, не удосуживаясь услышать его ответа, доставая пачку сигарет, вытаскивая одну папиросу, зажимая ее губами.— ну так что там.—, жестикулируя одной рукой, показывая, чтобы тот не медлил, второй ища зажигалку в джинсах. — Мне вчера классный руководитель звонил,—, поджигая кончик, ладонью прикрывая его от ветра, на мгновение мое лицо осветилось теплым светом, втягивая первую затяжку, кидая жигу обратно в карман и поднимая на него глаза, двумя пальцами придерживая ее.— попросил, чтобы я как староста отмечал Руслана, что он на больничном.—, он наблюдал за разгорающимся концом сигареты, неспешно толкая свои долгие речи. Вкус ментола осел на губах и горле, а дым клубился вокруг нас. Я непонимающе взглянула на него, стряхивая пепел на землю, первая мысль которая пришла на ум, так это то, что парень просто заболел и не сказал этого мне, потому что мы попросту не общаемся. Пауза затянулась, и он не уходил, значит это еще не все. Это ожидание начинает давить сильнее. — Он сказал, что на неизвестно сколько времени.—, я выпрямилась, немного давясь дымом, опуская руку с сигаретой вниз. — В смысле? И что? Ты скажешь че происходит или нет?—, агрессивнее сказала я, собираясь уже уйти, поднося к губам и вновь затягиваясь горьким дымом. — Он уехал из города,—, выкинула оставшийся, догорающий фильтр, наступая на него кончиком кроссовка. Наши глаза встретились, а губы приоткрылись в немом вопросе.— его друг умер, Сережа, учился раньше в нашем классе.—, вокруг становится слишком тихо. Я не сразу понимаю смысл слов, они доходят с задержкой, будто мозг отторгал эту информацию до последнего. В голове всплыла наша последняя встреча, от которой до сих пор остался осадок, после той ночи что - то изменилось во мне, и это что - то треснуло прямо сейчас. Холод стал ощущаться яснее, ветер пробирается под ворот куртки, и я машинально поправляю его, просто чтобы занять руки. — Знаешь когда?—, автоматически спросила я, немного щурясь. — Позавчера.—, он шмыгнул носом, мельком оглядываясь. Внутри появилась пустота, не резкая боль, а ощущение, будто меня просто вычеркнули, без объяснений, без банального пока. Два дня. Два дня я жила как обычно, а его уже не было. — Понятно.—, голос прозвучал тише, чем ожидала. Я просто киваю, хотя «Понятно» было откровенной ложью, сказанной скорее из привычки, чем из понимания. Артем попрощался со мной и медленно направился к себе домой, не став ждать от меня ответа. У меня попросту не было времени отреагировать на это, все случилось слишком резко и тихо. В голове медленно, с опозданием, всплывает осознание: позавчера, это значит сразу после всего. И от этой мысли становится особенно тяжело, как будто разговор, который так и не состоялся, теперь уже никогда не состоится. Вдруг появляется почти навязчивая мысль, проверить чат, словно там могло появиться сообщение, отправленное два дня назад. Но я уверенна, что его нет.       Дверь за мной закрылась почти бесшумно, она даже не хлопнула, просто мягко притянула ее за ручку. В квартире было обычно, как ни странно ничего не изменилось. Тот же воздух, те же вещи и тот же полумрак в комнатах. И все же что то ощущалось иначе, не хуже, не лучше, просто странное чувство. Скинув кроссовки на их место, вешая куртку на крючок, зачем - то поправила рукав, хотя он и так висел ровно. Мои движение были неторопливые, будто тело без моего ведома решило замедлиться. Каждое действие словно требовало чуть больше времени, чем обычно, ведь этого и не хватало мне.       Остановилась перед зеркалом почти случайно, шаги привели меня сюда. Взглянув на свое отражение в нем, упираясь на туалетный столик двумя ладонями, наклоняясь немного вперед. Лицо выглядело спокойным, взгляд был ровным, но в нем виднелась усталость. На лице не осталось следов того, что несколько минут назад я стояла под подъездом и слушала слова, которые должны были что - то сломать во мне. Но ничего подобного не случилось и это тоже было странно. Взяв расческу из выдвижного ящика, аккуратно расчесывая волосы, и тогда взгляд опустился ниже. Тонкие, поверхностные царапки, следы от них давно исчезли, кожа была чистой и гладкой, и все же, мне казалось, они все еще на месте. Из моего обычного дня молча убрали что - то важное, не до конца принимая или вовсе не понимая, что именно. Глаза скользнули к ключице, тогда я сильно раздражалась и отмахивалась от него, не придавая им никакого значения. Собрав волосы в высокий хвост, пальцы коснулись тех самых мест. Они сошли с кожи давно, как и должны были исчезнуть любые легкие царапины. Проводя подушечкой пальцев по телу еще раз, чуть медленнее, ожидая нащупать тонкие линии, которые уже не могли остаться. Большой палец плавно сдвинулся в сторону, ноготь слегка задел кожу, едва ощутимо, это движение родилось само, без четкого намерения. Легкое давление. Я не сразу осознала, что делаю, скорее почувствовала тонкое, слабое жжение, больше психологическое, чем физическое. На ключице проступила бледная нить, не глубокая и не заметная, такая, какая исчезнет через несколько минут. Я замерла. Пару секунд просто втыкала в зеркало, не моргая, будто пытаясь понять, зачем вообще это сделала. В отражении все выглядело так же спокойно, только рука застыла у шеи. Меня накрыло странное чувство неловкости перед самой собой. Эта новая царапка выглядела чужой, не такой как остальные. Выпрямившись, опуская руки вдоль тела, в зеркале снова все выглядит правильно, ровное дыхание и спокойное лицо, обычное отражение человека, у которого, по идеи, все в порядке. Только взгляд вновь бегло пробежался по тем местам, ощущение их присутствия никуда не исчезло, что нельзя сказать о Руслане.