Осколки ее жизни

Чувствую себя настоящей идиоткой: сижу на подоконнике в этот дождливый осенний вечер, укрывшись пледом как в самых слащавых фильмах и жду, что получу сообщение от того, кому принадлежит мое сердце. А ты, попивая горячий черный кофе, сидишь почти у моих ног, на этом красном диване, который ты купил и без уговоров, когда я сказала, что он идеально впишется в нашу гостиную. Ты свято веришь, что люблю я тебя. Только первое имя, вспоминаемое мною в любой момент, не твое. Оно того, кого ты и не можешь подозревать. Я правда пыталась это исправить, но как? Старание полюбить тебя вместо него привело меня к целому ничему. Это больно. Казалось, я смогу… — О чем думаешь? — твой голос охрип. Я растерялась, не зная, что можно и ответить. Правда не придется по вкусу. Вздохнув, я выпалила первое что пришло в голову: — О проблемах женщин в этом обществе… А ты? — О тебе… О наших отношениях… О любви. Мы пересеклись взглядами, в моем сердце кольнуло. Хотелось уйти отсюда, забиться в угол и рыдать от жалости к себе. Вместо этого я сползла с пригретого мною места и забралась к тебе под бок, уткнувшись носом в шею. От тебя пахло кофе, гелем для душа, который я тебе выбрала, и чем-то родным. — Зачем думать обо мне, когда я совсем рядом? Я ощущала успокаивающее биение твоего сердца правой рукой и прижалась сильнее. — Потому что мне кажется, что в мыслях ты где-то далеко, хоть физически ты и здесь. — Проблемы женщин в обществе очень веский повод. Ты поцеловал меня в макушку и приобнял, отставив кружку на столик. Мне было тоскливо вдвойне от капель, барабанящих по окну и чему только можно. Я каждый день обещала себе, что забуду его, искренне веря, что с завтрашнего дня всё пройдёт. Однако… Мое завтра превратилось в никогда. Ты хотел было что-то сказать, но только открыл рот, и тут же звонок в дверь помешал. Звонко чмокнув тебя в губы, я поскакала к двери, ожидая увидеть курьера с пиццей. Только вот… Это был совсем не курьер. Промокший с ног до головы, стоял ОН. Я бы никогда не подумала, что увижу его вновь. Конечно, мечтала. Но не верила. Не надеялась. Нет. — Сюзанн! Он улыбнулся мне своею лучезарной улыбкой, делая пару шагов мне навстречу, и я убедилась в одной вещи: одно из значений слова любовь — задыхаться. Мои легкие словно забыли как дышать, что было, естественно, невозможно. Только вот я стояла открывая и закрывая рот как рыба, пытаясь вспомнить какого это: пускать кислород в свой организм. — Джон! — ты был поражен не меньше моего. — Патрик. Я рад, что перекличка, которую я начал, закончилась. Надеюсь, тут больше никого нет? Он по хозяйски закрыл распахнутую дверь, бросил тебе свой багаж и начал с трудом стягивать прилипшую кожаную куртку. Ты уходишь за сухими вещами, для нашего гостя без слов, я просто откуда-то это знаю. — Что с тобой, Сюзанн? Он спросил заглядывая в мои глаза, а по моей коже пробежали мурашки. — Я не ожидала тебя увидеть спустя столько лет… — выдавливаю из себя с трудом слова, отворачиваясь. — Хочешь выпить чего-нибудь? Ты, наверное, замёрз. Ты возвращаешься и приобнимаешь меня за талию. Прикосновение обжигает, я заставляю себя не отстраниться. — Я бы выпил что-нибудь покрепче, а не погорячее. Однако я помню, что мой дорогой братец не держит ничего такого в доме, поэтому кофе. Радуясь, что могу не находится сейчас в его обществе, оставлю вас наедине. Вы перемещаетесь в гостинную и я слышу с кухни ваш разговор. Пытаюсь сосредоточиться на заварке кофе, но тонкие стены все же мешают. — Какими судьбами? — по голосу замечаю твои привычные подрагивающие от раздражения нотки. — Я думал мы не встретимся больше. Мысленно соглашаюсь, я была в этом совершенно уверена. — Вот решил заскочить, я же не делал вам свадебный подарок. — Учитывая, что наша свадьба, которую ты чуть не испортил, к слову, была пять лет назад… Заставляю себя не вспоминать об этом. Тяжело. — Да-да, я хочу извиниться… Правда-правда. Мне очень жаль. Я просто напился и не мог контролировать себя. Раздался тяжелый вздох. Твой. — Чего ты хочешь, Джон? Я выхожу из кухни, держа кружку дымящегося кофе с щепоткой апельсиновой цедры, как он любит и ставлю на столик. — Мне нужно некоторое время здесь пожить, всего пару дней… Я знаю, что ты согласишься, потому что любишь своего брата, чтобы он не натворил и давно простил. — Поговорим завтра. Уже поздно. Иди спать, твоя комната не тронута. Ты пытаешься строить из себя строго старшего брата. Хотя ты добрый. Не удивлюсь если он воспользуется этим в очередной раз. Мы проводим с тобой эту ночь вдвоём, лёжа на диване, поедая пиццу и пересматриваем в сотый раз наш любимый фильм. Я жмусь к тебе сильнее, но желаю обратного. Мне страшно засыпать, потому что я проснусь и придётся находится рядом с ним, делать вид, что все нормально. А это не так. Мне больно. Очень больно. Отключаюсь слишком быстро для человека, который не желает завтрашний день. Только вместо снов о нем, как привычно, я вижу темноту.