Я просто ждал тебя

Психоанализ – это не разговор с психоаналитиком. Это разговор с собственным бессознательным, с которым договориться гораздо труднее. Инесса Астахова©

Дориан несколько дней думал над тем, стоит ли ему продолжать терапию, но в итоге решился на это. Как раз и Леон задержался не на два дня, как обещал, а отсутствовал уже четвёртый день. Хорошо хоть, что на связь периодически выходил, давая понять, что с ним всё в порядке, в противном бы случае Дориану было точно не до своих проблем и их лечения. Хелена приехала вечером, и они снова разместились в спальне младшего Ихтирам. - Итак, ты готов начать? – спросила она, щёлкнув ручкой. Дориан рассмеялся. - Ты так сказала, что теперь у меня ощущение, что у нас будет интервью, а не психотерапевтическая сессия. - Я рада, что у тебя хорошее настроение. - Да, - Дориан снова улыбнулся, - я подумал, что стоит подходить к лечению с позитивным настроем, раз уж потом мне будет плохо и больно. Хелена кивнула и сделала пометку в блокноте. Дориан ожидал, что она задаст вопрос, но Хелена не делала этого. Помолчав какое-то время, он опустил взгляд и снова заговорил, но уже серьёзно. - Прежде чем мы начнём разбираться с моей… травмой, я бы хотел обсудить ещё одну проблему, более насущную. - Я вся внимание. Дориан кивнул и, подумав пару секунд, сказал: - В последнее время я постоянно хочу секса. - Твоё желание приобрело патологическую форму? - Это как? - Это если ты продолжаешь хотеть секса вне зависимости от того, была ли у тебя интимная близость, и достиг ли ты разрядки. Дориан отрицательно помотал головой. - Нет. - Может быть, у тебя есть какие-то особые сексуальные фантазии, которые смущают тебя? - Нет… - В таком случае я не вижу в твоей проблеме проблемы. Испытывать сексуальное желание совершенно нормально. - Но меня это заботит. И мне это мешает. Значит, это проблема. Хелена вздохнула. - И чего ты хочешь от меня? Чтобы я выписала тебе таблетку от желания? Если да, то ты обратился не к тому специалисту. - Нет, я просто хочу, чтобы ты помогла мне разобраться с тем, почему так происходит. Просто раньше так не было. Я нередко бывал одинок, но мне это никак не мешало жить. Теперь же я просто схожу с ума от этого, психую постоянно, срываюсь из-за мелочей. - Ты уточнил, что одинок. Так ты хочешь секса или отношений? Дориан задумался ненадолго, затем ответил, активно жестикулируя: - Я был бы не против, даже рад завести отношения, но я точно знаю, что сейчас этого не случится. Так что я просто хочу секса. - Почему ты так уверен, что не заведёшь отношения? - Потому что… Дориан не договорил, вновь задумываясь. Какой может быть ответ? Он просто знает, что этого не случится. - Потому что мне сейчас не до этого, - озвучил он самую логичную версию. - Ты сейчас занят работой? - Нет. - Ты уже состоишь в отношениях? - Я же уже сказал, что одинок, - Дориан слегка нахмурился, не понимая, к чему клонит Хелена. - Ты свободен во всех смыслах, но не допускаешь даже мысли о том, чтобы завязать сейчас отношения. Но в то же время ты страдаешь от отсутствия близости. Несостыковка получается. - В чём несостыковка? Мне сложно одному, но я не хочу никаких отношений. - Ты хочешь секса без отношений? - Нет. - Мы зашли в тупик. Ты не хочешь вступать в новые отношения, не хочешь секса без них, но в то же время страдаешь от отсутствия интимной близости в твоей жизни. - Получается, что так… Я сам не знаю, чего хочу? - Возможно. Но я всё-таки предположу, что ты, прости за формулировку, хочешь кого-то конкретного, но не можешь воплотить своё желание в жизнь и потому отказываешь себе в его реализации с другими. У Дориана глаза полезли на лоб. Данная гипотеза приводила в полное недоумение. - Кого я могу хотеть? – усмехнулся он. - Тебе виднее. Хотя, ты можешь этого и не осознавать. - Да у меня даже нет женщин в окружении! – всплеснул руками Дориан. - А почему это обязательно должна быть женщина? - Что? – Дориану показалось, что он ослышался. - Я спросила - почему ты должен хотеть именно женщину? Это вполне может быть мужчина. Что тебя так смутило в моих словах? - То, что ты предположила, что я могу желать мужчину. Я не гей. - Не обязательно быть геем, чтобы хотеть близости с мужчиной. Думаю, тебе знакомо понятие бисексуализма? - Знакомо. Но этого не может быть! – от эмоций Дориан говорил всё громче и быстрее, размахивая руками. – У меня всегда были отношения и секс только с девушками! «И с братом», - само собой мелькнуло в голове, и он мгновенно осёкся, отводя взгляд. Но эта мысль привела за собой другую, от которой бросило в дрожь. «А что, если я хочу Леона? Если я… влюбился в него? Господи, я гребанный извращенец и псих конченый…». - Ты кого-то вспомнил, - утвердительно произнесла Хелена. - Да, вспомнил. Я вспомнил о том, что официально один раз секс с мужчиной у меня всё-таки был, потому что меня изнасиловали, - ответил Дориан и снова посмотрел на Хелену. Лучше уж говорить об этом, чем продолжать тему, которая наталкивает на столь шокирующие и неправильные предположения. - Об этом стоит поговорить отдельно. Вероятно, именно факт сексуального насилия вызвал в тебе отторжение к мужчинам. - Я просто позаимствовал формулировку у Леона, никакого отторжения! – так внезапно переключившись, заливисто рассмеялся Дориан, отмахиваясь. – Это он всегда говорит, что не может быть такого, чтобы мне нравились мужчины. Но так ведь и есть, я не гей. Вот я и воспользовался его словами, не надо искать в этом какой-то скрытый смысл. - И часто он так говорит? - Да почти всю жизнь. Просто из-за моего имиджа мне постоянно приписывали нетрадиционную ориентацию, нередко в грубой форме. А Леон злился от этого и всегда говорил так, что я не могу быть геем. А при чём здесь это? - Когда речь идёт о проблеме, то всё при чём. - Всё равно не вижу связи. Мы говорили о том, что у меня проблемы в личной жизни, а теперь как-то внезапно перешли к словам Леона. Подожди… Ты же не хочешь сказать, что это как-то связано? - Не хочу. Но исключать такую возможность нельзя. Ты сам сказал, что хочешь секса, но из нашего разговора мы поняли, что заниматься им ты не хочешь. Полагаю, со здоровьем физическим у тебя нет проблем, значит, проблема в голове. У тебя есть некий психологический блок, не позволяющий тебе реализовать свою потребность с тем, с кем ты хочешь, и потому ты отказываешь себе в её реализации в принципе. - Я не отказываю себе. Просто не с кем. - А с кем бы хотел? У человека всегда есть возможные варианты того, с кем бы он был не против провести ночь. - Повторяю – у меня в окружении нет женщин. Только мама и ты. Предлагаешь мне с тобой переспать? - Врачебная этика не позволила бы мне этого сделать. Но давай поговорим о том, хочешь ли ты этого. - Нет, не хочу. Я просто привёл тебя в пример, чтобы показать, что мой женский круг общения очень ограничен. - А ты не думал о том, чтобы расширить его? - Предлагаешь выйти на улицу и спросить: «Кто хочет стать моей девушкой?»? - Это, конечно, утрировано. Но думаю, что многие девушки были бы рады быть рядом с тобой. Ты молодой, красивый, богатый, знаменитый, талантливый – сплошные плюсы. Но почему-то ты не пользуешься всем тем, что тебе дано. - Да не хочу я никакую девушку! Дориан сам удивился тому, что сказал это. Вот она, сила терапии и мощного психоаналитика на деле – когда сознание расслабляется и начинает говорить то, что обычно спрятано на глубине от посторонних и от своих собственных глаз. Он отвёл взгляд, пытаясь осмыслить сказанное и то, что оно означало. Ему не нужна девушка? А кто нужен? Парень? Нет, он никогда даже не думал о такой возможности, потому что… не думал! Дориан опасливо и напряжённо посмотрел на Хелену, боясь того, что она сейчас озвучит его диагноз. - Что тебя так пугает? – спросила она. Дориан отрицательно покачал головой. Ситуация становилась всё более непонятной для него. - Ничего, - ответил он. – И не надо цепляться к тому, что я сказал. Это ничего не значит. Давай закроем эту тему. - Это твоё право не хотеть о чём-то говорить. Но послушай меня – если каждый раз, когда мы будем приближаться к правде и затрагивать тему, которая тебе неудобна, ты будешь прерывать разговор, то мы ничего не добьёмся, и нам попросту не стоит тратить время. - Вот именно, я имею право не желать о чём-то разговаривать, если я не вижу в этом смысла или по другим причинам. - Имеешь. Но если ты хочешь, чтобы я помогла тебе, ты должен быть откровенным не только со мной, но и с самим собой. Если ты сделаешь это, я помогу тебе принять твою правду и научиться с ней жить. Если же ты не хочешь ничего менять, то ответь сейчас на вопрос – зачем тебе терапия? Дориан потупил взгляд. А вот и они – боль и муки лечения, а ведь всего-то вторая встреча! Он не знал, чего хочет. Да, он хотел продолжать терапию, потому что понимал, что она ему нужна, ощущал это. Но в то же время он боялся это сделать, потому что не хотел, чтобы в ходе неё на свет выплыло нечто, что его не устроит. Он нахмурился. Где-то он уже слышал это… А, точно. Ведь именно так он думал о Леоне, когда был обижен на него и злился за всё, и даже говорил ему об этом – что у него есть лишь одна правда, та, которая устраивает его, а всё остальное он безжалостно отвергает и изгоняет из своей жизни. Потому что его мир идеален, в нём не может быть того, что в его понимании не вписывается в эту картину. «Да уж, близнецы, - подумал Дориан. – Оказывается, я точно такой же, просто никогда не осознавал этого. И даже в этом мы одинаковы, ведь и Леон не понимал, что так думает и делает, пока я не потыкал его в это носом». Можно было остановиться и оставить на месте свои шоры, заслоняющие от глаз всё «неправильное». А можно было попробовать скинуть их и сломать свои границы. Нужно только сделать выбор. Решиться. - Я хочу продолжить работу, - произнёс Дориан. – Я буду честным с тобой. - Хорошо. В таком случае расскажи мне историю своей личной жизни с самого начала. - С первого сексуального опыта? - С первой детской симпатии. Кивнув, Дориан вздохнул и начал рассказ.