Младший брат

      С детства Ллойд всегда знал, что может положиться на Кая. Он стал для него не просто другом, но и той самой поддержкой, что младший не смог получить от семьи ещё в детстве. Его доброта и забота заменили родительскую любовь, которой он был обделён, и маленький Гармадон не осознавал, как глубоко эти чувства могут укорениться в его сердце.       По началу это казалось обычной детской симпатией и благодарностью за то, как много Смит сделал для него, ведь Ллойд понимал, как тяжело красному ниндзя дался выбор между клинком и спасением жизни Гармадона-младшего.       Ллойд, плохо знавший, что такое отцовская любовь, быстро привязался и начал видеть в друзьях подобие родительской фигуры. Они с командой проводили много времени вместе, на тренировках и просто дурачась, и младший ощущал себя самым счастливым человеком даже не из-за раскрытия собственных способностей и осознания, что он – самый сильный ниндзя, а из-за встречи с такими заботливыми и понимающими людьми, в особенности, конечно, с Каем, ставшим для него буквально всем миром.       Но по мере того, как Гармадон рос, взрослел и познавал мир, он начинал понимать, что вся эта дружеская любовь и нежность, что он испытывал к Каю, вовсе и не походила на дружескую. Годы шли, и чувства укреплялись, а самое ужасное – игнорировать эту очевидную влюбленность становилось всё труднее, и это перерастало в конкретную проблему.       Он восхищался его красотой, добротой и бескорыстной заботой. Каждый раз, когда старший тепло обнимал или дарил свою очаровательную улыбку, душа наполнялась счастью и тяжёлой болью одновременно. Ллойд Каю как младший брат. Он сам об этом упоминал множество раз, ласково называя друга «братишкой» при любой удобной ситуации. И каждый раз, слыша в свою сторону это «братишка» или «братик», Гармадон испытывал смешанные эмоции: сердце сжималось от теплоты и факта того, что наконец-то в жизни есть человек, которому он небезразличен, который готов оказать поддержку и заботу в трудные периоды, но раздражение никуда не девалось, хотелось выть и плакать от беспомощности – ни о каких романтических чувствах и речи быть не могло, даже если бы Смиту и нравились парни. Все надежды, что он когда-либо давал младшему через нежные прикосновения или слова, являлись обычным проявлением братской любви, не более. Желание высказать ему всё, обнажить свои постыдные чувства росло с каждым подобным неловким касанием, однако Ллойд никогда не позволит себе это сделать, ведь прекрасно понимает, что его признание может разрушить все отношения между ними. Он готов быть рядом с Каем, даже если это причиняет ужасную боль. Быть просто другом, просто братом – это лучше, чем потерять его совсем. И лучше уж зеленый ниндзя будет дальше прикрывать свою тоску дружеской улыбкой, надеясь, что никто не узнает, как тяжело ему на душе.

***

— И от чего у тебя к ней такая неприязнь? — спокойным голосом задаёт вопрос Кай, вертя в руках снимок, пытаясь найти место на доске с фотографиями, куда его лучше повесить.       Ллойд в очередной раз кидает задумчивый взгляд на фото: на нём изображена смущённо улыбающаяся Скайлор, заключённая в крепкие объятия Кая, что выглядит не менее радостным, судя по его натянутой до ушей улыбке. Трудно признаться, но эта радость на их общем снимке безумно раздражает Гармадона. — Я такого никогда не говорил, — оправдывается младший, закатывая глаза. Конечно не говорил, и никогда не скажет, что это правда. И уж тем более никогда не скажет, по какой причине эта неприязнь. — Брось, я вижу, как ты на нее смотришь постоянно, — он собирается добавить ещё фразу, но делает паузу, обнаружив подходящее место для фотографии.       Отыскав в ящике стола коробку канцелярских кнопок, Кай вытаскивает одну, прикрепляя фото на доску прямо возле их общего с Ллойдом снимка, где тот ещё маленький, но уже в настоящем кимоно зелёного ниндзя. Этот факт злит ещё сильнее, вынуждая чуть ли не дёрнуться и не сорвать его в гневе, но Гармадон во время себя останавливает, лишь испуская тихий, недовольный вздох. — А, ревнуешь, наверное, да? — хитрым и шуточным тоном продолжает свои слова Смит. «Точно подметил» – думает про себя Ллойд, однако сообщает ему вовсе обратное, стараясь уйти от неудобного вопроса: — Жаль её просто, что такой парень, как ты достанется, — и младшему неприятно от мысли, что он врёт, врёт Каю и врёт себе, но по-другому он не может.       Он не винит Кая, за то что тот не замечает его глупой и наивной влюбленности, хотя Гармадон уже не уверен, что сможет сохранять её в тайне ещё долго, ибо в такие моменты это чувство буквально съедает Ллойда заживо. — Значит, ты думаешь, у меня всё-таки есть шанс? — Смит аж оживляется от такого комментария, полностью проигнорировав издёвку.       Ллойд в ответ неловко поджимает губы. У него полностью отсутствует желание говорить то, что хочет услышать от него друг. Он нервно сглатывает, подавляя в себе печаль и остатки ревности, и вновь принимая игривый тон. — Может быть, — Гармадон неискренне усмехается. Короткая фраза даётся ему крайне нелегко. — Я никогда в тебе не сомневался, братишка, — Кай подпрыгивает к нему, заключая в радушное объятие, прижимая к себе за плечи и раскачиваясь в разные стороны от приступа радости.       Ллойд буквально задыхается в руках красного ниндзя, настолько сильно он его сжимает, но это даже нисколько не доставляет неудобства. Хотя бы благодаря этому он на пару секунд может забыть о невзаимности своих чувств и ощутить себя действительно любимым, хоть лишь по-братски любимым. Пускай он и продолжит их таить, и пускай это будет причинять ему страдания, главное, чтобы Кай был всегда рядом. Ллойд прикрывает глаза и расплывается в глуповатой улыбке, надеясь, что Смит не видит его лица, и выступивший предательский румянец его не выдаёт. — Да... Братишка.