Месть по ангельски

Михаил молчал, крепко стиснув ладони в кулаки. Его терпению и так шаткому в последнее время пришел конец. – Ну? Что скажете кол-леги — проговорил он последнее слово с особым сарказмом. – Не время шуток Михаил. У нас есть несколько предположений, но... Нам бы хотелось видеть всю ситуацию — Гавриил деловито сложил руки на столе, ища поддержки остальных. Всё присутствующие несмело закивали, а по залу пронёсся возмущенный шёпот. – Тихо! Хорошо, я покажу вам всю ситуацию наглядно. Прошу! — он указал на появившуюся картинку на огромном цифровом экране. Серафимы встревоженно переглянулись и тут же повернули головы в сторону экрана. Картинки замелькали одна за другой представляя их взору необычные события. Вот чудный сад предстал перед их взором. Кругом цветущие деревья и растения, природа благоухает находясь в полной гармонии. Нежные пташки вьют гнёздышки, маленькие птенцы перелетают с ветки на ветку, а молодая лань с интересом обнюхивает траву. Под кроной могучего древа сидит женщина. Её чёрные локоны закрывают хрупкую фигуру, а плечи мелко подрагивают. – Почему, почему....— словно в припадке она хватается за голову. – Тише милая. Ну что ты, я же говорил, мы не... Не можем мы, — он обречённо опускает голову уже не пытаясь остановить её истерику. – Но ты обещал! Ты же говорил! Люци ты мне обещал! Почему? Почему, почему, почему.... Женщина с остервенением хватает его за край плаща, умоляюще шепча просьбу. – Потому что я люблю другую, — резко произносит он. – Я же говорил тебе, Лили... Ты же знаешь, что ты от меня хочешь? Серафим грубо отталкивает её от себя, старательно пряча взгляд. – Мне ты говорил совершенно другое, — её голос вмиг становится ледяным, – Я бросила мужа ради тебя, а теперь... Ты говоришь что не можешь взять меня с собой?! – она с силой сжимает кулаки, сдерживаясь от того чтобы ударить его. – Ты кстати так и не съела его... Ты же хотела уйти от Адама? Тогда чего ты ноешь? – Он хотя бы держит своё слово — отрезала она, – В отличие от некоторых... Вот картинка сменяется, унося ужасающие воспоминания прочь, перед ними вновь тот же дивный сад, вот только всё будто вымерло в нём, покрылось инеем смерти, будто само зло приказало природе увядать. Всё то же могучее древо, вот только теперь коричневая кора дерева окрасилась в смоляно черный, откуда то пошел злавонный запах и тот час из прорезей коры полилась кровь. Она будто просачиваясь из самой преисподней тонкими струйками обтекала ствол дерева, пятная всё на своём пути, окрашивая зелёную траву в кровавую кашу. – Аааааа! — блондинка взвизгнула отбегая от дерева на несколько метров. – Что... Что это мать его? Люц? Так ведь не должно быть...не должно...— её глаза выразительно вытаращились, с ужасом поглядывая на место происшествия. Сама женщина дрожала словно осиновый лист на ветру и порываемые ветром её белокурые локоны разлетались в стороны, то и дело пытаясь прикрыть её лицо. – Я не..не знаю. Так не должно быть, не должно...— бледный словно сама смерть, Люцифер повернулся в сторону второй женщины. Открывшаяся ему картина ужасала намного больше погибшего древа. Прекрасная некогда Ева была сейчас до ужаса бледна, её руки вплоть до локтей стали черными, а ногти превратились в острые коготки. В её кудрявой черной шевелюре от корней до кончиков волос стали появляться красные волоски, постепенно превращая волосы в разнобой красно-чёрного. Нагое тело стало совсем белым, словно полная луна на небе, а под выразительными зелёными глазами залегли тени. Из ослабевших рук вылетело красное яблочко, совершая в полете кульбит, почти бесшумно падая на почерневшую под её ногами землю. И так Ева уже совсем не была похожа на прекрасную мать человечества, тем более что только что появившейся в голове голос, уверенно доказывал ей что звать её теперь Ру.... – И? Эту безусловно ужасную историю мы все знаем не понаслышке, но что с того? — Гавриил не понимающе развёл руками. – А то что Ева, — он неприятно поморщился, – теперь же Ру, уже давно разгуливает на свободе, весьма неоднозначно портя нам жизнь. Михаил таинственно сверкнул глазами наклоняясь под стол. Пару минут шебуршания и вот он слишком уж довольный протягивает Азраилу какую то черную папку. На папке выразительным шрифтом надпись "Root of Evel" – Открой, — повелительно произносит Михаил. Азраил неспеша развязывает тонкую верёвочку на скреплении папки, не переставая при этом внимательно рассматривать обложку. Внутри как оказалось ничего не обычного; какие то затхлые покрытые многолетней пылью файловые листы, бесполезные бумажки, исписанная ручкой внутри сама обложка.... – Ну и? Что тут может быть та...— Азраил прерывается на полу слове, не смочь отвести взгляд от находки. Из какого то вороха пожелтевших листов выпадает маленький черный блокнот. Успевший поймать его серафим с интересом осматривает его, вертя в руках. – Смотри! А ведь тут такая же надпись...— Рафаил подтягивается со своего места, указывая на кожаную обложку. С задней стороны блокнота, на кожаном переплете виднеется следующее «Root of Evel» – Да, — довольно улыбается Михаил. – Адам нашел его на очередном истреблении. Просто подумайте, чей он? – Неужели....— бледнеет Гавриил. По залу вновь проносится возбуждённый шёпот. Оторопевшие Серафимы бледнеют один за другим. Огромное количество глаз, начиная от светло голубых, заканчивая тёмно карими, в упор смотрят на своего предводителя. – Боюсь что да. Это её дневник. При детальном изучении я нашел лишь одну запись. Но и этого хватило чтобы убедиться что нашли мы этот дневник не случайно. Михаил устало опустился в кресло, окончательно теперь приняв позицию лидера. – Но что там Михаил? Что такого что совет Серафимов обсуждают это в полном составе? — Рафаэль нервно ёрзает на своём месте, то и дело бросает настороженные взгляды на дневник в руках брата. – В ожидании ошибки. То чего вы так боялись случиться, и я скажем так получу от этого кое какое преимущество. Грешники, все они мои дети, и как они раньше питались моим молоком, так теперь и я стану сильнее» Только это и ничего больше, — хриплым голосом проговорил Михаил. – То что грешник смог искупиться, значит что дорога в Рай открыта, сейчас мы беззащитны как никогда. Всё происходящее только лишь прибавляет ей сил. Грешники, эти безмозглые ублюдки лишь марионетки в её руках. Она ведь буквально их мать. Нельзя было допустить и одного из них сюда. Их всех надо держать в одном месте, так меньше угрозы для небес, — почти что шёпотом договорил он. – Но...но что делать? — спросил ошарашенный Гавриил. Наступило молчание, в котором каждый думал о своём. Как никогда сейчас в Раю было не уютно. Будто по щелчку пальцев возникло неприятное тягучее чувство тревоги. – Давить заразу в корне...— жёстко припечатал Михаил. * * * На райских улицах тем временем происходил страшный бардак. Два ангела, катались посреди улицы, поочередно нанося друг другу увечья. Вот один берет вверх и с силой ударяет противника в челюсть. Слышится хруст. Лежачий и сам не теряет времени ловко сталкивая с себя ангела, кладёт того на лопатки и уже сам садится сверху. – Ах ты ублюдок... Ты у меня за всё ответишь, это из-за тебя мы сдохли! Из-за тебя гондон! — он с силой ударяет брата в бок. – А из-за тебя умерла Она! Из-за тебя святоша она теперь в Аду! Потому что спасла твою задницу! — мужчина грубо отталкивает с себя брата, еле поднимаясь на ноги. – Ах ты...выродок, — второй мужчина выплёвывает кровавый сгусток, вытирая рот рукавом кофты. – Что здесь происходит? — леденящий душу тон в миг отрезвляет дерущихся. Высокая, сейчас как никогда пугающая фигура медленно подходит к ним. У фигуры весьма устрашающий, бледный вид. У фигуры даже имя есть. – Адам, сэр, мы...мы просто....— старший брат, один из виновников происшествия, нервно потирает разбитые костяшки, то и дело опуская взор вниз. – Мне не нужны эти жалкие оправдание. В Раю и так сейчас не простая атмосфера. У всех дел невпроворот, а вы что тут устроили? — первый мужчина презрительно кривит губы. – Мы... Простите но это наше личное сэр, — перехватывает инициативу младший брат. – Что? Ваше личное значит....— глаза его темнеют, а на лицо налегает тень. Братья уже видимо позабывшие свои обиды, в страхе жмутся друг к другу, не переставая наблюдать за рассерженным архангелом. – Я вам суки покажу личные дела.... — Вот и вот. Что и требовалось доказать, ты никудышный правитель. Посмотри! Что они там вытворяют? За стеклом панорамного окна стоят две фигуры. У одной голова совсем сникла, а крылья небрежно опустились на пол. Второй же наоборот стоит словно натянутая стрела, с прямой спиной и мечущим взглядом. Он пугает Сэру. – Простите....— в которые раз повторяет она. – Я не знаю что там происходит и почему так. Эта уже не первая по счёту драка за сегодня. Ангелы будто взбесились. Серафим устало отворачивается от окна и садится в кресло. – Хм. Занятно. Но думаю я знаю из-за чего это... — он загадочно поднимает взор наверх, к чистому небу. – Ладно, не паникуй. Это сейчас не важно. Лучше подготовь мне отчёт о состоянии моих бойцов. Всё ли они восстановились и готовы ли к копированию? – Копированию? — её глаза удивлённо выпячиваются. – Да. А что же тебя смутило? – Но ведь это... Они же живые... – Тебе ли говорить мне о морали. Сейчас нам пригодились бы любые силы и совсем не важно, будут ли у них одинаковые мозги. Михаил заводит руки назад, вновь возвращаясь к рассматриванию очередной драки. Сэра лишь кивает, поражённая приказом плетётся к выходу. А у Михаила сердце рвётся на части. Да уж...отдавать приказы не так уж и просто, в особенности те что идут против Бога....