***
На утро состояние ужасающее, глаза зудят, а дыхание тяжёлое, простуда сделала свое дело. Утренний холод, а спящий на соседней кровати Данила, спокойствия добавлял больше, чем тревогу и ненависть. Все же, он никому ничего не делал. Его не за что винить, он вообще не должен быть привязан ко всей ситуации, но его наивность втягивает понемногу. Она его погубит. Снова то же, что и было. Приставучая Настя в течении дня, напряжение вечное между друзьями и ливни. Ничего не успокаивает, как сон, особенно ночной. В нем ни о чем заботиться не надо, там просто, нет глупых людей, планов, идей. Там все идёт своим чередом, а ты выбор не имеешь. Ты как будто в игре, где тобой управляют. Новелла какая то, как будто.***
План был прост. Делать все то же, что и брюнет, но выполнять это так, чтобы спасти Данилу и уберечь, себя уберечь, а не свести все к ужасному. Контакт соседа он получил, а значит пол дела выполнено. Главное оставаться непринуждённым, таким, словно ты даже приблизительно ситуации не знаешь. Сидя на кровати, шатен что то читал, а на соседней такой же старой кровати покоился рыжий, его веки прикрывались, а из динамика телефона его играл один и тот же звук. Стучки о окно мокрые, совсем убаюкивает, а сонные зевы полностью усыпили Данилу. Слишком уютная обстановка стояла в комнате. Если рыжеволосый тихо покоится, то не значит что у шатена нет сумасшедших планов. Он собирался на встречу со своей четвёркой, часа в четыре дня. 15.36 — Время было как раз подходящее для сборов. Настолько тихо, насколько может юноша, он начал собираться. Накинул кофту какую то, сигареты чужие взял из тайника, который рыжий случайным образом спалил. Даня же возражать не будет? У него их куча, да и спит он, не по 30 минут, как наблюдалось, так что пропажу заметить будет трудно. Уже на улице, перебирая ноги, кареглазый пытался успокоиться, ведь волнение и страх были, за то что те останутся на стороне Юлия. От этого ещё больше проблем. Стресс. А с ним сопровождаются тики, связанные с синдромом, и не дай боже начнется приступ. Успокоение было важно.***
Веки слипались, а просматриваемое уже какой раз видео, никак не хотелось восприниматься в здравом смысле. Сон. Я, лежа в кровати все также листаю ленту, а обстановка совсем иная. Высокие потолки, более мягкая кровать и что то лежащее рядом, теплое. Девушка? На подушке мягкой, каштановые локоны вились и немного спутывались, прикрытые веки, длинные ресницы. Сладкий аромат, чего то свежего, родного, манящего. Хотелось вдыхать этот запах из раза в раз, заменить его кислороду, и быть от него зависимым, хотя должно быть я уже зависим. Темная одежда, колечко серебристое на правом крыле носа, что очень подходило даме. Причмокивала она сонно, губами надутыми. Эта девушка — просто Афродита. Ее не спутаешь ни с кем или чем либо другим, словно она одна на всю вселенную. Глаза приоткрылись, показывая свои очи, те будто дорогие камушки. Глубокие, темно-темно карие. Даже черные, утонуть можно. Но взгляд пугающий, такой, словно я сделал что то ужасное, убил кого то? — Я тебя помню. Ты очень на кого то похожа.- наконец подал голос я, не зная о чем говорю. Лицо знакомое, а где я его видел, не помню. — Я не понимаю о чем ты. — вопросительно взглянула она на меня, но впрочем ей по взгляду уже неважно, будто так ей говорят каждый день. — Главное, никому не доверяй, понял? — Понял. А тебе довериться можно? — Я сама не знаю, давай это останется для нас загадкой. — обладательница ровных густых бровей лишь прилегла ко мне ближе, обвивая руками. Ее изящные кисти, фаланги и предплечья были усыпаны красивыми рисунками чернильными, прикоснулись к моим плечам, щекам и шее. Мурашки. Она притянула меня немного, и мимолётно оставила лёгкий чмок на губах. Настолько нежный, насколько не смогло бы пёрышко или родная мать, но и от даже такого, поцелуй горел от пылающих мною чувств. Этот сон я бы забыть точно не хотел. Пробуждение казалось кошмаром, самым ужасным. Как будто случился бы конец смерти, или я бы умер. Спокойствие, уют окружали меня, поглощали разум, мой здравый рассудок. Ощущалось это тепло и комфорт как в детстве, щекотало приятно, слабо. Тепло исходящее из неоткуда просто было сказкой, невиданной и неслыханной. Мое дыхание участилось, по вискам поплыла неприятная боль, а руки окоченели, застыли намертво. Нет, я вас молю! Только не это! Девушка уже не казалась творением чудес, а походила больше на распутницу из дешёвого порно. Она противно оглядывала меня, в мои глаза посматривала, а ее очи все бледнее и бледнее, будто радужки уже не было, и глазное яблоко было обычным мячиком для настольного тенниса. А ещё очи были красными, словно та курила вещества днями на пролет. Насмехалась противным голосом. Если до этого тот был нежным, походил на певчий, и звучал как инструмент музыкальный, то сейчас он казался очень хриплым, скрежещим нутро, как скрипящая старая мебель, что никак не хотят починить. Словно та выкуривала по 5 пачек сигарет на день. Волосы у нее были не такими гладкими на вид, превратились в солому и выпадали клочьями. На место выпавших участков волос, вырастали новые, и сразу же летели прочь, словно те держались на соплях. Начало трясти, а мимолётный такой морозный, противный и родной запах сигарет я вдруг уловил, холодно мне от него до ужаса. Перед моими глазами силуэт темный, смазанный и мутный от моих слез. Щеки горели от многочисленных ударов, дабы привести меня в порядок. А леденящий пот окутал меня с макушки до пальцев ног неприятным осадком. Это значило одно-снова начались мучающие кошмары. Шатен оглядывал меня, а потом подлетел за водой. Жажда терзала горло, а открытое окно давало повод на болезнь. Мое сбитое дыхание убивало по кусочкам, и я вдыхая холодный воздух, кашлял и почти задыхался. Головная боль окружила разум, отчего по вискам отдало неприятным ударом. Судя по силуэту, Тушенцов потрогал мой лоб, убирал заботливо челку, а после приглаживал обратно, и касался макушки. Это не он. Он бы не стал. Нежные и аккуратные касания на затылке, а после меня приподняли и прижали к чему то тёплому, мягкому, что оказалось чьим то телом. Успокаивающему телу. Грудь неизвестного приподнималась слабо, а сердце его спокойно и ритмично билось. Прикосновения на моей спине и затылке утихомиривали больные ощущения. Мое дыхание начало успокаиваться, из глаз также лились слезы, а головная боль немного отпустила. Очень стыдно. Неудобно. Неправильно. Жалко. Он ещё жалеть будет. Слезы — это слабость. Особенно слабо это плакать кому то в плече. Они мне не идут. Но незнакомец и думать об этом не собирался. Но также перебирал ласково мои волосы, обнимал и успокаивающе гладил по спине и затылку. Зачем? Не хватало ещё казаться в его глазах настолько жалким. — И давно тебя кошмары мучают? Я ничего отвечать не хотел, но кивок все равно все объяснил. Его футболка мокрая от моих слез, тело его теплое, согревающее, озноб ледяной мой пот убирал. Я снова доставил ему проблем, мне очень- очень неловко, но очень хорошо. И намного лучше чем во сне. Касания его как снотворные, снова меня усыпляли, спокойные, будто он каждый день кого то так поддерживает. Мои веки снова сомкнулись, и молитвы о хорошем сне появлялись все снова и снова.***
Тушенцов на месте. Юлий и Юра тоже. Никита уже приближаемся. Те спокойны, ни о чем не подозревают. Только лишь коробку от сигарет в руках теребят, и ждут терпеливо. — В общем. Вы знаете что хочет сделать Юля? — Начал Тушенцов, сохраняя интрижку небольшую, с лицом угрюмым. Юра и Никита вопросительно взглянули на Онешко, а после на Тушенцова. Переглянусь между собой, и продолжили слушать. — Рус, ты еблан обиженный? — Юлий поднял глаза на друга, полнейшее недоумение, непонятнось. Чего ожидать от шатена? — Хорошо, что хоть не у меня за спиной обсуждаете это. — Заткнись, а? — очи Руслана грозно сверкнули на Юлия. — Короче, Юлик нас хочет подставить. — Схуяли? — заявление возмутило Хованского, судя по его выражению лица. Не это он ожидал услышать. Готов был знать, что его друг мутки снова с кем то строит, или те алкашку принесли откуда то. Но явно не это. — Да он к блядям пойти хочет с Даней, чтоб ему нос нахуй разбили. — И что с того? Я же говорил, блять, что вас это не коснется. — Ага, конечно.- Саркастично протянул Тушенцов. — Мы тебя знаем, еблана. Снова тебя спасать, ты сам нихуя не сможешь еблан! — Парни, ну скажите ему, что ничего не будет! — вопил Юлий. — Нормально поясните ситуацию, блять, пожалуйста. — Гридин уже умирал от мрачности и непонятности разговора. — Ну я с Данилой списался, и мы скоро пойдем к блядям, они его отпиздят и нас трогать не будут.-Улыбчиво пересказывал Онешко. — А ещё уважение получим. — Ебать, а что ты сразу то не сказал? Еблан, такое упустили с самого начала! — лукавил Юра Хованский. Идея ему явно очень понравилась, судя по его реакции. — Вот правда! Нас бы тоже позвал — Кузьма от новости повеселел, но Тушенцов совсем неодобрительно их осматривал. Не просто осматривал, проклинал взглядом. Почему когда так важно, нужные люди пропадают? Просто закон подлости. — Вы совсем ебанутые, нахуй? Вы сами понимаете о чем говорите, ебланы? Он нас подставит, у него с головой не в порядке! Вам пацана типа совсем не жалко? — Так Руслан говорил о брюнете, что воспринимать всерьез речь не собирался, а лишь улыбался, и поправлял свою идеальную укладку. — Блять, Руслан, ты успокоительные пил? — Кузьму реакция кареглазого не удовлетворяла, а лишь злила. — Рус, легче одному походить, о своем спокойно подумать, воздухом подышать, в конце концов. Когда тебя окружает стадо баранов, то это порядком надоедает, совсем не веселит, а наоборот отталкивает. И Руслан был уверен в своем окружении. Он полностью доверял и Юлику, и Юрию, и Кузьме. Отказ он получать не желал, оставлял это вечно на второй план в своих мыслях, даже не задерживая на этом свое внимания. Предатели — его друзья. Сам как нибудь справится, если верить не хотят.***
— Бля, пизда, Илья! У меня такой пиздец сегодня был. — эмоционально проголосил Данила в трубку, все также валяясь в кровати. — Верю, на слово. Ты же сегодня не выходил даже! Чем ты весь день занят был, еблан, что весь день не появлялся нигде? Ещё бы чуть-чуть, и тебя бы к директору вызвали. — предупреждал Коряков друга наперед, поедая какую то печеньку, бормоча. — Нуу. — тянул Даня- Я спал. — Ты сейчас серьезно, сука? — Ну мне пиздец сон приснился, паничку словил, и снова уснул. — Я даже интересоваться не буду, что тебе там снилось. Ты кидала и гнида, мы тебя с Лизой и туда, и туда звали, звонили, а ты сука, дрых! — Сам ты гнида, а. Ну телефон на беззвучке, комната закрыта, никто не мешает. — Это долго длиться не будет, ну как факт, — проконстатировал парень с множеством родинок на любой оттенок и размер.- мы вообще завтра идём в лес, ты знал? — Ебать, серьезно? — Да весь день об этом говорили, вообще то.