Я заставлю тебя сиять

Илья вновь был на взводе. Ему бы в музыку погрузиться с головой, накидывать строчки для новых песен, а у него голова занята другим. Ну вот что опять началось? Вроде только всё наладилось, прекрасно общались, и тут на тебе, опять сухие ответы, на созвоны отвечает раз через раз. Можно конечно предположить, что Денис не хочет беспокоить Илью, пока тот альбомом занимается, но это очень натянуто. Ещё добивает тот факт, что отношение изменилось только к нему. Когда Коряков общался с остальными, они говорили, что не замечали за Денисом какого-то странного поведения. И что он не так сделал? Сколько раз не пытался вспомнить весь ход их взаимодействия, ничего странного не замечал. В последнюю их нормальную встречу они расстались на хорошей ноте. Реально что ли к гадалке пойти… А что Денис? А он не нашёл ничего лучше, чем ограничить общение. Он боялся и чувств своих, и того, что Илья узнает про них. Он не знал, как теперь будет вести себя рядом с брюнетом, вдруг одно лишь поведение выдаст его с потрохами. Будет как влюблённая девчонка краснеть от одного лишь взгляда в свою сторону, а кожа у него бледная, румянец, даже лёгкий, сразу будет видно. Или сам будет глазеть на Корякова неотрывно, что без вопросов естественно не останется. Коломиец понимал, что опять многое надумал, что так странно вести себя не будет, но отогнать мысли об этом теперь не мог. Зная о высокой занятости Ильи, Денис спокойно принял приглашение на очередные посиделки у Вовы. Словами не описать его удивление, когда он услышал с коридора звонкий голос Корякова. Такое стечение обстоятельств он, к сожалению, не рассчитал. Внешне блондин постарался не подать виду, что взволнован до безумия — на объятия ответил, парой фраз перекинулся, не забывая об улыбке на лице. С остальными продолжил болтать в привычной манере, но атмосфера для него была уже не та. Денис почти постоянно чувствовал взгляд Ильи, но в ответ не осмеливался посмотреть. Предупредив Руслана, что отойдёт ненадолго, Коломиец направился в соседнюю комнату. Он тут же пожалел об этом, ведь здесь никого, кто бы говорил, кого можно послушать. Всё внимание теперь сосредоточено на собственных мыслях, что вновь стали донимать. Может сделать вид, что ничего не было и начать вновь разговаривать? Или лучше позвать на разговор и всё разъяснить? Он подошёл к окну и стал всматриваться в серое небо. Солнца, что буквально час назад освещало город, не было, лишь редкие лучи просачивались сквозь тучи. Неужели дождь будет? По прогнозу вроде не обещали.. — Ты чего ушёл? — Долго в тишине он не простоял, к нему, как и ожидалось, зашёл Илья. На это Денис и рассчитывал, ведь понимал, что без разговора его из квартиры не пустят. — Шумно очень стало, вышел передохнуть. И оба замолчали. Денис стоял лицом к окну, кольца нервно крутя, Илья сидел на кровати, смотря на сгорбленную фигуру друга. — Денис, что случилось? — С чего ты взял, что что-то произошло? — Ладно. Скажи, может я сделал что-то не так? — С чего такие мысли? Ничего такого ты не делал. Что за допрос, блять, — внутри всё сжалось от мысли, что Коряков себя мог винить. Он повернулся наконец, считая неуважительным стоять спиной к собеседнику. — Да потому что я не узнаю тебя в последнее время! Раньше ты сам постоянно писал, интересовался как у меня дела, спрашивал что-то, фигню всякую из жизни рассказывал. А теперь из тебя хуй вытащишь хоть слово. Естественно я предполагаю, что что-то стряслось. — Хули тебя так ебёт случилось у меня чего или нет? — Пиздец, а не что, что ты мой друг? Я волнуюсь значит, напридумываю блять, что с ним, что произошло нахуй, а он опять отмалчивается. — Я сказал, что всё нормально, а ты не отстанешь никак, друг хренов. Разве дружба не должна строиться на доверии? — на последних словах голос дрогнул. До самого дошло, насколько абсурдно это звучало из его уст. Сам же довериться не может, но смеет других упрекать за это. Какая же он сволочь. — На доверии говоришь? — с нажимом произносит, прямо в глаза смотрит. А Денис ебал этот зрительный контакт, не способен потом уверенно говорить из-за него. Он отступает, как в переносном значении, так и в буквальном, пока не упёрся в подоконник. — От кого я это слышу? Я стараюсь помочь тебе, поддержать всячески и что получаю в ответ?! Ничего! Меня просто начинают игнорировать, ничего не объяснив перед этим… Если ты сам не хочешь вылезать из ямы, в которой оказался, то и сиди там. Меня это заебало. Илья вышел из комнаты, а через пару минут послышался хлопок входной двери. Это пиздец. Денис присел на кровать, хватаясь руками за волосы. Оттягивает их, намеренно вызывая боль. — Что у вас случилось? — за одним другом естественно пришёл другой. Так всегда было — если кто-то из их окружения вступает в конфликт, об этом непременно узнает Семенюк. И, что самое главное, он не отстанет, пока друзья вновь не начнут нормально общаться. — Поссорились. — Что-то серьёзное, да? Это ведь ваша первая ссора. Денис не ответил. Говорить сейчас с кем-то совершенно не хотелось, потому что на эмоциях сказануть лишнее может, это он прекрасно знает. Именно по этой причине он решает уйти. — Я пойду наверное. — Не расскажешь ничего? Вдруг помочь смогу. — Услышав отрицательный ответ, Вова вздохнул тяжело. Бесило его в Коломийце, что он сам каждый раз пытается справиться с проблемами, даже если понимает, что не сможет. — Понял, но позже обязательно должен. Созвонимся как-нибудь на днях… На такси поедешь? — Нет, недалеко же. Чего ты спрашиваешь? — Дождь пошёл. Коломиец привстал, чтобы посмотреть в окно. И правда дождь. Денис усмехнулся только — погода подстать настроению. — Ну и ладно, капюшон натяну и дойду, куда я денусь. Вот только капюшон не особо помог избежать дождя. Голова может и осталась сухой, но вот на лицо постоянно попадала влага, да и одежда успела намокнуть. Этот день может добить только простуда. Денис по возвращении помылся горячей водой, надел одежду потеплее и попил чаю, в надежде, что эти процедуры уберегут его от заболевания. Следующие несколько дней прошли как в тумане. Совершались какие-то повседневные действия, которые вообще не запомнились. Вставал в часов десять, принимал душ, просматривал телефон на наличие уведомлений и каких-то новостей. Он не писал. Денис ему тоже. Потом обедал, прибирался, если, конечно, было что убирать. Его квартира последний раз была такой чистой только когда он въезжал. Ещё и прогулка под дождём не прошла бесследно. Серьёзно он конечно не заболел, но боль в горле и сухой кашель не давали покоя. Он снова возвращался в состояние, из которого так тяжело выходил. Сидел дома целыми днями, даже в магазин не ходил предпочитая просто заказать доставку. Вновь загоняться начал из-за внешности, из-за поведения дурацкого. Ну хоть спал он спокойно, кошмары по сей день его не мучили. — О, а кто это у нас тут сидит? Ждёшь кого? — Блять, Вов, напугал. Я и забыл, что в дс заходил. — Эх, а я думал болтать с Ильёй собираешься, — Семенюк до последнего надеялся, что ребята сами разберутся. Но дни шли, а они продолжали игнорировать друг друга. Денис всё не звонил, чтобы рассказать о проблеме, поэтому он сам собирался его потревожить, к счастью тот онлайн был. — Давай выкладывай, что у вас случилось. Я у него спрашивал, он мне ничего не сказал. Учти, решишь тоже молчать, я посчитаю, что он тебя обидел и пойду его уму разуму учить. — Блять, не надо. Я знаю, как ты учишь. Не обижал он меня, скорее я еблан, лишнего наговорил. — Губу закусил, вспомнив слова свои. — Вов, мы же друзья? — Конечно, что за вопрос.. Так, что за хуйню ты сделал? Денис мялся. Чтобы прояснить всю ситуацию, нужно рассказать о своих чувствах к Илье, и он переживал за реакцию Семенюка. Хоть тот негативно не высказывался против подобного, некий страх всё равно был. С другой стороны, лгать Денис не умел, поэтому и выбора особого сейчас не было. — Я.. В общем, он мне нравится. — Ахуеть. Не, я заметил, что вы ближе начали общаться, и шутки у вас такие, двусмысленные, но всё равно неожиданно было услышать... Но эта информация никак не состыковывается с тем, что Илья свалил тогда. Коломиец решил пересказать, как всё было в тот день и что было до этого, пока Вова не надумал себе лишнего. Под конец старший сидел, подперев голову рукой, и раздумывал над рассказом. Лицо у него хмурое до жути, ещё и смотрит с негодованием. — Реально долбаёб. — Ой, иди на хуй, и без тебя это знаю. Дальше в основном говорил Семенюк. Сначала он читал нотации о том, что игнорировать друга «по-уебански», и как ему вообще в голову могло прийти, что чувства могут таким образом пропасть. Потом успокаивал, что никто не собирается его гнобить за любовь к парню, что их друзья нормальные ребята, которые всегда поддержат. Ну и в конце посоветовал не тянуть с извинениями и признанием, иначе им обоим станет хуже от затянувшейся ссоры. Денис прощается и выходит из дс, пока ещё кто не напугал его внезапным появлением. Кладёт голову на стол, закрывая её руками. После разговора наконец пришло полное осознание того, какую же он хрень сотворил. Ну вот зачем он так сделал, чего он этим добился. И сам ужасно чувствовать себя стал, ещё и Илью заставил переживать. Вроде в универе учится, отдельно от родителей живёт (хоть и на их деньги пока что), сам отвечает за себя в целом, но всё равно поступает так по-детски. Спасибо хоть Вова об этом напоминает. Встаёт, чуть не падая, потому что голова закружилась и в глазах потемнело. На улицу нужно выйти наконец, воздухом подышать. Но сейчас желания совсем не было куда-то собираться, в связи с чем просто на балкон идёт. Ногами передвигает медленно очень, будто через силу, так же заторможено открывает дверь и заходит в небольшое помещение. В глаза бросается пачка сигарет на подоконнике. Илья забыл. А может специально оставил, чтобы вернуться за ней, он мог такое провернуть. Денис берёт её в руки, крутит в разные стороны, словно найти что-то пытаясь в ней. Открывает, пересчитывает сигареты, в слух произносит их количество: «13». Задумавшись ненадолго над этим числом, всё же откладывает сигареты в сторону и открывает окно. В лицо сразу врезается сильный порыв воздуха, волосы в разные стороны летят и непроизвольного глаза закрываются. Погода в последние дни сама не своя. Денис чихнул — видимо пыль с подоконника в нос попала, ну или не выздоровел до конца. Он постоял немного, вдыхая влажный воздух с улицы. Уходить не хотелось, но стоять на одном месте становилось тяжко. Блондин подумал, что надо стул купить, высокий такой, барный, чтобы подолгу можно было тусить на балконе. Ещё чай налить и музыку включить, вообще песня будет. Переступив порог, Денис оглянулся и, усмехаясь собственным мыслям, сказал в слух: — Лучше два.