I
16 марта 2025 г., 19:04
Основной вопрос, который должны задавать себе Искатели в данной ситуации, заключается в следующем: действительно ли они ищут свое новое «я» или просто стараются сбежать от существующих?
Кэрол С. Пирсон, «Герой внутри нас»
«Джойс говорит, что время — странная штука…» Часы. Маятник. Бой. Эти элементы-символы зримо и незримо присутствовали во всех сериях, были разбросаны по четвёртому сезону как радужные блики от дисперсии света, проходящего сквозь алмаз. Первый сезон — о пространстве. Хокинс. Обычный мир и Изнанка. Второй — о материи. О том, что наполняет и даёт смысл пространству: первые робкие чувства, эйфория, полёт и восторг. Третий — об энергии. О том, что меняет пространство. Четвёртый сезон же во многом о том, как мы распоряжаемся отпущенным нам временем: тратим на незначительное, упускаем важное, а когда опомнимся, понимаем, что время было нам необходимо, чтобы случилось цветение. Время даёт нам увидеть последствие каждого принятого нами решения; время — ускоренная съемка ростка, проклюнувшийся из зёрнышка в почве. Это вся наша жизнь. Время даёт смысл и помогает энергии преобразовывать пространство. А что же будет в пятом сезоне? Хороший вопрос. Вселенная. Совокупность вышеназванного. Герои постоянно «играют» с физикой. Радиоволны, чистоты, колебания, вибрации. Главная четвёрка так и вовсе всерьёз ею увлекается (особенно Дастин). Братья Дафферы производят впечатление эрудированных людей, чья сфера интересов не ограничивается кинематографом, музыкой и поп-культурой, — а потому эти аналогии оправданы. Влюбившись в мир «Очень странных дел», мы часто ищем скрытые посылы в этом многогранном произведении, что нормально, ведь создатели хотели, чтобы мы вели поиски. И что можно обнаружить, если внимательно присмотреться? На каждом из постеров к четвёртому сезону, демонстрирующих, как герои идут к порталам, всегда есть те, кто оглядывается и/или ищут зрительный контакт с кем-то. Например, Лукас ищет его с Макс, но та повёрнута практически лицом к зрителю (и в профиль к обеспокоенному Синклеру), что может служить метафорой её отрешённости, изоляции из-за проклятия. Помним, что этот дуэт — расставшаяся пара, которая, возможно, возобновит свои отношения. Они — символ прошлой романтики. На втором постере Джойс и Хоппер практически встречаются взглядами. Они — единственный переглядывающийся дуэт, который идёт не позади, а впереди. Они — настоящее, поскольку именно в этом сезоне их роман начинает бурно развиваться (с первым поцелуем и прерванной страстной сценой). На третьем постере Одиннадцать бредёт в одиночестве (её потерянность, её поиски истины о себе). И наконец, четвёртый постер: Майк и Уилл буквально смотрят друг на друга. Намеренно ищут этого контакта, словно только в нём видят для себя поддержку и спасение. Они, как уже наверняка догадались, — будущее. Это всего лишь теория, и не лишено смысла то, что Одиннадцать и Майк в итоге останутся вместе, или же Уилл найдёт кого-то, кто будет замечать, когда он подавлен. Написанное здесь всего лишь предположение. Однако в этом есть смысл. Одни отношения расцветают, другие подходят к логическому завершению, а третьи могут воскреснуть. Последний тип демонстрировали сразу две пары (Лукас и Макс, Нэнси и Стив). Вот только если в случае с первой парой желание пойти в кино было взаимным и никакие противоречия их не мучили, то со Стивом и Нэнси история другая. Харрингтон всё ещё безнадёжно влюблён, но в его поведении начисто отсутствует эгоизм: он готов принять любой исход событий, лишь бы Нэнси была счастлива. Стоит отметить и ещё кое-что: он бескомпромиссно честен с ней, когда говорит, что мечтал об их совместном будущем (дом на колёсах, много детей). При этом он не пытается нарушать её личные границы, не заставляет её терзаться чувством вины из-за измены. Он уважает её выбор. Нэнси чувствует симпатию к Стиву, а также отмечает, что тот переменился в лучшую сторону. Но она не хочет предавать Джонотана, так как по-прежнему его любит. А что же Джонотан? Любит, но не говорит об изменении своих планов касательно колледжа. Проявляет губительную нерешительность.[Цитата] — И какой выход? Просто медленно расставаться с Нэнси? — Ну видимо…
Джонотан боится обмануть ожидания Нэнси, поэтому лжёт — точнее, не договаривает, чем «рубит хвост по частям». Байерс, в общем-то, вполне готов к разрыву с девушкой. Он постоянно об этом думает, прокручивает эту перспективу в голове. Он даже, возможно, испытал бы облегчение, если бы Нэнси его бросила — неопределённости пришёл бы конец. Ему страшно. Он боится потерять — и отталкивает. Но и «сорвать пластырь», как метко выразился Уилл, он не готов. И в пятом сезоне он будет вынужден раскрыть все карты. Дальше развилка: либо Джонотан меняет свой подход и стремится реабилитировать доверие между ним и Нэнси, либо расставляет все точки над «i» и окончательно с ней расстаётся. Так или иначе, упоминание Стива в последнем разговоре Нэнси и Джонотана неслучайно. «А кто был бы за главного? Не Стив же!» «Он сильно изменился…» Нэнси видит те качества, которые её привлекают в Стиве, и она также видит, что её не привлекает в Джонотане. Именно из-за разительного контраста между ними Нэнси начинает сомневаться. Ей предстоит серьёзный выбор. Если братья Дафферы действительно зашифровали разрешение всех любовных конфликтов в финальной сцене, то Джонотан останется с Нэнси, но — кто знает? Быть может, их история тоже осталась в прошлом? Между Джонатаном и Майком несколько раз проводятся параллели в сезоне. И не только между ними. Психологические установки «я буду ей не нужен», «я всё испорчу» в этом сезоне имели большое значение для обоих. Их сомнения относительно того, достойны ли они девушек, с которыми состоят в отношениях, проявляются особенно ярко в сценах, где они начинают «частить», то есть говорить ускоренно, почти склеивая слова: Джонотан — во время разговора возле каньона; Майк — во время поездки в фургоне. Оба говорят об отношениях, в которых чувствуют себя «плохими», «ошибающимися». В этих союзах нет полной искренности, нет уюта и нет надёжности, состоящей в уверенности, что тебя принимают и ценят. Не самая здоровая модель. Но если Нэнси старается быть лояльной по отношению ко всем промашкам Джонатана — защищает его, выгораживает перед знакомыми, ищет объяснение его поведению, — то Одиннадцать ведёт себя иначе: девочке самой нужна поддержка, и она ждёт, что Майк окажет её в полной мере. Кроме того, Одиннадцать лжёт, отражая внутреннюю ложь Майка. Ложь умножается на ложь — и так возникает глубинное непонимание в их незрелых подростковых отношениях. Уилл и Стив ведут себя сходим образом: оба хотят быть честными, оба готовы пожертвовать личным счастьем ради счастья того, кого они любят. Но оба вынуждены раз за разом наблюдать, как Нэнси и Майк летят навстречу другому человеку. И всё-таки Стив, в отличие от Уилла, делает попытку, буквально заявляя Нэнси: «Да, я всё ещё тебя люблю. Да, я настроен серьёзно. И ты можешь выбрать меня, если на то будет твоя воля». Но для подобной откровенности Стиву требовалось подбадривание от Робин и Эдди (аж два человека вмешались!). К тому же Стив почти ничем не рискует в любом случае. А у Уилла на кону дружба и привычные взаимоотношения, где нет «изгоев». Уилл находится в уязвимой позиции. Ему не с кем было обсудить то, что он чувствует. Только Джонотан в последней серии завуалированно намекает: «Я знаю, что тебя гложет. Ты можешь мне сказать». Однако этого мало. Пока что — мало. Уилл должен знать, что он не один. А кто ещё чувствовал себя одиноким и непонятым? Макс. Макс отдалилась от друзей и от Лукаса из-за депрессии после смерти Билли. Это верхний слой. Ниже — чувство вины и опустошённости.[Цитата] — Мне не нужно письмо! Мы здесь! Я здесь!
Взаимодействие Лукаса и Макс в четвёртом сезоне умилительно по множеству причин. Как только герои перестали быть «парочкой возле кулис» и вышли на первый план, у них появился необычайно сильный шарм. В их совместных эпизодах много мотивирующих и сильных реплик; они говорят о себе, о своих чувствах и о том, что они могли бы сделать, но не сделали. Ребята прощают себя и друг друга за то, что не сумели сберечь доверие. Замечательно то, как они постепенно восстанавливают свои романтические отношения посредством возобновления крепкой дружбы, основанной на взаимовыручке и общей цели. Они заново учатся открываться друг другу, потихоньку, шаг за шагом. Не прыгая в омут с головой. Дружба — именно дружба, а не влюблённость — благотворно действует на них. Характерно вот что: Макс в сложный жизненный период требовалась не романтика, а опора, уверенность в том, что есть тот, кто подхватит, спасёт, будет рядом. Причём как физически, так и эмоционально. Лукас заново стал ей близким другом, поэтому Макс увидела перспективу возобновления романтических отношений. «Я здесь!», «Я всё ещё здесь!» — герои постоянно говорят вариации одной и той же фразы друг другу. Лукас пытается достучаться до Макс, показать ей, как она важна для него. Макс заново учится любить жизнь и не отталкивать близких. Написаное на листочке: «Я рада, что ты здесь», — кульминация их конфликта в сезоне. Принятое предложение пойти в кино — развязка. Макс на полпути к исцелению. Когда-то подруга открыла глаза Одиннадцать на то, что «парни — это ещё не всё». Именно поэтому Одиннадцать в критический момент сражения с Векной вспоминает фразу: «Не Хопперу. Не Майку. Тебе!» То есть Одиннадцать обрела стимул к сопротивлению не столько из-за признание Майка, сколько из-за воспоминания о том, как она осознала ценность собственной личности благодаря Макс. «Борись! Помни о себе! Никто не должен тебя сковывать!» — это та имплицированная идея, которая присутствует во всей сюжетной линии Одиннадцать в четвёртом сезоне. В то время как основная мысль линии Макс — вернуться к людям, позволить людям любить тебя и заботиться о тебе. «Хлебные крошки» Макс ведут её к воссоединению с Лукасом и друзьями. А «крошки» Одиннадцать, на контрасте с подругой, — к расставанию с Майком. Когда Одиннадцать в последней серии говорит Майку, что скучала по нему, она не лукавит. Она и правда скучала. По такому Майку: открытому, дружелюбному, весёлому. По таким их отношениям — без выяснения отношений, без споров и недопониманий. Она соскучилась по Майку не как по парню, а именно как по человеку — по другу. Не зря их воссоединение у разрушенной лаборатории не было скреплено поцелуем. Потому что им обоим нужны платонические отношения. Передышка. Или окончательный переход от романтики к дружбе. Понимаете, в чём особенная красота параллелей между линией Лукаса/Макс и линией Майка/Одиннадцать? Они зеркальны относительно друг друга. Макс и Лукас движутся от дружбы к романтике. Одиннадцать и Майк — от романтики к дружбе.[Цитата] — Я думал, что потерял тебя. — А вот я тебя потеряла…
Лейтмотив истории Хоппера и Джойс — потеря и обретение. Здесь тоже можно найти пересечения с остальными парами шоу. Будто одна большая река переходит в дельту и разделяется на «рукава», которые впадают в другие сюжеты. Джонотан боится потерять Нэнси. Нэнси боится потерять Джонотана. Майк постоянно твердит, как не хочет терять Одиннадцать. Лукас намекает, что должен был заметить проблемы Макс, и тогда бы он точно не потерял её. Разумеется, Уилл до ужаса страшится одной мысли, что потеряет Майка, о чём он сообщает ему в том закодированном горьком монологе в фургоне. Таким образом: Слоган сюжетной линии Нэнси, Стива, Джонотана (и одновременно Майка и Одиннадцать): «Я боюсь, что буду тебе не нужен!» Лейтмотив Макс и Лукаса: «Я всё ещё здесь! Я рядом!» Лейтмотив Хоппера и Джойс: «Я думал, что потерял тебя!» Лейтмотив Майка и Уилла — всё вышеперечисленное, соединённое в одно. Можно добавить только: «Трудно признаться в своих чувствах». Кстати, чтобы красиво подытожить, — лейтмотив «Трудно признаться в своих чувствах» также применим к Робин и Вики. Такая вот цепочка. Есть и другие совпадения. Беседа Майка и Уилла. Беседа Робин и Вики. Предыстории обоих разговоров схожи. Робин влюблена в Вики, но не уверена, что её симпатия взаимна. Когда она видит Вики с её бойфрендом, то окончательно теряет надежду. Но в сцене с сэндвичами Вики ведёт себя иначе: рассказывает, что рассталась с парнем, что недовольна его поведением в экстренной ситуации. Она, как и Майк в сцене в фургоне, говорит об отношениях, которыми внутренне недовольна. Майк — потому что он не знает, как себя в них вести, не выглядя «придурком». Вики — потому что ей не нравится малодушие и ограниченность её бывшего партнёра. Интересно, что, когда они говорят, их речь превращается в безудержный поток слов. Также оба говорят «sorry» по его завершении. Уилл и Робин же — влюблённые, но осторожные — стараются не давить. Они смотрят на собеседника этим особенным взглядом, который как будто бы заменяет тысячу признаний. Сделаю нотабене: я не уверена, что ориентация Уилла так уж однозначна, как считает подавляющее большинство поклонников шоу. Например, Робин вполне чётко расставила точки над «i» в беседе со Стивом о своих романтических предпочтениях. У Уилла же ни с кем не было подобного диалога. Да, его, судя по всему, не слишком интересуют девушки (сцена с одноклассницей, поглаживающей своей ногой его под партой), однако с такой же вероятностью это может быть проявлением страха/неуверенности. Между прочим, если не брать в расчёт Майка, Уилл никогда не проявлял не совсем платонический интерес ни к одному другому парню. Что из этого следует? Столь очевидное чувство, которое Уилл питает к Майку, не связано напрямую с полом Уилера. Ведь давайте-ка вспомним, что Уилла привлекает в Майке. Прежде всего его сердце и его душа. У него и Уилла есть особая связь, она и подпитывает влюблённость последнего. То есть Уилл вполне может оказаться демисексуалом и демиромантиком. Поговорим о «лопнувшем шарике». Я не нашла образного определения этого тропа, поэтому использовала своё название (можно было бы использовать сравнение Стива «воздух перед грозой», если бы не вторая часть этого клише). Принцип работы в следующем: два героя разговаривают, но затем замолкают и в этой тишине вместе со зрительным контактом появляется романтическое напряжение. Мурашки. Искры. Шарик надувается, увеличивается… А потом кто-то приходит и лопает его, нарушая тет-а-тет пары. Таких моментов было много за сезон. У Нэнси и Стива. У Джойс и Хоппера. И, сюрприз, у Майка и Уилла. Причём последние оказывались в такой ситуации довольно часто. Два раза «шарик» случается в одной и той же локации — в комнате Уилла. То есть в достаточно интимной обстановке. Между героями сплошные недомолвки, но при этом они устремлены навстречу друг другу. Ранее подобного не наблюдалось. Да, в предыдущих сезонах Майк и Уилл прикасались друг к другу, смотрели друг на друга, придвигались почти вплотную, — но они были детьми и лучшими друзьями, а потому трактовка их тактильности была более или менее однозначной. Теперь они тинейджеры, и это накладывает отпечаток на то, как Майк интерпретирует любую физическую близость с Уиллом. Если бы касания не могли обнажить ничего потаённого, то он бы обнял Уилла в аэропорту. Но этого не происходит. Потому что есть нечто иное. Замолчанное. Будем справедливы, своеобразный эпизод с «проколотым шаром» был и у Майка с Одиннадцать. Когда Оди произносит, что скучала, а Майк собирается признаться ей в любви. Но давайте обратим внимание на темпоритм, мизансцену и внешний вид героев. Это в чём-то похоже на сцену из первого сезона, когда Майк впервые целует Одиннадцать. Как будто бы они совершили скачок во времени, чтобы — не делать этого? Остаться друзьями? Ведь это никак не противоречит тому, что они по-прежнему дороги друг другу. Поцелуя не было ни после признания, ни в дальнейшем. При просмотре сцены, когда Одиннадцать закрывает дверь с помощью суперсилы, а Уилл спрашивает, поговорили ли она и Майк, многие решили, что Одиннадцать снова отстраняется от Уилера или даже злится на него. Но так ли это? Скорее всего, она сохраняет дистанцию, чтобы наконец-то обдумать события последней недели как следует. Она видит, что в их с Майком отношениях назрел кризис, что они топчутся на месте, — однако у неё больше нет сил тащить это на себе. А кроме того, скорее всего, она впервые всецело осознаёт, что признания в любви ей больше… ни к чему. «Ты должна бороться!» — вот эта реплика по-настоящему вырвала её из плена Векны. Она прошла сложнейший путь к принятию себя и своего прошлого и не хочет теперь возвращаться к исходной позиции «я не могу быть счастливой без любви Майка». Одиннадцать повзрослела. Теперь повзрослеть должен Майк, заодно определившись, что лежит в зоне его интересов. Уилл наверняка сыграет не последнюю роль в пятом сезоне. Вероятно и всеми ожидаемо, что его выведут на первый план, поскольку связь с Первым станет ключевым рычагом сюжета. Скорее всего, разрезать ментальный контакт будет непросто, а возможно, и крайне опасно для Уилла. В подобных критических ситуациях все чувства выплывают на поверхность. Захватит ли Векна разум Уилла или захочет переместить свой в его тело, — мы не знаем. Чеховское ружьё должно выстрелить. Желательно по Первому.
