Каникулы.

      — Слушай, Давид. — позвал парня его друг.       — М?       — Ты на каникулы куда-нибудь деваешься? — Саша был не самым лучшим учеником, но никакой учитель на него никогда не жаловался.       Школа-пансион, в которой они учились, была очень красивой и отдалённой. Она белым пятном растянулась по тёмному и густому лесу. Её красивые окна и витражи поднимались высоко и пропускали очень много солнечного света.       Учеников разделяли по умениям. Всё зависит от твоей стихии. У Давида была земля и только. Многие его одноклассники имели ещё и другие способности, например песок или что-то ещё. Но он был единомагом.       А вот Саша умел управлять воздухом и чем-то ещё необъяснимым, что помогало ему читать мысли и поднимать предметы.       — Никуда, я тут остаюсь.       — Что? Ты все недели будешь тут тусить?       — Типа того. — Давид пожал плечами. Они шли в западное крыло, где было мужское общежитие. Вероятно, сегодня вечером парень уже будет пытаться уснуть в одиночестве.       — Ты же тут помрёшь со скуки.       — Ну, да, жалко. Меня забрать некому.       — Ну, может, умнее станешь.       — Ты чё, совсем офигел? Да я тут самый умный! Я вообще умнее тебя!

***

      Давид махал вслед машине. Уже близился вечер последнего учебного дня. Было видно, что началась весна: пропали шубы и дутые куртки, появились футболки и первая зелень. Учеников стало заметно меньше, все они уезжали сразу после того, как им удалось собрать вещи.       Становилось одиноко.       — Вот блин, это он уехал? — рядом оказался другой его сожитель — Серёжа.       — Ага. А ты когда уезжаешь?       — Завтра утром, рано. Наверное, мы даже прощаться с тобой не будем. — он учился магии огня, но ещё имел странные способности, связанные с температурой. Рядом с ним всегда повышалася градус.       — Жаль.

***

      Учеников всегда старались селить разных. В каждый комнате можно было встретить все четыре разные стихии: огонь, вода, земля и воздух. Только вот почему-то парней-магов воды днём с огнём не сыщешь, поэтому мужское общежитие всегда имело в комнате только три человека.       Каникулы всегда были очень расслабляющими, потому что обучение было серьёзным и тяжким. Давид сам понимал, что ему на каникулах действительно нужно будет заняться парочкой предметов, чтобы не попасть в какой-нибудь слабый класс и совсем облениться. Но вот он смотрел, как Серёжа бросает вещи в чемодан, и понимал, что будет лишь скучать в одиночестве, прожигая день за днём.       На осенние и зимние каникулы школа имела небольшие мероприятия, потому что в это время погода совсем ужасна, и почти половина учеников остаётся в пансионе. Это игры и даже иногда уроки. Но вот весной никто ничего не устраивает, все уезжают даже своим ходом, дожидаясь автобуса, который бывает здесь только четыре раза: по два на каждый выходной. У Давида не так уж и много денег, чтобы платить за каждый проезд в город, а потом — обратно.       — Фух. Ну, что? Разделим последнюю трапезу? — Серёжа сидел поверх своего чемодана, который казался слишком круглым. Он успел всё собрать к ужину, который начнётся через несколько минут.       — Ха-ха. Да, конечно.

***

      Утром парень проснулся поздно — пол ночи думал о том, как уже скучает. Завтрак он уже пропустил. Как и ожидалось, Серёжи не было. Его постельное бельё было аккуратно сложено, как и на кровати Саши. На четвёртой кровати его не было с начала года. Скорее всего прачки заберут его перед обедом, как обычно делают, когда проверяют чистоту в комнатах.       Давид сложил пижаму, оделся в спортивную форму, она была лёгкой и свободной, и решил пойти умыться. Душ и туалет были по одному на этаж, находились напротив друг друга. Здесь было как обычно пусто, в начале каникул все спят до обеда.       А когда парень стал возвращаться обратно в комнату, то сразу приметил нового человека. Новым он был потому, что шёл с чемоданом от лестницы, имел обычную одежду, какую носят городские, и с внимательным видом рассматривал номера на дверях. В руках у него был листок, который выдавали всем в начале учебного года.       Давид задумчиво продолжал рассматривать его и одновременно идти к своей комнате. Какого было их смущение, когда они оба остановились у одной. Парень стоял, положив одну руку на дверную ручку, а в другой держа зубную щётку и пасту, а новый смотрел на него, как будто чего-то ожидая.       — Эм, привет. Я — Давид. — он протянул руку. — Ты новенький?       — Да. — он поставил чемодан и пожал руку. — Меня Никита зовут.       — Ты в этой комнате будешь жить? Правда?       — Ну, получается. — Никита переминался с ноги на ногу.       — Значит, ты — маг воды?       — Ну… — Давид открыл дверь и прошёл внутрь, придерживая её, чтобы Никита смог затащить свой чемодан без препятствий. — Воду я тоже знаю.       — Ого. То есть ты полимаг? Что ещё ты умеешь?       — Не хочу пока что хвастаться. Э-э… Я эту кровать могу занять, да? — Никита показал на абсолютно пустую кровать, которая была ближе всего к выходу.       — Да. Блин, как круто, что тебя к нам заселили. Я думал, я один тут буду.       — Мне сказали, что все уезжают на каникулы. — Никита смотрел, как Давид закрывает дверь и садится на свою кровать, которую от выхода отделяет громадный шкаф. У каждой кровати было по тумбочке с лампой. Как забавно наблюдать, что её поверхность у Давида забита всем подряд.       — Ну, у меня не получится уехать. Меня забрать некому, все работают.       — Получается правда хорошо, что меня к тебе заселили.

***

      — Вот, это столовая. — Давид открыл большие двери, открывая обзор на большой зал с кучей квадратных столов, имеющих только четыре места. Помещение правда было невероятно огромным. — Здесь едят все, и девочки тоже.       Здесь была своя система звонков. Как сказал Давид было три вида: на урок и с урока, приёмы пищи и какие-то сообщения от администрации. Когда парень закончил показывать общежитие, актовый зал и несколько классов, то прозвенел один из них.       На обед пришли не многие. Из-за малого количества людей огромный зал выглядел ещё больше.       — В каникулы готовят мало, пошли, пока не разобрали. — Давид поскакал в сторону выдачи еды. Никита неспешно шёл за ним, разглядывая потолок и окна.       — А садиться тут нужно по комнатам?       — Ну. Вообще нет. Многие соединяют столы, чтобы быльше человек уместилось, но мы сидели втроём.       На обед была гречка с мясом и салат из помидоров и огурцов. А стол друзей Давида был у окна. Никита селсправа от него, чтобы краем глаза наблюдать за тем, что происходит снаружи.       — Ты мне так и не сказал про свой план. — парень имел ввиду план обучения и говорил о нём с набитым ртом.       Никита его ещё не запомнил, поэтому достал сложенный несколько раз листок из кармана.       — В понедельник у меня мало уроков. Только растеньевая теория и водяная практика дважды. Во вторник у меня огненное искусство, уроки управления электричеством, воздушная практика…       — Стой-стой… — Давид довольно долго молчал, учитывая, что Никита подметил его потребность в общении и комментариях. — Хочешь сказать, ты знаешь всю магию? Вообще всю, которая есть?       — Ну, воздух и электричество я знаю как свои пять пальцев. А вот растения и земля в принципе для меня немного трудно. Огонь у меня просто получается, я не стремлюсь его совершенствовать. А воду я бы хотел изучить. Поэтому в эту школу и перевёлся.       — Вот это да… — Давид положил руки на стол и заговорчески заулыбался. — А покажешь что-нибудь?       — Ты что? Нельзя же. — Никита сослался на постоянно встречающиеся внутри здания таблички «не колдовать».       — Тогда ешь быстрее, я очень хочу, чтобы ты мне что-нибудь показал! Знаешь, я сам мономаг, и все здесь знают только одну стихию и некоторые её отрасли. Так а ты получается можешь сочетать воду и огонь в одном заклинании?       — Да, знаю одно.       — Офигеть!       Каждая стихия имела своё течение. Огонь хорошо давался только утончённым натурам, знающим, что такое грация, и умеющим её показать в себе. Вода была непостоянной, её нужно было научиться чувствовать и течь вместе с ней. Воздух очень прост в понимании, но управлять им сложно, нужно упорство, чтобы управлять им хоть в одном заклинании. Земля была самой загадочной, имеющей столько возможных путей и течений внутри себя, понять её нельзя, только если чувствовать. Поэтому сочетать стихии в заклинании и просто изучать их вместе очень сложно.       После того, как они пообедали, Давид решил показать ему ангар. Это был обычный ангар, какой бывает у предприятий. Только с одной стороны стояли трибуны, очень длинные, на всю стену.       — Здесь мы проводим практику. Тебе нужно что-нибудь? Палочки, перчатки, вспомогательные резервуары?       — Нет, я руками колдую.       — Никит, ты… не перестаёшь меня удивлять. — Давид аккуратно открыл окошко в какую-то комнату и засунул в щель руку.       — Подожди, а нас ругать не будут?       — Только если меня поймают вместе с палочкой. Без неё у меня совсем ничего не получается, я просто хотел бы тебе кое-что показать. Это мой любимое заклинание.       Давид выудил из щели палочку и, сняв тапочки и носки, босыми ногами встал на землю. Он медленно вздохнул и стал производить палочкой какие-то движения, описывая по контуру фигуру Никиты, потом нарисовал в воздухе круг подле себя и опустил нос палочки в землю.       Оттуда вытянулась земельная куча, она росла, пока не стала похожа на статую. Никита узнал в ней себя.       — Та-да!       — Ого, это же я.       — Ха! Я знал, что тебе понравится! — Давид махнул палочкой куда-то в сторону парня, и у того под ногами зашевелился грунт.       — Э-э, Давид! — в одну секунду Никита провалился, оказавшись по пояс в земле.       — Извини! — тот отбросил палочку и стал вытаскивать парня, схватив его за руки.       Позже Давид сел на трибуны и стал смотреть на Никиту.       — Будь внимателен. — парень в одной руке зажёг огонь, а в другой материализовал воду. Он плавно соединил руки, и… Давид присмотрелся…       — Ого! — Никита мог удерживать пламя огня внутри воды. Для этого нужно держать воду не текучей, поддерживать огонь и генерировать воздух, чтобы тот горел. Это правда был очень сложный трюк!       — Смотри, смотри. — Никита опустился на корточки, ближе к земле, и стал приподнимать её часть. Давид сразу понял, что он делал это так же, как Саша, а не как маг земли.       Вскоре Никита смог пронзить землёй свою сложную конструкцию словно бисер.       — Да блин, это так круто! Ты вообще гений в магии! — Давид хлопал в ладоши и с разных сторон пытался рассмотреть месиво из стихий.       Спустя время они поужинали и вернулись в общежитие.       Давид продолжал смотреть, как Никита раскладывал вещи. Он занял две верхние полки в шкафу, положил полотенца и прочее в прикроватную тумбу, а остальное оставил в чемодане. Он, закрытый, стоял у спинки кровати.       — Тут есть какие-нибудь развлечения?       — Ну, можем в Уно сыграть.       — Понял. Давай.