Безделушка

С самого раннего детства Питеру рассказывали множество легенд о четырёхруком боге войны. Согласно самой древней из них, что произошла более 1000 лет назад, Энтони Эдвард Старк был человеком, наделённым самым красочным умом и нечеловеческой силой, а именно способностью создавать «новых» людей. Он благосклонно одаривал их богатством, сексом и властью. Но однажды с юга пошли недобрые слухи, направленные на унижение. Шёпот рассказывал, что всё, во что они верят – наглая ложь. Бог их обманывает. Тогда на землю, кажется, легла темная тень, которая тихо подслушивала. Тогда Старк и отыскал их. Шаманам не нравился исход, который пророчил им доктор Стрэндж: новый строй во главе с «Железным человеком». Это имя он присвоил себе после того, как спас целый город. Им казалось, что он не готов. Прежде чем свершилось пророчество, они посадили Старка под стражу, самую глубокую существовавшую тюрьму, где он не смог бы воплотить свои планы. Только вот они не знали, что по его венам уже текла новая форма, как сам он ее назвал – Экстремис. Эта технология позволяет телу моментально регенерировать повреждённые ткани, включая отращивание отрезанных конечностей. И когда Старк насытился работой своего нового организма, вырвался на свободу. Он убил всех причастных к своему заключению. А затем начал новые эксперименты, в последствии которых отрастил себе ещё одну пару рук и вырос до двух метров. Построив новый мир, встав самостоятельно во главе, он делал все для того, чтобы его последователи ни в чем себе не отказывали. Все жили в достатке. Старк делился своими технологиями с людьми, а они единогласно провозгласили его своим богом. Репутацию бога войны он заслужил, сражаясь за новые территории бок о бок со своими людьми в серебряной броне, побеждая в каждой из них. Он завоевал всю землю и в разных странах его называли по разному. Все знали, кто он. А через несколько сотен лет он ушел.. И никто не знает, жив ли он благодаря чудесной сыворотке или умер, слившись с тьмой. Единственное, что он попросил: в день, когда красная луна взойдет на небо и через несколько секунд засияет холодно голубым, отдать ему красивого человека, будь это женщина или мужчина, оставив на его собственном алтаре. Но для чего никто не знает. Говорят, что благосклонный к ним бог берет людей к себе в ученики, как сделал это в первый раз, забрав Стрэнджа, известного колдуна. Возможно, он вознаграждает их дарами бессмертия, непостижимыми для людей… Питер готовился к этому моменту почти всю свою осознанную жизнь. Он жил в небольшом городе и был довольно умным юношей. Родители уже давно умерли, а из дома тети он съехал уже как два года назад. Он отучился в школе, получив среднее образование, и как выяснилось, дальше пойти ему было не суждено. Тетя сильно заболела, и почти с 15 лет он работал для своей семьи. Его просто чудом не занесло в проституцию. Вакансии, как омеге, первое время ему пророчили только секс за деньги. Из-за этого он только первые полгода потратил на то, чтобы найти хорошо оплачиваемую работу. Все 3 года он работал только для того, чтобы оплатить лекарства тети. Единственное место, где ему нравилось, это магазинчик цветов, где он составлял красивые букеты. Но в конце концов, все труды оказались напрасными. Тетя умерла. Последние два года он выплачивал долги своего отца. Питер продал их квартиру и снял другую, более маленькую. Все равно больше она ему не понадобится. Он избрал свой путь уже очень давно. И когда солнце поцелует его в последний раз, а на небо взойдет красная луна, освещенный ее светом Питер будет избран своим богом. За несколько часов до церемонии Питер сдает ключи и прощается с арендодателями. С крыльца многоэтажного дома его забирает красивая дорогая машина и везёт в неизвестном направлении. В салоне пахнет сталью и кровью, а водитель скрывается за стенкой. Останавливаются они возле личного поместья губернатора. Пока он поднимается по ступеням, двери открываются, являя ему красивые белые стены и резные колонны. Дворецкий легко кивает головой и предлагает пойти за ним. Среди всего этого богатства юноша узнает статую Старка, белокаменную, идеальную. Изваяние божества можно было увидеть только в домах обеспеченных людей и церкви, куда Питер постоянно и бегал. Там стояла давно почерневшая от сажи свечей скульптура, которую юноша успел рассмотреть со всех сторон. Но эта.. совершенно чистая, нетронутая, являла собой не просто бога, перед ним стоял двухметровый Энтони Старк с тяжёлым взглядом, с мокрыми волосами – так его изобразил скульптор. В идеально гладкой броне, направляющим левую пару рук вперед. Скорее всего, это легенда о сражении за северные земли. В одиночку он добрался до снежной равнины, до семьи предателей, а когда обезглавил короля, на него налетела буря, смывая с лица алую кровь. Его привели в комнату, где попросили раздеться. В ней стояло как минимум человек 10, которые явно наблюдали за ним. Так начинается посвящение, да? Под испепеляющими взглядами он снял всю одежду. После этого один из них подошел ближе и протянул пурпурный плащ из бархата. Накинуть его помог уже другой человек, который осторожно провел вниз от плеч к локтю, натянув следом капюшон. Взгляду открылась рука, которая предлагала взяться за нее. Пальцы холодные и обхватывают так крепко. Босыми ногами он ступал по холодному мрамору, пока перед ним не отворились двери. Капюшон откинули назад, а следом на него обрушился поток горячего воздуха. В его районе никогда не было горячей воды, она была чуть теплая, а тут… пар покрыл огромные зеркала. – Насколько горячая там вода? – Всего лишь чуть выше температуры тела. Успокоив душу, парень принял из рук незнакомца травяной чай. Такой делала его тетя.. Парень с ледяными глазами в одной рубахе помог забраться ему в купальню. – Спасибо. Парень удалился подальше, но взгляда не оторвал. Пока Питер наслаждался отдыхом, в комнату внесли несколько десятков бутыльков. Каждый был на нем испробован: какие-то наносили поверхностно, какие-то с усердием втирали, промыли пряди, облагородив каждую. Даже когда Питер попросил побриться самостоятельно, ему мягко отказали, от чего он сидел перед тем самым юношей с холодными глазами, с разведёнными ногами, а потом ещё и в коленно-локтевой позе, красный, как рак. – Вам не слишком жарко? – невинно спросил он, опасно стреляя глазками. – Нет. – задыхаясь от стыда, прошептал Паркер. Его ведут к другой купальне, поверхность которой белая, как снег, иногда в ней проглядываются золотые нити. Он шаг за шагом погружается в мягкую жидкость, ощущая запах кокоса и миндаля. Он погружается в нее с головой несколько раз и стонет от удовольствия. Но как бы ему не хотелось в этом раствориться, его отправляют в душ, смывая воздушную влагу. Обтирают бархатистым полотенцем и усаживают на софу. На лицо, шею и руки наносят маску из клубники. Обрабатывают его ноги, делая массаж всего тела, расслабляя окончательно. Питер смутно помнит, как его несли на руках. В комнате с большим количеством платьев, косметики и париков его останавливают возле гигантского зеркала. Примеряют массу нарядов, но окончательным вариантом остается расшитое золотом красное платье со шлейфом и длинными рукавами. Золотой корсет, вставки на плечах и бедрах. На открытых босых ногах сотня разных драгоценных браслетов и пара аклетов. Пальцы рук украсили кольца и несколько чжиджитао. В кудрявые волосы вплетают ленты и украшения, дополнившие образ. Оголенной шеи касается прохладный жемчуг. После всех процедур его выводят на улицу. Прохладный ветерок царапает украшения и вздымается ввысь, на небо, где сияет красная луна. Его ведут по узкой тропе из крупного гладкого камня. Они проходят по лесной чаще, где пасутся олени и едят светящиеся бутоны, идут сквозь дубраву и между плакучих ив. А когда доходят до скал, Питер останавливаться, внимательно всматриваясь влево. Все оборачивают головы. Парень резко сходит с тропы и идет к водопаду. Вокруг него какая-то суета, но он старается проложить себе достаточно безопасный путь, чтобы сохранить платье. Паркер садится на корточки перед белым пышным цветком. В голове почему-то вертится мысль о том, что идти с пустыми руками он не может. Питер срывает хрупкий цветок и поворачивает обратно. Выходит на тропу и идёт за мягко отчитывающими его людьми. С улыбкой он рассматривает белый пион. Пройдя по бесконечным коридорам, они оказываются в прохладной пещере с неровными стенами. Скалистая поверхность очень острая, а свет луны падает лишь на божественный постамент и источник с чистой прозрачной водой. Парень с ярко-голубыми глазами подталкивает его к воде. Питер ступает ногой, но сразу же отскакивает. Вода здесь холодная, её уровень превышает его рост. Он оборачивается назад, но уже никого не замечает. Питер пару раз делает глубокий вдох, оставляя цветок на постаменте, и заходит в воду. Холодно, так, что зуб на зуб не попадает. Он продолжает идти, пока не доходит до середины. Вода уже по шею. Паркер громко дышит. Просто стоять очень холодно, поэтому он полностью погружается под воду и тут же выныривает, быстро выскакивая на острые камни. Дышит он часто, как будто запыхался от длительного бега. И ползёт к более ровной поверхности. Потяжелевшая ткань тянется за ним. Вот он уже сидит на мраморном постаменте, обхватывая руками ноги. Он дышит себе на ладони в попытке согреться, но температура в пещере, кажется, падает все стремительнее. Он обнаруживает на своих мокрых волосах иней. Мокрая холодная ткань облегает дрожащее тело. – Что за.. У его лица тут же появляется знакомый парень со смертельно-холодными глазами. Он пытается отползти, но окоченевшие конечности его действия затормаживают. Его аккуратно хватают за предплечье. Парень такой теплый, а Питер словно снежинка, которая сейчас же растает от его прикосновения. – Эй, малыш? Не бойся. Я могу помочь. С его тела, медленно переползая к Питеру, струится серебряным потоком нечто ему незнакомое. Оно открывает оголенное тело парня, обволакивая его собственное. От чего-то Питер краснеет, когда видит подкаченный торс парня, который все также близко к нему сидит. Как только все прекратилось, к щекам прильнула кровь, а поднять голову он не решался, боясь увидеть то, чего не должен. – Как тебя зовут? Парень убирает его выбившуюся прядь за ухо. – Питер...Питер Паркер. – Тони. – Почему вы здесь? – Пришел к тебе. Питер смотрит в пол, но чувствует прожигающий, заинтересованный взгляд. – Но, но.. я пришел, чтобы вручить судьбу своему богу. – Бог услышал и спустился к тебе. – Вы..? – Энтони Говард Старк. Бог войны. Питер только сейчас поднимает взгляд, искрящий полетной надеждой. Он смотрит прямо в глаза, но сказать ничего не может. Задыхаясь от восторга, Питер протягивает цветок, за который схватился, как только вылез из воды. Тони заинтересованно на него смотрит, потом забирает из подрагивающих пальцев стебель и приближается ещё ближе. Он вдыхает приятный запах его тела, отстраняется и встаёт в полный рост. Питер отворачивает голову. Перед ним его бог, тот, который принял его дар. Судя по тени, со Старком происходит нечто жуткое: чуть ниже рук вырывается ещё одна пара; рост увеличивается вдвое, теперь его тень закрывает Питера от голубого цвета луны. Несколько секунд спустя Питер быстро поднимает глаза наверх. Лицо Тони преобразилось, стало более взрослым, с острыми скулами, появилась аккуратная бородка. Две пары рук он сложил на груди. И своими прожигающими голубыми глазами взирал на Питера. – Так чего же ты хочешь, Питер Паркер. – голос прошёлся рокотом по всей пещере. От произнесенного им его имени побежали мурашки. Питер подскочил на ноги, но даже так он на целую голову был ниже Старка. – В этом мире у меня не осталось ни одной души, ради которой я бы хотел остаться. Я просто хочу быть вашим верным последователем. Паркер опускает голову, но ее тут же грубо поднимают обратно. – Ты готов заплатить любую цену, чтобы остаться подле меня? Тони разжимает одну из четырех рук, показывая хрупкий цветок. – Да. Без раздумий ответил он. Все, что он может ему предложить, он показал. – Даже свою душу? Тони облизывается, как довольный кот. Серебряная броня соскальзывает с его тела и впитывается под кожу Старка. – Да… Тони кусает свое запястье, надрывая кожу так, что теперь из нее хлещет кровь в разные стороны. Другой рукой к своему запястью он прижимает Паркера. Как только он чувствует, как его кровь скатывается по чужой глотке, так же быстро, больно кусает шею юноши. Он пытается оторваться, но руки, закрепившие его намертво, не дают сделать и шага. От его шеи отрываются с удовлетворенным рыком и кидают его обратно на забрызганный кровью постамент. Он приземляется на руку, выворачивая предплечье, мычит от боли, но крепкие руки хватают его за бедра и талию, подтягивая ближе. Только сейчас Питер замечает два возбужденных органа. Он паникует, пытается выбраться из захвата, но запах, который стремительно распространяется по пещере, заполняя все лёгкие, успокаивает, даёт надежду на что-то хорошее. Он чувствует лёгкость и как его аккуратно укладывают на постамент. Теперь он не чувствует страха и боли. Вместо этого он ощущает напряжённый комок, который приятно тянет снизу. Ему жарко. Питер пытается раздеться, но руки его не слушаются, от чего он начинает скулить. – Сейчас, малыш. Тони абсолютно нагой, наклоняется к Паркеру, кусающему губы. Он пытается прикоснуться кончиками пальцев лица, но его руки фиксируют над головой. Питер умаляющие смотрит на мужчину. И вдруг чувствует, как смазка начинает сочится из задницы. Парень начинает паниковать, но грубый поцелуй выбивает из него весь воздух. Тони не жалеет его, сжимает бока до острой боли, а губы кусает до крови. Но Питеру так мало... Он выгибается навстречу Энтони, но тот снова прерывает их контакт, от чего Пит обиженно вздыхает. Все тело напряженно. – Тише, сейчас я сделаю. Тони не знает, почему этот парень вызвал у него такую бурю эмоций, но он знает, как накажет его за свои чувства. Он быстро переворачивает парня, устанавливая его в коленно-локтевой позе, и прикасается пальцами влажного входа. – Там.. мокро.. – Все в порядке, малыш. Он водит пальцем вверх и вниз, вызывая у парня ответную дрожь. Кусает за округлую розовую ягодицу, а потом проходится языком ниже. Питер дёргается, но Энтони не даёт ему убежать. Язык грубо проникает дальше, собирая сладкую жидкость. – До неприличного люблю вылизывать своих фаворитов. В этом я вижу высшую степень подчинения. Он снова проникает внутрь, языком лаская нежные стенки. Тони сжимает его талию и бедра до синяков. Раньше он мог лишь мечтать о таком, ведь прикасаться к себе он не смел, храня себя именно для такого, как само собой разумеющееся, как нечто договоренное сразу. Каждую течку он проводил тяжело из-за нехватки воды, еды и сна. Она неумолимо двигала его к мыслям о самоубийстве. Но каждый раз Питер вспоминал про своего бога, которые может избавить его от этого. Питер громко стонет, когда Тони проходится по какой-то точке, от которой бедра начинают дрожать сильнее. – Я знаю, что ты хранил себя для меня. Тони проходится острыми клыками по его ягодицам. – Я слышал каждую твою молитву, где ты умолял избавить тебя от этого. Питер мычит, потому что больше не чувствует горячего, мягкого и настойчивого языка, ласкающего его. Вместо него в него мягко проникает палец. – Такой горячий. Мне не терпится войти в тебя двумя членами сразу. Тони разрабатывает его достаточно долго, от чего Питер заливается слезами. – Первый секс очень важен для создания крепкой взаимосвязи. У меня все трещит снизу от осознания того, что ты девственник. А еще меня берет злоба от того, что я не могу войти в тебя сразу целиком. Шёпот на ухо распространяет волны возбуждения по всему телу, заставляя неосознанно сжиматься. К первому пальцу присоединяется второй. Грубые подушечки поглаживают мягкую выпуклость, от этого омега под ним скулит и подмахивает задницей. Клыки пропаривают нежную кожу. Выступившую кровь он слизывает и кусает вновь. – Мистер Старк!.. От произнесенного имени оба члена заинтересованно качнулись. – Как ты назвал меня? Повтори. Тони резко вытаскивает пальцы и поднимает его наверх, вцепившись в шею, прижимая к своему крепкому горячему телу. Один из органов мужчины проходится между скользких ягодиц. – Мистер Старк.. Питер кричит и пытается вырваться, но крепкая хватка на запястьях, талии и шее игнорирует все попытки. Юноша чувствует, как вниз по ключицам стекает горячая жидкость. Ее много, а сам он начинает будто бы терять сознание. Но к его рту подносят руку с капающей на белый камень кровью. От ее вида Паркера тошнит. Он отталкивает ладонь и отворачивается, зажмуриваясь. Другая рука наотмашь бьёт его по лицу, из-за чего ему приходится развернуться туда, где в следующую секунду губ касается кровь. Разорванное запястье начинает затягиваться. Его держат за волосы, заставляя слизывать даже последние капли. Почему все обещали ему блестящую жизнь? Старк разрывает его мокрую одежду. Драгоценные бусины рассыпаются и скатываются вниз по ступеням. Парень пытается вырваться, но в конце концов его спина касается холодного алтаря, а ноги широко раздвигаются. Может, он просто слишком глуп для того, чтобы отличить разницу между насилием и гуманностью? Энтони приставляет к его входу член и медленно входит. Может быть, жуткая боль – это наслаждение? Несмотря на большой размер, орган вошёл быстро и почти безболезненно, что не понравилось Тони. Из-за жёстких толчков спина царапалась о постамент, оставляя на ней красный след. Питер постоянно вздрагивает от бесконечных укусов. Сомкнуть ноги он не мог, а соленые слёзы, скатывающиеся по щекам, Тони собирал своими губами. – Я не тот герой, за которого вы меня принимаете. Все, что вы знаете и видите – сладкая ложь. В вашем мире нет ничего настоящего. По началу он был терпелив, но с каждым всхлипом раздражался все сильнее. Питер не чувствовал облегчения, надежды или счастья, и всего того, о чем он думал, когда сюда шел. Все, что ему было дозволено – это подчиняться. Когда он отдавал свою душу, он не представлял, что отдает ее дьяволу. Смазки больше нет, но на всю пещеру разносятся хлюпающие звуки и болезненные стоны. Питер просит остановиться, но жалкий скулеж и слёзы его только сильнее возбуждают. Он меняет члены, входя то одним, то вторым, скорость и амплитуду. Но потом ему и это наскучивает. Он входит сразу двумя, разрывая все внутренности. – Малыш, ты так хорошо сжимаешь меня! – Больно! Это продолжалось очень долго. Сначала его со всей силы вжимали в каменный алтарь, поднимая бедра очень высоко. Потом сжимали до хруста в смертельных объятиях, не прекращая жёстко вдалбливаться. Единственным разом, когда он будто очнулся, стал момент, когда шею обжёг слишком сильный укус. Боль распространилась до кончиков пальцев рук. Тело будто парализовало. Место укуса адски жгло. Ноги задирали настолько высоко, что он чувствовал непомерную боль. Огромный размер вбивался так сильно, что доставал до матки. Ощущения, когда трахают твою матку не самые лучшие. У него болел живот и спина. Руки и ноги покрыты укусами. Иногда Тони нежно целовал его губы. Контраст между нежностью и жестокостью был настолько ярким, что Питер заливался слезами по новой от осознания, что любви в его первом разе нет. И каких либо положительных чувств тоже. Он не знает, сколько раз Энтони закончил в него, но после каждого раунда он ласково прикасался языком к покрасневшей дырке и начисто все вылизывал. Эта маленькая передышка давала парню спокойно вздохнуть и заснуть. А потом все по кругу. Он окунает безвольное тело в воду, заставляя бороться за свою жизнь. Кажется, он множество раз захлёбывается, умирает, но все равно приходит в сознание. Самое страшное – это то, что он чувствует себя мертвым, но умереть не может. При каждом пробуждении его преследует одна и та же фраза. Вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне, вернись ко мне!!!!! А когда он просыпается, чувствует, как грудная клетка сильно и часто вздымается. Когда он открывает глаза, видит обеспокоенного Старка. – Тони? – Малыш, я думал, ты никогда не очнешься. Напугал меня! Его прижимают ближе, несмотря на то, что он промок до нитки. Объятия теплые и нежные. Питер выдыхает и обнимает его в ответ. – Что произошло? – Один человек не одобрил мое оружие, приказал переделать, взяв тебя в плен под залог. Этого не одобрил я. – Я не понимаю… – Ты потерял память. Небольшой промежуток времени. Я не понимаю, как, но они смогли лишить тебя дара бессмертия, но теперь я должен исправить свою ошибку. Тони поцеловал его в уголок губ. Питер помнит объятия с ним, первый поцелуй, то, как они наряжают ёлку на Рождество. Перед глазами Тони с мокрой челкой, нависающий над ним, когда они занимаются сексом в первый раз, глупые смущённые взгляды и смех. Предложение и счастливое «да». А ещё обряд, когда Тони берет его на собственном богатом алтаре с дарами для Питера, превращая его в бога. В голове что-то разбивается. Это не твои воспоминания. Они никогда не были твоими. Питер хватается за голову и мычит от боли. Тони тут же хватается за его виски, что-то читает на неизвестном языке, и боль проходит. Питер задумывается на несколько секунд, а потом предлагает. – Тогда, может быть, мы приступим к моему повышению? – он забрался на колени к Тони и широко лизнул шею. – Только не здесь, мой мальчик. Энтони подхватывает его на руки и нежно трётся о сморщенный от улыбки носик своим собственным. Неожиданно Питер указывает на сломанный цветок в одной из рук мужчины и вопросительно смотрит. – Безделушка. Питер прижимается своими губами к губам напротив и ревниво целует. Тони обвивает его тело и взмывает ввысь, выбрасывая на кровавый алтарь цветок с оборванными лепестками.